гноссиенна

повествование от лица ангелины алигьери

Я тяжело выдохнула, отстраняясь от Рона. На щеках горел румянец, но я постаралась сохранить на лице невозмутимое выражение. — Ты сумасшедший, Уизли, — прошептала я, скрестив руки на груди, чтобы скрыть дрожь в пальцах. Рон только улыбнулся, словно то, что произошло, было совершенно естественным. — Возможно. Но ты же знаешь, что я никогда не играю по правилам. Я фыркнула, делая вид, что это его нахальное заявление не произвело на меня никакого впечатления. — Ты сейчас говоришь с самой Ангелиной Алигьери, — усмехнулась я. — Играть по правилам — это то, чем я отлично прикрываюсь. Рон ухмыльнулся, прищурив глаза. — А что, если я скажу, что мне нравится это твое «правильное»? Особенно когда оно скрывает твое настоящее «безумие»? Его слова задели что-то во мне. Я, конечно, привыкла быть «идеальной Слизеринкой» — холодной, расчетливой, таинственной. Но почему-то этот наглый Гриффиндорец с рыжими волосами видел меня иначе. Как будто он смотрел прямо через маску, которую я носила. — Ладно, хватит с нас философии, — я резко развернулась и посмотрела на него через плечо. — Ты знаешь, что, если тебя здесь найдут, тебе конец? А мне — вдвойне. — Если Драко или Блейз появятся, я придумаю что сказать. — Рон, кажется, совсем не волновался. Он пожал плечами и присел на край моей кровати, оглядывая комнату. — Ах да? — я подняла бровь. — И что ты скажешь? «Простите, я случайно зашел в гостиную Слизерина и случайно оказался в комнате вашей лучшей подруги?» Рон рассмеялся, но звук его смеха заставил меня резко махнуть рукой, чтобы он замолчал. — Тише, ты хочешь, чтобы нас услышали? — зашипела я. Он кивнул, пытаясь сохранить серьезное выражение лица, но уголки его губ все равно предательски дрожали. — Хорошо-хорошо. Но ты ведь знаешь, Ангелина, что я готов рискнуть ради тебя. Я почувствовала, как внутри что-то защемило, но тут же прогнала это чувство. — Рискнуть — это твоя привычка, Рон, — сказала я холодно. — А теперь уходи, пока не стало хуже. — Я уйду, — согласился он неожиданно легко, поднимаясь на ноги. — Но только если ты ответишь на один вопрос. Я закатила глаза. — Что еще? Он подошел ближе, так близко, что я ощутила знакомый запах корицы и карамели. — Этот поцелуй… — его голос стал почти шепотом. — Что он для тебя значит? Я открыла рот, но ни одного слова не сорвалось с губ. Как я могла ответить, если сама не знала? Это было одновременно странно и невероятно. Рискованно и притягательно. — Это… ничего не значит, — наконец ответила я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. Он внимательно смотрел на меня, будто пытался прочитать то, что я скрываю. Затем кивнул. Он не переставал улыбаться, будто знал, что все что я скажу — бред полный. — Хорошо. Тогда я просто подожду, пока это что-то начнет значить. Прежде чем я успела придумать, как ответить, он шагнул к двери и тихо вышел из комнаты, оставляя меня одну с моими мыслями. Я устало опустилась на кровать, ощущая, как странное тепло растекается по моему телу. Что ж, Рождество действительно выдалось незабываемым. Но я знала одно: если Драко или Блейз что-то заподозрят, этот праздник может стать моим последним.

~

На следующее утро меня разбудил звук, который я бы назвала катастрофическим. Что-то с грохотом упало в гостиной. Я резко села на кровати, прислушиваясь. Судя по смеху, это определенно были Драко и Блейз. Я вздохнула, смахнула волосы с лица и накинула мантии, предвкушая, что они опять устроили. Когда я спустилась, мои подозрения подтвердились. В центре гостиной Слизерина стояла огромная елка — настолько огромная, что верхушка упиралась в потолок. Вокруг валялись битые шары, гирлянды и… Драко, который держался за бок от смеха, а Блейз с совершенно серьезным лицом пытался объяснить, как эту махину вообще удалось притащить сюда из Запретного леса. — Доброе утро, — вдохнула я. Парни прекратили смеяться. — Вы… совсем с ума сошли? — я взмахнула руками, глядя на этот хаос. — Доброе утро, Ангелина, — с довольной ухмылкой сказал Драко, поднимаясь с пола. — Как тебе наша новая достопримечательность? — Честно? Бесполезно огромная, как твое эго, — съязвила я, подойдя ближе и пнув ногой один из разбитых шаров. — Как вы вообще притащили это сюда? Блейз оторвался от гирлянды и посмотрел на меня так, будто я задала самый глупый вопрос в мире. — Это все Драко. Он сказал, что «у Слизерина должна быть самая большая елка во всем Хогвартсе». — Конечно! — вставил Драко, поднимая руки, будто это объясняло все. — Мы же элита! — Элита, которая не способна на нормальный завтрак, потому что вся кухня завалена ветками от эту идиотской елки, — заметила я, скрещивая руки на груди. Блейз вдруг громко рассмеялся. — Ну, справедливо. Может, пойдем в Большой зал? Там хотя бы еда есть. Я фыркнула, но согласилась. Если бы кто-то только знал, сколько сил мне стоило сохранять эту «нормальность» рядом с ними после вчерашнего…

~

Драко за завтраком выглядел как генералиссимус в полном боевом обмундировании — только вместо оружия у него была ложка, а вместо армии — несчастные слизеринцы, пытавшиеся просто насладиться утренней овсянкой. — Ты, Гринграсс, вообще понимаешь, что мишура должна висеть симметрично? — начал он, с укором смотря на Дафну, которая бросила на него взгляд в духе «еще слово, и я врежу». — Кто вообще развешивает серебро с одной стороны, а золото с другой? Это же кошмар для глаз! — Драко, мне кажется, это вообще не важно, — попытался вмешаться кто-то из ребят, но тут же получил смертоносный взгляд. — Не важно? Не важно?! Ты видел, как выглядит наша гостиная? Мы же Слизерин, а не какой-нибудь Хаффлпафф с их… — он сделал драматическую паузу, будто произносил самое отвратительное слово в мире, —… крафтовыми украшениями! Я молча жевала свой тост, глядя, как остальные слизеринцы уже начинают мысленно прокручивать план побега. Один первокурсник, сидящий неподалеку, буквально попытался спрятаться за своей тарелкой. — Я вам говорю, — продолжал Драко, поднимая вилку, будто это был указующий перст, — если мы хотим быть лучшим факультетом, то и елка должна быть лучшей! — Драко, а ты сам-то хоть что-то украшал? — съязвил Блейз, подливая себе тыквенного сока. Он еле сдерживал смех. Честно говоря, мне и самой эта ситуация казалось смешней некуда. — Я? — Драко приосанился. — Я был занят стратегическим планированием. Кто-то же должен следить за общим видом! Блейз подавился соком от смеха, а я чуть не уронила чашку с чаем. — Да, стратег. Еще скажи, что ты разрабатывал тактику нападения на декорации, — усмехнулась я. — Очень смешно, Алигьери, — фыркнул он. — Просто вы не цените искусство. — Ну, если искусство — это спор с каждой елочной игрушкой, то да, ты мастер, — не удержалась я. К этому моменту за столом уже практически никто не ел: все молча наблюдали за Малфоем, который пытался убедить всех, что у него есть «высокие стандарты». Я даже услышала, как кто-то из старшекурсников за спиной шепнул: — Ставлю галлеон, что он завтра придет с чертежами елки. Блейз громко захохотал, а Драко, окончательно устав от «безвкусицы окружающих», решил напоследок заявить: — Знаете что? Сами разберетесь с этими гирляндами. Увидимся в гостиной. — И гордо удалился, не забыв эффектно поправить мантию. — Как думаешь, он серьезно? — спросила я у Блейза. — Если завтра мы найдем схему на три пергамента с метками, где должны висеть игрушки, я даже не удивлюсь, — ответил он, закатывая глаза. Слизеринцы переглянулись, а кто-то уже начал нервно шептаться о том, как сбежать из гостейни, если Драко решит устроить «декоративную диктатуру».

~

После завтрака в Большом зале, который прошел на удивление спокойно (если не считать того, что Драко пытался спорить с каждым слизеринцем, сидящим за нашим столом, насчет того, как правильно украшать елки), я вернулась в гостиную. Драко и Блейз задержались где-то у входа, договариваясь, что устроят вечером дружеский турнир по волшебным шахматам. Я знала, что они будут до последнего спорить, кто из них лучший стратег, поэтому позволила себе пару часов тишины. Сидя в кресле перед камином, я открыла книгу по зельеварению, чтобы хоть немного поработать. Но мысли явно были не на месте. Вместо того чтобы вникнуть в процесс создания «Укрепляющего зелья», я вспоминала вчерашний вечер. Рон. Его взгляд, его смех, его запах корицы. Как только я поняла, куда опять уходит мой поток мыслей, я громко захлопнула книгу. — Черт побери, Ангелина, возьми себя в руки, — прошептала я себе. Но от мыслей о Роне не так-то просто избавиться. Особенно если ты знаешь, что каждый момент, когда он рядом, — это тонкая грань между захватывающим адреналином и абсолютной катастрофой. В этот момент в гостиную влетели Драко и Блейз, словно торнадо. — Эндж, что ты сидишь тут одна? — громко спросил Драко, останавливаясь передо мной. — Мы тут с Блейзом решили, что слишком долго тебя жалели. Я приподняла бровь. — Жалели? — Да, — подтвердил Блейз, садясь на подлокотник моего кресла. — Ты в последнее время какая-то задумчивая. У нас созрел план, чтобы это исправить. — Ох, боюсь спросить, — я поджала губы, предчувствуя что-то безумное. — Мы идем на тайный турнир по дуэлям! — с сияющей улыбкой объявил Драко. Я буквально выронила книгу. — Куда? — В подземелья, конечно, — пояснил Блейз, как будто это была самая естественная вещь на свете. — Ходят слухи, что ребята с Рейвенкло и Хаффлпаффа устраивают нелегальные дуэли. — И мы, естественно, не можем это пропустить, — добавил Драко, блеснув своей фирменной самоуверенностью. — Вы серьезно? — я скрестила руки на груди. — Если нас поймают, нас выгонят. — Именно поэтому нас не поймают, — Драко подмигнул мне. Я хотела возразить, но понимала, что это бесполезно. Если эти двое что-то задумали, их уже не остановить. — Ладно, — вздохнула я. — Если вы меня втянете в неприятности, я вас уничтожу. Позже, вечером, мы втроем пробирались по темным коридорам подземелий. В воздухе витал запах влажного камня, а единственным источником света были наши палочки. — Ты вообще представляешь, где это? — прошептала я Драко, который уверенно шагал впереди. — Конечно. Я Малфой, — самодовольно ответил он. Мы дошли до небольшой комнаты с кругом, вычерченным на полу. Вокруг собралась небольшая толпа студентов из разных факультетов. Мерцающий свет создавал атмосферу загадочности, но я не могла отделаться от ощущения, что это все может плохо закончиться. — Драко, если ты ввяжешься в дуэль, я не стану тебя вытаскивать, — предупредила я. — Я и не ожидал, что ты станешь, — фыркнул он. — Блейз, ты готов? — Всегда, — ухмыльнулся Блейз. Я вздохнула, отступив в тень, чтобы наблюдать за тем, как эти двое начинают свою «миссию» по доказательству того, что слизеринцы лучшие. Но мое внимание отвлекло движение у входа. В темноте промелькнула знакомая фигура. Рон? Я замерла. Что он делает здесь? И что хуже, заметил ли он меня? Я прижалась к стене, стараясь остаться в тени. В голове метались вопросы. Если Рон тут, то, возможно, и Гарри с Гермионой рядом. А это значит, что все становится куда сложнее, чем я ожидала.

повествование от лица рона уизли

Я сидел за столом в углу библиотеки, медленно перелистывая старый фолиант о заклинаниях защиты. Гарри и Гермиона сидели напротив меня. Гарри пытался подогнать Гермиону к обсуждению тактики для следующего матча по квиддичу, но она, как всегда, отвлеклась на заметки в своем пергаменте. — Рон, ты вообще слушаешь? — голос Гарри вывел меня из размышлений. — А? — я моргнул и отложил книгу. — Прости, задумался. — О чем? — спросила Гермиона, не поднимая головы. Я немного замялся, но решил, что это хороший момент, чтобы поделиться своими наблюдениями. — Драко. Гарри поднял брови. — Малфой? Что с ним? — Ну… — я понизил голос, оглядываясь, чтобы убедиться, что нас никто не подслушивает. — Я кое-что разузнал. Он постоянно с этим Блейзом Забини что-то затевает. И еще… кажется, у них какие-то тайные встречи. Слишком много шепота и слишком мало нормального поведения. Гарри нахмурился. Я выдержал паузу, а затем продолжил. — Я тут услышал, что сегодня в подземельях будет тайный турнир по дуэлям. Некоторые слизеринцы сегодня негодовали по поводу Малфоя, как он учил всех чему-то там, ссылаясь на то, какой он хороший и вообще самый лучший. Думаю, он точно появиться в подземельях. Может быть тогда мы узнаем, о каком плане шла речь. — Подожди. Какой еще план? — вмешалась Гермиона. А я совсем и забыл. Мысли сбились в кучу. Тогда я понизил голос. — Ах да, я совсем забыл вам сказать, что они все время говорят об «этом плане». Что за план — я пока не понял. — Нужно быть осторожным, — сказала Гермиона, отбросив перо в сторону. — Если Малфой что-то задумал, это может быть опасно. Гарри кивнул, и я почувствовал, как напряжение повисло в воздухе. Но, конечно, я ничего не сказал о главной причине, почему я их особо не слушал. О том, что Драко и Блейз — всего лишь часть головоломки. Настоящая тайна — это Ангелина. И я никому не собирался о ней рассказывать. Вернувшись в гриффиндорскую башню, я мельком вспомнил ее улыбку, тот поцелуй и то, как сильно мне хотелось узнать о ней больше. Может, Драко Малфой — не единственный, кто хранит секреты.