Feathers and Leather, Fluff and other Predicaments

Хеллоуинские традиции Драко и Гермионы со временем изменились. Они уже не были молодой парой. У них были дети и была семья. Все началось с ужина и друзей. Наблюдать за кострами в Балликасле, а затем переночевать в одной из гостиниц было просто замечательно. Драко это понравилось. Те ночи с любимой женщиной. Когда Скорпиусу было 9 месяцев, Гермиона заявила, что хочет изменить их традицию. Она хотела нарядить ребенка, как пушистую летучую мышь, и выпрашивать сладости на улице ее родителей. Драко смотрел на нее, как на сумасшедшую, но он пошел с ними, потому что ни в коем случае не оставит свою жену и своего сына. И это стало их семейной традицией. В течение стольких лет ни один из их детей не просил его переодеться. Они были довольны тем, что Драко был одет в темный костюм. Кэсси однажды сказала, что он выглядел достаточно устрашающе, когда хмурился, глядя на других родителей, которые хвалили их костюмы. Так было до этого года. Поскольку Скорпиус, Кассиопея и Персей были Хогвартсе, а Гермиона допоздна в Министерстве, он должен был пойти Он не знал, почему она выбрала роль маленькой феи из фильма про пиратов, но она выглядела очень очаровательно в своем зеленом платье. — Где твой костюм, папа? — спросила она. — У папочки его нет, Мими, — сказал он, глядя на нее с улыбкой. — Нет костюма? — спросила она и она начала плакать. Драко быстро поднял ее. — Мими, почему ты плачешь? — Я не хочу идти одна, папа! — Ты не пойдешь одна, милая, папа с тобой... — Но ты одет так же, как и всегда, — сказала она, поглаживая его серый пиджак. — Да, но я думал, тебе нравится, когда папа носит костюмы вместо мантии..., — прошептал Драко, целуя девушку в щеку. — Я не хочу идти..., — прошептала она. — Что? Но бабушка Дебби и дедушка Джон ждут, когда мы постучим в их дверь и попросим сладости, — попытался возразить Драко. Он никогда не признался бы в этом, но он любил эту традицию. Она покачала головой. — Не пойду, если ты не переоденешься!— сказала она. Голубые глаза смотрели на него. И не было сомнений, что она не пойдет. Она делала то, что хотела, только когда хотела и как хотела. Для Мимозы Грейнджер-Малфой было все или ничего. И Драко был уверен, что она будет гордой гриффиндоркой. Скорпиус был слизеринцем, Кэсси когтевранкой и Перси пуффендуйцем. Драко спрашивал себя, будет ли Мимоза маленькой львицей, как и ее мать. И этот случай прямо сейчас сказал ему, что наверное да. К счастью, ему не придется терпеть насмешки со стороны Поттеров, Уизли и Лонгботтома в течение многих лет. Драко сел на диван и потер виски. Он определенно был слишком стар, чтобы продолжать спорить со своими детьми, а тем более со своей маленькой девочкой. Кэсси становилась все более самостоятельной и скоро перестанет нуждаться в нем. Итак, ему нужно было наслаждаться Мимозой и ее детством. — И скажи мне, дорогая, что нужно папе одеть, чтобы ты пошла с ним? И эта улыбка, эта победоносная улыбка была настолько похожей на улыбку Гермионы, что он не мог удержаться от улыбки в ответ. — Как Питер Пэн, папа! Я Тинкербелл, а ты Питер Пэн! — Понятно... а у Питера Пэна металлическая голова? — Нет, папа! — она усмехнулась, когда подошла к книжным полкам и принесла иллюстрированную книгу. Она указала на рыжего мальчика, одетого в какую-то глупую зеленую одежду. — Это Питер Пэн! — И ты хочешь, чтобы я так нарядился? — спросил он, просто чтобы убедиться. — Да! Пожалуйста! я буду очень рада! — умоляла она, глядя на него такими ангельскими глазами. Драко кивнул, вздохнув. Господи, что он деляет для своей семьи. Рыжие волосы! Он будет похож на Уизли. Какой кошмар. — Тебе лучше целый месяц вести себя хорошо, Мимоза Малфой! — крикнул он, отнес книгу в свою комнату, намереваясь как можно дольше переодеваться. Это история о том, как Драко Малфой оказался одетым как Питер Пэн, держал за руку маленькую Тинкербелл и просил у магглов сладостей. На полпути к другим домам. они встретили еще одного человека. — Мамочка! — взволнованно вскрикнула Мимоза, подбегая к Гермионе. — Это... это ночная рубашка, Грейнджер? — спросил он с открытым ртом. — Мама — Венди, папа! Ты Питер Пэн, а я Тинкербелл! — объяснила Мимоза, глядя на него, как на дурака. — Тебе не нравится, муж? — спросила Гермиона, наматывая локон на палец. Драко придвинулся ближе, обнял ее за талию и притянул ближе, чтобы нежно поцеловать, а затем поцеловал Мимозу в щеку. — Скажи мне, Мими, ты знала, что мама придет? Мимоза хихикнула, пряча лицо и слезая с рук Гермионы. — Я собираюсь постучать в эту дверь прямо сейчас! — сказала она вместо этого и побежала вместе с другими детьми. Драко ухмыльнулся, глядя, как она уходит. Может быть, еще не все потеряно, и она окажется на Слизерине. Он снова поцеловал Гермиону. — Грейджер, она заставила меня! Она расплакалась, я пошел переодеваться впервые за семнадцать лет, Грейнджер. Чувствую себя каким-то жалким пуффендуйцем! Гермиона обняла его крепче. — Мы все знаем, что ты все сделаешь ради своих девочек, — поддразнила она. — Ну, если твои родители смогут остаться с Мими, то я покажу тебе, что я не всегда мягок, — подмигнул Драко.