Кукла без плоти

      Акутагава с помощью расемона придерживал вот-вот готового упасть Ацуши. В близи раны детектива выглядели хуже, чем мафиози их себе представлял- в некоторых местах мясо было содрано до кости и кровь из этих ран лила непрекращающимся потоком, пачкая его одежду. Краем глаза Рюноске видел Дазая, держащего на руках Чую, все тело которого было изрешечено и находилось в примерно таком же ужастном состоянии. В общем оба соперника очень сильно пострадали.             -Дазай-сан, нужно вызывать доктора Йосано. Они оба на грани жизни и смерти,-выдавил из себя охрипшим голосом мафиози. Он знал, что такие раны нужно вылечить очень быстро, а в данных условиях на подобное способна лишь доктор агенства.       В ответ на это ему в руки прилетел телефон суицидника с уже набранным номером. Осаму напряженно вглядывался в бледное, от потери крови, лицо Накахары, боясь пропустить малейшее изменение в последнем.             -Красиво...-еле слышным шопотом сказал Накаджима, смотря мутным взглядом на луну.             -Тигренок, потерпи немного,- стараясь скрыть волнение в голосе, проговорил Рюноске.       Как бы в ответ на неожиданные слова, от тела оборотня оторвался кусок плоти и, превратившись в белоснежную кость, на сверхзвуковой скорости понеслась к Акутагаве. Странно, но она слегка изогнулась в воздухе и попыталась, как будто бы обвиться во круг мафиози.             -Тигренок, успокойся!!- после того, как увернулся от кости и вновь приблизился к Накаджиме, проговорил обладатель расемона,-Пожалуйста, позволь мне о тебе позаботится!! Доверься мне!!-в его голосе сквозило не скрываемое отчаяние.       Прошло несколько мучительных секунд, прежде чем тело Ацуши обмякло и повисло на вовремя подставленных лентах активированной способности. Его стеклянные глаза еще пару мгновений оставались открытыми, осматривая пустым взглядом Акутагаву, после чего закрылись. Тяжело выдохнув Рюноске сел на землю и осторожно опустил свою драгоценную ношу себе на колени. От осознания, что на коленках мафиози лежит его живое пушистое чудо на сердце стало тепло.

***

      Ацуши проснулся в мед. пункте детективного агенства. Опять. Все его тело болело острой болью, как будто истыканное раскаленными иголками. С трудом Накаджима пошевелил рукой и повернул голову в сторонну тихих голосов. Голова неожиданно сильно заболела и оборотень не смог сдержать тяжелый стон. Как будто поняв, что детектив очнулся, голоса стихли и в воцарившейся тишине раздался оглушительный грохот неспешных шагов, отдающихся глухим эхом где-то в черепной коробке и так измученного Ацуши.             -Смотрю, ты уже очнулся, Тигр,-от знакомого, но взвонованного, голоса беловолосый сморщился- новая вспышка боли, яросно вгрызлась в мозг,-Что, не рад меня видеть?             -Можешь, пожалуйста, говорить по-тише, Акутагава,- с трудом выдавил Накаджима охрипшим шепотом. Перед его глазами опять все поплыло и он снова потерял сознание...             -Думаю, ты и сам понимаешь, что он сейчас совсем плох..-спустя какое то время, после того, как Ацуши отключился , произнес Дазай.             -С ним же все будет в порядке?-с надеждой в голосе спросил Рюноске, поглядывая на полностью перебинтованного тигренка. Выглядел он не очень: его кожа стала бледной, под глазами образовались мешки и все то время, что он бодровствовал, на его лице была гримасса боли..             -Думаю, что да,-с натянутой улыбкой сказал Осаму, похлопав черноволосого по плечу,-Лучше подумай как ты перед ним извиняться будешь?             -О чем вы?-не понял мафиози.             -Ну как же? Вроде бы из-за тебя Ацуши попал под действие способности эспера,-с улыбкой сказал Дазай и его до этого этого веселый взгляд стал пронзительно холодным, а на лице появилась издевательская улыбка.       Акутагаву прошиб холодный пот, ведь, если вспомнить все, что с ними произошло с начала миссии, то получалось, что именно Рюноске виноват в том, что Накаджима сейчас не может пошевелиться из-за ран, полученных из-за изменения его способности. Да и вообще, Тигренок теперь входит в список особо опасных эсперов, за которыми следят. И это случилось опять таки из-за Акутагавы Рюноске, ведь именно он не услышал предупреждение оборотня...             -Ну что, понял наконец?-Осаму улыбнулся еще шире, явно кайфуя от происходящего.             -И что же у вас случилось такого, что вы пытаетесь выместить свою злость на мне?- не добро улыбнувшись спросил мафиози.             -Это совершенно не важно..-после недолгого молчания ответил суицидник. С лицом мрачнее тучи Дазай развернулся и молча вышел из мед. пункта.             -Эх, что же все таки это значит?-тяжело вздохнув и возврашаясь к Накаджиме проговорил Рюноске.       Мда. Не очень хорошо получилось.. Акутагава присел на край кровати и стал думать над сложившейся ситуацией и выходами из нее. Ацуши, зная его характер, наверняка не поверит, что Рюноске сам будет о нем заботится, а в правду о искренних чувствах не поверит по этой же самой причине. Расклад хуже не придумаешь.       Спустя несколько часов долгих и мучительных раздумий ответ пришел сам собой: надо опровергнуть укоренившуюся в мозгу Тигренка мысль о том, что Акутагава его презирает и не уважает. После открытия такой простой истины на душе у мафиози потеплело. Оставался лишь один нерешенный вопрос- Как именно это доказывать?       На улице уже смеркалось и Акутагава с тяжелым вздохом встал и медленным шагом пошел к выходу из мед. пункта. Отрываться от созерцания спокойного лица Ацуши совершенно не хотелось, но накопившаяся за несколько дней колосальная усталость сумируясь с отсутствием питания почти весь сегодняшний день отозвались легким головокружением и не сильной тошнотой. На последок окинув взглядом мирно спящего Накаджиму мафиози вышел из палаты...       На улице начал накрапывать дождь, добавляя и без того серым пустынным улицам еще более мрачный и печальный оттенок. Рюноске мелонхолично достал телефон и посмотрел время на дисплее. 8:45. За неимением никаких важных дел мафиози уныло побрел под начавшему усиливаться дождем...

***

      На этот раз, когда Ацуши с почти минимальным усилием открыл глаза, рядом никого не было. Да и находился он в чьей-то квартире. Детектив приподнялся на локтях. Все тело затекло, но той мучительной боли, которую он испытал до этого, не было. Борясь со страхом и сомнениями, осмотрелся. Немного мрачноватая, но со вкусом обставленная комната, с преобладанием серых и бежевых оттенков. В голову сразу полезли ассоциации с одним знакомым мрачным типом во всем черном. Пытаясь отогнать от себя подобные мысли Накаджима яростно замотал головой. Окна в комнате были плотно зановешанны, по этому определить время суток было невозможно. Да и разглядеть время на настенных часах оказалось трудно, по тому что в комнате царил полумрак.       Ацуши медленно сел на кровати, спустив ноги на пол. После теплого мягкого одеялка прохладный паркет казался до ужаса ледяным. Привыкая к новым ощущениям и разминая затекшие конечности, оборотень прислушался. В доме царила звенящая тишина, но от окна доносился приглушонный шум машин. Это немного успокоило Накаджиму. Наконец, морально подготовившись, детектив неуклюже подошел к окну и отодвинул штору. Ему открылся восхитительный вид на ночной город с то ли пятнадцатого, то ли с шестнадцатого этажа многоэтажки.       Сначала Ацуши молча наслаждался представшим перед глазами видом, но потом с ужасом осознал, что не узнает его. Несколько высоток в центре пропали, да и сам район был ему не знаком. Перед ним остро встал вопрос, который он старался отложить на подольше: ГДЕ ОН НАХОДИТСЯ!?       Вдруг тишину нарушил тихий шум шагов и звон аккуратно поворачиваемого в замке ключа. Было очевиднее некуда, что это вернулся хозяин квартиры. Детектива прошиб холодный пот мысли в голове начали хаотично шевелиться. Вошедший, кажется, остановился сразу же после того, как закрыл входную дверь на щеколду. Это дало Накаджиме драгоценные секунды, за которые он успел зашторить окно и вернуться под одеяло, принимая прежнее положение и претворяясь спяшим. На несколько минут воцарившуюся тишину воновь прервал шум шагов, неумолимо приближающийся...       Сердце Ацуши бешенно колотилось и казалось было готово выпрыгнуть из грудной клетки. Невообразимо мучительный тихий скрип осторожно открываемой двери, от которого Накаджима стал обильно потеть, вспоминая момент из одного зачем-то проссмотренного ужастика. Вот точто: сейчас на пороге комнаты появиться маньяк с ножом в руке...       Оборотень частично оказался прав. Приоткрыв один глаз Ацуши увидел уставшего, не естественно бледного, с огромными мешками под глазами Акутагаву Рюноске.             -Притворяешся спящим, Тигр?-после долгого молчания спросил Акутагава. К ледяному тону мафиози прибавился оттенок волнения.             -Амм... Прости...-непонятно за что извенился Накаджима. Изменения, произошедшие с Рюноске приковывали к нему взгляд и совершенно мешали сосредоточиться на разговоре.             -Как мило,- эти слова прозвучали не ожидаемо-саркостически, а скорее нежно,-Неужели ни чего, кроме меня не волнует?- заметив пристальный взгляд детектива усмехнулся мафиози.       От воздушного намека, сквозившего в последней фразе, неожиданной нежности в потаенных уголках глаз, возбуждающей сладости, просачивающихся из под напускного равнодушия, Ацуши густо покраснел, судожно пытаясь успокоить неожиданно сильно забившееся сердце.             -С чего ты это решил?-с вызовом спросил, чуть успоившись, оборотень.             -Ты так на меня смотришь, словно я перед тобой без одежды,- глаза мафиози начали изучать плотоядный блеск.             -Ч..Чегоооо!?-Накаджима покраснел еще сильнее.             -Так, а теперь вернемся к актуальным вопросам,-перебил возмущающегося Рюноске, -Начнем с того, что ты сейчас находишся в своей новой комнате.             -К чему ты ведешь? Разве это не твоя квартира?- не понимающе спросил детектив.             -Ты прав: эта квартира моя, а точнее наша. С этого дня ты живешь вместе со мной и это не обсуждается.             -Подожди?! Подожди!-детектива затрясло мелкой дрожью,-Мы и вместе!!!             -Угум,-Рюноске слегка покраснел,-А ты что, против?             -Ну.. эмм..-Ацуши растерялся,-Я не знаю...             -Ну у тебя все равно выбора то нет,-Акутагава пожал плечами и подошел в плотную к кровати, на которой сидел детектив.       Их взгляды встретились, у Накаджимы сердце забилось так, как будто его душили и ему катострофически не хватает воздуха. Серая радужка затягивала в пучину новых чувств и эмоций...             -Ч..что ты делаешь?-запаниковал Ацуши, когда мафиози нагнулся и их носы почти соприкоснулись.       В ответ, после долгого молчания и непрерывного прожигания глазами он услышал лишь невнятное:             -Прости...

***

      Через пол часа по квартире распространился запах быстро приготовленной яичницы, а Ацуши перекочевал вместе с одеялом и подушкой на кухню, так как после последней фразы Акутагавы у него начался озноб, а комната наполнилась душераздирающим урчанием голодного желудка. Мафиози, успевший принять душ и переодеться, ставил на стол тарелки.             -И так. Что конкретно произошло?- прервал затянувшуюся тишину Накаджима.             -Можно немного по конкретнее? Что ты помнишь?-садясь за стол спросил Рюноске.             -Если чесно, то пару раз, когда я просыпался в мед. пункте,- он немного помолчал, пытаясь вспомнить еще хоть что-то,-Дальше воспоминания становятся разытыми и отрывочными: вспышки, что-то проносится мимо, кто-то кричит, и в ушах звенит.             -Мда... Не густо,-ехидно подмечает мафиози, и в этом непревычном для него звуке "мда" чудится добродушная усмешка.       После этого короткого диалога оба собеседника принялись за еду, погружаясь в свои мысли, даже не замечая этого. В таком напряженном молчании прошло около двадцати минут.             -Итак, что же ты хочешь услышать?-вставая, что бы убрать со стала и помыть посуду, вновь повторил вопрос Рюноске, возврашая медленно засыпающего детектива обратно к нужной ему теме.             -Ммм... Можешь по подробнее объяснить, как так получилось, что мы будем жить вместе?-сонным движением протирая глаза спросил Накаджима.             -Из-за воздействия способности того эспера, ну которого мы должны были поймать, ты помнишь, ты теперь находишся под постоянным наблюдением правительства, как особо опасный член общества. Ты не можешь на долго остаться один, и плюс ты должен будешь постоянно снимать напряжение, иначе ты опять сойдешь с ума и станешь крушить все, что под руку попадется. Это как психологическая болезнь- нельзя полностью избавится, а можно лишь свести проявления к минимуму.             -Что значит "придется снимать напряжение"? Как ты себе это представляешь?-оборотень вопросительно склонил голову на бок, что, по мнению Акутагавы, выглядело очень мило.             -Я понятия не имею, но есть предположение, что нужно сделать "ЭТО"-сделав акцент на последнем слове, как бы небрежно бросил мафиози, отварачиваясь, наливая кипяток от только что вскипевшего чайника в кружки, усердно стараясь при этом скрыть выступивший на лице румянец.             -Ммм... Ясно,-сухо, не глядя на Акутагаву, ответил Накаджима.             -Я ожидал от тебя другой реакции,-с нотками удивления в голосе сообщил Рюноске.             -Если честно, то я тоже ожидал от себя другого,-излил душу Ацуши, смотря сонным взглядом в только что поставленную перед ним кружку чая.             -Смотрю ты опять засыпаешь,- как-то заботливо сказал обладатель расёмона,-Предлагаю оставить остальное на следуюший день. У меня завтра как раз выходной, так что у нас будет много времени на выяснение интересующих нас вопросов.             -...-Тигр ни как не отреагировал, как будто и не слышал выгодного ему в данном состоянии предложения вовсе. Он продолжил молча смотреть в кружку и лишь слегка плотнее укутался в одеяло...

***

      За окном лил противный дождь. Серые тучи медленно плыли над таким же бесцветным городом. Ацуши молча смотрел на улицу и аппатично вздыхал время от времени. Он притворился, что хочет спать, для того, что бы остаться в одиночестве. В его душе тварился полнейший беспорядок, но хуже и страшнее было то, что его вся эта ситуация никак не волновала. Ему бы абсолютно плевать на свое будущее, как в долгосрочной перспективе, так и в краткосрочной, безразлично будет ли он жить или умрет и так далее в таком же песеместичном духе...       Ему было тошно от собственных мыслей, но от правды ни куда не деться. Прошел, наверное, не один час, с того момента, как он остался в одиночестве. Из непрятных мылей Накаджиму вывел скрип двери.             -О чем думаешь?- Акутагава бесцеремонно сел на кровать, рядом с укутавшимся в одеяло оборотнем.             -Какая разница?-пробубнил детектив.             -Ну, считай, ты под моим присмотром, по этому я от тебя так просто не отстану,- Рюноске как-то мило и нежно улыбнулся, что весь неразрешимый конфликт в душе Ацуши показался ему незначитительным, глупым и совершенно смешным. Какая разница является ли он теперь членом Вооруженного детективного агенства, как на него смотрит правительство, какой опасности он подвергает дорогих ему людей простым своим существованием. Это все ни что, по сравнению с доброй, такой мягкой, нежной, заботливой улыбкой вечно хмурого мафиози, такой редкой и безгранично теплой...             -И так, раскажешь?-с надеждой в голосе спросил Акутагава.             -Н..ну эмм..,-ни как не решался начать изливать душу детектив,- Мне страшно немного из-за того, что мне обсолютно все равно на то, что будет со мной дальше, наверное... да нет, это не важно...-Ацуши опять замялся и слегка покраснел, но договаривать свою мысль не стал.             -Возможно, тебе все равно на твое будущее из за того, что ты пока еще не справился с шоком от недавних событий. У нас еще не было ни одного дела, которое заканчивалось так быстро и при этом имело такие колосальные последствия,-попытался утешить ненаглядного Тигренка мафиози.             -Тогда почему? Почему именно ты должен обо мне заботится?-неудержался от так долго игнорируемого вопроса Накаджима.             -Давай я позже отвечу на этот вопрос,-голос Акутагавы неожиданно оказался хриплым, как будто он целый день ничего не пил,- Тебе луче отдохнуть, ты еще не доконца восстановился,- и тихо вышел из комнаты, оставляя оборотня с его новыми вопросами и мыслями, плавно перетекающими в мрачное русло...

***

      Выйдя из комнаты Ацуши мафиози направился на кухню. Вопрос, который задал детектив до сих пор тупой болью отзывался в голове. "Почему? Почему именно ты?"... В принципе Акутагава мог ответить на него уже тогда: рассказать Накаджиме о том, что именно из-за него тогда, в переулке, оборотень попал под действие способности, что, после того, как закончилась битва между Тигренком и Чуей, Ацуши должны были заключить в тюрьму или псих. больницу, и что лишь благодаря отчаянным усилиям детективного агентства этого не произошло, что он, Акутагава Рюноске, безумно сильно его любит, но понял это, как говорится слишком поздно, что он сам вызвался денно и нощно приглядывать за Накаджимой, что начиная со времени, проведенном у кровати бледного и безмерно любимого Ацуши он изгрыз себя вдоль и поперек, пересмотрел свои взгляды, поменял отношение почти ко всему, разобрался, правда пока еще смутно, что конкретно ему нравится в своем ненаглядном сокровище и на что он готов пойти ради него, что .. Этих "что" было очень и очень много. Но Акутагава не сказал этого вслух. Он просто взглянул в эти ставшими стеклянными глаза и понял, что говорить пока рано, что Ацуши может сломаться, если он скажет правду и по этому мафиози решил молчать так долго, как только сможет. Даже если Накаджима возненавидит его после этого...       Рюноске заварил себе крепкий кофе, что бы его вкус полностью совпадал с его внутреними чувствами: такие же горькие и отвратительные. Он не соврал Ацуши, когда сказал, что сегодня, так как настенные часы показывали слишком точное время- 2 часа утра, у него действительно был выходной и из дома ему ни куда выходить не надо было, как в прочем не надо будет и завтра, и всю оставшуюся жизнь. Его перевели на "удаленную" работу- просто присылали какие-то текстовые документы по эллектронной почте, которые он должен был корректировать, особо не вникая в их суть, так как она его уже не касалась. Их, с Накаджимой, отправили домой, доживать там остаток своих дней, под тотальным наблюдением и не о чем не беспокоясь. Прямо как добровольное заключение...       Мафиози хмыкнул, не зачем его тигренку задумываться над мрачными перспективами их будушего. Опять его память спроицировала стеклянный взгляд детектива ищущий и в тоже время не хотящий найти ответы на свои вопросы. По спине пробежали мурашки. Этот взгляд пробуждал в нем древний дикий ужас. Но почему он исходит именно от Накаджимы?       Акутагаву потянуло в сон, ведь он фактически не спал целый день. Нерешенных вопросов было слишком много, по этому он решил воспользоваться своим же советом и отдохнуть...       Сон пришел сразу, как только Рюноске закрыл глаза. Теплая непроглядно черная масса перетекала по его телу. В области шеи она оставила невесомый влажный след. Потом эта масса начала давить на грудную клетку Акутагавы, мешая ему дышать. Он попытался спихнуть ее с себя и это у него получилось. Однако поле того, как мафиози удалось избавиться от массы, он услышал звук удара и при том совсем рядом.       В своем сне Рюноске парил в пустоте вместе с массой, поэтому упасть было абсолютно не на что. Осознание приходило постепенно. Было трудно понять, что ты находишся во сне и заставить себя проснуться, но Акутагаве это удалось.       Он открыл глаза как раз в тот момент, когда над ним склонилась хорошо ему знакомая беловолосая головка Ацуши с зачем-то высунутым языком. Его глаза были стеклянными, точно такими же как несколько часов назад, как в момент активации искаверканной способности, когда Накаджима навис над ним на забрызганном кровью и внутренностями полу, намереваясь трахнуть его с звериной жестокостью. Еще тогда в сознании мафиози забился тревожный огонек, но сейчас все его естество просто вопило о реальной опасности потерять свою невинность.       Ацуши явно ничего не соображал. Им двигал непреодолимый инстинкт. На вновь ставшем мертвенно белом лице проступили яркие пятна, яво свидейтельсвующие о возбуждении, а тонкие губы сложились в хишный оскал.       Акутагава активировал расемон. Его ленты плавными движениями обхватили запястья и талию неадекватного оборотня, стараясь не причинять ему дискомфорт, а еще хуже- боль, и слегка приподняли, что бы перенести его в соседнюю комнату, и спокойно привязать к кровати-пусть немного успокоится.       На подобное развитие событий Накаджима отреагировал очень бурно: непонятно каким образом он выбрался из захвата и с безумным блеском в широко раскрытых глазах ринулся на мафиози. Рюноске, все еще находящийся на деване, на который он сел просто отдохнуть и случайно закрыв глаза уснул, не успел защититься.       Акутагаве странно было видеть нависаюшего над собой всклокоченного Ацуши, просто поедающего его взглядом. В его голове проскочила шальная мысль, что все идет к лучшему, мол, соединение любящих друг друга сердец и все в такое, но она пронеслась очень и очень быстро, сменяясь на неменее важную:"Это я должен быть сверху!"       Рюноске попытался ее озвучить, но как только он открыл рот, его тут же заткнули грубым поцелуем. Язык Тигра яростно исследовал вожделенное пространсто и с такой силой напирал, что пытавшемуся отвечать Акутагаве вскоре пришлось сдаться и сосредочится лишь на том, что бы сдерживать стоны. Воздуха катострофически не хватало, но Накаджима даже собирался разрывать поцелуй. Тогда, находясь на грани потери сознания, он из последних сил попытался оттолкнуть придавившую его тушку. Слава богу его намерения поняли правильно и детектив нехотя отстранился.       По телу мафиози начал распространяться жар, дыхание сбилось и Рюноске почувствовал, что предательская краска, распространяющаяся по лицу, выдает его с головой. Оборотень наклонился к уху Акутагавы, заурчал как котенок и призывно укусил мочку. От этого неожиданного действия мафиози не сдержал стон, от которого Накаджима заурчал еще громче и начал зализывать место укуса.       Руки Ацуши залезли под домашнюю футболку, в которой мафиози выглядел таким уютным и немного милым, и начали плавно оглаживать его ставшим поддатливым тело, которое, спустя минуты две начало активно поддаваться на ласки. От уха губы Накаджимы проделали дорожку до ключиц, оставляя после себя яркие засосы, начинающие темнеть еще сильнее. Дальше оборотень немного отстранился, скидывая легким движнением с себя футболку в которую он был одет, и пытаясь, только очень медленно, явно кайфуя от происходящего и наслаждаясь видом смущенного и покрасневшего Рюноске, на лице которого наконец-то появились еще какие-то эмоции, кроме постоянного раздражения и усталости, обильно приправленной депрессией, стащить мешающий леицезреть обнаженное тело любимого человека тонкий кусок ткани.       Кожа оборотня была прохладной, но посравнению с разгоряченным мафиози казалась обжигающе ледяной. Шершавый же язык, наоборот ощущался как до бела раскаленное жидкое железо, оставляющее после себя покрывающийся корочкой льда след.       Прелюдии были долгими. Мучительно долгими для обоих. Лишь под одними жаркими прикосновениями Акутагава мог в любой момент растечся лужицей. Его сознание плавилось и, балансируя на грани безумия, под этими самыми сногшибательными в его жизни пытками он взмолился хриплым голосом:             -П..прекрати тянуть...       В ответ послышалось довольное урчание и в ту же секунду Накаджима за чем то отстранился. Немного приходя в себя мафизи с ужасом осознал, что на нем, так же как и на детективе, остались домашние штаны и нижнее белье. Ацуши, освобождая свою возбужденную плоть из плена ненужнй сейчас ткани, поймал ошарашенный взгляд владельца расемона, на который ответил дьявольской улыбкой, явно дающей понять: "Веселье только начинается!"       Оборотень уже с минуту медленно бродит взглядом по телу Рюноске. Тот обиженно сопит, но даже и не пытается что либо предпринять- что-то внутри ему подсказывает, что так делать лучше не стоит.       Наконец дело сдвинулось с мертвой точки. Накаджима раздвинул ноги находящегося под ним и не особо сопротивляющегося обладателя серых, как испачканные в крови стены белого корида в темноте, глаз, уселся по удобнее, открывая себе вид на нервно сжавшуюся дырочку и засунул два пальца в рот, от чего по телу Акутагавы заструилась новая волна немного стихшего возбуждения. Оборотень облизывал пальцы долго, тщательно покрывая их слюной, а потом, аккуратно, почти невесомо, дотронулся до входа, который сжался еще сильнее.       Акутагава вскрикнул, когда два пальца без предупреждения оказались внутри. Его тело затряслось мелкой дрожью, когда без передышки в него вошел сначала третий, а еще через небольшой промежуток времени, и четвертый пальцы. После этого оборотень начал покрывать шею и плечи стонущего от боли Рюноске, поцелуями, пытаясь облегчить его страдания. Эти резкие смены от звериной жестокости, от которой с мафиози непрекращаемым потоком лился холодный пот, до неудержимой нежности, от которой его сердечко таяло и бугорок набухал в низу живота, очень сильно действовали на нервы, но кого это волнует в данный момент? Можно и по терпеть. Это было настоящее олицетворение фразы: "бросает, то в жар, то в холод", правда у нее слегка другой смысл и не такие крайности.       Накаджима почувствовал, когда тело под ним расслабилось, и начал медленно двигаться, стараясь не причинить боль. И действительно: через какое то время, немного привыкнув, Рюноске стал томно стонать от удовольствия и даже по тихоньку начал сам насаживаться на пальцы, что вызвало радостное урчание и поцелуи, перешедшие на область груди и живота.       Они оба ловили кайф от происходящего, но совсем скоро им обоим этого стало мало. Но, не смотря на это, оборотень не останавливался. В его глазах явно читалось желание услышать голос мафиози, молящий о продолжении. От этого взляда стержень гордости, который еще хоть как то сопротивлялся воздействию любовных чар тигренка, расплавился, и Акутагава, выкинув прочь все сомнения, котоые еще у него оставались, полностью отдался переполнявшим его чувствам и желанию.             -В..войди в меняаах,-простонал Рюноске,-П..прошу тебя...       Его мольбы, с оглушительным треском сломали все сдерживающие опоры, не остались без ответа. Ацуши грубым рывком перевернул Акутагаву на спину и поставил раком, широко, на сколько это позволял диван, разведя его аппетитные ножки. От неожиданности Рюноске охнул, а потом и вовсе испустил сладостный стон с примесью боли, когда оборотень вошел внево одним мощным рывком на всю длину.       Накаджима втрахивал своего партнера в диван с невиданной скоросью и энергией. Мафиози извивался под ним, отклянчивал зад, прогибал спину, выдыхал из себя стоны и крики эйфории.       Вскоре волна экстаза накатила сначала на Акутагаву, а потом, после нескольких беспорядочных толчков и на Ацуши. Накаджима перевернул ни чего не соображающего Рюноске на спину, слегка укусил в плечо, оставляя там след от своих зубов и приступил к следующему кругу. Кто говорил, что детектив на этом остановится?       За окном пошел мелкий дождь, шум которого все таки не мог заглушить развратных звуков, доносящихся из приоткрытого окна многоэтажного дома...

***

            -Ну и что это было?-спросил Акутагава у только что открывшего глаза тигренка, которого держал в крепких обьятиях.             -Ннн.. Ты о чем?-ни сколечки не смущаясь своего положения, а тем более вида, ответил вопросом на вопрос вновь ставшим пушистым и безобидным беловолосый комочек, сонно протирая слипающиеся глазки.             -Только не притворяйся, что ни чего не помнишь?-ехидно хмыкнул Рюноске, разглядывая наглую моську, явно претворяющуюся.             -Нуу...,- детектив потупил глазки, явно не желая отвечать на данный вопрос, но спустя пару мгновений все же ответил,- Я слышал все твои мысли... А потом меня сорвало...             -Разве ты не слышишь голоса мертвых?-искренне удивился мафиози.             -Я и их то же слышу, и тебя... Это было с самого началала, просто я не мог тебе до этого сказать... И когда ты думал сегодня ночью я слышал. Слышал обсолютно все... Тебе же ведь плохо из за меня, верно?             -Что? О чем ты говоришь?-последняя фраза поразила Акутагаву, как гром среди ясного неба, -Конечно же нет!             -Я слышу не только твои основные мысли, но еще и подсознание,-Накаджима нерешительно поднял голову и посмотрел чистыми глазами-омутами, в которых читался легкий испуг и полное признание действительноси, а в частности своей вины,- Какая то часть тебя считает, что было бы лучше не принимать меня в свою жизнь. Можешь пытаться это отрицать, но это факт.             -И что ты предлагаешь?-неожиданно охрипшим голосом спросил Рюноске.             -Давай сбежим, -эта фраза до удивления легко сорвалась с губ детектива,-станем свободными!             -Ты серьезно?!-откашлевшись, потому что от шока, полученного от услышанной ранее фразы, Акутагава подавился слюной, спросил.             -Лучше уж прожить один день как особо опасные преступники в розыске, чем всю жизнь не иметь возможности сделать то, что захочешь! Ты разве не согласен?       В ответ Мафиози лишь цыкнул, признавая правоту тигренка и ответил:             -Вставай давай и иди в душ. Нам еще в дорогу собираться.             -Спасибо, Рю,-нежно обратился к любимому Ацуши, целуя последнего и вставая с дивана...       Дождь, идущий всю ночь и утро с небольшими перерывами, прекратился. Серые тучи, мрачной пеленой накрывшие все небо, рассеялись и на их месте появилась красочная двойная радуга...