Октябрь в Нулогорске

– Доброе утро, дорогие слушатели! Сегодня первое октября, представьте себе – уже октябрь! Хотя в этом году сентябрь у нас не был укороченным, согласитесь, ощущение какое-то неполное. Но что ж, каким бы он ни был, он закончился, и мы не будем задерживаться в прошлом, а устремим наши взоры в будущее!.. Нулогорское лесничество напоминает об ограничениях на посещение болот: не более двух часов за один раз, не более трёх человек в одной группе, не более пяти криков «помогите» в течение одного часа. Пожалуйста, соблюдайте установленные нормы! В центральной библиотеке состоится... Марьяша на секунду замерла, сморгнула и мотнула головой. – Прошу прощения, это слишком будущее... Поговорим о том, что ближе! Сегодня международный день музыки, и именно сегодня состоится ежегодный фестиваль народной музыки «Кельмица»! Как всегда, на берегах нашей прекрасной бурной реки зазвучат песни, в её водах отразятся танцы, и каждый из вас может принять участие в этом празднике жизни! Торжественное открытие фестиваля состоится в пятнадцать ноль ноль, сценическая программа продлится полтора часа, после чего начнутся мастер-классы и будет действовать открытая сцена. Завершение фестиваля запланировано на двадцать ноль ноль. В сгустившейся вечерней тьме участники неожиданно молчаливой процессией проследуют с факелами вдоль берегов Кельмицы до моста, где пересекут реку и скроются в неприветливо чернеющем лесу. Тон голоса радиоведущей становился всё более глухим и тяжёлым. – Постепенно свет факелов потухнет, а звуки шагов смешаются со зловещим шелестом ветвей, и не отличить будет реальность от кошмарного сна. Песнопения, звучавшие днём, подхваченные быстрыми водами Кельмицы, призовут Тех, Кто Слышал, и тьма поглотит их облики. Сможет ли кто-то вернуться с рассветными лучами в город? Сможет ли кто-то пережить роковую встречу? Окажется ли кто-то хитроумен настолько, что сможет обхитрить хитрейших?.. Голос как по щелчку тумблера резко вернулся к нормальным интонациям. – Генеральный спонсор фестиваля – рыбокомбинат «Северный». Срок подачи заявок на упоминание на мемориальном камне – до полудня второго октября. Городская дорожная служба также напоминает участникам фестиваля: в городской черте через реку Кельмицу существует только один мост, вход и въезд на который осуществляется с улицы Новосёлов. Только один. Пожалуйста, пользуйтесь им. Хватит ходить вброд, для вас же строили! А сейчас, чтобы настроить вас на правильный лад перед фестивалем, небольшая музыкальная пауза! Включив в эфир подготовленный трек, Марьяша наконец вытащила мобильный. Профессиональная этика не позволяла ей читать нерабочие сообщения в открытую, поэтому она читала их краем глаза, пряча телефон под своим столом. «Сейчас же эфир?» «У меня музыкальная пауза))» «Я имела в виду, до того.» «)))» «Ладно, поняла. А почему мост только один? Там же второй есть.» Марьяша нахмурилась и прикусила губу. Как бы поделикатнее намекнуть... «Какой – второй? Нет у нас второго моста)» «Метров триста от первого? Справа, если стоять лицом к реке и лесу? В него, судя по карте, упирается улица Староверов.» «Нет-нет. У нас только один мост!» Ответа не последовало, а музыкальная пауза заканчивалась. Марьяша нахмурилась ещё сильнее и быстро дописала: «У меня есть пара часов перед вечерним эфиром. Как раз будет открытая сцена. Не хотите составить компанию?)» «Звучит неплохо. Тогда я заеду, всё равно буду рядом.» Остаток эфира Марьяша провела со счастливой улыбкой на лице. И разумеется, не преминула сообщить слушателям о том, что тоже собирается навестить фестиваль, да не одна – а в компании обворожительной Елизаветы.

***

Они стояли на мосту через Кельмицу и смотрели вправо (если повернуться лицом к лесу). Елизавета сосредоточенно хмурилась, разглядывая несуществующий второй мост. Только что Марьяша проникновенно объяснила, что никакого второго моста нет и что вообще от улицы Староверов лучше близко к берегу не подходить – возможно оползание почвы. Чуть поодаль играла музыка. На открытой сцене выступал какой-то молодой коллектив, распевавший финские и саамские песни в рок-стиле. Звучало, пожалуй, неплохо. Голос Марьяши, неспособной молчать дольше минуты, звучал, пожалуй, ещё приятнее. – Как вам фестиваль? – Интересный. Своеобразный, – задумчиво кивнула Елизавета, размышляя о несуществующем материальном мосте. Она уже успела навести справки: несколько пропавших без вести. Определённо, очень интересное явление. Надо завтра же заняться им вплотную. – Музыка неосязаема, а мы её слышим. А иногда видим то, что осязать невозможно, – почти философски сообщила Марьяша. – И часто принимаем на веру то, что объяснить не можем. Это всё взаимосвязано. Самое главное – это быть осторожным, правда? – Наверное. – Вот видите! И вы со мной согласны. У Елизаветы сложилось чёткое ощущение, что радиоведущая пытается её о чём-то предупредить, но не может сказать об этом вслух. Цензура? – Может, вернёмся? – предложила она. – Я там вроде видела сбитень. Угощаю. – О-о-о, как мило! – просияла Марьяша. – С вами, милая Елизавета, хоть на край земли! – Начнём со сбитня, – и Елизавета невольно улыбнулась. «Костя, будь другом. Отправь запросы насчёт тех пропавших. И пошли кого-нибудь походить вокруг второго моста. Пусть ближе двадцати метров не подходят.» «Понял, принял. Сейчас займусь. Привет голосу Нулогорска ;) Не холодно для романтической прогулки?» «Костя, заткнись.»