Злосчастные обстоятельства

— Что ты видела? — Я видела, как ты из черного волка превратился в обнаженного мужчину. — Признаю, что я — волк. Чего еще ты хочешь? Она подошла к двери и прислонилась к ней лбом. — Как это возможно? Что ты такое? Ева знала, что Крис стоит в коридоре, но не сознавала насколько он близко, пока его голос не раздался с другой стороны двери. — Выйди, и я все расскажу тебе. Ты в безопасности со мной. Я не обижу тебя, ведь спас тебя, помнишь? Она никогда не забудет ту драку в лесу. Он спас ей жизнь, убив тех жутких зверей. И до сих пор не причинил вреда. На самом деле,Кристофер даже оказался на удивление внимательным. Ева вздохнула и отперла замок, прежде чем медленно открыть дверь, по-прежнему ставя под сомнение свою вменяемость из-за того, что доверилась ему. Он попятился и прислонился к противоположной стене. — Привет, — улыбнулся он, демонстрируя ямочки на щеках, что сделало его угрожающе красивым. — Ты все еще голодна? — его брови приподнялись, пока он смотрел на нее, стоящую возле двери лишь в его футболке и боксерах. — Извини, все настолько большое. У меня нет женской одежды в хижине. Моя футболка смотрится на тебе, как платье. Чего не хватает, так это пояса и высоких каблуков. — Что ты такое? — повторила Ева, отказываясь играть по его правилам, независимо от того, насколько неотразимым он был. Улыбка Криса увяла. — Человек. Мун медленно покачала головой в отрицании, поскольку оба знали, что это не являлось правдой. Он изогнул бровь и многозначительно указал на свою грудь без рубашки. — Посмотри еще раз. Я определенно человек. Ева не могла не проследить взглядом в том направлении, куда указал Крис. Он действительно обладал удивительным телом. Мускулистое, загорелое, идеальное. Она сделала шаг, выходя в коридор, и посмотрела на лицо парня . Он был невероятно красив. Сексуален. И обращался в волка… смертоносного хищника. Даже под его, казалось бы, обычным очарованием, Ева все еще чувствовала это. Было нечто дикое, совершенно необузданное и увлекающее в этом мужчине, прислонившемся к стене. Кристофер сделал шаг к Еве. — Прикоснись ко мне. Я не кусаюсь. Ведь являюсь человеком. Из плоти и крови, как и ты. Ты можешь дотронуться до меня. Это безопасно. Я не причиню тебе вреда. Она подняла ладонь и понадеялась, что он не заметит, как ее трясет. Мун мягко положила руку на его живот. Он был теплым, каменно-твердым и определенно из плоти. Она скользнула пальцами вниз, и мышцы его живота сжались. Она увидела, как мурашки пробежали по его гладкой коже. Все казалось таким человеческим, но… — Но ты превращаешься в волка. — Превращаюсь, — голос Криса был низким и хриплым. — Таким родился. Я — человек и нечто большее одновременно, но никогда в жизни не обижал женщину. Мой отец был таким, как ты. Простым человеком. А мать была подобна мне. Чем-то бόльшим. Отец ушел, когда она была беременна мной. Я не знаю его, но сам наполовину человек, так что у нас есть кое-что общее. Я не сильно отличаюсь от тебя. Ева уставилась на него. Он делился с ней столь личным. Она не поинтересовалась, почему, но была благодарна за это. Это сделало Криса более нормальным. Девушка опустила руку и сделала шаг назад. — В США проживает небольшая популяция людей, подобных мне. Я не единственный. Люди называют нас оборотнями, но бытует множество совершенно сумасшедших и ложных представлений о нас. Мы не такие, как нас изображают в фильмах. Все, что представлено там, в основном, выдумка. На самом деле, у нас есть семьи, как и у вас. Работа, как у вас. Друзья. Большую часть времени мы просто пытаемся защитить то, что принадлежит нам… как и вы. — Те, другие мужчины, хотели убить меня, — тревожно сказала Ева. — Почему? И почему ты не хочешь того же? Чем ты отличаешься? Волки не охотятся на людей? — Те, другие волки, были придурками. Я не знаю, почему они захотели навредить тебе. Это беспокоит меня, но, клянусь тебе, большинство из нас не похищает и не убивает невинных людей. Если ты поешь, я постараюсь объяснить, почему, по моим предположениям, ты подверглась нападению. Она кивнула в знак согласия, осознавая, что, вероятно, была ужасно наивна, поскольку поверила ему, но не могла ничего с собой поделать. Крис повернулся, внимательно осмотрев ее, а затем пошел к лестнице, но затем вдруг остановился. — Почему бы тебе не пойти первой? Не хотелось бы, чтобы ты снова пнула меня и отправила в полет вниз по ступенькам. Ева немного смутилась. — Прости за кофейный столик. Он усмехнулся. — Все в порядке, разбилась только кружка. Стол выдержал. Ты темпераментная, мне это нравится. Кроме того, кто я такой, чтобы злиться на тебя за попытку защититься? Это хорошая черта. Однако я хочу, чтобы ты шла впереди. Она обошла его и начала спускаться вниз по лестнице. Кристофер следовал позади нее, а потом указал в сторону кухни. Она учуяла запах еды, и в животе заурчало. Он слегка прикоснулся к ее спине. — Давай поедим. У меня немного мяса, а еще остался овощной суп, поэтому я разогрел и его. Я не хотел, чтобы тебе пришлось долго ждать еды. Он сделал сэндвичи с индейкой к супу и, должно быть, накрыл на стол, когда услышал, что она открыла дверь в коридор, чтобы взять одежду. Крис отодвинул для нее стул, и Ева была удивлена его хорошими манерами, что и прокомментировала. — Мама учила меня быть джентльменом. Мы находимся в человеческой форме чаще, чем в животной, и мать не ставила зверя в нас на первое место, — он хмыкнул. — По крайней мере, не большую часть времени, — он отодвинул стул и сел напротив. — Я налил нам молока. Надеюсь, это подойдет? Мун кивнула и попробовала суп. Он был поразительно хорош. Она подумала, что все приготовленное было бы вкусным, даже если бы она не была так голодна. Сэндвичи с индейкой тоже были хороши. Она съела все до последней крошки, а Кристофер умял в два раза больше, чем она, уничтожив две миски супа и три сэндвича. Только посмотрев на пустые тарелки, Ева смутилась от того, как быстро все съела. Ее щеки заалели. — Спасибо. Это было действительно вкусно. — Я отлично готовлю. Моя мама всегда хотела девочку, чтобы передать ей все семейные рецепты, поскольку оба ее брата умерли, и она осталась последней из семьи. Вместо этого появился я, — он небрежно пожал плечами. — Так что мне было суждено стать сыном, который научился всему, в том числе рецепту персикового пирога бабушки Беллы, а также тому, как приготовить рагу — коронное блюдо моего двоюродного деда Грега. Она улыбнулась. — В какой-то степени я тебя понимаю. Мой папа хотел мальчика. А вместо этого получилась я. Он записал меня на каждый вид спорта, какой только мог. У меня было достаточно времени, пока я не пошла в старшие классы, и отец был готов сражаться со школьным советом, чтобы увидеть, сможет ли он сделать из меня футболиста, поскольку они не принимали девочек. Хмурый взгляд омрачил лицо Криса. — Мне казалось, ты говорила, что у тебя есть брат. Она кивнула. — Есть. У нас разные отцы. Мама вышла замуж за отца Бреда, но они развелись. Потом она встретила моего отца и забеременела мной. Папа хотел жениться на ней, но она по-прежнему любила своего бывшего мужа, и позже они снова сошлись. Бред и я были воспитаны в одном доме, но я проводила каждые выходные с отцом. Он принимал активное участие в моей жизни, ведь я — его единственный ребенок. Он хотел мальчика, а Бред просто всегда поощрял меня становиться сильнее. Даже когда я стала старше и утратила интерес к спорту, он соглашался с моим отцом. Не волнуйся, он просто боялся, что мальчишки нацелятся на меня, потому что… Он приподнял брови, когда Ева замолкла. — Потому, что ты очень привлекательна? — Спасибо за комплимент, но причина была не в этом, — она почувствовала, как к щекам вновь прилила кровь, потому что он произнес это искренне, чего она еще ни разу не слышала от любого другого мужчины. — Я никогда не была худышкой. Дети дразнили меня, потому что я была маленькой и округлой. Брат научил меня, как постоять за себя, поскольку не всегда мог быть рядом, чтобы защитить меня от хулиганов.