Мини истории с Бантанами. Слэш

Чимин тяжело вздыхает, слыша очередной всплеск детского плача и плетется в спальню. В роскошной кроватке лежит маленький альфа, захлебываясь горькими слезами. Пак осторожно берет сына на руки, сразу прижимая его к груди, начинает расхаживать по комнате, напевая колыбельные. Малыш плохо спит уже который день. Который день слышится только плачь, от чего у молодого омеги начинается дёргаться глаз и опускаются руки. Сынишка всегда был очень вредным до внимания отца, любил быть на руках и рядом, от чего у Пака не всегда было время даже сходить в душ, умыться или поесть. Ребенок капризничал, вновь начинал плакать, не отпуская от себя Чимина. Сейчас парень вновь качает малютку на руках. Его веки кажутся безумно тяжёлыми, словно в них засыпали бетон, и вот-вот закроются. Он уже и забыл, когда последний раз спал больше чем пару часов. Когда сын вновь засыпает, Чимин осторожно кладет его на свою кровать и любуется пухлыми щёчками. На глаза выступают слезы, а в голове страх, что ещё несколько секунд и он опять проснется, опять будет кричать. Парень перебирает ткань мягкой подушки, все ещё наблюдая за спящим сыном. В голове лишь одно желание — положить подушку на ребенка, чтобы больше не слушать детские крики. Но это не правильно. Он не будет так делать. *** Юнги наконец-то вернулся из командировки. Чимин для него выглядит очень болезненным, с красными глазами и бледной кожей. Он не похож на того омегу, которого он видел неделю назад. И этого очень беспокоит мужчину. — Малыш, что такое? Ты плохо выглядишь... — Юнги, я устал, — говорит парень, всхлипывая. Он хватается ручками за ткань своей футболки, мнет ее в руках, стараясь успокоить свои нервы. — Я хочу немного тишины, а он плачет. Постоянно плачет. Я не могу отойти от него даже поесть, он начинает рыдать и кричать. Мин слышит тихое сопение сына, мирно спящего на их общей кровати. Он развалился в позе звёздочки, иногда хмурясь во сне. — Я очень его люблю, Юнги. Очень! Мужчина опускается на колени перед омегой, беря маленькие ручки в свои. Он целует ладошки, каждый пальчик, а после переплетает их со своими, длинными, слегка прохладными. — У меня были ужасные мысли, Юнги. Настолько ужасные, что мне плохо от воспоминаний! Мне страшно, неужели я правда смогу сделать так с нашим ребенком, Юнги? Мин убирает мокрые дорожки с лица омеги, целует его щеки, носик, а после обнимает так сильно, чтобы его малыш немного успокоился. Чимин тычется в чужую шею, вдыхая родной запах, бударажущий лёгкие и разум. Ему немного спокойно и тепло, как в большом и пушистом одеяле холодной зимой. — Все в порядке. Тебе нужно отдохнуть от всего. Хочешь поехать на выходных куда-нибудь с Джином? — А как же сын? А как же ты? — Мы с ним справимся, обещаю. А тебе правда нужно отдохнуть. Прости, что оставил тебя надолго. Юнги перекладывает сына в кроватку, прикрывая его мягким одеялом, а после идёт к Чимину. Омега льнет к мужской груди, устраивается под боком и прикрывает глаза. Мин кутает его в одеяло, как в кокон, оставляя нежные поцелуи на любимых глазках и редеющих щечках. Чимин вздрагивает, когда сын начинает ворочаться во сне и готов подорваться с места, но его останавливает строгий, но ласковый голос альфы — Лежи, я подойду, если он проснется. И омега засыпает, впервые за долгие недели одиночества закрывает глаза и не вскакивает спустя несколько минут от детского плача. Юнги перебирает мягкие волосы парня, целует в макушку, а после плетется на кухню, набирая номер друга. — Да, у Чимина послеродовая депрессия, — говорит он в трубку. — Да, было бы замечательно. Хорошо, спасибо, до завтра. Пак осторожно выглядывает из-за угла, наблюдая за напрягшимися плечами альфы. В душе становится тошно и грустно от того, что он не может справиться со своим сыном. Он хлюпает носом, привлекая внимание альфы, что сразу поворачивается на звук. — Малыш, идём ко мне? Чимин оказывается в кольце горячих и успокаивающих объятий, укутаный запахом спокойствия и защиты. — Мне страшно, Юнги. Вдруг это навсегда? Я такой плохой родитель, да? — Нет, ты отличный папа, милый, — Юн утыкается носом в волосы парня, прикрывая глаза. Он слегка покачивается из стороны в сторону, убаюкивая уставшего Чимина. — Такое бывает у большого количества людей, малыш. Это все пройдет, мы с этим справимся вместе, слышишь? Не бойся, я с тобой. Слова альфы успокаивают, дарят надежду на хорошее будущее. Сейчас Чимин укладывает голову на плечо Юнги, прикрывая глаза, слушая глубокое дыхание альфы, вновь падая в глубокий сон. Он чувствует горячую ладонь на своём животе, чувствует поддержку и помощь, о которой боялся просить и в которой нуждался. — Малыши альфы намного беспкокойнее омег, — щебечет Джин, наливая ароматный чай в прозрачную чашку. — Они очень требуют внимания родителя, очень много плачут и кричат. Но когда твой сын вырастет, то будет оберегать тебя не хуже, чем твой альфа. Чимин неуверенно мнется, сидя за столом с другом, когда дома остался Юнги и сын. Как они? Все ли хорошо? *** Пак плюхается на мягкую кровать в доме друга, берет в ладошку телефон и набирает мужа, желая поскорее узнать, все ли в порядке. — Да? — раздается приятный голос, отдающий хрипотцой. — Я разбудил тебя? — Нет, я не успел уснуть. Только уложил сына... — Как он? Все нормально? Ты покормил его? Искупал? — Конечно я все сделал, — смеётся Юнги. — Не беспокойся, пожалуйста. Скажи лучше, как ты? Поговорили с Джином? — Да. Сейчас он отправил меня спать, накачав чаем с ромашкой. — Хорошо отдохни, ладно? Я тут справлюсь. — Я все равно беспокоюсь о вас. Оставить двух альф одних было плохой идеей. Завтра приеду домой... — Чимин. Послушай меня, — прерывает Юнги. — Я отправил тебя к Джину для того, чтобы ты отдохнул, набрался сил и пришел в себя. Да, это пройдет не сразу, нужно время, но я вижу, как ты устал один. Сейчас я хочу, чтобы ты провел выходные в компании омег, спал и нормально питался, а не был похож на призрака. — То я думаю, почему Джин так много меня кормил сегодня, — смеётся Пак. — Я люблю тебя, слышишь? Вредное ты создание. Сиди на жопе ровно и получай свои законные выходные. — Мне так повезло с альфой, — всхлипывает Чимин. — Люблю тебя. — Пожалуйста, ложись спать. И спи до обеда. Нет, до вечера. Ладно? — Я очень постараюсь, — улыбается Чимин, представляя, как сильно Юнги сейчас хмурит брови. — Вот и умница. Сладких снов, мой любимый омега. — Доброй ночи, мой самый лучший альфа. Чимин чувствует нежное тепло, распространяющееся по животу и улыбается, зарываясь лицом в подушки. Глаза приятно закрываются, и парень засыпает. А после он вернётся домой, где уже в голове не будет плохих мыслей, а будет лишь только хорошее. Потому что у Чимина самый лучший альфа.