Треск и грохот

Дремлющая тишь ночи, постоянный шелест листьев вокруг. Эхо далёкой совы, двоясь, троясь, отталкивалось от окружающих деревьев и крон. Где-то шелестели кусты, а где — бродили монстры. А перед глазами лишь тихо потрескивающий костёр, в котором продолжали сгорать ветки. Они вспыхивали искрами, и словно мимолётные мысли, исчезали в огне этого драного мира. На небе мрачно висела одинокая луна, закрытая со всех сторон тучами. Скоро наверняка пойдёт дождь. Подтянув ноги к себе, а руки прижав к туловищу, я пытался хоть как-то согреться. Металлический, и, не менее леденящий щит на руке, никак не хотел от меня отцепляться, а я с каждой минутой считал его проклятьем. И это даже не связано с тем, что моя конечность окоченела — просто это именно он виноват в том, что я сейчас в ситуации на грани обрыва. Моё имя — Наофуми Иватани, и это история моей смерти. Я — Герой Щита, единственный Священный Герой из оставшихся. Не хочется углубляться в подробности произошедшего, но если не помнить прошлого, можно не вспомнить настоящего. В недалёком прошлом четырёх подростков из другого мира призвало сюда, в этот «волшебный и прекрасный мир», для его защиты. Защищать нужно было от волн, разломов на небе. Полчища монстров, и единственной задачей тех — уничтожить этот мир и разорвать любое живое существо в клочья. Нам же, четырём героям — убить их главного, наиболее живучего и сильного. Это противостояние длилось бы и дальше, пока волны не закончились, если бы не один главный факт всего случившегося. Четыре героя не были вместе. Изначально нас разделили по одному, дабы мы могли стать сильнее, и лишь трое из них были товарищами друг другу. Герой Щита был козлом отпущения, и общаться с ним было чем-то непристойным. К счастью, это вскоре было изменено, и я почувствовал себя с ними как с товарищами, вставшими плечом к плечу… Но и это длилось недолго. Я был слишком силён для Щита, и доказывать свои слова, что добился этого ручьями крови и пота, было бесполезно. Мне попросту не доверяли. Многое случилось и многое утекло с тех времён, иногда мне казалось, что вот-вот наступит тот переломный момент, когда мы всё же станем друг другу товарищами… Но позже они исчезли. Нет, они не испарились прямо перед глазами, это было бы слишком глупо и комично. Они все… сдохли. Герой Копья, Мотоясу, не мог жить без своих товарищей, а те не могли жить без славы, и вот когда её не стало, не стало и его самого. Его предали, а он, не справившись с горем, приложил к себе руки. Я бы не назвал его человеком чести, скорее, глупым идиотом, заботящимся лишь о тех, кто был с ним всегда и до самой смерти. Жаль, что он так и не понял, что им от него нужна лишь известность. Герой Меча — одинокий герой, наиболее сильный из всех троих, был убит монстром, что усилился сразу же после смерти Копья. Он никогда не рассчитывал на товарищей за его спиной, а было их немало. Рен, так его звали, действовал в гордом одиночестве, и именно в одиночестве он и принял свою судьбу. Он выглядел парнем умным и хладнокровным, но на самом деле это лишь до момента, когда эта маска держится крепко. Рен иногда доверялся мне, он действительно был сообразителен, но ему всё равно не хватало смекалки догадаться, что его водят вокруг пальца. Жаль, что он так и не изменил своему принципу гордого волка. Ицуки, Герой Лука, погиб от обрушенного на голову мощнейшего заклинания, когда завёл себя в ловушку. Он следовал своей справедливости во всём и всегда, хотя и не понимал, что его справедливость — всего лишь желание быть известным и прославленным, как настоящий, горячо любимый всеми герой. Ицуки взял одно очень простое на описание задание, взять это и дойти до туда, отдав это. Причислялось за его выполнение огромное количество денег и опыта. Да вот только, как можно быстро додуматься, задание это было ни чем другим, как ловушкой для непутёвого героя, что гнался за любой хорошо прославляющей работой. Дойдя до цели, он долго ждал, когда что-то произойдёт. В глубоком гроте, сыром, тёмном и пахнущем серой, он и принял свою смерть — выжигающий всё живое на своём пути луч огня извергся из тьмы пещеры, подрывая вместе с собой ещё и множество бочек динамита. Шанс выжить был минимальным — выход далеко, а множественные ожоги залечить простыми лекарствами проблемно. К тому же, взрывы, что дробили кости, раздавались повсеместно. Как выяснилось позже, задание было доступно лишь Герою Лука. Похоже, не везде его любили одинаково. Припав к моему плечу, возле меня сидела одна девушка. Она пыталась согреться, ведь нынче стало так холодно, что будто попал в самый расцвет зимы. Завернувшись в меховое одеяло и прижав к себе густой огненно-красный хвост, она продолжала прижиматься к моей руке. Она была получеловеком, получив от животных пушистый хвост и уши. Так же, как и я, она сражается с волнами, и именно из-за неё я всё ещё жив. В последней битве нас здорово потрепали, поэтому иногда она тяжело вздыхает, пытаясь терпеть боль по всему телу. Тогда я не смог защитить её, хотя это моя основная обязанность. Эта девушка — Рафталия, моя рабыня со сверкающим в моменты непослушания фиолетовым знаком на груди. По некоторым обстоятельствам, её метка была снята чужой волей, но, как знак верности, она вновь нанесла её, дабы я смог, по её словам, доверять ей. Она стала верным товарищем и единственной моей надеждой в этом мире. Наверное, только из-за неё я всё ещё не сдался. Но… Мне всё равно когда-нибудь придёт конец, и я молюсь, чтобы она не видела этого. Не хотелось бы, чтоб она переживала по этому поводу. Позади нас двоих сидела одна огромная белоснежная птица. Фиро — птицеподобное животное, Филориал, а также следующая королева Филориалов. Она, точно так же, как и Рафталия, была моим рабом. У одного работорговца в городе я купил яйцо, а в нём сидела Фиро. Повезло ей выпасть, поэтому, как и Рафталия, она сражается на моей стороне. Сейчас она согревала нас своим длинным и густым мехом, но и то, даже с костром и её тёплой шерстью было холодно. Нет, не смертельно, но я всё равно чувствовал заползающий под доспех мороз. Поёжившись, я хмуро взглянул на костёр. У нас стали заканчиваться ветки. — Н-Наофуми-сама? — проснувшаяся от дрёмы Рафталия грустно взглянула на меня. — Топливо кончается, — сухо ответил я, пялясь на пламя. — Ххх… — проскрипела вместе со вздохом она, сильнее обхватив мою руку. Я открыл интерфейс Щита. Этот мир, помимо противных монстров, обладал знакомым многим отаку Японии меню. Множество примочек, помощь, значения маны, здоровья. Но меня волновало другое. Совсем другое. — До волны два часа, — обронил я, следя за стремительно уменьшающими секундами. Я был готов терпеть любые оскорбления, да даже постоянные обвинения, что угодно, главное — чтобы волны дали достаточно времени для простого отдыха. С каждым разом промежуток между ними всё короче. Приятного в этом мало, в общем-то. Правда, делать нечего, законы мира не разрушить. — Господин-сама, вы боитесь погибнуть? — неожиданно проронила непривычные для неё слова Фиро. — Да. До дрожи в костях, до боли в груди, боюсь. Но, наверное, это единственное верное решение. В любом случае, мне придётся умереть. Я вряд ли переживу все волны с вами одними, да и товарищей мне не найти. Никто не хочет умирать зазря. Правда, меня не пугает собственная смерть так сильно, как ваша. Ни за что, слышите? Ни за что не умирайте, как подонок Мотоясу. Я с того света буду проклинать вас, что вы так с собой поступили. Слышали? — грубо спросил я их тихим хрипом. — Д-да, Н-Наофуми-сама… — дрожащим голосом выговорила Рафталия, врезаясь своими ногтями мне в кожу. Казалось, я чувствую её трясущуюся душу. Наверное, это будет неправильно, оставлять её одну в этом проклятом мире. Да даже с Фиро, им то цепляться не за чего. Меня, может, ждёт свой родной мирок, а их то находится здесь… Либо я облегчу их судьбу, либо сделаю что-то отвратное, что посчитаю правильным. Я не должен заставлять их тянуть цепь с наковальней на дно. Потому что эта наковальня, идущая ко дну — я сам. И либо я обрублю эту цепь, дав им выплыть, или оставлю их задыхаться и умирать, точно так же, как и себя. — Почему я не могу согласиться с вашими словами, Господин-сама, хотя и знаю, что это правда… — шепча, проговорил Филориал за спиной, слова которой будто растворялись в воздухе. Я грустно усмехнулся, сжав ладони в кулак. Мне было тошно, но поделать с этим чувством ничего не мог. Всё слишком разорвано и сожжено вдали. Там нет света, лишь яркие обрывки пламени. И беспросветная, бесконечная тьма. Спустя час костёр окончательно потух. Я не собирался идти за ветками, да и идти куда-то, собственно, тоже желания не выражал. Но нужно готовиться к неприятной встрече. Похлопав Рафталию по плечу, предупредив, что встаю, я поднялся, закинув голову на пустое небо. Луна исчезла за тучами, оставив от себя лишь бледный свет. Казалось, прямо сейчас пойдёт снег, поднимется вихрь… но небо ждало. Ждало чего-то. И гнусно от этого становилось, как никогда. — Наофуми-сама, пора отправляться? — До разлома осталось не так много времени, поэтому нужно выдвигаться. Нужно найти площадку получше. Вместе с потерей трёх героев, Разломы тоже изменились. Они не телепортировали оставшегося героя. Они надвигались на него, раскрываясь поблизости. Я старался уйти как можно дальше от городов, стараясь сдерживать напор там, но, как выяснилось, сил мне на это не хватает. Поэтому я всё чаще оставался возле городов, но сейчас предчувствие говорило о том, что от этого станет только хуже. Раньше, днём и ночью, было тепло, и только после победы над предыдущей волной, погода стала меняться. Скорее всего, это как-то связано с Разломом, и, я даже догадываюсь, как. На нас выйдет ровно один враг. Сильный, огромный и леденящий во всех возможных вариациях. Надеюсь, мы сможем с ним справиться собственными силами. — Господин-сама, куда мы отправимся на этот раз? Поближе к какому из городо… — Мы отправимся на поле. Я покажу дорогу, — перебил я Фиро, залезая на неё. — П-поле? Н-но зачем? — Рафталия, не ожидавшая такого ответа, была удивлена моему решению. — Предчувствие. Погода отвратительная, хотя раньше такого никогда не было. Уверен, даже во времена, когда герои ещё не были призваны, подобного не случалось. — Вы думаете, это как-то связано с Разломом? — Именно. Думаю, нам придётся убить одну огромную штуковину, чтобы запечатать Волну снова. Мои спутницы вздохнули, согласно кивая. Запрыгнув на Фиро, мы неспешно выдвинулись туда, куда я ту направлял. Мы давно не используем повозку, ведь это замедляет нас, да и к тому же, это потеряло какой-либо смысл. Да, Филориалы любят тягать их, и я не прочь порадовать Фиро, но от них столько мороки, да и движение по плохим дорогам проблематично. Поэтому, даже она смирилась с этим, согласившись перевозить нас на своей спине. Прибыли мы к месту быстро. Это был травяной пустырь, с единственным деревом посреди. Тут гулял холодный ветер, и Рафталия, как и я, поёжилась от забравшегося к телу ледяного духа. Пустырь находился вблизи обрыва к морю, и поэтому был риск упасть в воду, но я надеюсь, до этого не дойдёт. К тому же, хоть какой-то вариант отступить. Хотя, куда бы я ни шёл, монстры всё равно меня достанут, даже из земных глубин вытащат… Недовольно буркнув, я посмотрел на отсчёт времени. Десять минут. Через десять минут нам придётся сражаться с неведомо чем, и лучше бы я ошибался в своих догадках. Казалось, ещё немного, и я превращусь в лёд… Дуя на рукавицы, Рафталия была вся красная от холода. Я даже не знаю, как помочь ей. Помочь себе. Нечем. Надеюсь, вся эта дрянь с морозом закончится сразу же, как мы покромсаем босса Волны. Фиро, прыгая с лапы на лапу, была вполне готова к битве. Что ж, стоит и мне настроиться… — Ну-с, действуем по тому же плану. Стоим в защите, а потом проводим серию смертельных атак. Всё элементарно… — выбрав наиболее мощный щит, объявил я. Не знаю, какой против нас будет противник, но я заранее переключился на Щит Пожирателя Душ. Надеюсь, это будет нашествие ледяных духов, что будут умирать от одного лишь касания об него. В голове щёлкнули часы, и с шумом разбились. Разлом открыт. Тёмное серое небо окрасилось багрянцем, став кроваво-алым. Вдали от нас, качаясь из стороны сторону, появилось одно огромное чудище. Сверкая множеством граней льда и отражая кровавое небо, его бесчувственная морда, закованная в такие же пластины из льда, смотрела мне в душу. Он был размером с корабль, нет, он был размером с босса той волны близ Кальмир, Межпространственного Кита. Вокруг него вместе со снегом крутились ещё несколько больших глыб льда, что он, наверняка, будет кидать в нас. Он медленно, но верно приближался к нам, грозя раздавить. — Вы были абсолютно правы, Наофуми-сама! Но… как нам сражаться с таким чудищем? — Думаю, несмотря на его размеры, где-нибудь около груди у него есть какой-нибудь камень, что разломает его на части. Я помогу вам подняться, а вы постарайтесь остаться невредимыми, — ответил я Рафталии, грозно смотря в бездонные глаза голема. Предположение может вполне себе оказаться верным, потому что на его голове никакой существенной брони я не вижу. А вот на груди — наложенные друг на друга пластины льда, и тускло сверкающий где-то внутри фиолетовый цвет. Надеюсь, я не ошибаюсь, выглядит он опасно. Промедлим в избыток — будем похоронены под снежной горой. Но не успела Рафталия с Фиро отойти, как он, не церемонясь, в один бросок кинул в нашу сторону две глыбы льда. Времени на уворот не было, да и случилось это неожиданно, поэтому… Выбросив ногу назад, я упёрся на переднюю, прикрывая себя щитом. — За меня, быстро! — крикнул я во внутреннюю часть щита. Я почувствовал, как кусок льда с треском разбился о выставленный щит, отбрасывая меня назад. Расколовшись пополам, он оставил после себя множество осколков, разлетающихся во все стороны. Руки от первой же выдержанной атаки неприятно болели. Не успевая сдвинуться, повторный толчок такой же мощи впечатался в поднятый щит. Скрипя зубами, я смог устоять, вместе с тем отталкивая один из обломков ногой, что неминуемо нёсся в сторону Фиро. Он выглядел острым, будто изначально создан для того, чтобы кого-нибудь изрезать. Несмотря на то, что щит неплохо защищал меня, за мной безопасной территории было не так много. Поэтому и не удивительно, что кто-нибудь мог и пострадать. Глыбы окончились, а значит, пора и наступать. Рывком направившись в сторону врага, Рафталия изначально выставила свой клинок, приготовившись атаковать. Фиро, несущаяся около неё, была настроена абсолютно так же. — Сестрица! Рафталия, запрыгнув на спину Фиро, намного быстрее настигла цель, и уже замахнулась на одну из ног голема. Из-за своей величины, он был довольно слеп, и всё так же продолжал глядеть на меня. Я для тебя единственная цель, что ли? Рафталия, первой же атакой отколовшая немалый кусок льда от ноги голема, оттолкнулась от Фиро и ударила по ноге во второй раз, вертикально. Создав повреждённые участки, она позволила Фиро ударить по ноге, заставив её с жутким хрустом отколоться. Но теперь, находясь в воздухе, что та, что та, подставились под атаку, да и сами неминуемо двигаются к земле. Огромный кулак двигался в сторону Рафталии, от которого увернуться она была не в силах, а мои Щиты просто до туда не дотянутся… Но вместо того, чтобы хоть как-то защищаться, она, замахнувшись, вызвала трещины в ледяном кулаке, вонзив лезвие в него, образуя опору. Я поспешил к ним, чтобы помочь, продолжая наблюдать за тем, что творит Рафталия. Продолжая держаться на големе, она, резким движением вырвав меч изо льда, с размаху ударила по руке, отрывая ещё одну одну глыбу от того. Правда, живая гора особого ущерба не почувствовала. Он и без того падал ближе к земле, не сумев удержаться на одной ноге. А вот рискующая Рафталия вполне себе может и разбиться. — Фёст Шилд! — запыхавшись, крикнул я, призвав прямо под Рафталией один из щитов. Рисковал я жутко, ведь и область действия, где появился щит, была у границ, да и обломки ноги неумолимо летели в мою сторону. Успев перехватить щит, я снова принял огромный кусок на своё тело, сдерживая крик от переносимой боли. Рука, казалось, сейчас попросту оторвётся, улетев вместе со священным оружием. Обломок, как и прошлые, со звонким треском раскололся, порезав мои плечи и щёку угодившими осколками. Я вскрикнул, но права на большее не имел — ещё несколько таких же льдин неслось по мою душу. Встав на колено, я прижал щит ближе к себе, дабы случайно действительно не лишиться конечностей. Земля подо мной была ледяной, будто вместо земли там — голый лёд, а я рискую быть расплющенным, если поскользнусь. Проверять это времени не было, поэтому я вновь сконцентрировался на отражении ледопада. Следующая глыба отказалась рассекаться пополам, поэтому я постарался перенаправить её куда-нибудь в сторону. Она, скрипя о щит, всё же поддалась, роняя меня с ног. Тут же встав, я, перейдя на бег, отражал, а где и уклонялся от льдин поменьше. Когда всё улеглось, я рассчитывал увидеть перед собой огромную недовольную морду, ползущую ко мне… Но в итоге вижу медленно вздымающийся вверх снежный буран. Неподалёку от меня, встав в защиту, были Фиро с Рафталией, медленно отступающие ко мне. — Объяснить сможете? — тяжело дыша, спросил я, переводя дух. — Он упал, а потом лёд вокруг него собрался и вдух! И он начал медленно подниматься вверх… — объяснила Фиро, но я мало чего смог понять из её слов. — Похоже, он не смог смириться с потерей ноги, поэтому теперь собирается воспользоваться чем-то вроде вихря, Наофуми-сама, — заметно побитая Рафталия стояла в довольно широкой стойке. — То есть, одними глыбами ты обойтись не смог, верно? — риторически задал я вопрос в воздух, поудобнее взяв щит обеими руками. — Не представляю, как сражаться с ним, но нам всё равно ничего не остаётся. Его вихрь опасен, но и лезть в него придётся. Я вижу редкие парящие глыбы льда, возможно, это путь к его груди. Буран был яростным, но, как я уже сказал, либо мы побеждаем его через него, либо умираем в нём. Какой большой выбор, а? — Фиро, твоя задача доставить нас наверх, я помогу тебе с этим своими щитами, а ты, главное, довези нас до туда. Ясно? — Да, господин-сама! — Рафталия. — Да, Наофуми-сама? — Держись покрепче, трясти будет сильно, — усмехнулся я, кивая в сторону Фиро. — Есть! Немедля запрыгнув на спину к Фиро, мы тут же помчались в сторону монстра. Теперь он был более насторожен, и вместо игнорирования всех и вся под своими ногами, он метался в нас небольшими острыми кусками льда. Они, приближаясь к нам, либо были резко выставленным щитом разбиты в мелкие кусочки, либо метким резом обезврежены Рафталией. Работая в паре с ней, мы смогли обезопасить себя, успешно добравшись на нужное расстояние к голему. Оттолкнувшись от земли, Фиро оказалась на первой льдине. Обломки, как я и думал, парили в воздухе. Льдина, сразу же уйдя вниз под весом Фиро, немного вывела из равновесия ту, но пушистая птица быстро вернулась в прежнее положение. Следующий толчок — вдавили обломок на некоторое время в землю. Благодаря цепким когтям, мы уверенно стояли на скользящей поверхности, продолжая подъём. Только вот не обошлось без помех. Из-за беспорядочного потока льда и снега, иногда в нашу сторону на опасной близости пролетали ледяные глыбы, от которых, к счастью, Фиро умудрялась уворачиваться. Видеть сквозь весь этот поток было трудно — в глаза постоянно лезла всякая дрянь, острая и холодная. Так и кажется, что повредит мне зрение какая-нибудь пролетевшая льдинка. Рафталия, прикрываясь хвостом, свободной рукой держалась за моё плечо, выставив в боевой готовности клинок. Мне продолжало казаться, что мы сможем беспрепятственно дойти до верха всего вихря… Но из-за одной из льдин, что настигла нас прямо во время прыжка, мне пришлось воспользоваться последним из щитов, хотя он предназначался для следующего прыжка. Всё же оставшись целыми, Фиро, приземлившись на почти последнюю платформу до цели, удивлённо озиралась. — Это было как раз вовремя, Господин-сама! Но у меня ощущение, что дальше нас что-то обязательно собьёт. И верно — дальше была большая пропасть между нашей и следующей платформой. Я был уверен, с помощью щитов мы сможем добраться до неё, а они уже почти перезарядились, но… — Наофуми-сама, сзади! — Рафталия, тревожно глядевшая по сторонам, неожиданно вскрикнула. Я почувствовал резкий толчок, выбивший из лёгких остатки воздуха. Дыхание сбилось, а Фиро, не ожидавшая подобного, растерявшись, полетела вместе с нами вниз. Вдохнув ветер ледяного потока, я, не жалея сил, выкрикнул несколько заклинаний подряд. — Фёст Шилд! Секанд Шилд! Дритт Шилд! Первый стал для нас опорой, второй — стенкой, о которую мы, ясное дело, ударились. Третий — стенкой с одной из сторон, в которую мы также врезались. Было, конечно, больно, но всяко лучше, чем оказаться лепёшкой где-нибудь далеко внизу. — Фиро, вставай, не время спать! — втаскивая вместе с собой на спину Фиро Рафталию, крикнул я. — Д-да, господин-сама! — растерянно тряхнув головой, ответила Фиро, в тот же момент прыгая на последнюю платформу, оттолкнувшись от крайнего щита. Со скрежетом когтей о лёд, мы всё же смогли забраться на финальный обломок. Правда, перед этим чуть не упав со спины Фиро, цепляясь за уздцы и за друг друга, но мы всё же в сборе. С секунду переведя дух, я искал следующий выступ, куда мы могли бы допрыгнуть. Чёрт, этот воющий ветер вокруг, так ещё и чуть ли не поднимающий в воздух, так нагнетает… Так и чувствую спинным инстинктом, что пару минут постоим — и нас сдует отсюда. Указав Фиро на найденные вдалеке очертания, я приготовился ставить под её лапами щиты, только бы она до них добралась. Наконец, мы смогли дойти до более-менее спокойного места снаружи бурана — выступ около спины голема. Держались мы только на словах, и спокойно перевести дух мы тоже могли только в мечтах, поэтому, дождавшись перезарядки Щитов, мы продолжили прорубать путь дальше. Поднявшись по неровностям и пластинам верхом на Фиро до фиолетового свечения, Рафталия без лишних слов принялась за работу. Несмотря на громадные размеры, голем довольно легко резался обычным мечом. Хотя, учитывая, как повысила свой уровень Рафталия, назвать её оружие обычным мечом, довольно оскорбительно. В любом случае, она смогла пробить туннель вглубь, на короткий срок переводя дух. К счастью, голем не ощущал боли, да и был беззащитен со спины, поэтому вся моя осторожность и верчение головой туда-сюда была лишь для собственного спокойствия. Заключительным рывком к цели стал колющий удар, что и разбил кристалл ледяного монстра вдребезги. Он гулко взорвался внутри того, и, сразу же после потери поддерживающего фиолетового огонька, мы почувствовали жуткий грохот под собой. Он рассыпался как карточный домик, стоило на него хорошенько дунуть… Правда, дуновением ветерка весь наш путь вряд ли назовёшь, но что я могу сказать точно — мы, чёрт подери, падаем! И если я срочно что-нибудь не придумаю, мы точно превратимся в одну смачную мясную… Тьфу ты! — Фиро! Мне нужен твой ветер, иначе мы разобьёмся к чертям! — воскликнул я, пытаясь сохранить равновесие под грозящей рухнуть платформой. — Хорошо-ооо, Господин-сама-а… — решив не морочиться с ожиданием обрушения, она мигом отскочила от голема, вместе с тем оставив нас высоко над землёй. Не знаю, что хуже, но… Стоит уже начать приводить план в действие. Такая глупая смерть мне точно не понравится! — Фаст… Торнейдо! — уловив мой поток мыслей, воскликнула Фиро. — Вайнд Шилд! — призвав совместным заклинанием воздушный щит неподалёку от земли, я приготовился ощущать инерцию, что, безусловно, будет. Из-за высокой скорости поверхность щита мы всё же почувствовали, но уже после гашения скорости падения мы со спокойной душой… с грохотом приземлились на землю. Фиро из-за своих размеров, как и всегда, подняла вокруг пыль, что вскоре улеглась. А видок то ничего, снизу-то. Голем, всё ещё не успевший окончательно упасть, продолжал разваливаться на наших глазах, сверкая в лучах уже успевшего выглянуть из-за туч солнца. На душе сразу потеплело, но это ещё до момента, как я почувствовал неожиданно нахлынувшую боль. Похоже, из-за низкой температуры я не смог ощутить все прелести столкновений с ледяными глыбами… Я, скрипнув зубами и схватившись за руку, медленно скатился с Фиро на землю, чем и вызвал обеспокоенные вскрики Рафталии. — Наофуми-сама?! Что с вами?! — сев на колени около лежащего на боку меня, воскликнула Рафталия. — В очередной раз почувствовал, что такое боль. И знаешь, она не такая уж и… АЙ, — меня прервала неожиданная острая колющая боль в плечах. Как оказалось, вместе с исчезновением голема, оставшиеся во мне кусочки его снарядов так же стали испаряться. Правда, испарялись они… весьма болезненно. Можно ли это назвать внутренним ожогом? — Наофуми-сама! Вы в порядке? — поднимая мою голову, она тревожно глядела на меня своим печальным выражением лица. Я только сейчас заметил, каково её состояние. Похоже, волнуясь за меня, она попросту игнорировала все ожоги, что проявлялись прямо у меня на глазах. Она была изранена вся — что щёки, что нос, да даже шея пострадала. Кажется, и руки её не остались в стороне. Я почувствовал слабое жжение около шеи. А она всё равно думает только обо мне, что за девушка… — Смотря на тебя, я, можно считать, здоров, — с тихим хмыком ответил я, закрывая на минутку глаза. Спать хочется после всей этой утомительной драки прям не могу… Думаю, день-другой мы выиграли, к тому же, тёплый. — Вы точно хорошо себя чувствуете? — кажется, успокаиваясь, промолвила Рафталия. — Если ты продолжишь повторять о моём самочувствии, сама с ног свалишься, — открывая глаза, ответил я со слабой улыбкой на лице. Вместе со мной улыбнулась и Рафталия, а мне даже показалось, что некоторые незначительные ранки на её лице и вовсе начали исчезать. Забавно. А вроде всего лишь мышцами пошевелила, а такие заметные изменения. — Наофуми-сама, что предлагаете делать в этот перерыв? — ложась рядом, с интересом спросила она. — Ну, перво-наперво, накормить бы нашу спасительницу, а потом, думаю, сходить на горячие источники… — закидывая руки за голову, я, открыв глаза, пялился на светлое синее небо. — Не хотелось бы вас прерывать… — вдруг послышался знакомый, но ни разу не желанный голос. Всё же пришла по мою душу, вот же… Фитория. Да, нынешняя королева Филориалов — Фитория, поклявшаяся уничтожить героев, если они перестанут справляться со своей задачей. Похоже, пришла сдержать своё слово. Я встрепенулся, тут же поднимаясь на ноги, вновь нахмурившись. Другого исхода ждать стоит, или всё же всё так и закончится? К тому же, мы же вроде бы справились, на сей раз, с работой Священных Героев, почему именно сейчас? — И чем мы тебе таким не угодили, Фитория? — всё ещё стараясь не подавать виду враждебности, спросил я. — Герой Щита-сама, вы, оставшись одни, хотя и храбро защищаете наш мир, всё же остались одни. Волей моей, и обещанием данным, я должна убить вас прямо сейчас, чтобы жители этого мира успели призвать новых героев, увидев ваш последний, яркий луч света, — она говорила так монотонно, что я бы, наверное, посчитал это всё простой театральной постановкой. Если бы «бы», то меня и не существовало сейчас, раз я поверил в такую глупость. Остальные герои по причине мыслей о том, что они в игре, и померли. А мне, попавшему в самый худший расклад событий, такое покажется только, наверное, после смерти, когда меня что-то вдруг оживит и поднимет из могилы. — Всё это, конечно, похвально, но неужели ты надеешься на мирную развязку этого щепетильного конфликта? — злобно ухмыльнувшись, спросил я, выставив щит перед собой. — Как я думала, вы никогда не сдаётесь просто так, — грустно улыбнувшись, она закрыла глаза, опустив голову. — Пусть будет по-вашему. Но этот бой — один на один. Победите меня, и вы заслужите защищать мир. К тому же, именно ваш Филориал — следующая королева. Предупреждаю, если вмешается кто-то ещё, он, так же как и вы, будет приравнен к герою, которого нужно убить. — А сделка-то самое то, ха! — усмехнувшись, воскликнул я. — В любом случае, чем раньше помру, чем раньше этот ад и закончится, правда? Надеюсь, после смерти меня никто не будет мучить так же, как Сука или, например, Подонок? Фитория тяжело промолчала, на чём-то концентрируясь. Решила бросить в меня сразу же самую сильную атаку? Интересно, смогу ли я противостоять ей в полной мере… Э?! Под моими ногами… вырос торнадо?! Нет, он не наносил мне вреда, но он… поднимал вокруг меня пыль. Главная стихия Фитории — воздух, и, похоже, вместо прямого назначения она решила начать битву с подобного. А что дальше? Запустит большие камни мне в лицо? — Наофуми-сама! — Рафталия, услышавшая всё, что сказала Фитория, не бросалась в битву, хотя и переживала за меня, — как вы?! — Кхе-кхе, зря беспокоишься, кхе, это же всего лишь песок! — торнадо продолжал усиливаться, заставляя ещё больше частиц подниматься вверх. — Стихийный всплеск, Элементал Рифт! — вдруг, прервав тишину, прочитала незнакомое мне заклинание Фитория. И до меня сразу дошло, что оно значит. Песок, на секунду остановившись, будто начал затвердевать, собираясь плотными плоскими клинами вокруг меня… И помимо прочего — защититься от всего сразу-то я вряд ли смогу! Вот зараза, этот песок ещё и обездвижил меня. Попробуем что-нибудь неожиданное, может, Гневный Щит, что среагирует на попадание в меня? Или же… Что-нибудь побезопаснее. — Метеорный Щит! — использовал я совсем недавно изученное умение. Несколько Волн назад, в лавке Дяди-кузнеца, я попросил того разрешения на копии щитов, что он продавал. И среди них, лежащим на складе как фаворит, и был Метеоритный Щит. Как я также выяснил, подобное оружие уже было у других Священных Героев, а я, как самый непросветлённый в этом деле, ясное дело, удивился. Впрочем, дело больше не в этом. Получив это умение, я так и не пользовался им. Подходящего момента не было, да и положиться на неизвестно что я не мог. Почти прозрачный пузырь, сверкающий белым, надулся вокруг меня, вместе с тем выталкивая за пределы действия ещё не успевшие собраться воедино крупинки песка. Правда, острые и грозно выглядящие клинки продолжали висеть в воздухе, просочившись через Метеорный щит. Вот только бесполезным выталкиванием всего лишнего не обошлось — я почувствовал, что ноги очистились от оков, и я могу вполне себе двигаться. Не подавая виду, я выставил щит, хотя на самом деле собрался уклоняться. — Хорошая попытка, я не ждала подобного, но, кажется, лишь удивлением это и обошлось, — сказала Фитория, смотревшая на происходящее. Сразу, как та закончила говорить, она отпустила клинки, что сразу же направились в меня. Да только минусы кое-какие не учли, когда использовали подобное заклинание. Герой Щита на то и Щит, чтобы защищаться! Сорвавшись с места, я выставил перед собой щит, отражая некоторую часть клинков с одной из сторон, прорываясь сквозь торнадо. Понимая, что её атака не сработала, она тут же отменила поддержание заклятья, без эмоций принявшись за следующую. А Метеорный Щит, всё-таки, не бесполезен. Ха! Перед смертью не надышишься, зато трудно доставшийся сок допью до дна. Метеорный Щит лопнул, похоже, из-за завершившегося время действия. Фитория, в основе своей, сражается дальними атаками, пока находится в человеческой форме, но что если вынудить её атаковать меня руками, а то и вовсе, вынудив перевоплотиться? Да, проблем у меня станет больше, зато и промахнуться мне будет сложнее, да и ей увернуться вполне себе тоже. Но додумать я, впрочем, не успел. Как оказалось, она собралась нападать в ближней, заметив мою задумчивость. — Воздушный Клинок, Дритт Либелла! — подобно Фиро, Фитория на ходу зачла заготовленное заклинание, вместе с тем закрепляя его неброской атакой из комбинации ударов по мне. Правда, наибольший урон мне нанёс, наверное, только клинок. Собранный в форму лезвия воздух со свистом было полетел в меня, как тут же растворился в звоне Щита. В руках отдалась небольшая вибрация, но это, наверное, единственное, что я почувствовал. Ледяные глыбы всяко были сильнее… Я продолжал защищаться Щитом Пожирателя Душ, но я и не предполагал, что он не станет контратаковать Фиторию. Защита какая-то, наложенная предыдущими Священными Героями? В любом случае, дрянь та ещё. Как мне, в таком случае, одержать вверх, если даже контратаки не работают?! Выдохшись, Фитория отскочила назад, так и не нанеся мне существенных повреждений — её удары постоянно отражались белой злобной мордой на щите, игнорирующей вместе с тем атаки той. Он просто довольно пялился на неё, ничего не делая в ответ. Бесполезный Щит, чёрт побери! Хотя бы защита у него хорошая, поэтому менять на какой-то другой сейчас будет болезненно для меня. Фитория вновь принялась что-то прочитывать на приличном расстоянии. Вместо того, чтобы просто ждать, я всё же решил подпортить ей жизнь, хотя бы частичкой раздражения. — Фёст… Шилд! — я, призвав щит горизонтально, с силой толкнул его в сторону Фитории. Тот, не встретивший сопротивления от не ожидавшей подобного Фитории, с глухим звуком врезался в живот. Я довольно хмыкнул, наблюдая за разозлённой соперницей. — Это подлый поступок, Герой Щита, — вновь бросаясь в ближний бой, возразила мне Фитория, отдышавшись. — Я изначально довольно подлый был, знаешь ли, — со злобной улыбкой на лице отразил я наскок сверху от Фитории. Возможно, благодаря своей скорости, она высекала из моего Щита искры, что смотрелось довольно эффектно. Жаль только, что не я со стороны смотрю. Хотя бы сражаться не пришлось… Аргх! Меня вдруг что-то острое ударило прямо в грудь. Задумавшись, я не заметил, что это было, но я точно знаю, что я отразил абсолютно все атаки… — Угхф! — в очередной раз обронил я, когда Фитория ударила меня… лишь одним пальцем?! — Прошлый Герой Щита был образованным человеком этого мира, и наверняка знал, какие угрозы от врага его ждут. Но вы, Герой Щита-сама, об этом даже не догадывались, — она продолжала наседать, пробивая мою броню. Но… как ты это, чёрт побери, делаешь?! Моя полоска здоровья, как и состояние, постепенно ухудшалась. Такое ощущение, будто бьёт она меня… сквозь щит? Да, однозначно, она будто игнорирует его, продолжая бить меня по беззащитному телу! — Это, конечно, всё интересно, но не настолько, чтобы мне тоже было! — я, увернувшись, ушёл в бок, хватая Фиторию за руку. Нет, я не смогу нанести много урона, например, тем же щитом, но мне нужно было хотя бы увидеть, какой такой атакой она меня бьёт. Но кроме лишь тусклого свечения маны возле ладони… ничего не было? Да быть такого не может! Неужели она попросту заряжает свои руки маной, тем самым и пробивая мою броню? Она, воспользовавшись моментом, пнула меня в ближайшее дерево, выбивая из меня первую кровь. Кажется, идея схватить её за руку и просто осматривать её — была идиотской. Ещё находясь в оглушении, я поднялся на ноги, выдержав неподготовленную неожиданную атаку, что была, вроде бы, всего лишь потоком воздуха. Она шуганула меня, что ли?.. Обознался. Усыпив мою бдительность, она, взмыв в воздух, помчалась в мою сторону будто стрела, выпущенная из арбалета. Успев поднять щит, я всё же почувствовал импульс, а в совокупности с предыдущей атакой, продлил себе страдания от оглушения. И ведь не переставая атакует, ну и ну! Она продолжала вкладывать ману в атаки, пробивая мой щит, отчего я продолжал с каждым разом ослабевать. Да вот только хер я сдамся тебе, Фитория! — Вы никак не хотите сдаваться. Почему? Неужели страдания и боль приносят вам счастье? — не переставая наступать, спрашивала она. Ты сначала бить меня перестань, королева куриц! В отличие от тебя, я атаковать в ответ не могу! Дабы вдохнуть свежего воздуха, я подловил Фиторию на атаке, парируя её щитом, направляя его вверх. Озадаченная таким ходом, она пошатнулась назад, сразу же ловя животом Фёст Шилд. — Фёст Шилд! Итак, возвращаясь к вопросу, почему это я всё ещё дерусь с тобой и даже не собрался на покой… Кем я был, когда попал сюда? Кем я являюсь сейчас? Для чего я это делаю, и почему? Всё же элементарно, не так ли? Я — Герой Щита, и я просто защищаю тех, кем дорожу! А знаешь, кто входит в эту категорию, помимо живых существ? Этот, чёрт побери, мир! — Фитория, оклемавшись, всё же вновь атаковала меня, но на сей раз слабее предыдущих. Вместо игнорирования её наглости использовании маны, я попробовал вложить ману в щит, стараясь с помощью собственной энергии вытолкнуть чужую. И, знаете ли, сработало вполне себе: я почувствовал лишь слабый удар по рукам, но и тот — из-за удара по щиту. — Вы… поглотили мою атаку. Раз вы раскрыли этот приём, мне ничего не остаётся, кроме как победить вас одним сильным ударом, — сложив руки в молитве, Фитория принялась что-то бубнить себе под нос. — Ты уже меня раздражаешь, если тебе действительно нужно меня убить, так убей уже, — не скрывая злобы, процедил я. — Наофуми-сама, смотрите! Вокруг Фитории дрожит воздух, и она сама начинает… светиться? — Рафталия, всё это время нервно поглядывающая за битвой, указала в сторону Фитории. И вправду — пока я злился и точил клыки, её молитва хрен знает кому уже принесла результаты — воздух вокруг неё исказился, а она вместо него начала излучать ауру. И, если честно, в ней мне не нравится всё. Она собирает ману, как Фиро в битве с ней? Да я бы не сказал… Если она, конечно, в избыток себя не напитывает. Я поставил щит на изготовку, ожидая чего угодно. Что она теперь-то выбросит за козырь в мою сторону? Последний ли он? И станет ли от действительно фатальным? Впрочем, не думаю. Сомневаюсь, что она хочет попросту влить всю ману в один мощный удар, она же после него может попросту выдохнуться. Хотя, зная, кто против неё стоит, не самый плохой вариант — атаку в ответ она получить не сможет в любом случае. Меня будто загнали в угол, только я до сих пор это отказываюсь признавать… — Спектралем… Аэрис… — Фитория что-то чуть слышно говорила себе под нос, а я продолжал напряженно следить за ней взглядом. Светящаяся аура становилась всё больше, и я уже было подумал, что она вскоре начнёт ослеплять, как вдруг… — Пронизывающий Воздушный Разрыв! — вытянув руки вверх, Фитория вдруг воскликнула. Я не сразу понял, что произошло, как подо мной появилась диаграмма, означающая только одно — либо меня сейчас разорвёт, как и следует из заклинания, либо пронзит воздушными иглами со всех сторон, а учитывая то, что готовилась она к этому удару долго… Но всё было намного проще. Фитория, некоторое время державшая руки над собой, вдруг очнулась и расплылась в воздухе. Мне в голову подобное и прийти не могло — она, воспользовавшись моей напряжённостью, в наглую смылась? Нет, она попросту решила отсрочить атаку. Возникнув передо мной, она с размаху ударила по моему щиту, что никак на меня не повлияло. А после легко хлопнула в ладоши. И вот теперь самое интересное. Только услышав хлопок, мои внутренности будто сжались, закручиваясь подобно чёрной дыре. Она передала импульс через щит, который и запустил в моё тело этот, собственно, Разрыв. Кровь тут же вырвалась из всего тела, как в момент использования Сакрифайса. Загнанный в меня заряженный маной воздух вырвался следом за кровью. В голове тут же закружилось, а тело потянуло к земле. Не так я представлял себе сражение, знаете ли! Прекрати блокировать мои контр, но всё же, атаки! Чёрт побери! — Как же ты… бесишь… сначала речи толкаешь о спасении мира, а потом над Героем издеваешься… Ты ж вроде королева Филориалов, нет?! — упираясь кулаком в траву, я, буквально, преклонил голову перед противником. — Вы… — как я и говорил, Фитория выдохлась, — вы всё ещё способны держаться? Вы поистине Герой Щита, но это всё равно не отменяет моего обещания, — на секунду засомневавшись, она вновь занесла руку над собой, решив меня, походу, добить. «Поистине Герой Щита», но обещания надо выполнять… Молча прибить ты меня значит не можешь, дитя ты священных героев? К чёрту ты вообще хоть что-то говоришь, неужели тебе заняться нечем?! Ты либо справляешься со своей задачей, либо я справляюсь со своей — продолжаю защищать, пока не сдохну! Будто так сложно — применить несколько сильнейших своих заклятий, убив меня, вложить ещё больше маны в свою атаку и также пришибить, или, в крайнем случае, раздавить своей огромной формой Филориала. Ты пришла просто поиграть со мной, избивая, или действительно собралась покарать меня за то, что я не спас остальных героев, идиотов этаких?! Игры мне в последнее время никакого счастья вообще не приносят, поэтому, знаешь что? Рука Фитории начала будто в замедленной съёмке приближаться ко мне. Я смотрел на её руку… и кипел от злобы. Мне продолжало казаться, что она специально так атакует, и ничего, кроме как желания оторвать её ей, я не ощущал. С каждой секундой ярость и гнев всё больше брали надо мной вверх, и, похоже, дошли до пиковой точки. — Бесишь. Бесишь… Как же ты, чёрт побери, бесишь, дранная птицеподобная! Сдохни, если не можешь закончить то, что начала! — раздражённый происходящим, я вскинул щит, вместе с тем делая выпад в сторону атаки. Щит, покрывшись красными трещинами на белом фоне, вдруг треснул, превращаясь. Моё ослабленное тело наполнилось пламенем, заставляющим кровь вскипать. Столкнувшись с ладонью Фитории, сильный напор проклятого огня вырвался из него, нанося приличный урон. Она, получив первую ответную атаку, пошатнулась, всё же оставшись на ногах. Её тело покрыли знакомые ожоги, отчего я довольно хмыкнул. От старой боли, что казалась мне существенной, не было и следа — я, кажется, попросту потерял ощущение боли. Легко поднявшись на ноги, я кинул горевший злобой взгляд в сторону врага. Моё сознание плыло, и кроме как силуэта, светящегося бледно-серым, ничего я, впрочем, и не видел. — Вы всё же воспользовались им, что ж, хорошо… — расходящийся эхом голос, похоже, принадлежал Фитории. Не теряя ни секунды, та принялась за дальние атаки, понимая, что теперь ближний бой может стать для неё смертельным. На равных условиях уже сражаться не умеешь, значит? Тогда вызвала Фиро, тренировать стала, мотивируя смертью её друга… Слабых той подавай, а как встаёт кто-то посильнее и поднимает голову — сразу осторожничает. Ничего, это всё равно сражение насмерть, верно? Я бросился вперёд, сокращая расстояние. Моё тело пылало огнём и, по сути, мне достаточно схватить ту, чтобы поджарить её тело. Если она отказывается атаковать, я воспользуюсь тем, что мне даёт Проклятая Серия! Стараясь избегать моего приближения, она постоянно двигалась, насаждая своими плевками воздухом. Я постоянно отталкивал их, медленно подступая к ней. В отличие от неё, я был полон гневом, и использовать никчёмную ману и собственные силы мне было не обязательно. Мне достаточно посмотреть на неё, на её спокойное лицо, что она старается сохранить. Ничего… ты ещё успеешь насладиться приятным теплом. Что выжигает тело изнутри и превращает в пепел. Я резким переходом на бег вызвал растерянность Фитории, и в следующий миг без какой-либо жалости бил её собственными руками. Да, урон я наносил настолько маленький, что его и не было, но неужели мне требовалось именно это? Каждый удар отпечатывал на её теле ожог, и тем больше их становилось, чем темнее становился силуэт. Я выбью из неё всю жизнь, сколько бы мне не пришлось бить. Я сожгу её, развею её пепел… И продолжу сражаться, пока меня действительно не убьют. Если моим палачом не станешь ты — значит, найдётся кто-то потолковее! — Умри… умри-умри-умри! — бормотал я над упавшей соперницей, что никак не хотела растворяться в окружающей тьме. И я не сразу понял, что на самом деле происходит. Всё это время Фитория медленно выкачивала из ослепленного гневом меня энергию, создав перед собой белый барьер, как я понимаю, из маны. Я не следил за этим, и поэтому не смог увидеть его сразу. Сконцентрировав всю ману в одной точке, она одним мощным лучом отправила меня в полёт, заставляя покрыться проклятием теперь меня. Но определённого успеха я действительно добился. Упёршись на руки, я взглянул на серый силуэт, что, раскачиваясь и хромая, пытался встать. Я продолжал не чувствовать боль, но сразу, как я попробовал встать, я услышал какой-то хруст. Из-за потери большого количества энергии, уменьшилось и моё здоровье, что начало переходить в ману из-за использования Проклятия. И этот хруст — тот самый результат всего случившегося. Это сломалась моя нога, а я попросту не почувствовал боли. Чёрно-белое пламя вырвалось на месте сломанной конечности, что, к моему удивлению, начало медленно, но верно вправлять ногу в обратное состояние. Огонь будто заменял сломанную кость, сгущаясь и затвердевая. Я следил за серым пятном, а оно, следя за происходящим, молчало. Удивилась, птичка? Сплюнув, кажется, кровь, я поднялся, сначала упираясь в здоровое колено, а потом уже полностью поднимаясь. — Продолжим нашу смертную казнь, Фитория, — мой голос, так же как и другие голоса, расплывались. Я уже не слышал в них разницы, будто это всё тот же искажённый голос Гневного Щита. Молча бросаясь в атаку, Фитория, будто восстановившись, нанесла по мне свой старый мано-заряженный удар. Но на сей раз Гневный щит поглотил его, превращая попавшуюся ману в низвергнувший поток огня. Да только в ответ реагировать он не решил — похоже, потратил собственное пламя на уничтожение урона. Защищаешь ещё, поверх защищающегося меня, значит? — Ещё! — крикнув, я вновь оттолкнул щитом Фиторию. Она бросила в меня ещё какой-то незнакомый приём, но он вновь не нанёс мне урона. Как же ты слаба, птицеподобная! Какой идиот вообще решил, что тебе есть место на троне Филориалов?! Мои руки поросли чёрным шипастым доспехом, открыто намекая, что стоило бы уже перейти в следующую стадию. Да пожалуйста! — Шилд Призон! — крикнул я, призвав вокруг Фитории темницу, созданную из щитов. Но не успел я зачитать следующую часть в комбинации, как клетка пошла трещинами и развалилась. Враг не собирается поддаваться, и это мне нравится! Чем дольше она страдает, тем слаще будет наблюдать за тем, как она будет мучительно умирать. — Вы… вы окончательно потеряли рассудок, и моё заклятие не справляется, нанося вред и мне… Я не должна вам помогать убить меня! — похоже, Фитория не смогла сдержать своих эмоций, злясь и крича. Передо мной выскочило сообщение о том, что характеристики Гневного Щита изменились, но я решил не отвлекаться на это. Веселье в самом разгаре! Я, бросившись в привычном выпаде в атаку на Фиторию, не рассчитал, что она вполне себе может приспособиться к этому, поэтому пропустил атаку мимо Щита. Из пасти вырвалась кровь, а вспоротый живот тут же был прижжён пламенем. Моё туловище всё сильнее обрастало тёмным доспехом, и, кажется, ещё чуть-чуть, и к атакам соперника я буду попросту неуязвим! Неужели это ли не власть и могущество?! Фитория по сравнению со мной сейчас — лишь букашка, что пытается выбраться из банки. И, раз так, стоит эту банку закрыть. Фитория, так же как и я, постоянно получала урон, но от контратаки Гневного Щита, и еле стояла на ногах. Я же, не чувствующий подобных ощущений, со злобной ухмылкой приготовился к смертельному приговору, что отправит её в нёдра земли, там и упокоив! Выставив перед собой украшенный драконом чёрно-кровавый щит, я принялся зачитывать приговор для своего врага. — Я вынес приговор, и имя каре для сего никчёмного преступника — вопли, достойные жертвоприношения Господу! — Фитория, бросившаяся в атаку, пыталась всеми силами прервать зачитывание Приговора, — Кричи же от боли, и стань агнцем в челюстях дракона! В челюстях, порождённых моей плотью и кровью! Кровавая Жертва! — моё тело моментально покрыла позабытая боль, но я старался не обращать на неё внимания. Фитория, бросившаяся в атаку, не успела прервать мою атаку, а значит… — А-А-Агхх! — я, не ожидавший настолько резкого и мощного удара, почувствовал его не то, что телом, я почувствовал вонзающуюся в душу иглу. И это был далеко не эффект от Кровавой Жертвы. Она… попросту не сработала. Кровь, упавшая на землю, так и не впиталась в землю, оставаясь на ней и продолжая пополняться… несколькими сотнями каплями, идущими из множества ран. Я, сжимая челюсть, пытался раскрыть глаза, что никак не подчинялись из-за острейшей боли по всему моему телу. Я будто находился в шипованном гробу, что с каждой секундой всё больше превращал меня в кровавую кашу. Я, наконец, смог раскрыть глаза. Фитория, стоявшая передо мной, что-то с яростью вдавливала в мою сторону… Клинок. Воздушный клинок, что она всегда бросала до этого момента. Он… вошёл в мою голову, и я чудом оставался в сознании. Наверное, благодаря Гневному Щиту… Ч-что? Что?! Щит, что когда-то был моей верной защитой и мощной поддержкой мне, треснул, источая из себя пламя. Мир медленно, но верно приобретал красные цвета. Как же… болит голова-то… Я, выдавив из себя слабую улыбку, взялся голой рукой, с которой медленно, как прах, исчезала броня. Я продолжал чувствовать боль, и, наверное, в любом исходе, какой бы он ни был, я умру. Похоже, ничего не оставалось, кроме как принять поражение и… Я, разрезая ещё целую плоть на ладонях, с силой вогнал лезвие себе в голову. Я вновь потерял ощущение боли, и медленно, словно и время больше не шло, упал на колени, продолжая держаться за клинок. Фитория, кажется, плакала кровью. Выглядела она жутко — даже казалось, что на некоторых местах, где запечаталась кровь, продолжал гореть проклятый огонь. Её тело сплошь было покрыто ожогами, и теперь она больше напоминала гниющего, у кого до конца не опала кожа. Её цвет тогда был бы, наверное, близок к такому же… В последний раз усмехнувшись, я упал ниц в землю, кажется, потеряв свои пальцы. Интересно, насколько я глупо выгляжу? Мою руку, наконец, покинуло то тяготящее чувство от щита и я, мысленно смеясь, окончательно покинул собственное тело. Столб яркого света вырвался из тела, затягивая меня вовнутрь и поднимая к небу. Было видно максимум белый отблеск, но окружающий мир остался по ту сторону. А ведь ещё чуть-чуть… А что, «чуть-чуть»? Чего бы мне это дало? Я бы всё равно как-нибудь умер, наверное, ещё глупее. Жаль разве что, не успел попрощаться, гнев совсем забрал остатки разума. Наверное, скучать по мне не будут. Умер, ну, значит, надо было. Грустно, конечно, получается, но исход был ожидаем. Я продолжал растворяться в мягком белом свете, прекратив чувствовать собственное тело. Теперь я даже пошевелиться не мог, крутил отсутствующей головой, да и всё на этом. Смерть в этом мире, конечно, что-то с чем то. Меня, должно быть, решили вознаградить за стойкость, продлив моё спокойное упокоение после смерти… Но всё было намного проще, чем я рассчитывал — вот такое состояние, похоже, теперь будет вечно. Я больше не чувствовал движения куда-либо, я просто… остался один в белоснежном, чистом холсте-мире. Попытавшись бежать, я действительно бежал… но в никуда. Я оказался заперт в собственном трупе? Похоже на правду… только вот горькой её вряд ли назовёшь, я же не чувствую ничего. Хах, а я ещё помереть торопился… Вот же погань… Сев на несуществующий пол, я задумался. Что мне делать теперь? Как там Рафталия, Фиро? Да и к тому же, что сейчас делает Фитория? И ведь поделать-то мне нечего. Только сиди и мечтай о чём-нибудь. Хреново как-то получилось. — Эй! Есть тут кто-нибудь? Мне очень тошно и хочется наконец-то вылезти из собственного тела. Кто-нибудь обеспечит меня таким счастьем? — со скуки крикнул я, услышав лишь эхо. Похоже, это действительно не комната. Просто огромное, до невозможности большое пространство. Нет, может, тут и вправду есть границы, но неужели я… Хотя, учитывая то, что ответа мне никто не даёт, похоже, чтобы не умереть во второй раз уже от тоски, этим я и займусь. Без усилий поднявшись, я затопал в неизвестном направлении. Есть ли тут вообще направление? Может, меня выкинет обратно в мой мир, мол, провалил задание, давай сваливай. Либо кто-то не торопится выкидывать меня в своё прежнее, задохнувшееся от пены изо рта тело, либо я попросту помер и вынужден плутать по неизвестности. Такой себе расклад. Что может быть хуже, чем ничего… Каждый шаг звонко отражался от пустоты, а я продолжал шагать. Я не уставал, да и не чувствовал тела. В принципе, очевидно, что меня попросту не существует. Моё тело потрепанное где-то снизу… или сверху, на земле лежит, избитое и мёртвое. Чёрт. Даже смерть не может успокоить мою душу. Похоже, это было изначальное предречение, что я буду жить столько, сколько смогу. Но неужели я действительно не смогу найти тут хоть что-то? Как бы с ума не сойти… Хотя, с какого ума я могу сойти… Даже отсутствие тела не сильно радует. Хотя бы родную боль почувствовать мог бы. Но нет, и её у меня отобрали. Надеюсь, Рафталия сможет найти себя в том мире, может, вообще вернётся в свою деревню, восстановит её благодаря собственным умениям… Ну, а Фиро… Следующей королеве Филориалов без героя будет плохо. Надеюсь, она справится, в любом случае, продолжит следовать за Рафталией. С ней ей мало чего угрожает. Верю, что следующий Герой Щита не будет ублюдком или истинным идиотом. Не хотелось бы, чтобы вместо меня был второй Мотоясу. Тьфу ты… Что сказать, я старался до конца, и сейчас сдаваться не собираюсь. Не могу ничего сделать для помощи своим товарищам — значит, продолжу делать то, что могу. Впрочем, перед этим я бы крепко выспался. Искать что-то, что не знаешь, как далеко отсюда, да ещё и без сил — вредно. Хоть высплюсь без тревог за свою и чужую жизнь… Наофуми Иватани, прошлый Герой Щита — идёт спать! Мешать не советую! Могу и обидеться… Хах. Я грустно усмехнулся, ложась на белый свет. Делать было нечего, сейчас уж точно в голову ничего не приходит. Стоит, наверное, просто поспать… Долго, чтобы наверняка проснуться бодрым. Спокойной… пустоты? Да, думаю, подойдёт… *** Очередной Разрыв Волны. Он казался в этот раз в избыток тёмным, но, кажется, это всего лишь мои заблуждения. Нам противостояла нежить, разодетая во что попало — где железный доспех, а где рваные лохмотья. Рыча и тряся костями, они приближались, не то, чтобы быстро, но уверенно. Но Героям… не было до этого дела. Они вновь помчались убивать самого огромного, оставив беззащитных людей умирать. Моё сердце сжималось, и желание высказаться об этом было на пиковой точке. Впрочем, делать было нечего. Я не вправе спорить с теми, кто «защищает» мир. Перехватив катану и поправив броню, я бросилась ближе к деревне, продолжая делать то, что должна делать. Защищать тех, кто не может защититься. — Фиро, сможешь отвлечь на себя некоторое… количество нежити? — крикнула я через плечо. — Конечно, Рафталия-сама! — скрипнув по ушам обращением, ответила мне она. — Я же просила меня так не называть! В любом случае, за работу! — затормозив и подняв пыль в воздух, я занялась зачитыванием заклинания, — Дабл Сворд, Второй Клинок! Материализовавшаяся вторая катана тут же с лёгкостью прошлась по костям, треснувшим в тот же миг. Не успевая развернуться и дать отпор окружающим меня скелетам, взяв покрепче рукоятку меча, я, кружась, расправилась и с нежданными гостями. Но врагов всё равно было в достаток, и просто крушить их ряды бессмысленно. Если на место одного приходит сразу два — лучше будет спасти тех, кто против даже такого количества не выдержит. Выставив катану вперёд, я прорвалась сквозь строй нежити и приготовившись атаковать выбегающих на мой путь скелетов, бежала ближе к кричащим где-то вдалеке голосам. Однозначно, им нужна была помощь. — Фиро, двигайся на крик и голоса, не дожидайся меня, — всё время помогающая немного в стороне Фиро продолжала держаться рядом. — Хорошо, Рафталия-сама! Хай Квик! — молниеносно помчавшись вперёд, ответила мне она. Ещё издалека я видела, как разлетаются в разные стороны враги. Устроить представление своими способностями она умеет, и делает это с заметной охотой… В любом случае, отставать я не собираюсь! — Стиль непобедимых адаптаций, Лунная Рябь! — горизонтально взмахивая катаной, я выпустила довольно обширной площади полумесяц, разрезавший нежить. К счастью, он не задел ни Фиро, ни тех, кого мы пришли спасать. Но смотря на то, как он эффективно проходит через такого уровня противника, стоит быть осторожнее. Стоит, возможно, сражаться как обычно, как и было… с обычным мечом. В сердце закралась неизвестная тоска, но я поспешила её подавить, ибо времени на подобное не было. Неожиданным выпадом ворвавшись в битву, я точными ударами уничтожала толпу, которая, отвлекаясь на Фиро, совсем позабыла про тыл. Это было нам на руку, и вскоре мы разобрались и с этой армией нежити. — С-спасибо вам, Герои!.. — воскликнула совсем маленькая девочка, держась за руку, похоже, с отцом. Стоит ли её опечалить, что настоящие герои сейчас — сражаются с монстром где-то далеко отсюда, совсем забыв о том, что люди в округе тоже могут быть подвержены риску? И ведь это не единственная деревня здесь. К счастью, только здесь не хватало защиты против монстров, ибо стражники были забраны из-за своей высокой квалификации на борьбу с монстром. Новый Герой Меча решил забрать с собой чуть ли не весь замок, чтобы побыстрее разобраться с проблемой. Но ведь Герои и без того сильны, почему ему потребовалось настолько много… Впрочем, неважно. — Мы всего лишь такие же люди, как вы. Правда, немного отличаемся. Мы не Герои, но в любом случае, нас бы вам стоило послушаться. Разлом всё ещё не закрылся, поэтому вам стоит как можно быстрее найти безопасное место неподалёку. Фиро, — вдруг обратилась я к Фиро за кое-какой просьбой. — Да, Рафталия-сама? — Теперь твоя работа — защитить всех людей здесь от монстров, а я найду оставшихся выживших и постараюсь найти вас. Жители этой деревни, есть у вас на примете какие-нибудь места, безопасные и отдалённые от деревни? — Д-да, неподалёку отсюда, на север, ведёт тропа в лес. Там есть опушка, где мы часто собираем ягоды и грибы, — проговорил, кажется, седой глава деревни, немного дрожащим голосом. — Поняла. В таком случае, вперёд. Фиро, ты следом. Не дай никому из них умереть, будешь отвечать своими перьями, — наказала я ей, вновь вытаскивая оружие из ножен. — Понятно-о, Рафталия-сама! Оставив Фиро, я бросилась в сторону горящей части деревни, где, по моим догадкам, возможно, собралась нежить, дабы убить кого-нибудь из жителей. Стоит поискать именно по толпам врагов, ибо так я точно избегу риска потерять кого-нибудь… Но я кое-что не учла. Такого количества в одном месте толп я не ожидала. В любом случае… Я услышала членораздельный крик. Кто-то кричит о помощи, да причём и не один. Мужская речь… Ааа… Сейчас бы Наофуми-сама был со мной… Он бы точно смог справиться со всеми проблемами разом, хотя и довольно рискованно… Посреди улицы, меж голов монстров, я завидела дерущихся вилами и мечами жителей. И, похоже, их начали теснить совсем недавно. Трупов было множество, что с той, что с этой стороны. Стоило бы поторопиться! — Дабл Сворд! Второй Клинок! — в очередной раз прочитав заклинание, я обеими катанами рвалась вперёд. Что и до этого, враги разлетались будто ещё до того, как лезвие коснётся их. Они рассыпались, ржавый металл гнулся и распадался, и только их злоба и ярость оставались постоянными. Впрочем, вскоре толпа рассеялась как от моего вмешательства, так и от редких атак со стороны жителей. Враги были повержены, но было видно невооружённым глазом — не без потерь. Пронзая последнего наиболее крупного скелета катаной и опрокидывая того за спину, я завершила эту битву. Враг повержен. Впрочем, вместе с тем я услышала громкий хлопок, что означал лишь одно — конец. Конец разлома Волны. Облегчённо выдохнув вместе с выжившими, я подняла глаза к небу. Чистое, светлое… Небо. Солнце вновь выходило из-за облаков, освещая всё ещё тлеющую и погромленную деревню. Вернув катану в ножны, я, нахмурившись, продолжала смотреть в синее небо. Сколько бы времени не прошло, что бы ни случилось, как бы много нам не пришлось бы пройти разломов Волн, небу всё равно. Оно остаётся таким, каким есть сейчас, навсегда. И ведь где-то среди всех этих облаков, в синеве небесной, хранит о себе память о прошлом Герое Щита. О мелочном, грубом, до невозможности трудолюбивом и добром Герое Щита. Неужели именно такова наша судьба, сражаться, пока не придёт конец всем сражениям, смерть? Неужели наслаждаться жизнью — и вправду лучшее, что позволил нам мир? Слышите ли вы меня сейчас, Наофуми-сама, жалеете ли вы о том, что я делаю, или вы давно уже распростёрлись по небу, оставшись лишь в нашей памяти? И сделать хоть что-то для того, чтобы снова услышать ваш смех, нельзя? — Неужели этот мир действительно так ужасен, как вы и говорили, Наофуми-сама? Неужели вы и вправду были правы, Наофуми… Наофуми Иватани? Неужели ваша смерть действительно была нужна? Это, кажется, действительно так, но… Это невозможно принять. Простите меня, что не могу принять то, что вы изначально понимали и приняли. Простите… — я продолжала шептать, всё сильнее плача. И не было в этом плаче ни радости, ни грусти. Не было ничего, что могло повлиять на случившееся, ведь прошлое — это просто прошлое. Но слёзы были не потому, что плакать было нужно, просто слёзы были из-за тошного чувства в груди. Что-то внутри треснуло и неминуемо рвётся и дальше, и остановить это, к сожалению, никто не может. Даже я сама, Рафталия, Клановый Герой Катаны, что была получена мной из другого, подобного моему, мира, не сможет приобретённой силой предотвратить это. Ведь нельзя это победить физически, и нельзя остановить никакой силой. Простите меня. Простите, Наофуми-сама.