Убью (люблю) тебя

Пятый ненавидел встречи с Куратором, однако ему нужно спасти то, чем он дорожит, а без неё это сделать, порядком, невозможно. Снова он в тупике, и он снова допускает ошибку. Не специально, конечно же. Будь его воля, он бы никогда не совершал ошибок. Остальные же винят его в содеянном. Ну и пусть. Пятый понимал, что убить верхушку Комиссии - недостаточно. Куратор была нацелена на другой объект. Это было видно невооружённым взглядом. Пятый снова стоит перед ней, ожидая слов. — Что вы от меня ещё хотите? — его голос был раздражённым. Куратор подошла к нему сзади и присела так, что её губы находились рядом с ухом Харгривза. — Убей её, — шёпот грел, но он даже не дёрнулся. — Кого вы имеете в виду? Пятый обернулся. — Есть одна девчонка, очень многообещающая особа. Но лишняя. Нужно избавиться от неё, пока не стало слишком поздно. — Имя? Куратор усмехнулась и встала. — Я вас познакомлю. *** Пятый никогда бы не подумал, что Куратору мешает… юная девушка, на вид лет семнадцати. Он смотрел на неё и удивлялся. Как она вообще сюда попала? Бледная кожа, тонкие руки, да и сама она невысокая ростом. Волосы сливаются с этим белым полотном. Чёрт, она даже одежду выбрала белоснежно-белую, будто добиваясь эффекта невидимости. Однако глаза были зелёными-зелёными и сильно выделялись, выглядит странно. Но она не напоминает чокнутую. — Я Лана, — девушка улыбнулась и протянула руку Пятому в надежде, что он пожмёт. — Мне плевать. Ему действительно было всё равно, как её зовут, как её не зовут, голова парня была забита одним: чем, чёрт бы побрал Куратора, эта бледная поганка не угодила Комиссии? — Ну, ты же понимаешь, что нам теперь вместе работать… Руку она не убирает. — Мне плевать. — Мы теперь напарники, — её небольшой нос слегка вздёрнулся и глаза, кроме которых в ней не было ничего примечательного, выражали недовольство. Она смотрела на него так, будто участвовала в чемпионате мира по «гляделкам». — Мне плевать. — Да что тебя заело! Мне плевать, мне плевать! Мне, между прочим, тоже… — По тебе не видно, — парень хмыкнул и взял в руки пару документов. — По мне видно, просто ты не присматриваешься. — Нет желания к тебе присматриваться. Лана опустила руку и подошла ближе, рассматривая бумажки, что Пятый держал у себя в руках. —Мне мама говорила, что на конференциях и важных переговорах женщина должна протягивать руку мужчине первой, а тот, в свою очередь, должен её пожать. Иначе нельзя. — К чему ты это сказала? — его определённо раздражает эта девчонка. — Ну, обычно при знакомствах пожимают руки, а мы, получается, не знакомы. А так как руку могу протянуть тебе только я… — Мне. Плевать. Понимаешь? — Понимаю. Имя хотя бы своё назови, как мне к тебе обращаться? — она отвела взгляд, — Может быть просто «Эй, ты, придурок?» Харгривз, не выпуская документы, зажал руку Ланы в воздухе. Его лицо оказалось близко. — Попробуешь назвать меня «придурком» ещё раз, будешь собирать себя по частям где-то в Миннесоте, — это прозвучало грубо. Парень надеялся увидеть реакцию, однако её не было. Абсолютное спокойствие, а следом пошла… улыбка? Простая, ничем не запоминающаяся, до ужаса бесстрашная. Он удивился. — Тогда… Девушка подняла свободную руку. Она взяла его, ту, которой он держал её кисть и махнула в воздухе таким движением, каким обычно пожимают руки. — Будем знакомы. Я Лана. Глаза Харгривза стали ещё шире. Никогда он ещё не видел таких последствий его угроз. Походу он был неправ, когда подумал, что она совершенно не напоминает чокнутую. Наоборот, она очень чокнутая. — Чёрт. — Тебя зовут «чёрт»? — её голос не выдавал сарказма, а глаза выдали нотку сочувствия за это имечко. Она играет свою роль. — Меня не… Боже, — он выдернул руку и отвернулся, — Пятый. — Пятый? — Дважды повторять не собираюсь. Лана задумалась. — То есть, у тебя вместо имени - номер? — И что с того? — она ему надоела. — Это очень круто! У меня не было напарника с номером вместо имени! Парень усмехнулся. — У тебя в руках наше, — она выделила голосом это слово, — первое задание? По ней было видно, что она обычный подросток, у которого ещё в детство играет в голове. Её поведение, манера речи, даже внешность напоминали ребёнка. Ростом она еле-еле, как душа в теле, дотягивает ему до плеча. — Можно и так выразиться. Нам, — он пародировал её интонацию, — нужно найти потерянный аргумент на функции и понять, каким образом просчиталась Комиссия и убрала «не того». — Аргумент на чём? — Лана повернула голову в бок. — На функции. Пятый посмотрел на неё и понял, что она ничего не уловила. Каким образом её сюда вообще допустили? — Ты когда-нибудь решала формулы? Девушка отрицательно помотала головой. — Формулы слишком скучные, — она улыбнулась. — И каким образом ты работаешь? Лана пожала плечами. Пятый не думал, что способен на такое тупое лицо. До него сейчас вообще «не доходило» ровным счётом ни-че-го. Перед ним стоит девочка-подросток с белой формой, будто сбежала из психушки, работающая в Комиссии, но при этом не умеющая работать. «Моя единственная задача - убить её. И всё. Мне не нужно залезать в дебри и разбираться, что у них тут происходит. Она глупая, от неё не жалко избавиться. Одним человеком больше, одним меньше. Никакой пользы всё равно не несёт», — обдумывал Харгривз, пока Лана смотрела на него вопросительным взглядом, — «Просто нужно будет найти подходящий момент и всё. И всё.» — Послушай, как там тебя… — Лана. — Да, Лана, я сам всё сделаю, хорошо? Просто займись чем-нибудь и не мешай мне. — Почему? — Почему, говоришь… — Я ведь твой напарник, мы должны работать вместе. — Я предпочитаю работать один. Пятый перевёл взгляд на документы и сел на своё место, изучая материал. Лана подошла к нему справа. — Теперь предпочитай работать не один. — Не хочу. Хотя, знаешь, ты очень даже можешь помочь, — он улыбнулся. — Чем же? — Принеси мне кофе. Чёрный. — Кофе? — она задумалась, — Ладно, я мигом. — Можешь не торопиться. *** — Если Миссис Грин умрёт, то выживет её муж, однако к чему он в этом уравнении? Кто в итоге должен умереть? — Пятый проговаривал вслух новое дело, пытаясь вдуматься в ситуацию и решить это чёртово уравнение. — Их домработница, — сказала Лана и поставила маленькую чашечку с кофе рядом с парнем, — Держи. — Домработница? — удивился Пятый и ввёл «новую переменную», — Ну конечно же! Каким образом ты это… — Я просто прочитала твою заметку сверху в левом углу, — она показала пальцем, — Ты зачеркнул. Он глянул на неё и встряхнул головой. Очень, очень чокнутая. — Пятый, а сколько тебе лет? Просто ты такой юный и уже работаешь в Комиссии… я постоянно думаю об этом. Я думала, что я самая младшая здесь. — Сколько тебе? — Семнадцать. Он усмехнулся. — Я старше. — Что? — Лана удивилась, — И сколько же тебе? — Пятьдесят восемь. — Ого… Она оценивающе осмотрела Пятого с ног до головы. — Сохранился. — Так легко поверила? — А это ложь? — Нет. — Наверное, у тебя огромный опыт за плечами… а выглядишь на тринадцать, да и эти гольфики делают тебя куда младше, ты в школу ходишь? О, а может ты оставался на второй год пятьдесят восемь раз? — Не пятьдесят восемь раз бы оставался… В любом случае ты не права. — Ну и ладно, — Лана взяла чашку и отпила немного кофе. — Он был моим. — Но принесла то его я, — девушка вздёрнула бровями и отдала Харгривзу чашку, — Даже спасибо не скажешь? — Не планировал. Пятый пил кофе, думая, что ещё эта девица сегодня выдаст. Но ответ не заставил себя долго ждать. — Мне ночевать негде. От неожиданности заявления парень немного подавился. — В смысле? — Там сложная ситуация, в общем и целом… — Не нужно. Ты можешь переночевать у меня. — Ого, мы настолько сблизились, что ты, не выслушивая проблему, готов преподнести решение? — Лана улыбнулась. — Мне просто не хочется это выслушивать. Харгривз продолжил разбираться в документах.