Октябрь в Нулогорске

Понедельник ознаменовался дождём после обеда. Мелкий, косой, он пробирался даже под капюшоны и малочисленные зонты, шелестел по подоконникам и навевал меланхолию. Новая рабочая неделя настраивала на совершенно нерабочий лад, и мягкая музыка голоса Нулогорска из приёмников ничуть не помогала. Утром эфир был ещё более-менее бодрый – Марьяша зачитала все официальные поздравления с Днём Учителя, добавила немного от себя и поговорила о реформах образования и прочих событиях. Но то ли в честь праздника, то ли из-за погоды, на этом новости закончились. После полудня не происходило ровным счётом ничего – всё шло совершенно размеренно, тихо и запланированно. И немножечко меланхолично. – Вы помните, дорогие слушатели, как рыжие листья шелестели под ногами, пока вы угрюмо брели ранним сумрачным утром в сторону школы. Настроения ноль, беззаботное лето кончилось, впереди всё лишь мрачнее и холоднее... А потом вы вспоминали о том, что после уроков пойдёте домой не в одиночестве. Были мгновения, когда каждому слушателю казалось, будто радиоведущая обращается лично к нему, игнорируя всех остальных. И возможно, говорит с ним без помощи радиоволн. И может быть, так оно и было.

***

– Вы вместе выходили после уроков. И не спешили домой: вы бродили по улицам, шуршали листьями, висели на турниках и болтали обо всём на свете. Обсуждали уроки и одноклассников, учителей и родителей, соседей и фильмы, и магазины, и еду, и великие свершения, и грандиозные планы, и невероятное будущее... динозавров, сверхновые, Атлантиду, привидений, сокровища, капканы... Вы говорили обо всём на свете. «Менялись наклейками», – добавляет с улыбкой Настя из библиотеки. «Забирались на гаражи и бегали от сторожа», – ухмыляется, глядя в окно своего офиса, Юрий. «Играли в слова, пока те не теряли значения окончательно», – кивает задумчиво Ольга Валерьевна, расставляя по вазам подаренные учениками букеты. «Мечтали летать к далёким галактикам», – вспоминает таксист Витёк, останавливаясь на красный. – Потом вы закончили школу. Ваши пути стали расходиться. Всё реже и реже вы виделись, но никогда не забывали друг друга. Ты остался здесь. Твой друг покинул город. И вы иногда созванивались, но постепенно и это происходило всё реже и реже. «Она уехала учиться и вышла там замуж», – подтверждает Настя. «Он пошёл в армию и выбрал военную карьеру», – вспоминает Юрий. «Ей всё время хотелось чего-то нового, и она нигде не задерживалась надолго», – улыбается Ольга Валерьевна. «Он всё искал, как бы побыстрее и побольше заработать», – качает головой Витёк. – Знаете, дорогие слушатели, как это бывает... Можно покинуть родные края, забыть все имена, но где-то глубоко внутри останется острый осколок. И стоит повернуться неловко, как он ранит глубоко и сильно, и будит воспоминания, и не даёт спать, как июльская ночь, и затапливает, словно морской прибой. И с каждым днём будет расти беспокойство, волнение, чувство потери, чувство неудовлетворённости. А потом придёт желание оглядеться. И зачем же всё это? Зачем, если нет душе покоя? Настя вздыхает, качает головой и смотрит на дождливую улицу, так и замерев у стеллажа с парой новых изданий в руках. Юрий смотрит задумчиво сквозь чашку с кофе, что принесла расторопная помощница, и не замечает, как оседает пышная пенка, как остывает горячий напиток. Ольга Валерьевна задумчиво перебирает лепестки гербер, не чувствуя, как кошка ластится к неё ногам и клянчит вкусненького. Витёк совершенно на автомате довозит пассажира, желает доброго дня, высаживая, и отъезжает на парковку в стороне в ожидании новых заказов, но даже не смотрит на оповещения. – Мы не выбираем семью, дорогие слушатели. Не выбираем, где родиться. Не выбираем, какие мы. Но мы выбираем своих друзей и решаем, хранить ли им верность. И бывает, что можно годами не видеться с человеком, но одно лишь его имя заставит сердце трепетать, а уголки губ дёрнуться в улыбке. И мы точно знаем, что этот человек точно так же скучает, как и мы сами, пусть жизнь и развела нас далеко-далеко. Можно покинуть родину. Но её осколок останется в сердце. И пробудившись, он зацепит ту самую струнку, что будет звенеть и не давать покоя. Возвращайтесь. Вас ждут. По вам невероятно соскучились.

***

Катюшка, разведённая и вновь свободная, импульсивно купила билет на ближайший рейс – не прямой, ну и что? Доберётся попуткой! И почему ей раньше не приходило в голову, что можно просто взять и вернуться наконец домой? И обязательно надо привезти Настюхе конфет «Пьяная вишня», как она любит! Дмитрий Павлович впервые с тех пор, как сменил китель на респектабельный пиджак начальника отдела, почувствовал совершеннейшее недовольство. В конце концов! Он имеет право на отпуск. Пусть и вне очереди, за свой счёт! Проедет часть пути на поезде – в удовольствие, обязательно покупая чай в стакане с подстаканником у проводницы – потом рейсовым автобусом. И сюрпризом заявится к Юрчику. С бутылочкой хорошего коньяка, разумеется. Мария, откинув голову на спинку кресла, лениво наблюдала за пышными облаками в иллюминатор. Ещё вчера она была уверена, что обязательно осядет в жарком Марокко хотя бы на несколько лет. А уже сегодня импульсивно летит рейсом до Санкт-Петербурга. Оттуда уже попроще добираться будет. Зато привезёт Оленьке местных сладостей – таких на севере не бывает, она знает наверняка. И эту чудесную шаль, при виде которой она сразу подумала именно о вечно мёрзнущей подружке! Саня то и дело втапливал педаль газа в пол, обгоняя неторопливые фуры, и улыбался. Надо добраться побыстрее! Зря он, что ли, купил себе такую дорогущую тачку. В багажнике бережно были укутаны в пару одеял здоровенные арбузы и нереальных размеров дыня «Торпеда», то-то Витька удивится! Спросит, небось, как довезти умудрится – а Саня ему и скажет: «Это, друг, тирьямпампация – вжух, и я дома!»

***

Марьяша шла домой и не могла перестать улыбаться. Улыбалась, когда расплачивалась в маленьком магазинчике у дома за сметану и бублики. Улыбалась, отпирая дверь. Улыбалась ещё счастливее, увидев заветный «лайк» от пустого, но исправно читающего её аккаунта. Улыбалась ярким звёздам, не став задёргивать шторы на окне. Искренней и счастливой улыбкой человека, отлично выполнившего свою работу. Четверо – это совсем немного. Лучший друг – это невероятно много. Умножим на четыре. И неимоверно важно, особенно сейчас, в этот тёплый, тихий октябрь. Особенно в этом необычном году.