Любимый советник

О власть, как ты меняешь лица! Иной попроще быть бы рад, Да нужно к имиджу стремиться, И вот он - вечный маскарад. Не улыбнётся без оглядки, Не скажет лишнего словца. Вся жизнь, как линии в тетрадке - Уже живого нет лица. Какой обман, и сколько новых Хотят в театре этом быть И в роли кукол, кукловодов Всю жизнь готовы прослужить! *** Я уже и не помню, что в тот день мною двигало. Безумный, животный страх спасти свою жизнь. Я стала жертвой игр, что мне не по зубам. Игр, из-за которых я сейчас стою посреди огромного тронного зала на коленях и чувствую тяжесть золота и огромных драгоценных камней на моей голове. Эта тяжесть никогда не сравнится с тяжестью власти, что теперь на моих плечах. Но я не прогнусь под ней, никогда... *** Мой отец тиран. Так думают многие, а вернее все. Чтож, я должна частично согласиться. В его защиту я хочу сказать, что он не всегда был таким. Когда-то, когда его сердце ещё билось, когда глаза горели жизнью и справедливостью, когда он любил и был любимым, тогда даже нельзя было подумать, кем он станет. Безжалостный, грубый, чьё сердце прогнило от вечного самолюбования, чьи глаза ещё горят, но теперь лишь адским огнём. Его слова превратились в медленный, удушающий яд, который разорвал мой мир детской непринуждённости и невинности. Так и сейчас, я нахожусь позади него в тронном зале. Он же уже несколько минут грозно смотрел на архангелов, которые были приной того самого шума. В его глазах бушевал свирепый огонь, который хотел снести все на своём пути. Честно, так и не поняла, что они хотят от отца. Адмирон Винчесто стоял рядом со мной, по другую сторону от Сатаны и тоже пытался понять в чем дело. -Если ты, Гавриил, думаешь, что я к этому причастен..., - отец уже почти срывался на крик. Было видно, что он зол и не мало. -Я ничего не думаю, Самаэль. Я лишь исполняю приказ. -Приказ, - отец рассмеялся своим любимым смехом. Я попробую его описать. Это был ядовитый, ехидный смех психопата, одержимого чем то. Он пробирал до костей. Я знала этот смех. Он означал конец, - Кажется, я уже знаю, кто его отдал. Гавриил лишь пожал плечами : -Знаете вы или нет, мне не важно. Я всего лишь предупредил. Передал послание. Моё дело донести, ваше дело выбирать. Лицо отца побледнело от достигнувшей точки кипения. Он прокричал : -Scio etiam bene illis. Sed non flectere sub fasciculum et senioribus angusto animo. Necessitate dabo genocidia fasciculum fatuis arce vastabant. Sunt mali, ut me putem posse. Potestas mea! De solio mea! После этих слов архангел на мгновение застыл. Его будто окатило ледяной водой. Когда Гавриил пришёл в себя он медленно, размеренно проговорил : -Ты совсем свихнулся. Тебе дали выбор, но ты его игнорируешь. Что ж, я тебя понял,- он дал солдатам команду, - мы уходим. Сатана проводил их холодным взглядом. Теперь, бушевавший в его глазах пожар стих и пришло осознание сказанного. Адмирон спокойно оглядел его и лишь спросил : -Вы уверены? Отец молчал, но потом произнёс : -Мои слова были сказаны сгоряча, но это не меняет смысла. *** Прошли сутки после этого события. Это время было самое странное в моей жизни. Я прекрасно знала, что натворил отец и почему его хотят свергнуть с трона. Это было вполне реально, учитывая то, что в инцидент вмешалась Цитадель. Люциферу я все рассказала, и его это взволновало вдвойне. Ведь если у отца заберут власть, то кого то придётся назначить на его пост. Кого, если не старшего сына, сильного демона, который смог бы править нашим народом, контролировать демонов и вершить правосудие. Признаюсь, меня никогда не волновала власть. Я всегда боялась стать похожей на отца. Этот страх надёжно закрепился в моей психике надолго. Сейчас я сидела под одним из деревьев единственного леса Ада. Что же, думаю, вам стоит представить эту атмосферу. Деревья, по своему строению, были похожи на плачущие ивы, только с фиолетово-пурпурными листьями. Лес был очень густым и туда еле проходил свет. Свет, будто от заходящего солнца - красно-огненный. Моё любимое место в Аду. Здесь очень красиво и уединенно - все как я люблю. Об этом месте знали немногие, только папа и Люци. Я сидела здесь и любовалась прекрасным адским небом, параллельно читая старинную книгу, взятую из библиотеки. Где то вдалике я слышала команды. Там тренировались архидемоны, которые готовились для повышения ранга. Они мне не мешали, я уже давно привыкла к лишнему шуму в своей жизни. Вскоре стало совсем темно. Я тихонько накрылась пледом, который когда то был мне подарен на Рождество демоном Мамоном. Знаете, я искренне завидую его дочере - Мими. Я даже не могла представить, какого это - жить с любищем отцом? Я не знала. Для меня это было что-то из ряда вон выходящее. Я вновь закурила сигарету и вернулась к чтению. -Даже архидемоны уже перестали тренироваться, а принцесса все ещё сидит в темноте, под деревом, в густом лесу. Я обернулась на голос. Винчесто смотрел на меня с ухмылкой, явно не понимая, что я здесь делаю. Его взгляд упал на сигарету : -Да ещё и медленно гробит свое здоровье. Отец знает? Я помотала головой и потушила причину моего заточения в башне, если отец узнает. -А что советник делает ночью в лесу? Это ли не подозрительно ? Винчесто ухмыльнулся : -Я шёл сюда искать тебя. Сатана зовёт к себе. От неожиданности я закашляла. -Ну я и говорю, гробит здоровье. В свое оправдание я лишь произнесла, вставая : -Это не от курения... Правда. Вас послал мой отец? Почему не стражу? -Скажем так. Он сейчас не очень доверяет посторонним. Я собрала свои вещи и последовала за Адмироном. -А вы не посторонний? -Твой отец мне доверяет. Я усмехнулась : -Хорошо, что доверяет. Надеюсь, он не ошибается. -Не ошибается, поверь. -Мне тоже вам верить? - с интересом спросила я. -Как хочешь, - советник улыбнулся, пропуская меня в один из залов дворца Ада. Мы дошли до кабинета отца молча. -Он тебя ждет, - произнёс Винчесто. Я немного замялась, но все же попросила : -Вы не могли бы... Не рассказывать отцу про сигареты. Он убьёт меня если узнает. Адмирон сжал губы: -Я не скажу, если меня не спросят. Но не стоит с этим слишком заигрываться, поверь мне. Я улыбнулась и кивнула. Он распахнул передо мной двери кабинета.