DARK BLOOD

Ким СонУ: «Это случилось, когда последняя капля этого мира покинула меня. Опустошив, дойдя до самого дна моей души, ты исчез в темноте ночи. Я не мог пошевелиться, я чувствовал только жжение. Ты оставил мне адскую боль и моя кровь иссыхала. Моя смерть была близка. Я чувствовал эту горечь, медленно сгорая в её агонии. И этот запах… запах крови. Казалось, он пропитал все простыни, заставив цвет жемчуга багроветь. А перед глазами твой томный взгляд, и та неземная чувственность, что так безжалостно исказилась в оскал. Я навсегда запомнил твой лик и я найду тебя Пак СонХун! Пусть не в этой жизни, но я найду!» Последний удар сердца оборвал натянутую нить…

*****

В эпоху ренессанса жизнь казалась такой манящей, упоительной и нескончаемой. Томные летние ночи, тёплый воск свечей, венский вальс, игристое вино, беззаботные мысли, смех и наслаждение. В Австралии, в эти августовские дни, стояла невыносимая жара. Было безветренно и душно. Ни капли, ни намёка на дождь. Все ждали сумерек как спасения. И вот, долгожданный вечер. Очередной субботний бал. Роскошные терракотовые залы, утопая в роскоши, засверкали драгоценностями. Замелькали в головокружительных танцах военные мундиры и пёстрые платья. Придворные дамы с напудренными лицами, скрывая взгляды, обмахиваются веерами, украдкой посмеиваются и переговариваются. Прислуга и пажи разносят напитки, исполняя распоряжения и прихоти своих хозяев. И только Ким СонУ, ускользая от суеты и шума головокружительных танцев, казалось, тайком пробирался к восточной террасе. Вечер был пропитан нежнейшим запахом садовых роз и гортензий. Лёгкий ветерок донёс с полей терпко-сладкий аромат свежескошенной травы, и где-то из темноты, сверкая, кружили светлячки. Ким СонУ в одиночестве стоял на террасе, наблюдая за редкими всполохами далёкой грозы. Сгущающиеся тучи всё ближе подкрадывались, угрожая предстоящей бурей. Но только в этот ускользающий миг запах цветов ощущался куда острее… и эта безропотность, и эта безмятежность… СонУ не чувствовал ни малейшего страха, ни малейшей опасности... Наслаждаясь каждой минутой своей свободы, он пытался слиться с мгновениями ускользающей молодости. «Как бы хотелось застыть так на время, или может, навсегда…» - прошептал СонУ, облокотившись на перила. - Отстранённость делает из тебя загадку, ты ведь знаешь об этом? СонУ, вздрогнув от неожиданности, обернулся. Фигура высокого парня заслонила мерцание свечей и, в бликах теней, было тяжело разглядеть его лицо. - Для меня загадки - как магнит… и ты, несомненно, привлек моё внимание. - Продолжил он. - Извините, но я плохо говорю по-английски, – смутился СонУ. - Да?! – парень в тени усмехнулся. – Кстати, я тоже. СонХун заметил СонУ еще в холле. Он наблюдал за ним как хищник, выслеживающий свою добычу. Но это его природа – с этим нечего не поделаешь. Вампир в его крови всегда был голоден, и сегодня на этом балу, он хотел попробовать только его вкус. СонХун взял бокал вина и скрывшись за колонной пялился на юношу. Чифирный цвет миндалевидных глаз в обрамлении длинных пушистых ресниц, чёрные густые волосы, идеальная и такая бледная кожа, чувственные красные губы. СонХун мысленно провел рукой по его широкой спине, отмечая неловкость его движений. «Как же он молод, наивен и неуклюж...» - подумал СонХун и усмехнулся уголками губ.

- Не имел чести быть представлен, - незнакомец снова заговорил, но уже по-корейски и без акцента. – Меня зовут Пак СонХун. Я путешествую с другом, мистером Нишимура Рики. Сейчас мы ненадолго остановились в доме Паков. Может, ты знаешь Чонсона?! - Простите, кажется я с ним не знаком. Моя семья переехала в Австралию полгода назад, но буду откровенен, я до сих пор мало, кого знаю. Парень приблизился к СонУ и, вглядываясь в темное небо, облокотился на перила. СонХун хотел быть вежливым, ну или хотя бы казаться таковым: - Австралия так чудесна, но завтра отплывает последний корабль в этом сезоне, и я планирую на него попасть. - В Японию?! Вы собираетесь в Японию? – удивился СонУ. - Пожалуй. Я ведь путешествую… Внезапно раздались шумные залпы салюта, и черное небо окрасили вспышки разноцветных огней. В миг, на террасу высыпала толпа ликующих зевак. В свете ярких огней СонУ украдкой поглядывал на таинственного собеседника. Его внешность была, мягко говоря, «необычной». Он был не просто красив - он был великолепен! Даже в мечтах сложно представить такой гармонии совершенства. Его точёные черты, словно лик божества, от которого невозможно отвести взгляд. Идеальные пропорции глаз, носа и губ – словно картина талантливого художника, на которую можно смотреть вечность. СонХун поймал его удивление и оцепенение и снова заговорил: - Что ж, возможно, ты не очень заинтересован в знакомстве… Или мне это показалось?! - его голос был таким проникновенным и завораживающим. - Так, ты скажешь свое имя? СонХун повернул голову, и пристальный взгляд как молния пронзил СонУ. Его глаза блестели, отражая мерцание всех звезд и даже луны. СонУ взволновано вздохнул. Его сердце затрепетало. Его удары как гонг – били в живот, пульсируя и разгоняя кровь. - Ах, да… прошу меня простить, я совсем забыл представиться, меня зовут... – он не успел договорить. - Так вот ты где, мой милый, сладенький пирожочек… Я тебя совсем потеряла. Нам уже пора, экипаж ждёт. Дама в парчовом наряде подхватила СонУ под руку и утянула за собой.

*****

За час до рассвета… Ветер ворвался в комнату СонУ, распахнув настежь окно и срывая шторы с петель. Он испуганно подскочил с кровати и поспешил его закрыть. Посмотрев в окно, он осторожно поправил тюль. Молнии мелькали, разрывая чернеющую бездну. Словно в диком танце, они призывали дождь, который не спешил со своим визитом. Стало прохладно, и СонУ поёжился, потирая руки и плечи. Потом обернулся и на цыпочках пошел к кровати. Блики молний осветили часть комнаты, не затронув дальний угол. На мгновенье, СонУ остановился, вглядываясь в темноту. И вдруг, ему стало до невозможности жутко. Быстро забравшись под одеяло, он натянул его повыше, стараясь согреться, но при этом, ужасно боясь пошевелиться. Не в силах закрыть глаза, он притаился, слушая клокотание грома, и при каждой вспышке, всматривался в тот дальний угол, где стояло кресло. Ещё никогда СонУ не чувствовал такого озноба, от того, что за ним наблюдают. Лишь на короткий миг он прикрыл глаза, и яркая вспышка боли накрыла его до звона в ушах…