Злосчастные обстоятельства

Отвергнув жизнь с оборотнями, отец решил уйти, а Крис провел жизнь, яростно презирая людей, и все же он ни капли не жалел о вязке с Евой. Что-то в ней задело саму его суть. Он обнаружил, что все еще сидел и гладил влажные волосы Евы на висках, размышляя о том, как бы ему удержать ее в хижине и в его постели, удовлетворенную и пересыщенную сексом. Весь мир Кристофера перевернулся с ног на голову из-за этого нежного великолепного человека, и внезапно единственной целью в мире стало удержание Евы рядом. Тело Криса все еще было напряжено, но не от желания — хотя она и источала сладкий соблазнительный аромат — а от чувства яростной опеки, пришедшего сразу после осознания: Ева, скорее всего, захочет уйти, едва проснувшись. Кристофер забрался под одеяло и вытянулся рядом с ней, а затем обнял Еву и притянул к себе, закинув ногу на ее бедро. Зарывшись лицом в изгиб женской шеи, он стал засыпать подобно волкам в дикой природе, когда они использовали друг друга, чтобы согреться. Звери всегда находили спокойствие и утешение в своей стае, а с этого момента Мун стала ее новым воплощением. Единственной стаей, которая действительно имела для него значение — состоящей лишь из них двоих. Даже если она еще не знала об этом. **** Когда Ева проснулась, за окном все еще бушевал шторм. С каждой секундой головная боль становилась лишь сильнее, обещая в скором времени превратиться в жуткий приступ мигрени. Справиться с гулом в голове совершенно не помогали и негромкие звуки «бум, бум, бум», доносящиеся откуда-то издалека. Чем сильнее она пыталась игнорировать стук, тем громче он становился. Крис низко зарычал, скорее, как волк, чем человек, и перевернулся, заворчав: — Иду. Она все еще пыталась поспать, сознавая, что скорей всего в дверь спальни стучался оборотень. Похоже, двери этого дома были открыты для всех. Тело Евы напряглось от страха, но Кристофер не казался обеспокоенным. Потянувшись и потирая затылок, он вылез из постели, полностью обнаженный, демонстрируя свою твердую округлую задницу. В дверь снова застучали. Стук продолжился. — Иду уже! — крикнул он. Стук ненадолго прервался, пока Крис натягивал джинсы, бурча что-то себе под нос, но у стоящего за дверями, видимо, совершенно не было терпения. Через минуту стук возобновился вновь. Но, похоже, что и терпение Криса тоже иссякло. — Да иду я! Спускайся вниз. Я одеваюсь! Оборотней явно было нельзя назвать ранними пташками. Хотя, честно говоря, было уже отнюдь не утро, да и вообще, казалось, что все они вовсе не привыкли просыпаться засветло. — У него есть чертов телефон, — Он застегнул джинсы. — Оставайся здесь, дорогая. Я только узнаю, чего он хочет. — Кто это? — Один из моих альф, — Крис направился к двери, бормоча себе под нос. — Альфа по имени «Боль в заднице». — Я все слышал! — раздался голос снизу. Он был ниже, чем у Криса, грубый, глубокий, с явным оттенком власти, которая заставила волоски на руках Евы встать дыбом, особенно когда он добавил. — Кристофер , я могу учуять запах того, о чем ты мне не хочешь говорить! Тебе лучше спустить свою задницу сюда! Сейчас же! — У тебя проблемы? — спросила Ева с беспокойством. — Вероятно. Мун наблюдала, как он уходит. Затем до нее донеслись громкие шаги, когда он протопал вниз по лестнице, но, похоже, что она оказалась более чем любопытной. Должно быть, она потеряла остатки своего ума этой ночью, потому что последнее, что она хотела бы увидеть — это альфа-оборотень, учитывая, что и простые веры были довольно угрожающими, но она не могла ничего с собой поделать. Ева надела вещи Криса, сознательно избегая смотреть в зеркало. Она не хотела знать, как выглядела сегодня утром. Открыв дверь спальни, она поспешила вниз по лестнице. Посмотрев на часы в гостиной Криса, она заметила, что было уже за полдень, как она изначально и подозревала. Двое мужчин в комнате замолчали, вероятно, услышав, что она приближалась к ним, поэтому Мун, обхватив себя за плечи, вошла на кухню. Зайдя в помещение, она замерла, пораженная, потому что альфа-волк выглядел совсем не таким, как она представляла. Она всегда считала оборотней невероятными и выдающимися созданиями, но этого мужчину можно было легко принять за влиятельного бизнесмена, этакого плохого мальчика, которых было полно среди обыкновенных людей. Невероятно высокий, с широченными плечами, он прислонился к стойке в тщательно скроенном сером костюме, а не джинсах и футболке, как все другие оборотни, с которыми Ева встречалась. У него были длинные иссиня-черные волосы, перевязанные сзади. Будь он человеком, Мун бы подумала, что мужчина — коренной американец. Смуглый, с волевым подбородком, но взгляд его пронзительно-голубых глаз был отталкивающим. Она не могла перестать таращиться на него, особенно когда он сделал большой глоток из чашки кофе, которую держал в руке и, выгнув бровь, с любопытством посмотрел на Еву. — Ева, это мой альфа — Крис сидел за столом с угрюмым видом, пока представлял ей длинноволосого мужчину. — Альфа , это Ева. — Здравствуй, Ева, — его голос был низким, властным, как у невероятно сильного человека, привыкшего к моментальному повиновению. — Я слышал, что у тебя была пара плохих дней. Нетрудно понять, почему он был Альфой. — Я, эм… — Ева колебалась, чувствуя себя не в своей тарелке, когда оглянулась на Криса. Взволнованная, что у него могли быть проблемы, она покачала головой. — Вначале все было не очень, но потом стало значительно лучше. Кристофер был очень добр ко мне. — Добр? — произнес Альфа с ноткой сарказма в голосе. — Это теперь так называется? — Есть какие-то правила, запрещающие людям и оборотням заниматься сексом? — спросила она , чувствуя себя смелой перед лицом этого устрашающего оборотня. Она не хотела, чтобы Крис попал в неприятности. — Нет, — он покачал головой. — Нет никакого правила, запрещающего волкам спать с людьми. Тем не менее, существуют и другие законы, связанные с согласием и полным пониманием обязательств, которые берут на себя обе стороны, и, кажется, именно об этом забыл Кристофер в пылу страсти. — В чем проблема? — спросила Ева. — То, что я вошла в течку, было несчастным случаем. Мы справились с этим. Да и какое отношение это может иметь к вам? Крис фыркнул, первая улыбка за день появилась на его лице. — У нее свой взгляд на произошедшее. Альфа сделал еще один большой глоток кофе, прежде чем взглянуть на нее. — Ты действительно думаешь, что твоя неожиданная течка — главная проблема? — А это не так? Он только покачал головой, с раздражением посмотрев на Еву, прежде чем перевести взгляд на Криса. — Тебе лучше прекратить эту хрень, потому что я не хочу иметь дело с последствиями, когда она перепугается и свалит отсюда. У нас и без этого достаточно проблем. Он вздохнул, уставившись на стол.