я замечаю слишком много.

      смотреть, как спит фэн синь, му цину никогда не надоест: во сне этот несносный парень из ворчливого, вспыльчивого и грозного воина превращается в ребёнка.       в такие безмятежные минуты пропадает будто бы по волшебству из его черт резкость: морщинка меж нахмуренных бровей разглаживается, губы перестают регулярно поджиматься, и дыхание становится размеренным; фэн синь позволяет себе расслабиться и частенько раскидывается во всю постель.       некоторые его привычки во время сна настолько умиляют му цина, что он каждый раз еле сдерживается, чтобы не рассмеяться, глухо и абсолютно точно глупо.       чего только стоит манера фэн синя прижимать что-нибудь (или кого-нибудь, когда му цин ложится слишком близко, конечно же, по чистой случайности) к груди с такой силой, будто он хочет вплавить эту вещь в себя? му цин старается не попадаться лишний раз под руку спящему товарищу из опасений за сохранность своих костей. иногда даже дико становится от мысли, что нет ни одного состояния фэн синя, которое было бы страшнее его спящего.       но с приходом утра все встает на места: и хмурость, и вспыльчивость, и вечное ворчание. и му цин любит эти две крайности, хоть фэн синь и не догадывается ни об одной из них.