Feathers and Leather, Fluff and other Predicaments

Гермионе обычно нравились вечера вторника, но на этот раз она была напугана. У них с Драко было первое свидание во вторник, ну, по крайней мере, это было похоже на свидание. И с той первой встречи в Флориш и Блоттс, и с ужина в Дырявом Котле, они встречались каждый вторник. Чтобы поужинать вместе или просто погулять. Потом они после прогулки в Хогсмиде, Косом Переулке или маггловском Лондоне шли к ней домой, чтобы полежать вместе под одеялом. Все началось однажды вечером во вторник, и теперь, 6 месяцев спустя свиданий, писем и любви, по крайней мере, она чувствовала любовь к нему, все могло закончиться, потому что ее чувства менялись. Что-то беспокоило ее последние несколько недель, и ей нужно было выбросить это из груди. Даже если это будет означать, что Драко возненавидит ее и разорвет отношения. Но она не могла скрыть этого от него. Гермиона знала, что большинство их друзей были женаты. Годрик знал, сколько свадеб она посетила за последние несколько лет. Ей было 27, она была не так уж и стара, она была сосредоточена на своей карьере, дружбе, а теперь и на отношениях с Драко. Но ей хотелось большего. Она прижалась к нему ближе на диване. У них только что был потрясающий секс, а теперь она положила голову ему на грудь, прислушиваясь к его сердцебиению, пока его руки нежно поглаживали ее волосы. — Я хочу тебе что-то рассказать, — сказала Гермиона, глубоко вздохнув и взглянув на него, найдя его серые глаза. — Ты всегда хочешь это делать, — сказал он, целуя ее лоб. Она закатила глаза. — Я серьезно, Драко, — Гермиона увидела, что его рот открылся, вероятно, он собирался сказать что-то столь же дерзкое, но вместо этого он погладил ее по щеке большим пальцем. — Выпусти все, Грейнджер, — сказал он вместо этого. Гермиона глубоко вздохнула. — Я знаю, я знаю, что мы начали встречаться всего несколько месяцев назад… И возможно это не серьезно… Но у всех вокруг нас есть семьи… Я хочу ребенка! Драко смущенно посмотрел на нее. И даже прежде, чем он успел что-то сказать, она продолжала говорить. — Я знаю, что мы не готовы, я знаю, что отношения должны строиться не так. Но я хочу ребенка. Я хочу быть мамой. И я хотела бы, чтобы ты стал отцом этого ребенка, но я могу просто пойти в маггловскую клинику и найти анонимного донора. Драко прижался губами к ее губам, чтобы она перестала говорить. — Прошу прощения, я действительно не хотела сваливать это на тебя. Я знаю, что мы не готовы, но я просто хочу ребенка. Я не могу больше видеть Джин, Пэнси, Лаванду, Падму, ведьм в министерстве, которые беременны или у них уже есть дети… Я тоже хочу семью. Она начала отодвигаться, складывая свою и его одежду на диван. — Грейнджер, остановись, — прошептал он, взяв ее руки в свои. Она плакала. Почему она начала плакать? Гермиона знала, что все закончится вот так. Она потеряла хорошие времена своей жизни, пытаясь чего-то добиться. Он поцеловал ее, и Гермиона растворилась в поцелуе. Думая, что это может быть ее последний поцелуй. — Мне очень жаль, что я свалила это все на тебя. Это мое скрытое желание. — Ты хочешь ребенка? Давай сделаем ребенка! — Драко усмехнулся, глядя на нее. — Мы разберемся с моей мамой, когда она узнает, что у меня будет ребенок вне брака! — и он снова ее поцеловал, поднял на руки и нес в постель. — Что ты делаешь? — спросила Гермиона, прижимаясь к нему. — Младенцы создаются на кроватях, а не на диванах, Грейнджер! Давай сделаем ребенка. У нас впереди вся ночь! — подмигнул он.