Wie schade, dass ich Deutsch kann, Byakuya

Время близилось к отбою. Не так уж и поздно, но и не рано, без пятнадцати десять. Наэги сидел в столовой, о чем-то беседуя с Кёко. Последняя же общалась в своём фирменном стиле, от чего разговор никак не завязывался. — Приём! — Снова раздался голос из динамика, как и утром. На мониторах вновь блистал Монокума, повествуя о наступающей ночи. — Сейчас десять часов, время отбоя. Скоро двери в столовую будут закрыты, и вход туда будет строго запрещён. Всем спокойной ночи! — Ладно, до завтра… — Макото кивнул подруге, направившись в свою… комнату. Те же скучные обои и кровать, аж тошнит от этой повседневности. Когда же всё это закончится? К сожалению, никогда. Есть только один вариант. Шатен планировал уже падать в кровать без сил, как вдруг в дверь постучались. Почему-то, именно постучались. В голове сразу пробежали самые страшные мысли. Кто стучит в дверь, видимо для того, чтобы не создавать шум после отбоя, если можно позвонить? Есть ли шанс, что это будет убийца? — М..Макото, это я...я. — С той стороны двери донеслось привычное заикание Токо, как бальзам на душу. Ведь эта девочка даже и мухи не обидит, верно? — А? Чего так поздно, что-то случилось? — Парень открыл дверь, но не полностью. На всякий случай. — Проходи, мы же. друзья, вроде. — Я хотела с...спросить, можно л..ли принять д..душ у тебя, мой почему-то не р...работает. — Девушка подняла виноватый взгляд на своего товарища. — Я думаю да, можешь. Только дверь не закрывается. Макото проводил брюнетку, а сам уселся на кровать, дожидаясь внезапную гостью из ванной. За дверью послышался чих. И тут Наэги как ледяной водой окатило — вода отключается после отбоя. Звук резкого открывания двери, дерево чуть не проломилось под весом этой маленькой миниатюрной девочки. Но ведь сейчас это уже не девушка, а кровожадный Джек, убийца Сё, с ножницами в руках. Это может значить только одно — нужно очень громко кричать, дверь закрыта не до конца, может быть, кто-то услышит. Но не успел зеленоглазый издать хоть писк, как остриё оказалось у него в запястье. Кровь хлынула ручьём, не останавливаясь. Пронзительная боль и очень громкий крик, который отпугнул Сё, заставив закрыть уши. — Макото, ты орёшь, как свинья перед забоем, стой смирно! — Громко и чётко выдала девушка, а после садистски засмеялась. В глазах начало темнеть, комната поплыла перед глазами. Кровь на полу, кровати и одежде. Отвратно, на самом деле. Парень заметался по комнате, роняя на своём пути абсолютно всё — начиная от блокнота, и заканчивая собственным телом. — Что за... Вот же мелкая дрянь! — Забежавший в комнату Бьякуя был явно не в хорошем настроении от увиденного. — Брысь отсюда, иначе абсолютно все узнают одну из твоих тайн, Джек! Брюнетка фыркнула, решив, что самое лучшее сейчас будет покинуть место, так скажем, преступления. Блондин подошёл ближе к телу Макото, которое казалось уже безжизненным. Он, вроде, даже не дышал. Внутри заиграло какое-то особое беспокойство. — Твою мать, что тут творится? — Аой, Сакура и Кёко, которые изначально заметили Токо, забежали в комнату. Простояв несколько секунд, но не дождавшись оповещения, девушки ринулись к Наэги. — Почему сообщение о нахождении тела не прозвучало? — Аой с испугом и жалостью в глазах смотрела на наследника. — Потому-что он ещё жив, тупица. Дышит через раз. — Тогда ему срочно нужно в мед-кабинет!.. Это было последнее, что слышал зеленоглазый. Далее информация просто прекратила поступать, слух оборвался, и очнулся он уже в койке. Ну, как сказать очнулся, просто попытался открыть глаза. Рука жутко ныла, и боль пульсировала по всему телу. Внезапно, (не)везунчик заметил кого-то, сидящего на стуле неподалёку, и держащего в руках что-то плоское. — Бьякуя, ты? — Шатен приподнялся на своей здоровой руке, ещё не до конца открыв глаза. — Тебя что-то не устраивает? — Опять этот холодный и командующий тон. Макото поматал головой в знак отрицания. — Как себя чувствуешь? — Я... Вроде как хорошо. Что с Токо? — Ты серьёзно?! — Блондин буквально вспыхнул на месте. Что-то непонятно произошло с ним, когда он услышал этот вопрос. — Ты беспокоишься о человеке, который тебя чуть не прикончил? Далее, прошла минута в тишине. Всё это время Наэги смотрел куда-то в стену, глаза стояли на мокром месте. И вот, первая слеза, вторая, третья покатились по горячим щекам. Парень уткнулся в колени, оставшись сидеть где-то рядом с краем. — А ты ведь прав… Я считал её своим другом. — Вместе с этими словами послышался всхлип. Потом ещё один. Тогами присел рядом с пострадавшим, приобняв его за плечи, и уткнувшись носом в макушку. — Всё, хватит, не реви. Всё нормально, ты жив. — Пытался достучаться до младшего Тогами, но тот всё никак не переставал плакать. — Vergiss sie, weine nicht. Ich liebe dich. Du hast mich immer, wir werden aus diesem Albtraum herauskommen, das verspreche ich. От этого шёпота по телу пробежали мурашки. На лице Бьякуи появилось лёгкое смущение, румянец, а на лице Макото так тем более. — Закрой глаза и повернись. Голос Тогами стал мягче. Будто он не хотел навредить или обидеть. Это нечто другое, чем бывает всегда, даже с Токо, которая всегда с ним, он так не общается. Наэги послушно выполнил команду. Чужие влажные губы накрыли горящие губы Макото. Это было больше похоже не на поцелуй, а на соприкосновение губами, но все же. Как резко Бьякуя это сделал, так резко и закончил, встав и медленной походкой уходя из кабинета. — Не думай себе что-то серьёзное. Я сделал это для твоего успокоения. — Даже не оборачиваясь, блондин вышел из помещения. — Was für eine Schande, du weißt nicht, dass ich Deutsch spreche, Byakuya.