IN MORTE SUMUS UNUS

Тяжелые двери ритуального зала бесшумно закрылись за спиной. Некоторое время Гарри не мог сориентироваться, поскольку вокруг него сгустилась кромешная тьма. Однако, стоило ему сделать шаг, как зал озарился светом десятка настенных факелов. Гарри показалось, что он попал в прошлое. Лет эдак на 500 назад. Ритуальный зал, освещённый танцующими на стенах отблесками огня, напоминал подвал какого-нибудь средневекового замка. Комната была круглой. Пол и стены сделаны из чёрного камня. В зале не было абсолютно ничего. Каменный мешок. Однако, когда глаза Гарри привыкли к полумраку, он разглядел на полу в центре зала какие-то рисунки. Стоило ему подойти ближе, и он понял, что на каменном полу по большому радиусу очерчена окружность, по внешнему кругу которой шла вязь из каких-то замысловатых рун. Гарри огляделся по сторонам. Хотя на вопрос, что он здесь искал, юноша и сам не смог бы ответить. Сейчас он вдруг понял, что стоило побольше расспросить Кричера о ритуале. Ведь он не имел ни малейшего понятия о том, что нужно делать. Гарри ещё раз обвёл мрачные каменные стены взглядом и отрывисто выдохнул. Нужно сосредоточиться. Гарри с усердием заставил все страхи и посторонние мысли покинуть сознание. Теперь в его мыслях был полный порядок, покой и умиротворение. Гарри вздохнул полной грудью. Он полностью контролирует себя и свою силу. И вдруг, совершенно неожиданно тело Гарри потянуло в центр зала. Какая-то неведомая сила будто бы мягко подталкивала его к начертанному на полу кругу, приглашая встать в самом центре. Гарри повиновался этому ощущению и позволил магии направлять его. Он неспешно прошёл через зал и остановился в середине окружности с рунами. Гарри стоял спокойно и свободно. В центре круга магические потоки оказались намного сильнее. Однако ему не было страшно. Напротив, тело и разум Гарри наполнили приятные чувства: спокойствие, уверенность, безопасность. Гарри просто стоял, не двигаясь с места, и наслаждался тёплыми прикосновениями магии, казавшимися такими родными и знакомыми, будто руки матери нежно гладили его по волосам. И вдруг все изменилось. В одно мгновение прикосновения магии из ласковых и нежных превратились в обжигающие. Тело пронзил настолько мощный поток энергии, что Гарри показалось, будто через него прошёл разряд молнии. Гарри почувствовал магию рода каждой клеточкой своего тела. Он словно вобрал её в себя по крупицам, всю без остатка. Это пьянящее чувство свободы, силы и единения с чем-то столь древним и мистическим было прекрасным. Гарри стоял, раскинув руки в стороны, его волосы в беспорядке разметались по лицу, глаза были широко распахнуты. Вокруг него витал ураган, бушевал шторм и ревело пламя. Он был объят мощнейшим потоком волшебной энергии и полностью отдавался ему. Гарри позволил древней магической силе рода переплестись со своей собственной. И это было невероятно. Вдруг все вокруг стало стихать. Яркие всполохи превратились в слабо мерцающие редкие вспышки, а затем рассыпались в воздухе разноцветными искрами. Гарри почувствовал, что все закончилось, и опустился коленями на каменный пол. Холодные каменные плиты дарили приятную прохладу. Гарри закрыл глаза. Он прислушался к своим ощущениям. Что ж, он не погиб. Это достижение. Магия признала его. Это определенно достижение. Он теперь магический наследник рода Блэк. Но что же это значит? Гарри с удивлением раскрыл глаза. Его сила! Она изменилась. Нет, она не умножилась и не уменьшилась. Она лишь стала по другому себя вести. Из хаотичного потока стихийной магии она превратилась в послушную, прекрасно контролируемую им энергию. Словно все встало на свои места. Теперь его мощный магический потенциал словно стал продолжением его самого. Он был в его мыслях, чувствах, в движениях его руки, в ритме его сердца. Словно Гарри наконец стал цельным, настоящей версией себя. Когда юноша хотел провести рукой по лицу, чтобы отбросить назад непослушные волосы, его щеки вдруг коснулось что-то прохладное. Гарри с удивлением посмотрел на свою правую руку. На мизинце теперь красовалось изящное серебряное кольцо, на котором было лишь три небольших драгоценных камня: чёрный как ночь, зелёный как изумруд и алый как кровь. Может, это означает, что он наследник? Гарри не знал. Но что бы это ни означало, перстень был красивым и очень понравился Гарри. Когда Гарри покинул ритуальный зал, возле дверей его ждал взволнованный домовик. — Хозяин Гарри не умер! — восторженно прокаркал он. — Это означает, что теперь хозяин стал настоящим наследником рода Блэк. О, Кричер так счастлив и так горд! — Спасибо, — Гарри тепло улыбнулся эльфу. — Гляди, Кричер, у меня даже появилось кольцо. Что это означает? — Это кольцо наследника рода, — Кричер с благоговением склонился над рукой Гарри и тут же удивленно округлил и без того огромные глаза. — Хозяин Гарри Поттер невероятно сильный маг. Самый сильный волшебник из всех живущих на земле! Старый Кричер сойдёт с ума от гордости. Да, определенно. Прямо сегодня и свихнётся от счастья! — эльф с нескрываемым восторгом взглянул на Гарри. — Да хватит тебе! Что я, единственный что ли наследник волшебного рода? — спросил Гарри, удивленный таким неподдельным восторгом домового эльфа. — Наследников то может и немало на свете. Но наследник трёх древних и могущественных магических родов только один. И это хозяин Гарри Поттер! — Что? — Гарри ошарашено уставился на Кричера, — каких трёх родов? О чем ты? — Благороднейший и древнейший род Блэк, — Кричер указал на чёрный камень, — Храбрейший и честнейший род Поттеров, — он указал на алый камень, — Могущественнейший и мудрейший род Слизерин, — пришла очередь изумруда. — Род Слизерин? — Гарри был в шоке. — Вероятно, первый род хозяин унаследовал по праву выбора, второй — по праву рождения, а третий — по праву победителя. У рода Слизерин не осталось живых наследников. Вероятно, магия рода признала в хозяине Гарри наследника, так как молодой хозяин победил последнего наследника рода Слизерин в честном поединке. Гарри не знал, что сказать. Час назад он не был уверен, что ритуал обретения магического наследства рода не убьёт его, посчитав недостойным носить это звание. Сейчас же он был наследником сразу трёх магических родов. Поистине удивительный день. Однако Гарри не давал себе забыть, что несмотря на удачное стечение обстоятельств, что позволило ему обрести такую гармонию со своими магическими силами, он все же прибыл на Площадь Гриммо не за этим. — Кричер, а теперь ты не мог бы проводить меня в библиотеку рода? *** Библиотека была поистине огромной. Гарри никогда в своей жизни не видел столько книг. По сравнению с ней, школьная библиотека выглядела как захудалый маггловский книжный магазинчик. Гарри в восхищении обвёл взглядом огромные сводчатые потолки, в вышине которых терялись массивные дубовые книжные полки, плотно забитые старинными пыльными фолиантами. Однако, наслаждаясь зрелищем, Гарри задумался, как же найти нужные ему книги в таком огромном хранилище? На это же уйдёт целая вечность. Может есть какой-то секрет? И он не ошибся. — Чтобы найти нужную книгу, хозяину нужно взять вот этот справочник, — Кричер все понял без слов. — Там перечень всех книг? — с сомнением спросил Гарри. — Конечно нет, — домовик с удивлением взглянул на своего непутевого хозяина, — Хозяину нужно взять книгу в руки и подумать о том, что он хочет узнать, тогда все нужные свитки и фолианты тут же окажутся перед ним, — терпеливо объяснил эльф. — Ого, спасибо, Кричер, — Гарри и правда был безмерно благодарен своему домовику за помощь. Без него он бы точно сегодня не справился, — послушай, ты сегодня здорово мне помог. Не знаю, что бы я без тебя делал. Может ты хочешь отдохнуть на кухне? — Старый Кричер рад служить своему хозяину, — упрямо заскрипел домовик, — Кричер не хочет отдыхать, он хочет помочь хозяину Гарри, чем только может. Если нужно, Кричер будет всю ночь сидеть возле хозяина и сдувать с него пылинки, — глаза эльфа подернулись мечтательной дымкой. Гарри уже успел забыть, что больше всего на свете эльфы любят работать. И предлагать им отдохнуть скорее оскорбление, чем проявление заботы. Тогда нужно было действовать по-другому. — Послушай, Кричер, — осторожно начал Гарри, — мне тут нужно разобраться кое с какими важными делами. Ну знаешь, одному. Однако я был бы тебе очень признателен, если бы к часу ночи ты напомнил мне о том, что пора возвращаться в Хогвартс. Ведь я могу засидеться здесь и забыть. О! И ещё. Перед отъездом я бы выпил горячего чаю и что-нибудь перекусил бы. Ведь к ночи я сильно проголодаюсь. Как думаешь, это можно будет организовать? — он постарался придать лицу сомневающееся и серьезное выражение. — Конечно, хозяин Гарри Поттер, сэр. Кричер все сделает в самом лучшем виде, — домовой эльф важно поклонился ему и исчез, вероятно, ему не терпелось поскорее попасть на кухню и начать готовить угощения. Гарри улыбнулся своим догадкам. Так, а теперь к делу. Гарри подошёл к ближайшей ко входу книжной полке и достал с неё крайний том. Это была самая обычная книга в темно-коричневой обложке, абсолютно ничем не примечательная. Ну кроме того, что она почему-то не открывалась. Гарри сжал в руках книгу и задумался. Как бы правильно сформулировать свой запрос. Хмм. Он даже зажмурился от напряжения. Может быть… «Как воскресить человека?» Гарри услышал тихий шорох и открыл глаза. О, черт! Напротив него покоилась целая кипа объемных фолиантов и пожелтевших пергаментных свитков. Их было по меньшей мере несколько сотен. Так, похоже нужно конкретнее выражать свои мысли. Гарри сосредоточился и попробовал ещё раз: «Я ищу темный магический ритуал, способный воскресить человека из мертвых» Гарри снова открыл глаза. На это раз перед ним лежало около трёх десятков старинных книг. Так, это уже лучше, но все же нужно ещё больше сузить круг поисков. Гарри задумался на минуту, затем вздохнул, зажмурился и подумал: «Мне нужен древний и темный магический ритуал, который способен вернуть человека из мёртвых. Я обладаю магической силой трёх древних родов и готов идти на риск» Теперь перед Гарри лежало всего четыре очень древних тома. От них даже чувствовался запах старины. Обложки у них были немного истлевшими, украшенные где-то золотым тиснением, где-то бархатом и кожей, где-то драгоценными камнями. Они производили сильное впечатление. И от них будто исходила какая-то величественная и опасная энергия. Гарри сел за стол, одним своим желанием зажег настольную лампу и притянул к себе первую книгу. Однако по прошествии трёх часов, листая уже четвертый древний фолиант, Гарри все больше погружался в пучины отчаяния. Книги были полны пугающих темных ритуалов, леденящих душу описаний жертв и их страданий, жутких картинок и сложных заклинаний. Однако ни в одной из них он не встретил то, что искал. Он уже трижды натыкался на упоминания о хоркруксах. И все ритуалы и амулеты в книгах словно повторяли одну и ту же идею: убийства, искалеченная душа — вот ключ к бессмертию. Однако Гарри не интересовало бессмертие, он не стремился жить вечно в этом мире и вечно же им править. Его не интересовала власть, он хотел лишь… Вернуть дорогому ему человеку то, чего тот лишился по его вине. Стоп. Дорогому человеку? Гарри отложил книгу и устало потёр глаза. Он до сих пор не мог до конца себя понять. Что все это значило? Зачем он в это ввязался? Что он чувствовал, когда думал о смерти Снейпа? О том, чтобы повернуть время вспять, чтобы путём нечеловеческих усилий вырвать этого человека из когтей самой смерти? Гарри сам не понимал ровным счетом ничего, у него не было ответов на эти вопросы. Сделал бы он такое ради кого-то другого? Наверное. Ну да, наверное ради Гермионы или Рона… Но почему тогда он не подумал об этом, глядя на тело Фреда или Ремуса? Почему Снейп? Что заставило его оказаться посреди этого безумия? Может, дело в чувстве вины перед бывшим профессором. Ведь он так хотел бы взглянуть на него сейчас по-другому, поговорить с ним честно, извиниться, поблагодарить… А может, это благодарность? За все годы, которые Снейп оберегал его от опасностей, лишая себя отдыха и покоя. Может, это уважение, которое проснулось в Гарри к этому благородному, верному, храброму человеку. Все это было логичным, настолько логичным, что Гарри постарался загнать как можно дальше на задворки сознания слабое, но настойчивое ощущение, будто было что-то ещё. Что-то не похоже ни на вину, ни на благодарность, ни на уважение. Близкое к ним, но все же другое. Обуреваемый противоречивыми чувствами, Гарри резко встал и подошёл к полке с книгой-каталогом. Он взял её в руки и замер. Как заворожённый, он смотрел на темный кожаный переплёт, не в силах озвучить все, что сейчас кружилось у него в голове. Поэтому лишь на секунду, на одну только маленькую секунду Гарри дал волю не разуму, а своему сердцу. И тут его будто прорвало: «Я готов отдать все, все что у меня есть, что угодно, только бы он жил. Я готов пожертвовать собой, да кем угодно, только бы он не был мёртв, только бы он получил шанс снова дышать» Боже, неужели он подумал такое! Гарри в полном шоке открыл глаза и увидел перед собой одну единственную книгу. Неужели весь этот бред, который он нёс сейчас, помог призвать что-то из библиотеки? И что это, книга нелепых каламбуров? Гарри с сомнением посмотрел на книгу. Он не была похожа на те, что он читал сегодня. Книга определенно была древней, кожаная обложка была пыльной и потрескавшейся. Однако на вид том был ну совсем невзрачный, небольшой по объёму, обтянутый простой чёрной кожей. Ни надписей, ни названия, ничего примечательного. Гарри взял в руки книгу, намереваясь отправить её обратно на полку. Но все же любопытство взяло над ним верх, и он решил взглянуть, что же призвал из недр библиотеки его сумасшедший монолог. Юноша открыл книгу и замер от изумления. Невзрачная на вид книга была внутри невероятно… красивой? Если можно было сказать так о книге. Это был рукописный труд неизвестного автора. Почерк мага был изумительным. Изящные, плавные линии, без лишней вычурности. Красивые чернила, благородного изумрудного цвета. Все рисунки и схемы были выполнены от руки и выглядели как самые прекрасные картины эпохи возрождения. Книга была посвящена магическим ритуалам. Но совсем не таким, о которых Гарри читал весь вечер. Описанные здесь ритуалы хоть и были опасными и тёмными, но были пропитаны каким-то отчаянным романтизмом, пугающей и манящей красотой. Гарри был очарован книгой, он бережно переворачивал хрупкие страницы и думал, что ещё никогда в жизни он не видел ничего более прекрасного. Гарри снова перевернул страницу, и вдруг его сердце пропустило удар. Он каким-то неведомым образом ощутил, что нашёл то, что искал. Вверху страницы красовалось название ритуала: «IN MORTE SUMUS UNUS».* Прямо под ним был очередной искусный рисунок. Двое невероятно красивых мужчин в костюмах эпохи Ренессанса. Один из них без чувств лежал на руках у другого. Тот, что держал на руках тело, нежно и горестно склонился над мертвым молодым человеком и с его ангельски красивого лица стекала прозрачная слеза. Гарри, залюбовавшийся рисунком, не сразу сообразил, что здесь было что-то странное. Двое мужчин? Почему один из них так нежно и бережно держит другого в объятиях? Хм, ну ладно. Может, уже тогда некоторые люди относились к однополым отношениям вполне спокойно. Гарри принялся читать описание ритуала. «Избавление от Смерти. Ни одна агония не может превзойти агонию от потери. Никакая смерть, будь она желанная или нежеланная, спокойная или болезненная, быстрая или медленная не способна противостоять сему ритуалу. Только смерть от проклятия не подвластна ему. Ибо является предательством человеческой природы» Что ж, по крайней мере, тут ему действительно повезло, что у Волдеморта не хватило духу сражаться со Снейпом и он трусливо натравил на него свою поганую змею. «Недолго человеку подвластно вымаливать у Смерти пощады. Ритуал сий возможно провести лишь не позднее, чем солнце седьмой раз взойдёт со дня смерти» А вот это плохо, времени на подготовку катастрофически мало. Гарри вздохнул и стал читать о порядке проведения ритуала. «Для проведения обряда магу нельзя воспылать к себе жалостью или проявить малодушие. Совершающий ритуал должен вскрыть плоть на своей груди без страха и сомнения крест на крест острым серебряным ножом и приложить ладонь, окропленную кровью своею к груди умершего» Этого стоило ожидать. Редко какой обряд обходился без жертвы. Здесь это даже выглядело вполне себе уместно. «Но не кровавая жертва придаёт ритуалу могущество. Вместе с кровью жертвует человек часть своей магической силы и одаривает безвозмездно ею умершего. Только по-настоящему могущественный темный чародей способен разделить свою силу с другим и не ослабеть настолько, что сам повстречает смерть» Тоже вполне ожидаемо. Для возвращения к жизни надо было обладать поистине огромной магической силой, ведь часть этой силы нужно будет принести в жертву, разделить её с другим человеком. Что ж, Гарри надеялся, что был на такое способен. «Однако важнейшая часть ритуала подчас сложнее двух предыдущих. Вместе с кровью и силой своею приносит маг чистую и искреннюю клятву. Он клянётся своей любви и вечной верности и соединяет их судьбы своей кровью на всю оставшуюся жизнь и все их посмертие. И без искреннего стремления невозможен сий ритуал» Что? Гарри несколько раз моргнул и перечитал написанное. То есть для того, чтобы вернуть Снейпа с того света, ему нужно было признаться ему в любви? И более того, поклясться в вечной верности? «Только в обмен на Святую Клятву Верности примет Смерть жертву от обряд совершающего. И быть никак не может иначе». Гарри поднял взгляд от страниц. Некоторое время он просто смотрел в пространство невидящими глазами. Затем вновь взглянул на пожелтевшие от времени листы. Под описанием ритуала в аккуратной витиеватой рамке приводилась формулировка заклятия, которое необходимо было произносить при совершении обряда. Но было также на странице ещё кое-что. То, что Гарри не заметил сразу. Справа от иллюстрации с молодыми мужчинами были тщательно выведены несколько строк. Они не сразу бросались в глаза, так как были написаны не изумрудными, а золотыми чернилами и немного терялись на фоне пожелтевшего от времени пергамента. Гарри пробежался глазами по золотистым строкам, и у него перехватило дух. «И будет вознаграждён маг, рассекший добровольно плоть свою, и кровью своею избранного окропивший, отдавший часть души своей любимому своему и поклявшийся ему в верности чистой и незыблемой. И познаёт он блаженство и искреннее ликование, и не сможет быть ни с кем другим более близок ни духом, ни телом, кроме своего единственного. И познает он счастие от обретения утраченного. До самой смерти и в вечности после».