Злосчастные обстоятельства

Это была их ошибка. Ева склонила голову набок и улыбнулась Крису. — Не могу даже представить себе, что могла заставить тебя убежать от страха. — Ты никогда не видела меня в торговых центрах. Я ненавижу эти места. Слишком много людей, слишком много запахов. Неестественно, чтобы в одном месте находилось сразу столько чертовых магазинов. Я бегу к ближайшему выходу, чтобы выбраться из этого ада каждый раз, когда пытаюсь пройтись по подобным местам. Я не могу пробыть там и десяти минут. — Торговые центры? — засмеялась она. — В самом деле? — И это говорит женщина, которая кричала из-за крошечного паучка в душевой кабине утром. — Он выглядел странно, — сказала она без раскаяния. — У них восемь ног. Восемь. Это не правильно. — Это был малыш. — У малышей есть мамы. Если малыш был таким страшным, представляешь, какой ужасающей у него должна быть мать. — Ну, если ты так говоришь, — Кристофер крепче обнял ее и признался. — Ты делаешь меня счастливее, чем я когда-либо был в моей жизни. — Ты делаешь со мной то же самое, — сказала она тихо. — Я люблю тебя, Крис. — Я знаю, — он усмехнулся, выглядя беззастенчиво довольным. — Я тоже люблю тебя, дорогая. Ее улыбка стала шире, когда волна бесконечного счастья затопила ее. — Я знаю. Затем Ева взвизгнула, когда Крис подхватил ее под задницу и поднял. Она услышала, как посуда упала на пол, когда он внезапно опустил ее на стол. — Я все еще голоден. — В самом деле? Кристофер кивнул, потянувшись к ее юбке и задирая ее наверх. Когда он улыбнулся, его клыки стали чуть длиннее, и он признался: — Умираю от голода. — Какие большие у тебя зубы, — сказала Ева с наигранным ужасом. — Это чтобы съесть тебя, — произнес он, потянувшись к ее трусикам и стягивая их по ее бедрам. — Как это звучит? — Звучит заманчиво, но, может, чуть позже, — решила Ева, потянувшись к его джинсам. — Я сама бесконечно желаю вкусить кое-что. Крис зарычал на нее, и дрожь удовольствия прошлась по коже Евы . Вырывавшиеся у него звуки всегда сильно заводили ее, и было очевидно, что он чувствовал это. Кристофер отбросил ее трусики к раковине и раздвинул ее бедра шире, когда закрыл глаза и вдохнул ее запах, издав еще один низкий рык. — Я бы сорвала твои, но ты их не носишь, — засмеялась она, расстегивая его джинсы и приспуская их. — Я бы хотел, чтобы и ты их не носила, — голос Криса все еще был хриплым и чуть безумным. — Теперь мы в лесу, дорогая. Тебе не нужны эти вещички. Ева улыбнулась. — У меня может возникнуть соблазн выбросить их все в мусор. Он приподнял бровь. — Правда? И что я должен сделать или сказать, чтобы заставить тебя так поступить? В ответ она откинулась назад, утягивая его за собой. Крис подчинился ей с легкостью, прижимая ее к столу и явно показывая, что это было именно то место, где он хотел находиться. Еве нравилось ощущение его веса на ней, и она обняла его за шею, чтобы удержать его над собой. Затем, она потянулась и поцеловала его. — Я хочу тебя, — прошептала она спустя мгновенье в его губы. Крис поцеловал Еву в ответ. — Ты получила меня, дорогая. — Тогда нижнее белье отменяется. Считай что все оно уже в мусоре, — она обняла ногами его за талию. — Я хочу тебя прямо сейчас. Он вошел в нее, и Ева простонала его имя, чувствуя, как его жесткий твердый член растягивает ее, задевая каждую чувствительную точку внутри. Она сжала ноги на его бедрах, цепляясь за него и отчаянно нуждаясь в утолении жесткой, сводящей с ума необходимости. Кристофер толкнулся в нее глубоко, но затем остановился. Ева открыла глаза, посылая ему молчаливый протест. — Скажи еще раз, что любишь меня, — потребовал он. — Позволь мне услышать это. — Сейчас? — Скажи мне. — Я люблю тебя, — отозвалась она. — Ты для меня все. — Ты действительно делаешь меня счастливее, чем я когда-либо был за всю мою жизнь, — он коснулся поцелуем ее губ. — Я люблю тебя, Ева. Ты понятия не имеешь, насколько сильна моя любовь. — Но я смогу понять это, если ты начнешь двигаться, — она переместилась под ним, подчеркивая свои слова. — Ты можешь показать мне. Ты же все понимаешь, потому что я не чувствую любви, пока ты вот так стоишь и не шевелишься. Кристофер тихо зарычал. — Держись за меня, дорогая, потому что я чертовски люблю тебя и собираюсь провести остаток наших жизней, показывая тебе насколько сильно. — Тогда заткнись уже и докажи это. — Считай, что уже сделано, — усмехнулся Крис, наклоняясь и снова впиваясь в губы Евы поцелуем.