Главней всего - погода в доме

Настал долгожданный день выставки. Лицезреть картины современной, молодой и подающей надежды художницы Канаэ Кочо явилось много народу. Все были одеты в красивые официальные наряды: женщины в деловые брючные костюмы, мужчины - в красивые и яркие кимоно или одежду западного кроя - платья, туфли на высоких каблуках, блузки с декольте, блёстками, кружевами и рюшами, обтягивающие брюки. Заженатые выражали своим внешним видом уровень дохода и статус жён, а свободные юноши пытались привлечь внимание девушек. Зеницу явно был счастлив продемонстрировать свой наряд. Ярко-золотое с оранжевым отливом и рисунком из треугольников кимоно выделялось в толпе, невольно привлекая взгляды. Помимо этого, парень нанёс вечерний макияж и собрал чуть отросшие волосы в два коротких хвостика. Незуко грозно зыркнула на одну тучную женщину, слишком долго глядевшую на её мужа, и та, дернувшись, отвернулась и отошла подальше. Всё же, не зря Незуко прозвали демоницей! Танджиро чувствовал себя не в своей тарелке в таком наряде. Клетчатое зелёное кимоно сковывало движения и заставляло ощущать себя крайне неуютно, хотя это всяко было лучше, чем короткое платье или обтягивающие штаны с полупрозрачной блузкой! "Ничего. В правилах ничего не сказано о том, что нельзя надевать под кимоно рубашку и штаны!" - успокоил он себя, помня о дополнительных слоях одежды под кимоно. На выставку пришла подруга Шинобу - Мицури Канроджи со своим мужем. Высокая, сильная, громкая, яркая, в экстравагантных нарядах, с розовыми волосами, на фоне низкого, одетого в чёрно-белые тона молчаливого мужа с замотанной тканью нижней половиной лица она выглядела настоящей защитницей и каменной стеной. - Ох, опять расстегнулась, - хохотнула Мицури, заметив, что её зелёная рубашка разошлась на пышной груди, а на малиновом пиджаке не хватает пуговицы. - Дай угадаю, костюм тебе шил мужик? - хмыкнула Шинобу, скептически глядя на эпатажную подругу. Сама Шинобу была одета не столь броско - в тёмно-фиолетовый брючный костюм и светло-сиреневую рубашку с чёрным галстуком. Мицури во все глаза уставилась на подругу. - Как ты угадала? - Смени швею, - вместо ответа сказала ей Шинобу. - Только женщина может хорошо сшить официальный костюм на женскую фигуру. Мужики же в этом вообще ничего не понимают, вот, даже пуговицы нормально пришить не могут! Обанай, муж Мицури, ничего не сказал, лишь достал из кармана нитки с иголкой и молча стал пришивать пуговицу на пиджак жены. - О, Богиня, Обанай, ты душка! - умилилась Мицури. - Но не стоит так напрягаться, я и сама могу пришить одну пуговицу! Обанай на это покачал головой и продолжил пришивать, а сделав дело, молча вручил пиджак жене. Шинобу с интересом наблюдала за происходящим. - Да, ты была права, когда говорила, что у тебя идеальный муж, - произнесла она. - Он просто рос в жёсткой, ортодоксальной семье, где был единственным мужчиной. В слишком ортодоксальной семье, - вздохнула Мицури. - Ну вот и цени, что имеешь! Не всем так везёт с мужьями, как тебе! - О, Шинобу, сладкая... - тут же послышался рядом томный мужской голос. - Изыди, нечисть! - скривилась Шинобу, отмахиваясь от развязного длинноволосого блондина с веером, одетого в чёрно-красный бадлон, маленький красный берет и широкие белые брюки в полоску, скрывающие высокие каблуки, прибавляя парню роста и возвышая его над всеми остальными мужчинами, пришедшими на выставку. Шинобу испытывала раздражение. Ох уж этот коварный куртизан Дома, светский лев, который подкатывает то к ней, то к её сестре! Даже на выставку явился и вырядился, как клоун, веером помахивает жеманно, томно растягивает слова, как будто это поможет ему кого-то очаровать из сестёр Кочо, тьфу! "Никакой это не светский лев, а самый настоящий "мужчина низкой социальной ответственности"! Это ж как ему хочется присосаться к богатству нашей семьи! - каждый раз раздражалась Шинобу. - Вот меркантильный куртизан!" На этой же выставке она увидела подозрительно знакомую кудрявую, черноволосую женщину в чёрном. "И Музан здесь! А этой что здесь надо? Небось, ищет новый товар в своё заведение!" - недовольно подумала Шинобу, поглядывая на известную в определенных кругах сутенёршу, хозяйку заведения "Двенадцать лун". Сама Музан искала вовсе не тот товар, о котором подумала Шинобу. Женщина в кои-то веки решила отвлечься от дел(и мужских тел) и посетить выставку молодой художницы Канаэ Кочо, старшей сестры Шинобу. Её вниманием завладела картина с голубыми лилиями. "Красивые цветы. Какое изумительное сочетание красок и полутонов! Интересно, в какую сумму обойдётся эта картина? Она бы хорошо смотрелась в моём кабинете! Не мужскую же жопу туда вешать, в самом деле?!" Танджиро не совсем понимал, зачем надо было тащить его на эту выставку. Он не интересовался живописью, ничего не понимал в красках и художественных техниках, максимум мог сказать, нравится ли ему картина или нет, считает ли он её красивой или нет, и потому чувствовал себя не в своей тарелке. На его удивление, он был такой не один. У большой пальмы стояла молодая брюнетка с совершенно офонаревшим видом, в её больших пурпурных глазах явно читалась растерянность, весь вид её будто кричал "кто я, где я, я ничего не понимаю, спасите!". Танджиро ощутил исходящую от неё растерянность и ему захотелось сказать ей что-нибудь успокаивающее. Но для начала стоило завязать стандартную беседу. - Красивая картина, не правда ли? - обратился Танджиро к девушке, коей являлась та самая Канао, с которой его хотели свести Незуко и Шинобу. - Я ничего не понимаю в живописи, - растерянно отозвалась Канао. - Если честно, я тоже, - честно признался Танджиро. - Естественно, что мужик может понимать в живописи, - пробубнила наблюдавшая за ними из-за большой вазы с цветами Шинобу. - Этот хоть честно признался и не строит из себя нитакого! - Шинобу, сладкая, где же ты? - внезапно раздался рядом елейный голос Домы. - Вот гад, достал! - вскипела Шинобу. - Сейчас ты допрыгаешься, и я завалю тебя в туалете! - Буду ждать с нетерпением! - игриво улыбнулся Дома, помахивая веером. - Вот прошмандовец! Я тебе знаешь, куда твой веер засуну?! - Так пошли, продемонстрируй! Я тоже могу кое-что продемонстрировать... В том же самом туалете, куда Шинобу собиралась притащить Дому, Незуко сцепилась с какой-то напыщенной пепельной блондинкой, обозвавшей её мужа уродцем, и потому не могла проследить, как происходит запланированное знакомство её брата с Канао. Из одной из кабинок какая-то женщина взывала дерущихся к миру, ещё одна наоборот, была довольна, сетуя лишь на не вовремя случившийся понос. За порогом туалета бился в тестерике Зеницу, привлекши этим внимание Мицури, поспешившей выяснить, что творится в этом проклятом туалете. Драку удалось остановить удивительным образом, когда выяснилось, что Дома подкатывал и к этой высокомерной блондинке. Нет, Шинобу не был нужен этот "раскрашенный фазан", просто факт того, что он, мало того, что подкатывал к её сестре, так ещё и целился на других женщин, и это задевало гордость Шинобу. В итоге все дамы переключились на "меркантильного куртизана", Дома насилу вырвался, кое-как отбиваясь веером, оставив в туалете каблуки и едва не оставшись без штанов. Молодая художница Канаэ Кочо удивлённо наблюдала, как светский лев умирает с её выставки без обуви и весьма помятый. "Видимо, мои картины действительно крышесносные, что хрупкая юношеская психика не выдерживает! Они не могут вынести заложенного мной мощного смысла сюжета и сочетания красок, ведь они даже красный от зелёного отличить не могут!" - решила Канаэ. Она и представить не могла, какая драма только что разыгралась в туалете, ровно как и не могла представить картину сидящих на кортах среди раздолбанных унитазов девканов, курящих и обсуждающих коварных куртизанов, а заодно своих мужей и не вышедших зажену братьев. - Везёт тебе, Незуко, - говорила Даки - та самая напыщенная пепельная блондинка, - твой брат красивый, ты можешь выдать его зажену, а у меня брат - настоящий уродец! Ни одной женщине не нужен уродливый юноша! Вот как Гютаро потом без меня будет, когда я умру? - Так ты ж говорила, что он у тебя пробивной и у него есть работа, - протянула Незуко. - Ага, в цирке уродов, - хмыкнула Даки, кидая сигарету в слив раздолбанного унитаза. - Ну вот видишь, парень в своей среде! - воодушевлённо сказала Мицури. - Нашёл своё призвание! - В том, что Гютаро ни с кем не сойдётся, есть плюс - ни одна женщина не передаст его поломанные гены своему потомству! - ехидно произнесла Шинобу. - И вообще, он же старше тебя на несколько лет, а значит, умрёт раньше! - заметила Незуко. - Главное - умудриться не умереть раньше него! - ухмыльнулась Шинобу. Даки мрачно нахмурилась. - Вот об этом я и переживаю... Вот бы кто открыла приют для бесхозных мужчин! Шинобу на это презрительно фыркнула. - Вот ещё, тратить бюджет на бездельников! Пусть идут работать! Твой брат нашёл работу, значит, и остальные найдут! Только сутенёрша Музан ни о чём не переживала. Она уже договорилась с художницей о покупке картин. Канаэ Кочо ещё не знала, что рекламу и известность ей сделает элитный дом удовольствий, где клиентки, узрев красоту не только в мужских телах, но в виде картин, висящих в кабинете и фойе, тоже захотят прикоснуться к прекрасному. Танджиро с Канао тем временем разговорились. Слово за словом, парень узнал, что девушка родилась в маргинальной семье и была чудесным образом найдена богатыми родственницами и вырвана из ужасной среды. Всё это было похоже на сказку, и ей до сих пор не верилось, что это реальность. Канао была благодарна сёстрам Кочо за то, что они её спасли и сделали человеком. - Я чувствую, что должна в ответ их благодарить и радовать, но... - Ты должна жить, как хочешь ты, - сказал девушке Танджиро. - Следовать туда, куда укажет сердце! Канао удручённо вздохнула. - Если бы я ещё знала, чего я хочу. - Тебя настолько затюкала твоя семья? Тогда для начала попробуй подбрасывать монетку. В этот момент рядом с Канао закружилась неизвестно откуда прилетевшая сиреневая бабочка. Девушка подставила руку, и бабочка села ей на палец. - Они такие красивые... Бабочки... - с восхищением произнесла Канао, глядя на бабочку большими пурпурными глазами. - Удивительно, как из уродливых гусениц получаются такие прекрасные создания! - Ты видишь в бабочках себя? - предположил Танджиро. - Не волнуйся - я уверен, ты тоже выберешься из кокона и расправишь крылья! Канао робко улыбнулась. - Спасибо, - отозвалась она. "Действительно, интересный ты парень, Танджиро! - подумала Шинобу, вылезая из туалета с подбитым глазом. - Пожалуй, действительно самое то для моей аутичной сестрички! Теперь бы ещё объясниться перед Канаэ за драку в туалете и раздообанные унитазы! Это всё Дома виноват, я ей так и скажу!" Танджиро увидел в Канао потерянную, чувствительную, но при этом сильную душу. Канао не пыталась изображать из себя крутую и самоуверенную альфачку, хотя могла бы при богатстве семьи - она оставалась собой, не стесняясь демонстрировать свою натуру. Она как стекло - хрупкая, но острая. Ей только нужно время, чтобы раскрыться, и предстать миру как бабочка, вылетевшая из кокона! Так они стали общаться и переписываться, даже выходили погулять. Шинобу и Незуко, узнав об этом, были очень довольны, и предложили сойтись своим подопечным. Шинобу принялась обрабатывать Канао. - Ты время не тяни, ушами не хлопай, - с елейной улыбкой говорила Шинобу, обращаясь к Канао. - Парень-то хороший, надо брать, пока кто-нибудь не разглядела этот неогранённый алмаз! - А если он не согласится? - сомневалась Канао. - С чего это ему вдруг не согласиться? - Ну, мы познакомились недавно... - А чего тянуть? Тут и так всё ясно. Давай, смелее, парни любят решительных женщин! В то же время Незуко обрабатывала брата. - Она обязательно тебе вскоре сделает предложение, соглашайся сразу! - А не рано ли для брака? - сомневался Танджиро. - Всё же, мы познакомились недавно... - А че тянуть-то? - сказала Незуко. - Хорошая деваха, с приличной роднёй, при деньгах... - Я тебя понял, Незуко. Танджиро не стал отказывать и упираться, зная, что на кону стоит благополучие семьи. Незуко обрадуется таким связям! Да и Канао, на самом деле, очень милая и застенчивая девушка. Ей просто нужен кто-то, кто в неё верит и поддерживает! Нельзя допустить, чтобы к ней присосался какой-нибудь вертихвост и жадный до денег пройдоха! Шинобу и Незуко были рады, что младшие члены семей послушались и сделали всё как надо: Канао - сделала Танджиро предложение, а сам Танджиро принял предложение Канао. Старшая сестра Шинобу, художница Канаэ, тоже была рада объединению семейств и тому, что её застенчивая родственница нашла себе парня по душе. Так как Канао немного аутистка, все понимали, за погоду в доме будет отвечать Танджиро. Он юноша мудрый, будет поднимать Канао самооценку и уверенность, он справится. Незуко была довольна тем, как всё сложилось. Танджиро удачно пристроен, а с погодой в своём доме она разберётся! В крайнем случае, всегда можно стукнуть Зеницу зонтиком, он будет не против, ведь это знак внимания со стороны его ненаглядной Незуко!