dirty night

— Черт, как же хорошо... — шепчет он, утыкаясь лбом в холодное зеркало туалета. От каждого рваного выдоха на стекле появляются запотевшие кружки, что через время вновь исчезают в прохладе кафельного помещения. За хлипкой дверью слышны звуки веселья толпы, пляшущей в темноте танцпола. Весь этот гул доносится до него как сквозь вату — в голове набатом стучит собственное сердце, готовое вот-вот остановиться от переизбытка чувств, которые дарит ему незнакомец сзади. Размеренные толчки, широкие ладони, крепко держащие его за талию, теплое дыхание, щекочущее ухо, и горячий член, что головкой скользит аккурат по простате — все это слишком. Слишком много. Слишком хорошо. Настолько, что голова идет кругом; он уже не соображает, где верх, а где низ. Из головы напрочь выветривается мысль об искавшем его Ли Джено, который хотел представить ему своего давнего друга. Вместо этого — тягучий туман возбуждения, замедляющий мышление, затмевающий разум. 　Он с силой цепляется пальцами за раковину, чтобы не упасть в обморок, когда парень сзади ускоряется, выбивая из него весь дух. Громко стонет от ощущения шершавых пальцев, сжавших его головку, и машинально толкается в руку своему мучителю. Тот шипит какие-то ругательства, когда младший сжимает его в себе сильнее, и вдалбливает разморенного юношу в раковину, вслушиваясь в ласкающий слух скулеж. 　Не обращая внимания на застилающий глаза пот, они рвано двигаются друг другу навстречу, достигая пика вместе, зажмуриваясь до искр в глазах. Единый стон наполнил помещение, отражаясь от кафельных стен. 　— Эй, как тебя зовут? — спрашивает младший, не в состоянии отлипнуть от зеркала и открыть глаза. 　— Марк, — отвечает ему коротко глубокий голос, отозвавшийся мурашками по телу. Поясницу аккуратно гладят теплые ладони, успокаивая дрожащего от оргазма парня, и натягивают задранную до груди толстовку обратно как-то странно заботливо. 　— А я... 　— Донхёк, я знаю, — в голосе уже знакомого незнакомца звучит веселье. 　 Младший вскидывает голову, смотря в отражение стоящего сзади парня. Он приоткрывает губы, с которых готов был сорваться вопрос, но его снова перебивают: 　— Джено, — произносит Марк, ухмыляясь донхёкову отражению. И все встает на свои места. Что ж. По крайней мере Ли теперь не придется их знакомить.