Несчастный абьюзер

      Когда тебе девятнадцать, малейшие нюансы в отношениях становятся поводами для смертельных, жгучих, как перец чили, обид.       Когда тебе двадцать пять, обиды носят куда более практичный характер, но всё равно затрагивают сокровенное.       В тридцать три понимаешь, что вместо слёз и выяснения отношений можно просто взять бутылку вина и свалить к подружкам. Точнее, к ним можно свалить и в двадцать пять, но тогда было бы со слезами. А теперь можно сесть и поговорить, проанализировать, поржать и послать на то самое.       В сорок, когда ты самостоятельная и самодостаточная, знаешь, чего хочешь и как это получить, на любую попытку со стороны партнёра выяснить отношения, смотришь почти равнодушно. Ну, быть может, чуточку удивлённо приподняв брови. Потому что, зачем всё это? Забей, чувак. Купи пивка, посиди с друзьями, посмотри бейсбол.       Кейт вздохнула и сокрушённо покачала головой.       — Что со мной не так? — вопросила она сидящую напротив Дэбби, подружку ещё со школьных лет. — Он же классический абьюзер, манипулятор и просто козёл. Так почему мне настолько всё равно?       — Ты же сама сказала, что он тебе нужен для секса, — пожала плечами Дэб.       — Да, трахается отлично, — усмехнулась Кейт, потягиваясь. — Но все эти потуги дурацкого шантажа, угрозы свалить к другой и попытки обесценить мою внешность вообще ни в какие ворота не лезут. Он же прекрасно знает, что я точно так же найду другой член и ничего при этом не потеряю.       Дэбра отпила из пузатого бокала густое красное вино и и уточнила:       — Что ты делала, пока он разглагольствовал?       — Ела фруктовый салат, — честно ответила Кейт. — С яблоками и киви. Мне кажется, он от этого ещё больше разозлился. Но мне-то что? Я хочу есть — и ем. Я же ушами слушаю, а не ртом.       Дэбби расхохоталась.

***

      Следующая их встреча состоялась только через две недели — любовник каменно молчал, явно пытаясь заставить неразумную женщину одуматься и раскаяться. Но Кейт одумываться не желала. Её в принципе устраивало такое положение дел, поскольку после отпуска работы накопилось тьма-тьмущая, и пришлось попутно разгребать косяки молоденькой Элли, на которую временно сваливали обязанности Кейт.       Любовник позвонил сам. Набрал после того, как Кейт не ответила на четыре смс подряд. Женщина не игнорировала любовника, как тот вообразил, просто была погружена в работу.       — Ты мне не ответила! — возмутился он, едва Кейт приняла вызов.       — Бывает, — легкомысленно согласилась женщина.       — А я, вообще-то, собирался предложить встретиться в эту пятницу, — язвительно поддел он. — Наверное не стоило, — в его тоне явственно читалось «кусай локти».       — Не стоило, — подтвердила Кейт. — Я не смогу, у меня завал на работе.       Мужчина яростно скрипнул зубами и почти прошипел:       — Так может мне поискать другую даму, которая будет мне рада?       — Поищи, — с готовностью откликнулась Кейт. — Всё, не отвлекай меня, — и она отложила телефон, немедленно застучав по клавишам клавиатуры, даже не удосуживаясь сбросить вызов.       На том конце негодующе булькнуло, полминуты стояла тишина, затем зазвучали короткие гудки.

***

      Стив бесился. Эта несносная баба не желала соответствовать выстроенной им схеме и упорно городила свою! Привыкший устраивать своим предыдущим пассиям эмоциональные качели и властвовать над всеми их настроенческими переменами, он никак не мог установить контроль над одной-единственной — Кейт Фоулер, с которой встречался уже без малого четыре месяца.       Стив Мейнс ярко и красиво ухаживал, чтобы произвести впечатление, оказывал поддержку и посильную помощь, когда она была нужна, хоть Кейт его и не просила (но ведь и не стала отказываться!), чтобы расположить к себе и завоевать доверие. Затем обычно следовала первая психологическая встряска: несильная, но ощутимая — Стив внезапно отгораживался, дулся и всячески создавал ситуацию, при которой его «жертва» ничего толком не понимала, ужасно волновалась, ведь мужчина не объяснял, за что обижается, и поспешно искала причины его недовольства в своих поступках. И всегда «находила».       Они сами, чёрт побери, выуживали в себе недостатки, которые якобы могли не нравиться Мейнсу — ему даже не приходилось давать намёки!       Стив внутренне усмехался, наслаждаясь вниманием и заботой, какими его начинали окутывать, охотно принимал подношения и великодушно «прощал». Дальше — сильнее, пока жертва не выдаивалась насколько можно. Долго пользоваться одной и той же женщиной не получалось — почти всегда находились различные друзья-родственники, которые всеми силами отваживали Мейнса от жертвы: его не подпускали, обрывали звонки, вышвыривали за порог и грозили различными инстанциями. Однажды Стиву даже набили морду, но полиция оказалась бессильна что-либо сделать, так как он не узнал напавшего и не смог описать его внешность. Кое-как оправившись тогда, он стал осторожнее и расставался с жертвами задолго до их полного приручения.       Проблема состояла в том, что для манипуляций Мейнса подходила далеко не каждая девушка и женщина. Он выбирал хорошо обеспеченный средний класс: красивых, но очень занятых и целеустремлённо-успешных трудоголичек, поскольку именно такие дамы имели брешь в личной жизни. Не все, но Стив умел распознавать их — львиц на работе и нежных овечек в домашней обстановке. Они заваливали его довольно дорогими подарками, дабы извиниться за то, чего даже не делали — Мейнс прекрасно умел создавать у своих жертв иллюзию вины.       Он мог бы крутить мозги и не столь сильным объектам, ведь слабых и ранимых ему встречалось не мало, но они либо уже находились под чьим-то контролем (семьи, лучшей подруги), либо не имели нужного достатка. А одни только эмоции Стива не привлекали.       Не раскатывал он губу и на роскошных бизнес-вумен — эти стервы никогда не тратили не только лишние эмоции, но и деньгами не сорили, предпочитая находить любовников в своём же кругу. Бывали, конечно, и такие, кто оплачивал услуги эскорта, но чаще таковыми становились мужчины, поскольку дамы интуитивно осторожничали, опасаясь слива информации в СМИ и раскрытия своих личных секретов.       Мечтой Стива было найти одну-единственную, чтобы, наконец, перестать прыгать из койки в койку. Когда тебе сорок три, пора подумать о стабильности. Познакомившись с Кейт Фоулер, он был уверен, что вот она — его идеальная жертва. Хорошая стабильная и прибыльная работа, давно выплаченная ипотека за дом и машину, никаких детей и желания их заводить, да отсутствие постоянного любовника заставили Мейнса сделать охотничью стойку. Затем он с удовольствием узнал, что родители Кейт живут где-то в Европе и не очень-то интересуются делами дочери, братьев и сестёр у неё нет, а лучшая подруга не имеет влияния настолько, чтобы промыть мозги и испортить Стиву всю малину.       Вначале Кейт вела себя, как и все его предыдущие жертвы — умилялась, слегка смущалась, радовалась его настойчивым ухаживаниям и просто расцветала на глазах. Но на первичной встряске схема дала сбой. Кейт не только не начала лихорадочно выискивать причину его молчаливого недовольства в себе, она вообще не стала выяснять эту самую причину. Женщина просто уселась перед телевизором и включила какой-то развлекательный канал. Она грызла орешки, пила сок, смеялась над передачей и не обращала никакого внимания на Мейнса, который буквально дар речи потерял от такого отношения. Стив в негодовании хлопнул дверью, а бессердечная жертва даже не позвонила ему, ни в тот день, ни на следующий. Он позвонил сам и заговорил, как ни в чём не бывало.       Потом снова был период ухаживаний и заботы с его стороны, и милый румянец удовольствия на лице Кейт. Он рискнул и перешёл к этапу резкого сближения, предложив Кейт съехаться, но она до сих пор не дала точного согласия, хотя встречались они регулярно. На сей раз Стив обиделся вполне обоснованно, ведь Фоулер не удосужилась сказать ни «да», ни «нет», но Кейт вновь проигнорировала ссору, уткнувшись в ноутбук и чёртовы соцсети. Она вообще не заметила, как он ушёл, Мейнс был уверен в этом! И опять не позвонила.       Это был провал. Стив отлично понимал, что нужно закругляться, но то ли возраст, то ли попранное мужское достоинство и желание из всего выходить победителем, не позволили принять верное решение. Он продолжал встречаться с Кейт.       Поскольку вариант с «оскоблённым молчанием» не прокатывал, Мейнс попробовал другой путь, перейдя к словесным нападкам. Он предъявил женщине всё: что она продолжает держать его на расстоянии, хотя они давно уже могли бы жить вместе и не вести себя, как глупые подростки, что она не ценит его заботы и не замечает его боль. Стив красиво разыгрывал драму, пока не обратил внимание, что Кейт… скучает. Женщина лениво крутила в руках надкушенное яблоко и смотрела куда-то мимо, словно уйдя в свои мысли. И это не просто задевало — Мейнс почувствовал, что его буквально разрывает от неподдельной обиды.       Ведь он всё делал правильно! Он изучил её от кончиков волос до кончиков ногтей, выявил сильные и слабые стороны, чтобы знать, на что давить. Фоулер обладала открытой самокритикой — главной важной чертой для всех, использующих её, манипуляторов, не была циничной и властной, слегка комплексовала из-за фигуры, хоть и не показывала этого, и не любила лгать. Очень качественная совокупность черт, которыми удобно играть в своих интересах. При этом женщина уверенно вела себя только в работе, взаимно завоевала уважение сотрудников и работодателя, не мелочилась в покупках хороших вещей и жалела животных, отсылая приличную сумму в приют для четвероногих, за что её всегда благодарили в красивом бумажном письме с вензелями.       Жалость, на которую так удобно давить, самокритичность, кою легко превратить в самоуничижение, желание ценить чужое мнение, при котором несложно навязать своё,  комплексы внешности и честность — всего этого было достаточно для того, чтобы Стив, используя данные рычаги давления, смог заставить эту бабу плясать вокруг себя. И ни одного человека, могущего спасти Кейт от его манипуляций! Так что же пошло не так?       Фоулер, как маленькая девочка, радовалась каждой подаренной им ромашке, купленному мороженому и чашке кофе. Словом, она вела себя, как не избалованная вниманием особа, у которой сто лет не было хорошего любовника. Как давно у Кейт был секс до него, Стив выяснить не смог, получив лишь расплывчатое «не помню», но зато узнал, что предыдущие отношения закончились аж в прошлом году и вполне мирно. Что означало — Фоулер не очерствела от обиды на бывшего, когда каждый встречный мужик по определению козёл, но успела соскучиться по вниманию и заботе. Так какого же хрена она не ведётся на эти самые заботу и внимание, чтобы растаять перед Стивом, словно кусок масла на солнце?!       Мейнс перешёл к тяжёлой артиллерии.       — Ты давно не посещала тренажёрный зал и ужасно растолстела во время отпуска, — сварливо заявил он, едва переступив порог её дома. — Мне стыдно ходить с тобой в общественные места!       Фоулер критически оглядела себя в зеркале и ущипнула немного округлившийся бок — она и в самом деле набрала пару-тройку кило за период отдыха. Но это ничуть не испортило её внешность, тем более, что женщина прекрасно знала — как только она выйдет на работу, эти килограммы уйдут в небытие после первой же напряжённой недели. А неделя точно будет таковой, ведь Кейт была единственным специалистом такого уровня, который способен разгрести любые косяки и спасти самую провальную ситуацию. Да её там ждут-не дождутся! Поэтому, никаких тренировок в отпускное время, только отъедаться и отсыпаться.       Стив это прекрасно знал, и женщина не сочла нужным напоминать очевидное. Хочет побухтеть, пусть его. Она прошествовала в столовую и принялась наливать себе чай в большую пузатую кружку, рассеянно поглядывая в окно.       При виде такого равнодушия Мейнс разъярился не на шутку:       — Я ухаживаю за собой и трачу приличные суммы на то, чтобы выглядеть достойно, — процедил он. — Полагаю, мне не составит труда, просто выйдя на улицу, обратить на себя внимание двух десятков женщин помоложе и покрасивее тебя.       Кейт отпила глоток и довольно причмокнула — зелёный, с мятой, её любимый. Она выудила из холодильника фруктовый салат и принялась поглощать, по-прежнему не обращая на Стива внимания. Если он завёлся, то это максимум на двадцать минут, после которых любовник обычно уходит. Вообще-то она его не ждала сегодня и занималась своими делами, но всегда ведь можно сделать перерыв. Как раз хватит на спектакль, разыгрываемый перед ней. Кейт усмехнулась.       — Я больше не намерен это терпеть! — рявкнул Мейнс и упёр в сторону женщины указательный палец: — Либо ты принимаешь меры, чтобы изменить ситуацию в лучшую сторону, либо мы расстаёмся!       Он схватил пиджак и неспешно двинулся к входной двери, краем глаза следя за реакцией. Таких ультиматумов он Кейт ещё не ставил и с нетерпением ожидал, что она предпримет.       Ничего.       Фоулер даже головы не повернула.       Мейнс вышел на крыльцо и устало провёл рукой по вспотевшему лбу. Он явно теряет хватку.       «Старею, что ли?..» — расстроенно подумал он, покидая территорию горе-любовницы.       Стив ничего не понимал. Фоулер не актриса, она не способна играть милую девочку, осчастливленную вниманием — видно, что она искренне счастлива его участию в её жизни. И сейчас должна испытать страх потери, а не пялиться в окошко, жуя фруктики. Ему даже показалось, что она улыбнулась уголком рта, но он отогнал эту мысль. Глупости! Вероятно, то была гримаса отчаяния, но Кейт безусловно умеет владеть лицом.       Он подождал в машине контрольные десять минут, но Фоулер не вышла следом, даже не отодвинула шторку на застеклённой части двери, чтобы проверить, уехал он или нет.       Чёртова баба!

***

      Прошло две недели, Кейт молчала, и Стив (уже привычно — к собственному ужасу) первым пошёл на контакт. И нарвался на «я занята», чего, ну никак не ожидал. Она что, пытается сама манипулировать им?! Не на того напала!       «Я тебя проучу, сука!» — злобно думал Мейнс, прихорашиваясь перед зеркалом перед тем, как пойти в бар.       Он подцепит красотку, которых в баре много, угостит парой коктейлей, проведёт с ней ночь, чтобы хоть как-то отвести душу, а на следующий день пригласит на ланч. Фоулер перекусывает в кафе напротив здания, где работает, всегда в одно и то же время. Уж он-то изучил её расписание и привычки вдоль и поперёк! Стоит только появиться на глазах её и сотрудников её офиса (а его с Кейт уже видели) с другой женщиной, как она поймёт, что он не шутил. И шепотки офисных сплетников только добавят масла в огонь Фоулеровских переживаний — приползёт на перемирие, как миленькая!       Кейт может быть сколько угодно стойкой крепостью, но падёт к его ногам, как и другие. И он сможет, наконец, расслабиться и приступить к привычной схеме отношений, не боясь больше отсутствия реакции любовницы на свои манипуляции.       Красотка нашлась меньше чем за пять минут и охотно откликнулась на ухаживания красивого мужчины. Они ушли из бара через полчаса прямиком в мотель, где неплохо провели время. В постели спутница оказалась слабовата, но слегка проголодавшийся по сексу Стив не привередничал. Как и планировал, он пригласил Руби на ланч, и та немедленно согласилась, чем вызвала жёсткую ухмылку Мейнса. Дурочка. Уже через день она окажется не нужна, но ещё не знает об этом.

***

      Кейт с несколькими сотрудниками обнаружилась за большим столом — они ещё только дожидались заказа, когда в двери вплыл Стив, ведя под руку Руби, наряженную в красивое дневное платье, подчёркивающее все достоинства её фигуры. Они прошествовали к центральной части, чтобы Кейт и остальным было всё прекрасно видно. Мейнс галантно усадил спутницу за стол боком к компании, уселся сам и принялся обхаживать Руби, делая вид, будто не замечает никого вокруг.       Конечно, были шепотки и взгляды, Стив кожей чувствовал их. К сожалению он не мог знать, как отнеслась к показухе сама Кейт, но не сомневался, что плохо.       Фоулер не ожидала, что её любовник отчебучит подобное, и удивилась: этот спектакль являлся настолько нарочитым, что только слепой не заметит. Детский сад, ей-Богу! Подавив естественный порыв заржать на всё кафе, она поспешно уткнулась в стакан с водой, но улыбка так и расплывалась на лице. Сидящие рядом Билл, Вера и Линда тоже недоумевали и в полголоса обсуждали картину:       — Твой бывший похож на павлина — глянь как хвост распушил!       — Он вообще понимает, насколько глупо выглядит?       — Фоулер, тебе, что, нормальных мужиков мало? Что ты в нём нашла? Он же приторный, как патока!       — Уж не себя ли ты имеешь в виду под «нормальным», малыш Билли?       — Вера, ты такая противная! Не мешай мне подкатывать к милой Кейт!       — Да заткнитесь уже, — с трудом сдерживая смех, проворчала Фоулер.       — Мы только начали, — подмигнула Линда.       Ланч прошёл очень весело.       Мейнс кипел от ярости. Уходя, он не удержался и бросил мимолётный взгляд на Фоулер и её компанию, и с негодованием обнаружил атмосферу неподдельного веселья. Обсуждали явно его и, что самое неприятное, высмеивали. Не Кейт — брошенную несчастную любовницу, а его! По всем канонам офисного планктона, живущего сплетнями, эти люди должны сейчас притворно сочувствовать бедняжке Фоулер и злорадно переглядываться исподтишка, но ничего этого даже близко не наблюдалось. А ведь он был уверен, что не все радовались повышению Кейт по службе.       — По-моему, он расстроен, — хмыкнул Билл, провожая карими глазами напряжённую спину Мейнса. — Мы сделали что-то не так?       — Вы всё сделали не так! — Фоулер наконец позволила себе расхохотаться во всё горло.       Откуда было знать бедняге Стиву, что должность Кейт не имела конкурентов в данном филиале крупной компании? На время отпуска Кейт, всё формально свалили на плечи милашки Элли — секретаря их босса, но она и половины не делала, зная, что это не её задачи и никто её за это не отругает. Кейт вернётся и уверенной рукой возьмётся за дело, быстро разрулит и вернёт на круги своя. Специалист по связям с общественностью — это не та личность, которую может заменить любой желающий.       И Кейт вернулась, и разрулила. Элли вздохнула свободно, поскольку босс перестал метаться по кабинету и переживать из-за малейшей ерунды.       Вообще-то ожидалось, что центральный офис пришлёт Фоулер замену, но вместо этого поступило распоряжение повысить сотрудницу и прибавить зарплату. Кейт сообщили об этом за день до отпуска, и она сразу поняла — от неё ожидали, что если случится форс-мажор, то она прервёт отдых и вернётся к работе. Женщина пожала плечами — распространённая практика. Правда, обычно сотрудника не повышали вместе с заработком, ограничиваясь небольшими премиальными, но владелец компании был человеком достаточно справедливым.       Ничего этого Стив не знал. Кейт просто сообщила ему радостную новость о своём повышении, а выводы он сделал сам. Он и впрямь слишком расслабился с Кейт, потерял бдительность и начал совершать ошибку за ошибкой. Кейт казалась ему открытой книгой, поэтому он не уточнял детали, в которых, как известно, кроется Дьявол. Что поделать, даже абьюзеры устают от манипуляций, если приходится слишком часто менять свои жертвы.

***

      В этот раз Стив мариновал Фоулер целый месяц, но так и не добился от неё реакции. Он подослал к ней пятнадцатилетнего Ирви Зукрая, который за несколько баксов тайком вёл видеосъёмку, аккуратно следя за женщиной возле её дома и офиса. Ирви даже не удивился просьбе — его не раз ангажировали для подобной работы, а самому Мейнсу парня порекомендовал старый приятель, когда-то устроивший слежку за неверной женой. Сейчас Зукрай был уверен, что делает то же самое и очень удивился бы, скажи ему кто, насколько его «работа» является незаконной и уголовно наказуемой.       На всех кадрах Кейт выглядела довольной жизнью и ничуть не расстроенной, что бесило Мейнса до белого каления. По всей видимости, Фоулер не скучала и не собиралась возвращать блудного любовника, и это не лезло ни в какие рамки стандартного мира Стива.       Он уже сожалел, что связался с этой странной особой, потратив на неё свои сбережения и время. По-хорошему, пора было бросить эти глупости и приступить к поиску следующей жертвы, но Стиву, как на горе, не везло. Встретив Кейт, он так возрадовался неожиданной удаче, что не позаботился о «запасных аэродромах», будучи уверенным, что выиграл джек-пот. И позже, не готовый к фиаско, которое не преследовало его ни с одной жертвой (за исключением окончания отношений), растерялся и, вместо того, чтобы сразу разорвать порочный круг, только глубже увяз в нём. Мужчина даже не понял, что сам себя поставил на место жертвы, и сейчас пожинает незнакомые и крайне неприятные ему плоды своего положения.       Из-за упаднического настроения Мейнс не мог сосредоточиться на поиске подходящей кандидатуры. Сунулся было к одной дамочке, что наметил ещё до Кейт, но обнаружил, что она уже занята и совершенно счастлива. Две других, которых он стал бы рассматривать только в качестве рака на безрыбье, тоже не порадовали: одна успела переехать в другой штат, распродав свой нехитрый скарб, а другая родила второго ребёнка и полностью сосредоточилась на нём и старшем сыне. Стив терпеть не мог связываться с детными женщинами — они всегда вставали на сторону интересов своих детей. Только одна, на его памяти, готова была плюнуть на собственную дочь ради него, но тут же объявилась служба опеки, взволнованные родственники, и Мейнс поспешил убраться из этого вертепа, пока ему не предъявили какого-нибудь обвинения.       Через несколько дней он решил, что попробует ещё раз. Последний. Самый последний — Стив поклялся себе в этом. Он придёт к Фоулер с цветами и сделает предложение. Перед таким ни одна женщина не устоит, а Кейт хочет замуж, Мейнс это знает точно.       Однажды он спросил её, как она относится к браку, и Кейт сказала, что уже побывала в нём.       — Всё было настолько плохо? — с заботой в голосе начал Стив свою игру.       — Нет, хорошо, — покачала головой Кейт. — Ленни хотел детей, а я со временем поняла, что мне они не нужны, поэтому мы решили разойтись и остаться друзьями.       — То есть, дело в детях, а не в браке, как таковом? — уточнил Мейнс, внутренне делая пометочку.       — Ну, да, — кивнула женщина и потянулась. — Нет ничего плохого в том, чтобы просто выйти замуж, я считаю.       — У вас была красивая свадьба? — Стив сделал вид, что интересуется из вежливости.       — Нет! — расхохоталась Кейт. — Мы просто сходили в мэрию и расписались, а потом выпили пива и заели стейками на веранде его дома.       — Ты не желала красивую свадьбу? — неподдельно удивился Мейнс.       — Желала, — фыркнула Кейт. — И даже платье себе начала подбирать. Но мы не успевали до его отбытия, он ведь военный, офицер. Пришлось бы ждать шесть месяцев, а мне хотелось поскорее стать его женой. Поэтому, всё решилось за каких-то два дня — ни гостей, ни наряда, ни торжества и самые обычные кольца. Но он купил мне букет! — она снова засмеялась.       Стив сделал себе очередную пометку в голове и улыбнулся.

***

      На помолвочное кольцо он потратил почти полторы тысячи баксов — очень красивое, с ярким переливающимся бриллиантом. Так, чтобы от его блеска глаз не отвести. Даже если Кейт начнёт колебаться, это великолепное украшение заставит её передумать.       Возле её дома он поправил галстук, глубоко вздохнул и решительно нажал кнопку звонка.       Дверь распахнулась, но заготовленная улыбка тут же сползла с лица Мейнса — на пороге возвышался мужик примерно его возраста, в общих чертах которого угадывалось что-то англосакское. Не писаный красавец, но подтянутый и спортивный. Одетый в домашние шорты и футболку — явно не в гости зашёл.       — Тебе чего, приятель? — спокойно осведомился он.       Мейнс попятился, пряча букет за спину:       — Извини, адресом ошибся, кажется, — выдохнул он, стараясь не выглядеть подозрительно.       — Бывает, — пожал плечами незнакомец и, кивнув, закрыл дверь.       Стив развернулся и на деревянных ногах зашагал к машине, с трудом осознавая увиденное. Какого чёрта?! Каким образом этот засранец Ирви проморгал, что у Кейт появился любовник?!       Мейнс не сомневался в таком статусе незнакомца.       — Кто это был? — вопросила Фоулер, вплывая в гостиную и держа в руках тарелку с нарезанным салатом.       — Какой-то бедолага, ошибся адресом, — откликнулся Диллан. — Где там Дэбби застряла?       — Готовит сырные шарики, — ответила Кейт, накрывая стол на веранде заднего двора. — Ты не хочешь заняться барбекю прямо сейчас?       — Думаешь, уже пора? — Диллан прошествовал к мангалу.       — Иначе Дэбра опять будет беситься, что ты торчишь у жаровни, вместо того, чтобы обниматься с ней за бокалом вина, — засмеялась Кейт.       Мужчина добродушно фыркнул.       — Давненько мы не проводили выходные все вместе, вот так, по-домашнему, — он довольно прищурился на солнце.       — Да уж, — проворчала Кейт. — Наконец-то и у вас с Дэбби отпуск. Жаль, что не одновременно с моим, но зато выходные у меня никто не отнимает.       — Тем не менее, в прошлую субботу ты ездила в офис, — раздался негодующий голос Дэб, а вскоре и она сама появилась с целой миской желтоватых шариков, источающих аппетитный запах. — А мы ведь собирались в кино!       — Ну, хорошо, эти выходные у меня никто не отнимет, — примирительно подняла руки Кейт. — Я сказала в офисе, что даже не буду отвечать на звонки, если меня попробуют побеспокоить.       — Вот и замечательно, — немного остыв, проворчала Дэбра. — В конце концов, у нас с Дилланом шестая годовщина, и я хочу её отметить в кругу родных мне людей.

***

      Стив завернул за угол, где припарковал своё авто, и со злостью швырнул букет на переднее сиденье. Какое унижение!       Проезжая мимо парка, он заметил двух детишек младшего школьного возраста, спешивших куда-то — мальчика и девочку.       — Эй, юная леди! — позвал он, протягивая через окно букет. — Возьми это.       — Зачем? — насторожилась та.       — Иначе мне придётся его выбросить, — честно признался Стив. — Моя дама не захотела его принять.       — Вы поссорились? — заинтересовался мальчишка и решительно забрал букет: — Держи, это же просто цветы, — сказал он девочке.       — Да, мы поссорились, — рассеянно подтвердил Мейнс и, не глядя больше на детвору, тронулся вперёд.       И только дома он осознал весь масштаб сотворённой глупости.       — Кольцо!!! — завопил он. — Кольцо, мать его!!!       Коробочка с бриллиантовым украшением была спрятана в букете.       Конечно, он вернулся к парку и обшарил все закоулки, задал миллион вопросов гуляющим, не видели ли они двух разнополых детишек с красивым цветочным букетом — тщетно.       Стив злился на себя ещё и за то, что даже не удосужился запомнить, как выглядели дети и во что были одеты, будучи ослеплённым своей неудачей. Кто знает, где теперь эта малышня? Они могли жить неподалёку, а могли приехать с другого конца города на пикник с родителями. И вряд ли он узнает их, а они его, дети вообще не запоминают лиц взрослых, если те не выглядят как-то устрашающе. Стив устрашающе не выглядел, к тому же был в тёмных очках. Его машина тоже не являлась слишком запоминающейся — обычная тачка, тёмно-синяя, уже не новая, без ярких элементов в виде брелоков. Шанс, что он когда-нибудь встретит этих детей и они его узнают, ничтожно мал.       «Полторы тысячи долларов коту под хвост…» — с горечью думал Мейнс. — «Чёртовы детишки!.. А их мамаша, поди, в телячьем восторге!»       На его счёте оставалось не так уж много денег, и на новую жертву-любовницу придётся подкопить. Стив выругался сквозь зубы и порулил домой. Да что ж ему так не везёт?!..

***

      Миссис Уилсон, мама шестилетних Лары и Джоша, долго смотрела на найденное в букете кольцо. Дочь приволокла домой охапку бордовых роз, перевитых белой лентой, и сказала, что подарил какой-то дядечка на улице. Нет, он не приставал к ним с Джошем и не приглашал сесть в свою машину. Просто отдал букет и быстро уехал.       Амелия Уилсон не стала ругать детей, но букет проверила — мало ли что. И сразу поняла, что к чему.       — Ах, бедняга! — растроганно пробормотала она, найдя коробочку с помолвочным кольцом. — Невеста, наверное, отказала ему, вот и расстроился.       Будучи женщиной честной, она отнесла кольцо в ювелирную мастерскую и попросила мастера определить номер, выгравированный на камне, намереваясь по нему найти покупателя. Выяснив необходимое, узнала адрес магазина и отправилась туда.       Но продавец ничем не смог помочь — мужчину он не запомнил, поскольку клиентов в тот день было много, за украшение покупатель платил наличными и данных о себе никаких не оставил, а камера видеонаблюдения, как на грех, пару дней назад начала барахлить, хозяин обещал заменить, но будет это не раньше понедельника. Охранник на входе тоже не смог помочь с описанием, и миссис Уилсон пришлось уйти, не солоно хлебавши.       Дома она рассказала обо всём мужу и попросила совета:       — Может, в полицию отнести?       — А толку? — удивился мистер Уилсон. — Что сможет полиция, если никто не запомнил лица покупавшего? Мужик богат, раз швыряется такими украшениями, не больно-то нужна, значит, ему эта цацка! Избавился, поди, как от неприятного напоминания, а ты назад всучить хочешь, — хмыкнул он.       — И куда я его дену? — вздохнула Амелия.       — Продай, — посоветовал муж. — Полторы тысячи на дороге не валяются.       — Кому? — удивилась миссис Уилсон.       — Старшему сынку Холлидеев, — ответил муж. — Он собирается в Калифорнию, к своей девчонке. Его отец обмолвился, что вроде как предложение делать. Так может ещё не успел с кольцом, а размер-то расхожий, вдруг подойдёт?       Как выяснилось, Гордон Холлидей действительно собрался к своей девушке, Лиззи, в Палм-Спрингс, делать предложение руки и сердца. Кольцо ему очень понравилось, но размер пришлось чуток уменьшить. Потратив ещё сто баксов, к общей сумме, за переделку, счастливый Гордон улетел на калифорнийское побережье, а миссис Уилсон положила на семейный счёт тысячу пятьсот долларов.       Время шло, букет завял, его вынесли и сожгли в большой бочке на заднем дворе, после чего все благополучно забыли об этом происшествии.