Шрам на двоих

      Хотя стрелки часов уже давно перевалили за полночь, в небольшом номере отеля, расположенного на горячих источниках, веселье было в самом разгаре. Ведь сегодня свой восемнадцатый день рождения отмечала одна из выдающихся медиков, героиня войны, Харуно Сакура. Этот особый день она решила провести в кругу своих близких подруг, поэтому, собрав Ино, Хинату, Тен Тен и приехавшую на несколько дней в Коноху Темари, розоволосая устроила скромное празднование.       И как это обычно водится, ночью атмосфера становится таинственнее, напитки — крепче, а разговоры — откровеннее и интереснее. Разливая по сакадзуки редкий вид саке, который удалось раздобыть на недавней миссии, Ино вдруг заговорила:       — Блин, а ведь нам троим, — блондинка указала на себя, Сакуру и Хинату, — в этом году исполняется по восемнадцать…       — И? — непонимающе уставилась на неё ученица Пятой, делая небольшой глоток.       — «В год после восемнадцатого дня рождения каждый человек получает особое ранение, связывающее его со второй половиной. И лишь с обладателем такого же шрама он будет по-настоящему счастлив», — с серьёзным видом процитировала блондинка одну из легенд, которая передавалась из поколения в поколение в их деревне.       — О! У вас тоже есть такое поверие! — удивлённо воскликнула Темари.       — Ой! Это всего лишь красивая сказка! — нервно отмахнулась Сакура и, налив себе ещё, одним махом опустошила свою сакадзуки. После всех тех приключений на любовном фронте, что свалились на неё, думать об отношениях и уж тем более о соулмейтах хотелось меньше всего.       — Да ладно тебе, Лобастая! — недовольно нахмурилась Ино. — Это же так романтично! Где-то в этом огромном мире есть тот единственный, что предназначен тебе судьбой! И ты легко сможешь узнать его, ведь у него будет такой же шрам, что и у тебя!       — Ну, вот Темари и ТенТен уже есть восемнадцать! — не оставляла попыток разоблачить эту легенду ученица Цунаде. — Ну, что, девчонки? Уже узнали, кто ваша вторая половинка?       Сестра Казекаге ничего не ответила и лишь грустно опустила глаза в пол, потирая внутреннюю сторону левого бедра. Тен Тен тоже молчала, и лишь загадочная улыбка заиграла у неё на губах.       — Тен Тен? — с надеждой в голосе окликнула подругу Яманака, заметив перемены у неё на лице.       — Ну… — брюнетка слегка замялась. — В декабре на одном из заданий мы столкнулись с мечниками. Неджи закрыл меня собой, но клинок оказался довольно острым, и он проткнул нас обоих насквозь в области над ключицей. — Её голос звучал так воодушевленно, словно она вспоминала момент романтического свидания, а не сцену на поле боя. — В тот момент я даже боли не чувствовала, лишь тепло тела, его едва уловимый аромат, перемешанный с металлическим запахом крови, и то, как его длинные волосы щекотали моё лицо. Очень странное чувство. А когда мы зализывали раны после боя, то заметили, что оба получили одинаковые ранения, да ещё и на одном и том же месте!       — Как это? — не верила словам подруги розоволосая. — Он же выше тебя ростом!       — Мы сами не поняли, как так получилось, — продолжала лепетать Тен Тен. — Но именно тогда я и осознала, что Неджи и есть моя родственная душа. Он почувствовал то же самое и, когда нас выписали из больницы, пригласил на свидание.       — Ох, ничего себе! — только и смогла выдавить из себя Ино. — И ты все это время молчала?!       — Просто… — Тен Тен смущённо опустила взгляд. — Мы решили пока особо никому не рассказывать об этом.       — Офигеть! Хьюга Неджи! Повезло же тебе! Такой красавчик достался, — мечтательно протянула голубоглазая. — Вот видишь, Лобастая! — Ино перевела торжествующий взгляд на розоволосую. — Ничего это не выдумки!       — Ну не знаю… — скептически протянула Харуно, подливая себе ещё саке. — Больше на совпадение похоже… Тем более, что эти двое были влюблены друг в друга ещё до этого происшествия…       — Куренай-сенсей как-то рассказала мне, что у них с Асумой-сенсеем тоже были идентичные шрамы, — тихо пролепетала Хината. — Правда, они узнали об этом уже в довольно зрелом возрасте…       — Во-о-от! — продолжала радоваться Ино. — И мои родители мне тоже показывали свои шрамы, когда я была ещё маленькой! Сакура, неужели твои родители тебе ничего не рассказывали?       — Рассказывали… — вздохнула девушка, вспоминая два небольших рубца у них возле лопатки. И всё же Харуно было проще пытаться списать всё это на красивые сказки, нежели пытаться представить того, кто мог бы оказаться тем самым. Неизвестность немного пугала её.       — Или ты боишься, что твоим соулмейтом будет не Саске-кун? — ядовито улыбнулась Яманака, и розоволосая с трудом подавила желание разнести гостиницу.       — Скорее, наоборот, — лишь фыркнула ей в ответ Сакура, вспоминая все попытки Учихи убить её. Вот уж кого действительно ей не хотелось бы видеть рядом с собой. — Его второй половинке можно только посочувствовать.       — А у тебя что, Темари? — поспешила сменить тему Тен Тен, переживая, что ещё немного, и от рёкана останутся лишь щепки.       — А я вот пока никого не встретила… — расстроено протянула Песчаная принцесса. В тот год она получила лишь одно серьёзное рваное ранение, от которого на внутренней стороне бедра остался уродливый шрам. И как использовать эту информацию для поиска своей родственной души, девушка даже боялась подумать. Не стягивать же ей с каждого встречного штаны.       — Ну, всё ещё впереди! — поспешила подбодрить подругу Тен Тен.       — Действительно! — присоединилась к ней Яманака. — Ты ещё встретишь своего принца! Ну что? Давайте выпьем за наши родственные души!       Весело прокричав «Кампай!», девушки залпом опустошили свои сакадзуки.