Смотрины для короля

В самом деле, среди всех драконов, когда-либо существовавших за последнюю тысячу лет, Эрухабен был самым человеколюбивым. Самым незаносчивым. Самым прекрасным и, несомненно, одним из самых сильных. Еще Эрухабен был, вероятно, исключительно умным Золотым драконом, который чтил законы как магии, так и природы, поэтому прекрасно понимал, что любая жизнь подходит в итоге к концу. Он уже успел смириться со своей будущей смертью, намереваясь прожить эти годы как можно более спокойно и в любви к себе, когда в его жизни объявились сумасшедшие дети. Эрухабен не мог предполагать, что полюбит этих детей как отсутствующих своих. Золотой дракон уступал им шаг за шагом, достаточно быстро сдавшись и всего пару раз сделав вид, что показывает свой традиционный для его рода характер. Эрухабен был умен, был стар - и эти два качества позволили ему быстрее других вникать в то, что происходит вокруг, и признаваться себе в чувствах, которых другие сторонились. Розалин, вырвавшаяся к ним на пятничный вечер спустя две недели после празднования самого странного праздника в жизни особняка, пьет вино и ужасно неприлично взмахивает руками, пока описывает ему очередной эксперимент - всем на самом деле абсолютно наплевать, а Эрухабену и вовсе в первую очередь. Розалин, умная девочка, скованная кучей правил и ложных привычек, наконец становится самой собой, и это многого стоит по мнению дракона. Да и вообще, уж не им ли всем привыкать к нарушению правил приличия? Они все освободились от своих рамок и страхов, потому что невозможно следовать за хозяином этого особняка и находиться в цепях своих предрассудков. - После этого они попросту взорвались! - возбужденно снова взмахивает рукой Розалин, а дракон моргает, возвращаясь в реальность. Ну что ж, Розалин, конечно, прекрасно себя чувствует, но с ее любовью ко взрывам нужно бы что-то сделать. Направить энергию в нужное русло? Эрухабен обещает себе заняться этим, иначе даже Башня вскоре рискует остаться без крыши, как немалоизвестные замки. - Сэр, это привело меня к такому отличному выводу! - О, просвяти меня, - благосклонно кивает дракон, тут же отступая. Ладно, ничего с крышей не станется, Мюллер наверняка укрепил ее по просьбе Кейла особыми методами - Кейл Хенитьюз умеет просчитывать мелочи на несколько шагов вперед. Сам он сидит неподалеку с очень странным выражением лица - обычно, по аристократу ничего не прочитаешь, но сегодня он периодически слегка хмурится, словно решает какую-то внутреннюю головоломку. Раон, явно заметивший это раньше других, вертится возле своего человека, все норовя залезть ему на колени, пока там уже умещаются Он и Хонг - котята выросли уже так, что явно не помещаются вдвоем на худых ногах Кейла, не говоря уже о дополнительной тяжести подросшего Раона. Дракон сопит, получает дразняще пушистой лапкой Хонга по носу, но лезет, пытаясь впихнуть хотя бы морду поближе к теплому животу Кейла. В конце концов, Чхве Хан перехватывает под животики обоих кошек и прижимает их, недовольно мяукнувших, к себе, Раон победно размещает свою морду единолично, и только тут все четверо понимают, что Кейл этого даже не заметил. Как можно не увидеть боевых действий за свои драгоценные колени прямиком у себя под носом - неизвестно, но дети сразу прекращают играть. - Кейл-ним, что-то не так? Хенитьюз переводит рассеянный взгляд на обеспокоенного Чхве Хана, когда шум вокруг стола стихает. Все больше взглядов обращаются к хозяину виллы, который пытается погладить воздух, потом находит голову дракона и начинает гладить ее. Эрухабен и Розалин переглядываются. Они-то знают, что не так. Альберу в замке принимает тройную делегацию от Восточного континента - и, под вуалью подписаний мирных договоров и прочих королевских привилегий, к нему привезли сразу троих принцесс. Между прочим, делегации в Роан наведались по велению легкой руки именно Кейла. Эрухабену сложно представить, что чувствовал в тот момент король, когда звонил ему ранее, поскольку до Кейла было невозможно дозвониться по неизвестной причине. Альберу выглядел как всегда ухоженным, сияющим и невероятно располагающим к себе, однако меж его бровей пролегала такая же складка, которая сейчас была у Кейла. Король, как выяснилось, извинялся за то, что не сможет присутствовать на их ужине. - В первый раз думал, что смогу побывать у вас, но королевство не желает отпускать меня ни на шаг, - улыбается Альберу, и улыбка эта не из приятных. - Как выяснилось, принцессы не могут без моего общества, поэтому буду изображать из себя гостеприимного короля. Передайте, пожалуйста, Кейлу, что... Впрочем, ничего не нужно передавать. - Вы уверены, Ваше Величество? - непринужденно спрашивает Эрухабен, но Альберу решительно кивает и, вежливо попрощавшись, отключается. Этого дитя беспокоят будущие смотрины, это ясно Эрухабену как день. И дело вовсе не в том, что король на самом деле темный эльф, скрывающийся ото всех и вся. У золотого дракона закрадываются нехорошие подозрения, поскольку ему ли не знать Кейла как свои тысячу сто три чешуйки на кончике хвоста. Есть еще двое, помимо его и Альберу, кто так же отлично знает бездельника - к одной из них он и направляется, преспокойно телепортировавшись, не отходя далеко от сферы. И вот сейчас они с Розалин пытаются угадать, что чувствует Кейл, смотрящий в одну точку на тарелке. Эрухабена глубоко поражает его очевидная беспомощность, поскольку он, вероятно, действительно расстроен тем, что своими руками привел к Альберу сразу троих принцесс. И пусть никто из взрослых и думать не смеет о том, что Альберу способен соблазниться пусть и самой невероятной красавицей рядом с собой, но королю сейчас очень сложно, поскольку, когда он отвергнет всех, это может подвергнуть рискам все их договора с Восточным Континентом. - Кейл кое-что обдумывает, не вмешивайтесь, - говорит Эрухабен, на которого все немедленно оборачиваются, но продолжают смотреть украдкой на Кейла. Дракон раздраженно прищуривается и словно бы невзначай продолжает. - Интересно, доживу ли я до того момента, как... Мэри, Лок, Розалин, попавшаяся на уловку, котята, Кейдж, Ганс и даже Бирокс мгновенно громко возмущаются, поскольку буквально ненавидят старческие рассуждения Эрухабена, но больше не заставляют Кейла нервничать, а беседа с трудом, но перетекает в прошлое русло. Чхве Хана едва удается увлечь разговором - настолько он упрям в своем беспокойстве, прекрасно зная, что золотой дракон уже давно блефует. Даже Раон не ведется, глядя своими сапфировыми глазами вверх, когда укладывает лапу на лежащую руку на коленях. - Кейл, - Раон буквально негромко рычит, раздраженный тем, что его человек так беспомощен в своих чувствах. - Я уничтожу весь континент, если будет нужно! Я поменяю законы, если ты захочешь! - А?.. - Хенитьюз, наконец, замечает восьмилетнего ребенка и накрывает его лапу своей ладонью. В его мыслях полная сумятица. Какие доводы придумать для Виолан, Деруса и, черт возьми, Басена, чтобы заставить их действовать так, как он все расписал сам себе еще сто лет назад? Утром Басен ввел его буквально в настоящий ступор, когда заявил, что собирается брать уроки в другом королевстве по управлению герцогством, да и хотел бы побывать у дружественных им аристократов в гостях, чтобы увереннее взяться за бразды правления его, Кейла, герцогством. Ким Рок Су, будущий бездельник, едва не упал там же, где сидел. Какого черта он вдруг стал будущим герцогом? Он не собирался им быть, ведь им станет Басен! На его полузадушенный вопрос даже Виолан посмотрела на него с озабоченным взглядом, сказав, что, естественно, с конца первой войны они переговорили с детьми и решили, что Кейл более достоин этой чести. "Какого черта я не присутствовал при этой задушевной беседе?!" Басен, казалось, доволен такой участью, Дерус не видел в ней ничего странного, Виолан и вовсе, оказывается, не рассматривала другого варианта, а Лили боготворила старшего брата и намеревалась всегда охранять границы его владений. Кейла, если честно, чуть там же не схватил удар, когда он понял, как обманывал самого себя. После всего этого он, попросив присутствовать на ближайшем семейном собрании, на негнущихся ногах вышел из столовой и немедленно отправился к единственному человеку, который смог бы придумать, как решить его величайшую проблему. Он, под затрепетавшим взглядом мага, телепортируется в замок короля, естественно, не затребовав ни единого подтверждения для этого действия. Как во сне главнокомандующий кивает поприветствовавшим его рыцарям и магам на той стороне, которые отдают ему честь, вытягиваясь по струнке, и буквально летит искать до дрожи нужного ему Альберу. К счастью, в кабинете никого нет, кроме крайне озабоченного и мрачного короля, когда Кейл влетает туда вихрем (темный эльф за ним уважительно и тихонько закрывает и заглушает заклинанием дверь) и начинает практически с порога паниковать. - Кейл, - перебивает, что ему несвойственно, Альберу, пока тот резко садится на диван и пододвигает к себе вазочку с фруктами. Мужчина нервно дергает виноград, когда замолкает и поднимает взгляд на неважно выглядящего короля. - Я услышал тебя, но сейчас... - Свет моего королевства, но это же катастрофа! Мне и так придется когда-нибудь заняться фермерством, но... - Кейл, - снова предпринимает попытку Кроссман. Его приводят в отчаяние миниатюрные портреты перед собой на столе, пока его взгляд, даже не в силах задержаться на них, соскальзывает на миниатюру от Эрухабена, изображающую Кейла как живого. А еще более живой Кейл сидит прямо перед ним, но и слышать его не хочет. - Ко мне сегодня вместе с тремя делегациями приедут на смотрины трое принцесс. - О, - останавливается, наконец, на мгновение аристократ, когда виноградина шлепается с его пальцев и укатывается куда-то по полу. - Ну, уверен, что Ваше Величество что-то придумает. Альберу нахмуривается. Кейл продолжает предлагать варианты того, что можно сказать Дерусу и Виолане, словно, если он отвлечется хотя бы на секунду, то произойдет конец света. Альберу же нужна поддержка. Хотя бы пара слов, хотя бы намек на то, ради чего Альберу вообще от всего этого отказывается. Да, он все еще скрывается как темный эльф, но прямо перед ним причина, поднявшаяся на первое место против женитьбы. Альберу влюблен. И, черт возьми, этот сумасшедший ублюдок даже не слышит его, хотя до этого делал не менее взаимные шаги навстречу. - Я поговорю с герцогом и герцогиней, - резко обрывает его король, хлопнув какой-то папкой по столу. Кейл вздрагивает и смотрит на него. - Уверен, что что-нибудь придумаю. - И это даже не будет стоить мне какой-либо таблички? - осторожно уточняет Хенитьюз. До него все еще не доходит простая мысль, стучащая где-то у горла. - Нет. Теперь оставь меня, вечером у меня важная встреча, - заканчивает разговор Альберу, углубившись в документы. Кейл тихонько поднимается, отодвигая блюдо обратно в центр стола, и так же тихо выходит, ускорив шаг. Как бы ни был убедителен его король, Кейлу в любом случае не помешает придумать что-нибудь еще. - ..Человек! - А? - кажется, Кейл повторяется. Раон уже настойчиво бьет лапой по его колену, зовя во второй раз. - Что-то я устал, закончите тут без меня. Кейдж, было приятно увидеться. Мисс Розалин и мисс Мэри, жду вас в следующий раз, всем остальным спокойной ночи. Ганс, за мной можешь не ходить. Черный дракон смотрит в сторону уходящего легкой и уверенной походкой Кейла, не в силах понять, что происходит. Он переводит растерянный взгляд на Эрухабена, поднимаясь на стул своего человека. - Там опять Клопе! Он снова молится и говорит, что пришел в Лес Тьмы, чтобы найти своего Бога. Чхве Хан давится остывшим чаем, решив смочить горло, Кейдж закатывает глаза, а Мэри тревожно смотрит в сторону темного окна. Котята почти рвутся наружу, но Бирокс вовремя подхватывает их на руки. - Оставь его там, где он есть, - говорит Розалин, сочувствующе смотря туда, куда ушел Кейл. - Розалин?.. - Сколько у нас самых сильных монстров в Лесу Тьмы? Нужно отправить к нему всех. - Эрухабен-ним?.. Следующие пару недель Кейл оказывается занят: он каким-то образом ввязывается в новую просьбу, переданную ему Мировым Деревом, решая проблемы эльфов, прое потерянных веток и злых козней от бывших и не очень недругов. Еще он посещает Восточный континент, осматривая гостиницу, проверяя документы и слушая то, что рассказывает ему Рон за завтраком, пока Раон с детьми убегают к Полукровке, которого повысили от мойщика посуды до ученика Молана-старшего. С ним никто это не обсуждает, но Кейл считает неплохим вариантом оставить выдрессированного полукровку-дракона за нового управляющего, а Рону передать еще одну гостиницу, здание для которой Кейл уже присмотрел, пока они с детьми гуляли по соседнему королевству. Одному из тех, которые должны были быть в делегации к королю Альберу. Кейл считает, что ему не хватает ушей и глаз для себя в первую очередь и для его короля. Рон одобряет план, когда Хенитьюз делится с ним своими мыслями. - Его Величеству явно нужны будут свои люди, поскольку ходят слухи, что переговоры прошли крайне успешно, - говорит старик, подливая лимонад. - Они даже не очень расстроены отказом от предложенных ему невест. - Невест? - вздрагивает Кейл, моргнув. На лице Рона расползается добрая улыбка старика, что чертовски пугает мужчину. С каких пор Рон смотрит на него таким отеческим взглядом? - Его Величество объявил, что не в силах на данный момент позаботиться о ком-то, помимо его королевства и дражайшего названного брата. И что, как хороший брат, он сначала должен женить вас, молодой мастер. Теперь-то Кейл понимает, почему все так упрямо отводили глаза и прятали лицо, когда он разговаривал на днях сначала с Эрухабеном, потом с Розалин, с Биллосом и... О нет. Теперь понятно, отчего Виолан была так весела в последнем разговоре! Она наверняка подумала, что у Кейла есть кто-то на примете! Нет, на самом деле, трудно сказать, что у него нет никого в сердце, но чертов-темный-эльф-по-счастливой-случайности-еще-и-король явно не тот, о ком могли бы подумать герцог и герцогиня Хенитьюз! Что вытворяет Альберу? Кейл решает, что ему пора домой - что-то задержался он со всеми своими путешествиями, пока выяснял планы врагов и расставлял ловушки, которые должны были сработать когда-нибудь в нужный ему момент в будущем. Он собирается еще резвее, чем если бы ему сказали "иди и бездельничай", зовет Раона, котят, следящего суровым взглядом за пьяненьким Бадом Чхве Хана и телепортируется сначала на собственную виллу, а после в особняк Хенитьюзов. Альберу, сидящего в столовой и оживленно болтающего с герцогом, герцогиней и двумя их детьми, он ну никак не ожидает увидеть. - Что... - Кейл! - восклицает Дерут, когда они с женой резво поднимаются из-за стола, чтобы придирчиво осмотреть сына и поприветствовать его. - Почему ты не предупредил нас, что вернешься так рано? - Я в порядке, - отвечает на привычно обеспокоенные взгляды Кейл и буквально сверлит взглядом сияющего словно тысяча солнц Альберу. Король в очевидно хорошем настроении и нежно улыбается пялящемуся на него Кейлу. Главнокомандующий вдруг чувствует, как его сердце делает кульбит. Как детишки в парке аттракционов на американских горках! Оказывается, он чертовски соскучился по Альберу, поскольку у него не было даже свободной минутки доложить о своих делах. Но Альберу вкрадывался в его мысли совершенно незаметно, а Хенитьюз не думал о том, что это необычно. В конце концов, все, что он делал, было для безопасности королевства Роан, на земле которого стоит его собственный дом, а самым ослепительным его представителем был именно Альберу Кроссман. Не думать о нем не выходило, но Кейл только сейчас признал, что соскучился и по... Всему, что происходило между ними. И это не значит, что он прямо сейчас не оторвет ему голову, если хоть кто-нибудь ему не объяснит, что тут происходит. Заприметив сузившиеся глаза Кейла, Альберу небрежно отодвигает стул рядом с собой, дружески похлопав по его сидению ладонью. - Луна моего королевства, - Виолан вздыхает, украдкой посмотрев на Дериуса. Лили восторженно уставляется на Басена, и уже оба они с нескрываемой гордостью смотрят на старшего. У Кейла закрадываются отвратительные, просто ужасные подозрения, но он опускается на стул рядом с королем, готовый выслушать любой кошмар из этого улыбающегося рта. С каких пор? Если бы не дети, они бы на самом деле больше походили на военный совет. - Мы обсуждали с герцогом и его семьей прекрасную сделку, с которой они мне любезно оказали помощь во время присутствия делегаций с Восточного континента. Я благодарен им и счастлив, что у меня за плечами есть подобные союзники. - Пока у королевства Роан есть территории Хенитьюз, полные различных достоинств, ни одно Восточное или Западное королевство не сможет заполучить себе более выгодные условия, чем можем предложить мы, - говорит Дериус, выглядящий внушительно в своей уверенности. Чувствуя, что что-то где-то упустил, Кейл замечает заинтересованный взгляд Альберу на себе, незаметно опускает руку под стол, скользнув по чужому бедру, и пребольно его щипает. К своей чести, король даже не меняется в лице, тут же словно невзначай залезая под скатерть и ловя бесчинствующие пальцы, чтобы переплестись с ними своими. - Мальчишка, - одними губами шепчет король, намекая, что они ведут себя как дети прямо на глазах родных Кейла, пусть Ким Рок Су они и не приходились кровными близкими. - Что за сделка? - шипит в ответ Кейл в нижней зоне слышимости. Они оба словно не замечают, что вокруг них повисает тишина. - Ваше Величество, я днями и ночами тружусь на ваше благо... Дериус издает надсадный кашель, а Кейл быстро захлопывает рот. Ну да, про ночи он зря. Ночами-то он спит. - В общем, Кейл, я постарался все объяснить твоим родным, и они были столь любезны, что согласились не ставить тебя во главу герцогского рода, пока ты нужен Королевству. Кейл изумленно выдыхает, ища в потеплевших голубых глазах подвох. Его руку мягко сжимают, и несчастный бездельник едва пересиливает себя, чтобы не пододвинуться ближе к этому теплу, что исходит от Альберу. - Конечно! - восклицает Виолан, разрушая все таинство момента. - У тебя, дорогой Кейл, будет и без этого слишком много дел! Басен согласился заменить тебя, и мы во всем вас поддержим. - Да-да, благодарю вас, матушка, - бормочет Кейл, и остаток ужина проходит в неловкой атмосфере, в которой аристократ все равно умудряется наесться от пуза - война войной, а обед по расписанию. Кейл слишком хорошо знает, что никакие нервы не обеспечат ему хорошую еду. Он даже успевает успокоиться, прежде чем Альберу поднимается и просит проводить его до телепортационного круга. Только выйдя за пределы столовой, Кейл замечает двух чужих рыцарей, следовавших за королем. - Вашему Величеству нужен присмотр? - ухмыляется Кейл. - Конечно, ведь я же король, - невозмутимо отвечает Альберу, когда они неспешно идут по коридору, освещаемому теплым светом. Кейлу кажется, что за ними следует по меньшей мере сотня любопытных глаз - в поместье Хенитьюз впервые прибыл король, а зрелище расхаживающих Альберу с Кейлом для местных далеко не настолько привычное, как в замке в самом сердце Роан. - Где мы можем поговорить? Кейл вздрагивает, кивнув. Что ж, он не удивлен, что у короля к нему не меньше вопросов, чем у него самого. В конце концов, они не виделись уже почти месяц - у Кроссмана могло накопиться многое, что нужно ему сказать. Например, о новостях в королевстве, о том, чем же Кейл будет заниматься, черт возьми, раз его с таким энтузиазмом благословили Дерус с Виолан! Они проходят в сторону комнат Кейла, из которых он словно бы вышел пару минут назад: она наполнена теплом, на столе графины с водой и вином, рядом свежие фрукты и цветы. Кейл знает, что Виолан уже успела распорядиться на случай, если сын решит остаться. Король усаживается, глядя вопросительно на устраивающегося рядом с ним же Хенитьюза. - Пока я не услышал что-нибудь, что мне не понравится, я бы хотел извиниться, - говорит Кейл сразу же, прикрывая глаза от света камина и глядя в потемневшую синеву напротив. Альберу протягивает руку, и Кейл без колебаний вкладывает свою ладонь. Привычное тепло снова окутывает его, гораздо приятнее, чем греющий огонь. - Я хотел бы сказать, что уже не расстроен, но мне было бы приятнее, если ты хотя бы выслушал меня, - честно признается Альберу. Он и в самом деле уже давно не сердится, напомнив себе, что полюбил этого человека в том числе и за некоторую сумятицу характера. Кейл - такой же человек, и ему свойственно ошибаться, пусть непосвященные люди и считают его непогрешимым героем. - Я, конечно, не собираюсь заключать брак с кем-либо, но, я надеюсь, что снискал твою благосклонность, чтобы ты тоже имел основания помогать мне с этими весьма шумными проблемами. - Что, Ваше Величество, вас атаковало трое девушек и вы поджали хвост? - ехидничает Кейл, с удовольствием слыша смех Альберу. - Они, конечно, прелестны, как и подобает принцессам, но они словно были везде, - жалуется король. - Я бы предпочел троих Розалин. - Ты не можешь этого утверждать на полном серьезе. Три Розалин - это перебор даже для тебя. - Возможно ты прав. Три Башни Магии Виппер бы не оценили. - Ха. Так я прощен? Обещаю быть более внимательным к твоим желаниям поговорить, - его руку тянут чуть вверх, и Альберу прижимается к тыльной стороне теплыми губами, закрывая глаза. Пусть по его лицу все еще бродит усмешка, но он выглядит очень нежным в этот момент - Кейл вдыхает, надеясь, что он не раскраснелся. - Альберу, это привилегия подданных - целовать руки королям. - Сегодня хороший день, я увидел тебя, - говорит Кроссман, выпрямляясь и поглаживая поцелованное место большим пальцем. - Итак? - Да-да, ты не ускользнешь от ответа, что ты наговорил моей семье, - Кейл соприкасается с ним коленом, когда двигается чуть ближе. - На самом деле, я пришел к ним на следующее утро после первой встречи делегации, мне нужно было проветрить голову и решить, что делать. Ты сбежал, но Дерус и Виолан, несомненно, настолько же разумны, как и ты, несмотря на то, что вы не кровные родственники. - Если тебе настолько нравится фамилия Хенитьюз, то ты бы мог просто с ними подружиться, - не может не подколоть Кейл, подразумевая нечто вроде "а не делать шаги навстречу мне". Альберу широко улыбается, понимая шутку. - Пока мы разговаривали, когда слуги в спешке ловили сердечные приступы, поскольку мое прибытие было неожиданным... - Представляю, какой переполох ты поднял, эгоистичный король. - ...Мне в голову пришел разговор с Чхве Ханом об устройстве управления в вашем мире. И я на ходу придумал, что желаю сделать тебя первым в королевстве послом между Роан и остальными королевствами. Это бы избавило тебя от места герцога, поскольку ты не мог бы находиться в поместье, чтобы им управлять, и ты всегда можешь сослаться на то, что ты на дружественной миссии, пока бездельничаешь где-нибудь на своей вилле. С Раоном телепортироваться туда-сюда, выполняя обязанности, и создавать вид занятости, ты сможешь без особого труда. - Ты действительно предлагаешь мне делать вид, что я работаю? - недоверчиво переспрашивает Кейл, на что Альберу насмешливо смотрит на него, не решаясь произнести вслух, что Кейл - единственный из подчиненных Альберу, которому не нужно даже приказывать, он и сам без указаний и даже без особой надобности найдет себе занятие на головную боль своего окружения. - И я буду получать за это деньги? - Несомненно. Не могу же я оставить своего посла без денежного обеспечения? Мое королевство устроит бунт, если вдруг Герой Серебряного Щита начнет хуже питаться или ходить в прохудившихся туфлях. - Можно было не напоминать, Солнце нашего королевства, - буркает Кейл, когда Альберу в заглаживание вины снова касается губами его руки, на этот раз целуя выступающую косточку на запястье, затем переворачивает ладонь, словно бы осмелев. Он целует в самый центр, где переплетаются линии судьбы, а потом чуть выше в местечко, где виднеются вены сквозь бледную кожу. Вдруг раздается шум, отчего оба чуть не вскакивают на ноги - телепортировавшийся Раон радостно расправляет крылья. - Король! Ты тоже здесь! - Сэр Раон, - улыбается Альберу, тут же предлагающе протягивая руку, в которую немедленно утыкается морда, чтобы ее погладили. Дракон, ничуть не смущаясь, влезает на колени Кроссмана, через него переползая частично на Кейла. - Как поездка? - Было весело! Светлые эльфы такие смешные! Мировое дерево со мной поговорило, но это секрет! Король, ты скучал? - Очень, - кивает серьезно тот, поглядев на Кейла, наглаживающего голову и спину Раона. - Но, боюсь, что сегодня мне пора. Сэр Раон, я могу оставить Кейла на вас? - Он будет в безопасности, - хихикает довольный ответственностью ребенок, словно не он несет ее уже столько лет. - Король, тебя телепортировать? Я приду завтра почитать! - Хорошо, я буду ждать. Я со своими рыцарями, поэтому мы пойдем через круг в особняке, - Альберу осторожно выбирается из-под тяжелеющей тушки дракона. - И... - Я отвернусь, король! Можешь попрощаться с человеком! - Кейл удерживается от того, чтобы не чертыхнуться, когда слышит абсолютно уверенный голос Раона, и впрямь убравшего морду вниз и даже накрывшего ее лапами. - Кто тебя научил, - шипит Кейл, пока его подбородка аккуратно касаются пальцами так, чтобы он в любой момент мог отказаться продолжать движение, но Хенитьюз только вздыхает, когда запрокидывает голову, привычно ухватывается за белый ворот и тянет ближе, крепко прижимаясь к чужим губам. - Удачного возвращения, Ваше Величество. - С твоим благословением, - улыбается Альберу, выглядя неприлично счастливым. Кейл опускает взгляд на все еще тихонько лежащего Раона и тычет его в бок, буквально чувствуя, как внутренности заливает теплом, словно бы после хорошего ужина. Ох, Ким Рок Су, сравнивать ужин и влюбленность... - Итак? - Дедушка Голди... - Эрухабен, значит? - Зато Клопе больше нет в Лесу Тьмы! - спешно переводит тему Раон, а Кейл вздрагивает. О нет, если Клопе нет в лесу, то куда он мог еще забраться? Похоже, отчитывать Эрухабена пока нет времени - нужно срочно разобраться с новой проблемой.