Чистота происхождения

— Мама? — Седрик чуть не упал. — Бегите! — рыкнула Диана. Мы рванули врассыпную, швыряясь заклятием Остолбеней. Перед нами с Герми и Диггори возник черный дым, а в нем один из Пожирателей Смерти. Пришлось разделиться. Забежав за угол, меня вновь встретил черный дым, только, я увидела его лишь тогда, когда обернулась и получила в губу неплохой удар. Упала на пол, чувствую вкус крови. Черный силуэт надвигался на меня. — Сектумсемпра! — крикнула я, направляя удар на Пожирателя. — Это же проклятье! — фыркнул Седрик, помогая мне встать. Я лишь молча поднялась, продолжая путь по неизвестному направлению. Отбиваясь от Пожирателей, мы разрушили добрую половину комнаты пророчеств. Столкнулись с остальными. — Полумна! — я дернула ее за руку, глядя на то, как полки, словно домино, начали падать одна за одной. — Назад к двери! Живо! — крикнул Гарри, хватая нас. Весь путь до двери, а он был далеко не коротким, на нас то и дело падали сферы с пророчествами. То на головы, то под ноги. Выскочив в дверь, мы провалились во тьму.

Комната смерти

       Поднявшись с земли, мы лицезрели что на постаменте стоит древняя Арка. От центральной площадки амфитеатром расходятся скамьи. Арка будто занавешена тонкой прозрачной то ли тканью, то ли дымом, то ли текучей водой. Обойдя ее, я поняла, что она выглядит одинаково с обоих сторон. — Голоса, — Гарри подходит к ней, — о чем они говорят? — Нет голосов, — рыкнула Гермиона. — Я тоже их слышу, — Полумна как под гипнозом. — И я, — шепотом, — она словно в дыму. — Это пустая арка, — Седрик, — идем! — Встаньте за мной! — крикнул Гарри, смотря куда-то вверх. Пожиратели в своем дымовом облаке повалили нас и их голоса сводили с ума. Какое-то время, мы так и были погружены в этот черный дым. Когда все это закончилось, мы с Гарри единственные, кто остались рядом с аркой, а вокруг арки стояли Пожиратели Смерти, которые держали ребят, нацелив на них палочки. Отец держал Седрика за волосы с воткнутой палочкой в горло волшебника. Держал и усмехался. Гермиона дрожала от страха. — Вы что, — Люциус подходит к нам, — действительно настолько наивны, что были уверены в том, что такие дети как вы, смогут победить нас? — смеется, — выбор у вас весьма простой, — протянул руку, — отдай мне пророчество, Поттер. Или, — оглядел ребят, — они умрут у вас на глазах. — Поттер, даже не думай! — рыкнул Невилл. — Заткнись! — прошипела Беллатриса. Гарри посмотрел на меня, на остальных и на Малфоя старшего, вздохнул, протягивая сферу. — И без фокусов, — дополнил Люциус. — Хорошо, — Гарри положил в руку волшебника сферу. — Отлично… Белый свет, словно, вспышкой, промелькнул перед глазами. Запах пихты и дерева. Это тетя. — Отойди от моего крестника, — прошипел Сириус, отправляя в нокаут довольного Малфоя. Началось веселье. Ярко-белым дымом начали появляться один за одним участники Ордена Феникса: Римус, Грюм, тетушка, Бруствер, Нимфадора и Диана (мама Седрика). Малфой упал, разбив сферу с пророчеством. Мы начали активно отбиваться от атак Пожирателей, которые явно не ожидали подобного. Диана и Римус рванули освобождать ребят. Тетушка затащила меня за камень и резко усадив на землю, прошипела: — София, — берет меня за руку, — собирайте с Гарри остальных и уходите отсюда! — Что? — в шоке, — нет! Мы готовы сражаться! Я хочу остаться с тобой! — Ты уже все сделала прекрасно, — улыбается, — нам нужно завершить начатое. Послушай меня. — Пожалуйста… — Малышка, — сжала руку крепче, — я очень сильно люблю тебя, понимаешь? Киваю. — Моя главная задача — защищать тебя. Я обещала это Анне, — ее голос дрогнул, — ты мой лучик света. За вас с Анной, я готова умереть. Тетушка называла свою дочь Андромеду — Анной. — Я потеряла сестру, — вздохнула, — больше потерь не будет. Хватит. Будь умницей. Забирай друзей и уходи. Все будет хорошо. Поднявшись, нас уже ждал Малфой и Беллатриса. — Ох, — смеется, — сколько же лет мы с тобой не виделись, сладенькая. Как тебе Азкабан? — Неплохо, — рыкнула Адель, — а тебе? — Понравилось, — Белла засмеялась. Начался ожесточенный бой. Мы еле как уворачивались и отбивали атаки, в то время, пока остальные занимались этим же. — Экспеллиармус! — обезоруживаю Беллу. — Неплохо! — смеется. — Акцио! Притянув Пожирательницу Смерти к тебе, я схватила ее за волосы и быстро вырубила, приложив головой об арку. — Браво, Адель! — Малфой хлопает. — Рано радуешься! Она выбивает и из его рук палочку, отбрасывая темного мага назад. — Авада Кедавра! — прокричал отец, выпрыгивая откуда-то. Тетушка прикрыла меня и заклинание отошло рикошетом. Адель моргнула и улыбнулась. — Ты в норме? — спросила я. — Да, — кивает. Она не двигалась, и только увидев то, что ее покрыл белый полупрозрачный дым арки, я поняла, что произошло. Тетушка закрыла глаза и ее тело улетело вверх, скрываясь и пропадая в пелене арки. Слеза стекла с ее щеки. — Адель? Паника. — Адель? — ком в горле появился. Молча моргаю. Мир замер и затих. — Нет, — тихим голосом, — нет… Я направилась ближе к арке, но Сириус схватил меня сзади, максимально ограничивая мои движения. — Нет! Нет! Отпусти меня! Пытаюсь вырваться из рук Блэка, почти получается, но, не совсем. — Арка и тебя заберет, София! Тело умершего не падает с другой стороны, а как бы становится частью завесы. Она мертва. Из-за меня. Не в силах терпеть эту боль, я обмякла в руках Сириуса, и что есть силы закричала. Мой душераздирающий крик пронесся по всей комнате смерти, оставляя громкое эхо. Все, кто был там, видел и слышал это, замерли, кажется, даже не дыша. Я сорвала голос. Слезы потекли по щекам. Мне удалось увидеть, как папа, с довольной улыбкой скрывается в коридоре. Горе сменилось на гнев и ярость, с помощью которых, я смогла вырваться из хватки Блэка и рвануть за отцом. — София! — кто-то меня окликнул. Кто бы это не был, мне плевать.

Холл Министерства

       Оказавшись в холле, я слышала лишь одну фразу: — Я убил твою мать и тетку! Это я их убил! — смеется и гордится своим поступком. Увидев отца, я сразу же погналась за ним. — Круциатус! — крикнула, повалив отца на пол. Он, словно забитая в угол собака, попятился на четвереньках, пытаясь сбежать. Пнув его в ногу, он повалился на спину, с мольбой в глазах, скулил, прося пощады. — Я же твой отец, София! Я люблю тебя. Меня всю трясло от гнева. Сердце выпрыгивает из груди. — Нужно быть смелее, София, — раздался шепот в моей голове, — он убил их, он заслужил это. Плевать, что он твой отец. Он продал тебя, еще до твоего рождения. Растил тебя, как свинью на убой. Голос Темного Лорда сводил с ума и манил произнести запрещенные слова. — Без него тебе будет легче… Ты отомстишь за мать и за тетю. Заживешь спокойной жизнью. Никто не будет издеваться или мешать тебе… Давай… Ты же знаешь заклинание… Обернувшись, я встретилась с Волан-де-Мортом лицом к лицу. — Слабая… Ничего, — улыбается, — исправим. Расскажу тебе историю… Твоя мать — Анна, была нечто прекрасным и светлым. — Минутку… Я повернулась к отцу, присела на корточки и взмахнув палочкой, произнесла: — Петрификус Тоталус… Полежи, отдохни… — Умно, — Темный Лорд смеется, — начну с того, что твоя матушка около 11 лет была под влиянием заклятия Империуса. Юный Кристиан, — смотрит в его сторону, — был одним из первых, кто примкнул ко мне. Однажды, он узнал, что можно не стать Пожирателем Смерти, а родиться им… Рожденный Пожиратель — дитя предназначения. Ты понимаешь, о чем я? — Не совсем. — Ладно, — удивлен, — сила этого дитя — катастрофически сильна, а само дите принадлежит создателю. Мне. Но, — поднял палец вверх, — из-за пророчества Сивиллы, все иначе. «Родиться дитя у Света и Тьмы, в день, когда луна станет полной, а на улице будет день. Дитя родиться под знаком Тьмы, способным дать Свет… Который поможет равному Темному Лорду победить его…» — Я — оружие? — Да, — улыбнулся, — ты поможешь Гарри убить меня, или наоборот, но, — смеется, — я в твоей голове. Ты мне обещана отцом. В твоих жилах течет моя кровь и сила. Чего? — Не удивляйся, Кристиан все рассчитал. На протяжении всей беременности Анны, он поил ее моей кровью, даруя тебе великую силу. Он лично попросил поставить твоей матери Черную метку, чтобы все точно получилось. Насильно поставленная метка — сильный магический атрибут, — подошел ближе, — а чтобы, Анна ничего не понимала, он держал ее по контролем. Империус. 11 лет. До тех пор, пока ты не поступила в Хогвартс. С тех пор, он ее освободил… Эта новость ударила меня током так, что эмоции, чувства и боль пропали. Все пропало. — Выбирай сторону. — Отвали от нее! — в холле появился Гарри. — Гарри! Прочь! — Дамблдор вышел из камина. Шокированную меня, Поттер схватил и уволок в сторону. Вообще не понимаю, что происходит. — Глупо было появляться здесь, Том, — произнес он, глядя на Темного Лорда, — мракоборцы уже в пути. Тебе не успеть скрыться. — Успею, — смеется, — а вот ты-ы-ы… Сейчас умрешь! Между Альбусом и Реддлом начался бой. Ошметки магии летели в разные стороны, разрушая все, что попало. Мы с Гарри обнялись комочком, закрывая друг друга от осколков и прочего. — Все будет хорошо, — прошептал он. Темный Лорд послал воздушный поцелуй, из которого появился огромный огненный змей. Адское пламя. Альбус еле как сдерживал его. Отразив атаку огнем, он создал огромный шар из воды, который смог потушить пламя. Темный Лорд создал взрыв такой силы, что все внутренние окна в холле Министерства взорвались. И весь поток осколков, он направил в нас. Благодаря директору, все это превратилось в пыль. Улыбнувшись, Темный Лорд исчез. — Мы целы, — прошептала я. — Я же говорил. Нас с Гарри одновременно парализовала судорога и словно по команде, мы рухнулись на пол. Тело ломило, головная боль медленно сводила с ума. Перед глазами проносились воспоминания… Папа не сильно разговаривал со мной. И так, с тех пор, как шляпа определила меня в Гриффиндор… Словно, не поступив в Слизерин, я перестала быть его дочерью. Словно, меня никогда нет и не было… Словно, он меня не любит… — Я не виновата, — тихо начала, — что меня приняли в Гриффиндор, папа! — А кто виноват?! — крикнул он, во время нашей очередной ссоры. — Чертова шляпа, — безразлично ответила я.

***

— Эй, — Драко дёрнул меня за руку, — куда собралась? Диггори ждет тебя! — Отстань, — спокойно сказала я. — Не смей так разговаривать со мной, Эрондейл! — рыкнул он. — Драко, — безразлично смотрю на него, — успокойся. — Я спокоен, — улыбается, — не забывай, что ты мне обещана! — Я не твоя вещь! — Моя! — это раздалось эхом по всему коридору. Он был доволен собой и тем, что говорил. Фыркнув, я уже собралась вернуться в зал, как вдруг, Драко одернул меня и властно впился в мои губы, слегка заламывая руку. Мне стало больно, но, мои попытки вырваться лишь ухудшали положение. Он лишь сильнее заламывал руку. — Стерпится — слюбится, — прошептал он, целуя мою шею. — Черта с два, — прошипела я, ударив его под ребра, — я лучше умру, чем стану твоей женой.

***

       Отпустив Гарри и остальных, меня тянуло вниз все больше и больше. Зелье перестало действовать и хвост благополучно превратился в мои ноги. Я вновь человек. Воздуха стало не хватать. Сил плыть нет, а агрессивные осьминоги все больнее и больнее кусали мое тело… Чья-то рука притянула меня плечо, и потащила к верху. Когда мы выплыли, то я увидела, что моим героем стал Седрик. Все сразу же накинулись на меня с полотенцами и халатами. И долгое время я блевала водой. — София! София! — закричала мама, — ты жива! — накидывает полотенце.

***

— Ты позор семьи! — Грязнокровка! — Ты не в моем вкусе! — Кому ты нужна? — Уйди с глаз моих долой! — Ее зачислили на Гриффиндор! — Я хотел бы мальчика! — Ты моя собственность!

***

— Кто вы и что вам нужно?! — крикнула де Лакур, угрожая незнакомцу палочкой. — Убей девчонку, — прошептало тело, которое было в руках незнакомца. — Авада Кедавра! — прокричал он. — Не-е-е-е-ет! Седрик прикрыл Флёр собой и зеленый свет откинул их обоих. Они мертвы. Оба мертвы. Боже… — Седрик, — прошептала я, когда слеза капнула с моего носа.

***

— Кристиан, — он улыбнулся. Услышав это имя, меня тут же передернуло. Пожалуйста, пусть это будет не мой отец. Но, когда Пожиратель смерти снял маску и капюшон, я увидела лицо отца, который довольно улыбался. Слезы полились из глаз. Он предатель. Это он виноват в убийствах и нападениях. Мой отец.

***

Судорога схватила мою левую руку и подняв рукав, я увидела, что мои вены слегка вздуты и цвет их стал черным. На руке прорисовывался змеиный силуэт.

***

       Все, кто находился там, замерли и даже не дышали, наблюдая за тем, как Амос Диггори оплакивает единственного сына и то, как младшая сестра Флёр де Лакур, рыдает над телом сестры. Плач и крики скорбящий окутали всю арену и сам лабиринт. Сердце кровью обливалось от такого. Мой отец — предатель. Седрик и Флёр мертвы. Темный Лорд вернулся, и, кажется, у него на меня планы.

***

       Пульс бьется в ушах. — Боже-е-е, — прошептала я, увидев разбитую дверь. Сердце стучало о ребра. На ватных ногах, я подошла еще ближе к двери и открыла ее. От увиденного, дар речи полностью пропал и слезы хлынули градом. Меня пошатнуло, и я поползла вниз по стене. Мамин кабинет флористики был разгромлен настолько сильно, будто, прошелся ураган. Горшки, срезка цветов, земля, ленты и прочее… А в центре комнаты лежала мама. С открытыми глазами и палочкой в руках. — Ма, — я рухнула на колени рядом с ней. Моя палочка тут же выпала из рук. Взяв бездыханное тело матери, я обняла ее настолько крепко, насколько это было возможно и зарыдала, срывая голос.

***

       Нож прилетел в спинку кресла, а расстояние между папиным левым ухом и острием составило пару сантиметров, около 2 или 3. Он спокойно достал нож из мебели и положил его на тумбочку рядом. — Ну, — он вздохнул, — после свадьбы твой нрав немного успокоится. — Ты уже нашел себе новую жену? — закатила глаза, — хоть бы неделю подождал. — Очень смешно, у грязнокровок научилась? — фыркнул он, — у нас с Люциусом договор. После Хогвартса ты и Драко играете свадьбу. — Ничего не знаю, — сказала я, — это у тебя с Люциусом договор. Ты и выполняй. Я не собираюсь становиться частью чокнутой семейки Малфоев. — Ну да, — он засмеялся, — будешь частью семейки грязнокровок Диггори. Ужасно. — Я сказала «нет», — рычу, — значит «нет». Ты и оба Малфоя могут идти в задницу. Ясно? — Не смей мешать кровь! — крикнул отец, — итак всю семью, — замялся, — весь род Эрондейлов опозорила. Родилась девочкой, поступила в Гриффиндор, общаешься с грязнокровками. Как и твоя мамаша, которая не смогла родить еще раз. Ты вся в мать — сплошное разочарование и ничтожное существование.

***

       Драко говорил это с такой ненавистью. По щекам полились слезы. Я пыталась вырваться, но он лишь сильнее прижимал. — И знаешь, я видел, что ты заметила нас с Дафной, миленькая, правда? — шепчет на ухо, — в отличии от тебя, она знает себе цену, и сразу поняла, с кем надо общаться. Она — элита, а ты, — схватил за горло, — девка на ночь, и сикля не стоишь. Мой тебе совет — встань в очередь. Нагуляюсь — вспомню о тебе. Ты моя вещь, как, — замялся, — кофта. Запомни это, Эрондейл! Седрик оттянул Малфоя и схватил его за свитер. — Если ты еще хоть раз, — глаза волшебника почернели от злости, — прикоснешься к ней, против ее воли.

***

— Авада Кедавра! — прокричал отец, выпрыгивая откуда-то. Тетушка прикрыла меня и заклинание отошло рикошетом. Адель моргнула и улыбнулась. — Ты в норме? — спросила я. — Да, — кивает. Она не двигалась, и только увидев то, что ее покрыл белый полупрозрачный дым арки, я поняла, что произошло. Тетушка закрыла глаза и ее тело улетело вверх, скрываясь и пропадая в пелене арки. Слеза стекла с ее щеки. — Адель? Эти темные воспоминания затягивали меня во тьму, ухудшая самочувствие. Я слышала собственные крики от этой боли, но, ничего не могла поделать. — Ты проиграла-а-а-а… Ты слишком слабая… — шепот Темного Лорда приносил неумолимую боль. С каждой буквой, кости начинало ломить все сильнее, а боль становилась все агрессивнее. — Мне, — собственный голос раздался в голове, — искренне жаль, что ты одинок. Тебе никогда не узнать, что такое любовь и дружба. Козел. Изо всех сил, я боролась с влиянием Волан-де-Морта. Ломая себя и работая на пределе, мне удавалось это сделать. На смену Тьме пришел Свет.

1991 год.

— Детка! — крикнул папа, заходя в гостиную, — сова прислала письмо! Я тут же рванула к отцу, и взобравшись на него, точно обезьянка, я выхватила долгожданный конверт.

***

— Трудно, — зашептала шляпа, — очень трудно… Отвага, хитрость, острый ум, желание достичь высот, — замялась, — черта Эрондейлов. И все как один — выходцы Слизерина… Чистокровные волшебники… Давай уже! Слизерин! Слизерин! — Слизерин бы сделал тебя великой! — продолжала она, — но, не настолько, как ГРИФФИНДОР! Это Гриффиндор!

***

— Привет, — произнесла Гермиона. — Привет, — ответила я, — это твоя кровать? — Нет, — она улыбнулась. У нее кроличьи зубки.

***

      Диггори улыбнулся и протянул мне руку, помогая встать. Рука по-мужски крепкая, большая и сухая. — Седрик. — София. Мы улыбнулись друг другу.

***

— Волнуешься? — спросил Гарри. — Мне нечего волноваться, — усмехнулась, — там не мое имя. — София Эрондейл!

***

       Мама прислала мне платье на бал и записку: «Это важный день. Я верю в тебя, мой маленький чемпион»

***

       Когда мы с мамой вышли на внутреннюю часть арены, где уже ждали судьи и остальные участники, она прошептала: — Ты все равно для меня лучшая, — улыбнулась, — прошу, будь аккуратнее, — слезно прошептала она, — я безумно горжусь тобой, София. — Люблю тебя, — прошептала я.

***

       Вот он, моральный выбор: вечная слава и миллион галлеонов, плюсом уважение отца и других личностей и многое другое, или же, жизнь человека, который не является мне даже другом, не говоря о большем, а лишь простой знакомый, которого сейчас душат и давят, а после, утянут и он умрет. И для него, я являюсь единственным шансом на спасение. Слава или Седрик? — Черт! — рыкнула я, — редукто! Слабохарактерная дура!

***

       Вдруг, мою руку кто-то слабо сжал. И посмотрев, я поняла, что мою руку сжал Седрик. — Он жив! — крикнула я, — жив! Обхватив его руку, я почувствовала, что она вовсе не ледяная, а наоборот, еле теплая.

***

 — София, — отец Седрика моментально изменился в лице, — соболезную тебе. Это ужасное горе. Наша семья поможет тебе чем сможет. — И да, — его мама приобняла меня, — ты можешь оставаться здесь ровно столько, сколько хочешь. Наш дом — твой дом. Мы дружили с Анной, — она вздохнула, — в Хогвартсе, тайно после того, как она вышла замуж за Эрондейла, и по сей, — ее голос дрогнул, — день.

***

Седрик Ричард Диггори или Драко Люциус Малфой?

***

       Определившись с выбором, я отправилась в Хогсмид, и чтобы сократить дорогу, решила пойти по переулкам деревушки. Зайдя за дом, меня кто-то неожиданно сзади похлопал по плечу. Обернувшись, я онемела и от страха, и от удивления. — Ма, — осеклась, — мама? Это была вылитая мама, только, волосы по плечи, а у мамы волосы всегда были по лопатку. — Стоп, — пригляделась и достала волшебную палочку, — ты не моя мама. — София, — в углу появился Сириус, — убери палочку, это свои. — Нет! Незнакомка усмехнулась. — Меня зовут Аделаида Лайвен, — улыбнулась, — я твоя тетя.

***

— Я люблю тебя, — Седрик крепко обнял меня.

***

       Как только я подошла к тетушке, появился Сириус, в руках которого сидела маленькая девчушка, полгода, не больше. Огромные голубые глаза и карамельные волосы. — Это наша дочь, — волшебник улыбнулся, — Андромеда Эридан Блэк.

***

       — И за то, — продолжил он, — что чуть не задушил тебя, перед этим наговорив гадостей. Ревность срывает мне башню, — Драко усмехнулся, — я люблю тебя, София, — он посмотрел мне в глаза. Шок. — Ты самый близкий мне человек. Ты больше, чем друг, ты как сестра, — он взял меня за руку, — ты всегда терпела меня, помогала мне и хорошо относилась ко мне. А я… — Драко, — улыбаюсь, — я никогда не злилась на тебя или не обижалась. Я дорожу тобой. — Как и я тобой, — его голос предательски дрогнул, — мне просто Седрик не нравится, — он вздохнул, — вообще никак! Лучше бы ты с Поттером или Уизли начала встречаться! Ну или с Гермионой!

***

       Тетушка затащила меня за камень и резко усадив на землю, прошипела: — София, — берет меня за руку, — собирайте с Гарри остальных и уходите отсюда! — Что? — в шоке, — нет! Мы готовы сражаться! Я хочу остаться с тобой! — Ты уже все сделала прекрасно, — улыбается, — нам нужно завершить начатое. Послушай меня. — Пожалуйста… — Малышка, — сжала руку крепче, — я очень сильно люблю тебя, понимаешь?

***

— Все будет хорошо, — Поттер обнял меня крепче.

Седрик

      Разобравшись с Пожирателями, мы рванули за Софией и Гарри, а оказавшись в холле, я увидел, что Гарри и София одновременно рухнули на пол и начали биться в конвульсиях. — Профессор, — подлетаю к Дамблдору, — что с ними? Профессор лишь молчал, наблюдая за тем, как они мучаются. — Директор! — Седрик, — мама одернула меня. София и Гарри кричали, извивались словно змеи. Их лица стали бледными, кожа покрылась вздутыми венами, а глаза — превратились в змеиные с белой подсветкой. — Ты проиграл, старик, — прошипели они хором, далеко не своими голосами. Дамблдор вздрогнул, смотря на их мучения, коснулся лба каждого из них и что-то прошептал. Их боли и крики постепенно прекратились. Открыв глаза, мы увидели, что они стали прежними. Поттер и Эрондейл вновь забились в конвульсиях, но, из них выходил темный дым. Профессор остановил нас. — Он вернулся, — прошептал Корнелиус, глядя на эту картину, — Боже… Министр магии от шока и страха упал на колени. Они успокоились и больше не шевелились. Я подлетел к Софии, взяв ее на руки и обнял, убирая мокрые пряди со лба. — Все хорошо, — прошептал, глядя на ее бледное лицо. Они живы. Они дышат.