В поисках места, что домом зовется

Гет
Перевод
PG-13
Закончен
45
переводчик
Daylis Dervent бета
Tan2222 бета
Автор оригинала: Оригинал:
https://www.fanfiction.net/s/9885609/1/Finding-a-Place-to-Call-Home
Размер:
Макси, 91 страница, 13 частей
Описание:
"Ты никогда не задумывалась над тем, а есть ли что-то поважнее в этом мире, чем общество с кучей средневековых предрассудков?" Когда Гарри задал Гринграсс мучивший его вопрос после первого задания Турнира трех волшебников, он совсем не ожидал получить ответ. Впрочем, предложение сбежать вдвоем, чтобы увидеть мир, тоже стало неожиданностью. Смогут ли два абсолютно разных человека обрести счастье?
Посвящение:
Желаю поблагодарить автора данного произведения, так как без него был бы невозможен этот перевод.
Желаю поблагодарить всех читателей. Здорово, когда есть для кого стараться.
И огромное спасибо бетам, любезно согласившимся помочь.
Публикация на других ресурсах:
Разрешено только в виде ссылки
Награды от читателей:
45 Нравится 1 Отзывы 15 В сборник Скачать

Глава 4: Завтрак и шоу

Настройки текста

Турнир трех волшебников отменен! Имя Гарри Поттера в Кубок огня подбросил Барти Крауч-младший! Гарри Поттер исчез из Британии!

      Гарри наслаждался шоколадным круассаном, наблюдая за тем, как Астория читала газету. Они сидели в маггловском ресторане, наслаждаясь французской кухней под легкими дезиллюминационными чарами. Солнце стояло высоко над горизонтом, а Добби только что доставил ему письмо от Сириуса. Две страницы из четырех были посвящены его исчезновению, переживанию за него и информации о том, где сейчас находился Блэк, который был рад, что с Гарри все в порядке. Он задавал множество вопросов об истинных причинах его побега из школы и Британии, а Поттер пытался написать ответ на его письмо, пока наслаждался завтраком.       Он ведь почти забыл — каково это — пользоваться обычной ручкой. Такое случалось с ним и прежде, когда он учился в четвертом классе обычной маггловской школы и был вынужден пропустить изрядное количество занятий. Гарри нравилось учиться. В конце концов, у него было что-то, чем он с удовольствием занимался в течение долгих поездок на поезде.       Астория откусила кусочек от своего фруктового пирожного. Ее рубиновые серьги мерцали на солнце. Она почти тридцать минут внимательно изучала меню, и в итоге сделала заказ. Они едва не забыли взять газету. Не прими Шармбатон участия в турнире, они никогда бы не узнали новостей из Британии. Но Гарри вовремя заметил ее и захватил с собой на завтрак.       — Они думают, что мы все еще где-то на просторах Британии, — медленно произнес он. Не странно ли, что он находил информацию все более и более забавной. — И почему они так уверены в своих предположениях?       — Потому что они не смотрят на происходящее с твоей точки зрения, Гарри, — просто ответила она, переворачивая страницу газеты прежде, чем вернуться к завтраку. — Ты сам так сказал. Смотри, видимо, твоя тетя и дядя отказались от комментариев.       — Что, наверное, является очередным подтверждением того, что они сказали лишнего Дамблдору и тот заставил их замолчать из страха попасть в новые неприятности, — усмехнулся он. — Не могу себе даже представить, чтобы дядюшка Вернон отказался полить меня грязью, — продолжил он, доедая круассан. — А что говорят преподаватели?       — Насколько я могу судить из статьи, МакГонагалл первая заметила твое исчезновение, — Астория углубилась в чтение. — Она заявила, что обычно гриффиндорцы очень сплоченный факультет и твой побег за пределами ее понимания. Профессор Спраут выразила разочарование в своих подопечных, но она сильно преуменьшает их настоящие выходки. Дамблдор сказал, что они прилагают все усилия, чтобы найти их самого дорогого ученика.       — Хотел бы я увидеть, как он произнес эту фразу, — с сарказмом протянул Поттер. — Опять же, правдоподобно врать он умеет, — Гарри выпрямился, отпивая глоток молока из стакана. — Я ожидал немного другого отношения от профессора МакГонагалл, если честно. Она всегда мне казалась строгой, но понимающей женщиной. Хорошим преподавателем, всегда умеющим поддержать своих студентов. Может, ее лояльность к Дамблдору всегда стояла для нее на первом месте. Даже выше безопасности своих же студентов. Или их жизней, если брать во внимание задачи, которые бы повесили на меня. Что касается Спраут, то я не удивлен. Репутация Хогвартса превыше правды.       — У них не было причин рассказывать правду о твоем побеге, — едко заметила Гринграсс. — Им пришлось отменить Турнир трех волшебников из-за твоего исчезновения, а это огромный удар по репутации, Гарри. Подобное мероприятие входит в разряд одного из престижных. К нему приковано огромное внимание. Рита Скиттер, как я понимаю, сейчас на седьмом небе от счастья.       — Возможно, — мрачно сказал Гарри. Ему было известно это имя. На ней лежала немалая ответственность за все дурацкие статьи, выпускаемые «Ежедневным Пророком». Его друзья, если это слово вообще к ним применимо, поверили ее лжи. Как и общество.       — Скандал международного масштаба не пройдет бесследно, — тяжело признала она, оглядываясь вокруг. — Шармбатон тоже почувствует это.       — Вот и славно, — ощерился Поттер. — Они достаточно надо мной поиздевались. Относились так, словно общение со мной ниже их достоинства.       — Может, — Астория покусывала губу, что натолкнуло Гарри на мысль о том, что она нервничает. Хотя, как он признался себе, это было довольно мило. — Может, нам следует уехать из Парижа раньше? На всякий случай, если они решат искать нас здесь. К тому же, вскоре здесь все заголовки газет будут пестрить об этом инциденте.       — М-м-м-м, пока нет, — протянул он. — Я сомневаюсь, что Дамблдор всерьез думает, что я способен настолько далеко уйти. Согласно его словам, Хогвартс должен значить для меня гораздо больше, чем что-либо еще. Как и для моих родителей. И это должно было стать моей единственной причиной держаться ближе к школе. Эмоциональная привязанность, но ему следовало придумать что-то получше.       — У него нет совести, — гневно произнесла она, согласно кивнув в ответ. — Он не рассказал тебе ничего о родителях, но при этом пытался всячески использовать их имена для контроля над тобой.       — Дамблдор много чего делал, — мрачно ответил он. — Я думаю, он во многом замешан, но я ничего не знаю об этом. Я больше не знаю, где правда, а где ложь в настоящее время, — Поттер закрыл газету, его пальцы коснулись ладони Астории. — Переходя к теме моей семьи: как насчет того, чтобы рассказать мне об этих альянсах?       — Что ж, альянсы обычно заключаются одним чистокровным лордом с другим, — она выпрямилась и улыбнулась ему. — Обещания защиты или финансовой помощи, или браков между семьями. Самый известный из союзов — альянс между родами Поттеров и Лонгботтомов. Оба лорда на тот момент времени были живы. Близки как братья. И проживали в непосредственной близости друг от друга. Они спасали друг друга бесчисленное количество раз. Сражались вместе и поддерживали политику друг друга в обществе. Лорд Лонгботтом присутствовал на свадьбе лорда Поттера, как и лорд Поттер, присутствовавший на их свадьбе через два года. Когда их время пришло, они наказали своим дочерям всегда зачинать детей в одно время, чтобы так происходило всегда. И так действительно продолжалось вплоть до нашего времени, когда лордами были Френк Лонгботтом и Джеймс Поттер.       — Но так не случилось со мной и Невиллом, — возразил Гарри, обдумывая полученную информацию. С Невиллом не обращались так же жестоко, как с ним, но он поддержал Рональда, словно искал чьей-то защиты. Это не добавляло ему уважения в глазах Поттера.       — С родом Боунсов у Поттеров был заключен политический союз, когда твоя прабабушка Катарина Поттер решила выйти замуж за магглорожденного. Тогда к ним относились горазд хуже, чем сейчас, и Джонатан Боунс изрядно потрудился, чтобы брат Катарины — Джон — позволил семье немного отойти от строгих традиций, тем самым позволяя ей создать семью и сохранить благородный титул, несмотря на замужество. В свою очередь, Джон Поттер оплатил все работы по строительству мэнора Боунсов в знак доброй воли. Джонатан поклялся, что дети его семьи и их дети всегда будут союзниками Поттеров, — ее глаза потемнели от злости. — Но, как мы знаем, сейчас союза больше нет. Карлус Поттер спас жизнь Джорджа Спиннета и вместо того, чтобы потребовать с него долг жизни, он предложил создать ему союз. Это гарантировало их роду благородный титул, ведь они занимали более низкую социальную позицию. Твой отец оплатил обучение отца Алисии, как только тот закончил Хогвартс.       — Я играл вместе с ней в квиддич три года, — его глаза расширились от удивления. — Почему она никогда об этом не говорила?       — Очевидно, некоторые люди предпочитают не иметь ничего общего с семейными союзами, — неуверенно произнесла она.       — Про кого мне следует еще знать? — наконец спросил он, поворчав с минуту.       — Есть еще семья Мунов, — она качнула головой.       — Мунов? — Гарри напряг память, пытаясь вспомнить кого-нибудь с такой же фамилией. — Лилит Мун? Слизеринка? Моя одногодка? Она была в школе перед началом Турнира, но потом я не видел ее больше месяца. Она словно исчезла.       — И это меня не удивляет, если честно.       — Почему?       — Гарри, ее семья проклята, — честно ответила она.       — Проклята? Как?       — Никто не знает, какое их род постигло проклятие. Ходило множество слухов по поводу причин, но люди говорят, что их проклял дух Луны. Она не в первый раз надолго покидает пределы Хогвартса. Их семья держится обособленно столетиями из-за своего проклятия. Карлус Поттер был первым человеком за долгое время, кто в открытую попытался подружиться с ними. Он чем-то помог отцу Лилит. Чем-то, что позволило ей в дальнейшем посещать школу. Она редко говорила о своей семье, и уж тем более не говорила, почему вынуждена так часто покидать Хогвартс. Но рядом с ней опасно находиться. Все ее избегают. Я спросила как-то у нее, почему у нее нет друзей, а она ответила «чтобы защитить их», — мрачно ответила она.       Гарри задумался над ее рассказом. Он был расстроен и разочарован в людях, которых упоминала Астория. Особенно в Невилле. Но Лилит не было в школе во время Турнира. И, как ему показалось, ей жилось далеко не сладко. Может, ему следует навести мосты с ее семьей? Или с ней, когда он решит вернуться в Британию.       — Это все, что мне известно, — Григрасс развела руками. — Думаю, имеется куда больше семей, учитывая тот факт, что Поттеры исконно считались светлой семьей, но я о них ничего не знаю. Возможно, о них можно узнать в Гринготтсе. Вместе с остальными вещами, которые могли тебе оставить родители.       — Понимаю, — Гарри кивнул головой и глубоко вздохнул.       — Я понимаю, что ты далек от стиля мышления чистокровного мага, — осторожно начала она, заправив светлую прядь волос за ухо. — Но, по моему мнению, нарушение условий союза считается серьезным проступком. Ты вполне можешь потребовать компенсацию, если того пожелаешь.       — Я подумаю над твоим предложением, Астория, — он покачал головой. — Спасибо тебе, но я не собираюсь становиться столь же мелочным, как Малфой.       Астория с удивлением посмотрела на него. Почти вся школа относилась к нему плохо, но он не позволял своей злости взять над ним верх. Он действительно заслуживал лучшего после всех лет, прожитых в горе и разочаровании. Она надеялась помочь ему излечить разбитое сердце после предательства друзей и дать необходимую поддержку, которую ему не оказали за все годы его жизни. Ей было по-своему жаль тех людей, не задумывающихся о том, кого они потеряли в лице Гарри. Даже поняв это, было бы слишком поздно что-то изменить. Сейчас она позаботится о нем.       — Ты совсем не такой, каким они тебя хотят выставить, — тихо произнесла Астория, а затем мрачно добавила: — Уизли всегда ныл о том, что тебя не интересуют твои друзья. Ты заслуживаешь лучшего, Гарри.       — Спасибо, Астория, — он мягко улыбнулся ей, чувствуя, как в груди разгорается маленький огонек тепла. — Может, я оплачу счет, а затем мы отправимся на экскурсию по местным достопримечательностям?       — Конечно, — она повеселела. — С удовольствием.       Париж был потрясающим местом для прогулок. Гарри и Астория бродили по городу, любуясь им, пересекали небольшие ручьи и развилки на своем пути, болтая обо всем и ни о чем одновременно. Просто наслаждались компанией друг друга. Гарри сдержал свое обещание, рассказав ей все, что он знал о маггловской культуре, а через какое-то время она умоляла сводить ее куда-нибудь на фильм или в парк развлечений. Астория оказалась прекрасным слушателем, она не пропустила мимо ушей ничего из того, что он рассказывал ей о маггловских уроках и своем опыте учебы в школе, поскольку все это ей было незнакомо. Гарри был потрясен тем, как мало маги знают о жизни своих немагических соседей.       Оказалось, что они не такие уж и варвары и ушли куда дальше, чем волшебники магической Британии.       В конце концов, их беседа приняла иное русло и Поттер для себя осознал, насколько ему нравится общаться с ней. Насколько ему приятно находиться в ее компании. Он собирался никогда больше не заводить друзей после потери предыдущих двух, но теперь был искреннее рад, что принял ее предложение сбежать вместе. Она была бесконечно веселой, любознательной, и он ничего не мог с собой поделать, когда ему хотелось рассмеяться, находя ее поведение смешным. Когда она дразнила его, он понимал, что она всего лишь играется с ним. И становится серьезной, когда расспрашивает о его прошлом. Она словно теплый лучик света разгоняла темные облака, окружавшие его годами.       Он иногда позволял себе подумать над тем: а могла ли она стать для него больше, чем просто другом. Может, то же самое чувство, которое он испытывал когда-то к Гермионе, он ощущал по отношению к Астории? Ее помощь по-настоящему бесценна. Она была совершенно другой, нежели те, кого ему доводилось знать. Непостоянная и волнующая, как ветер. Он лишь надеялся, что она захочет остаться с ним, если подобное произойдет.       Астория была очень энергичным человеком. Бесчисленное множество раз она затаскивала его на маггловские аттракционы, едва он только успевал их описать. И когда солнце заходило за горизонт, она все еще была полна энергии. Они возвращались в отель, где их ждал Добби. Именно она предложила ему нанять эльфа, чтобы избежать слежки или приказа Дамблдора следить за ними.       Добби принес второе письмо от Сириуса. Его крестный отец пришел в ярость от рассказанной им истории. Он предполагал, что могло произойти что-то из ряда вон выходящее, но не настолько. Блэк знал о доброте Гарри, как и об отсутствии у него эгоизма, поэтому крайне разочаровался в своей бывшей школе.       В этом же письме он рассказал о поездке на Кубу, где он находился в данный момент времени, тем самым пресекая всяческие контакты с Альбусом Дамблдором. Он писал о задумках Альбуса, когда только-только выбрался из Азкабана. И даже думал, что его заключение могло быть случайностью, но после такого обращение со своим крестным сыном, все случайности прекращали быть таковыми. Он не упоминал в письме о Ремусе, но Гарри думал, что он взял того с собой. Там мягче относились к оборотням, а Люпин стал единственным учителем, который смог обучить его самостоятельно защищаться.       Сириус упомянул в письме и об аврорах, прочесывающих всю Британию вдоль и поперек. Он целиком и полностью одобрил идею Гарри, намекнув ему, что Джеймс и Лили собирались отправиться в кругосветное путешествие, как только война против Волдеморта закончится. Напоследок написал, что они вскоре встретятся друг с другом в самое ближайшее время.       Добби принес плохие новости. Он проник в Хогвартс, чтобы попросить других эльфов ничего не рассказывать о его пропаже. Ему удалось подслушать разговор авроров и директора. Ничего необычного, но все же некоторые упоминания его насторожили. Добби пришел в ужас, узнав, что его друзья принимали Гарри за человека, который всего лишь искал повод привлечь к себе больше внимания со стороны окружающих, а не из-за причиняемой ими боли и страха за свою жизнь. Историю его побега исказили до неузнаваемости. Большинство студентов считало, что он просто считал себя выше остальных, хотя на деле никогда не стремился таковым быть, желая быть друзьями со всеми, с кем только было возможно.       Эмоциональные переживания, испытываемые Гарри, взяли над ним верх. И он сломался. Впервые за долгие годы он позволил себе слезы. Асторя села рядом с ним и обнимала, пока со слезами уходило и его горе. Когда наконец он перестал плакать, она твердо сказала ему, что они не стоят его слез. В ту ночь Поттер спал гораздо спокойнее, чем раньше. Той же ночью, когда он уснул, Астория позвала Добби.       — Добби, — прошептала она, — ты можешь кое-то для меня сделать?       — Добби всегда рад помочь хозяйке Тори. Чем Добби может вам помочь?       — Я ненавижу этих преподавателей за их действия в отношении Гарри, — со злостью сказала она. — Гарри благородный человек. Добрый. И он заслуживает лучшего. Он не верит в компенсацию за свои страдания, но я верю, как и мой отец. Ты можешь рассказать главе Отдела магического правопорядка о том, как те магглы относились к Гарри? Я хочу, чтобы ты сделал что-нибудь, что весьма сильно разожжет огонь под котелком Дамблдора. И это только начало.       — Добби все сделает, хозяйка Тори, — он низко поклонился, едва не коснувшись кончиком носа пола. — Добби знает, что Гарри Поттер хороший волшебник. Добби все расскажет о плохих людях.       — Пока ты будешь этим заниматься, я хочу попросить тебя проклясть тех магглов, — ее светло-зеленые глаза потемнели от гнева. — Наложи на них заклятие, чтобы они худели, несмотря на то, что они едят. Становились слабее и слабее. Если им захотят помочь волшебники, то пускай они будут вынуждены рассказать обо всех издевательствах над Гарри. Если это не поможет, то пусть Петуния Дурсль думает, что ее сын и муж применяют магию. Из-за своего страха и отвращения она бросит их. Потому что так поступают все люди, похожие на нее. И когда развод произойдет, проследи за тем, чтобы Дурсль и его сын не получили ничего, а Петунья оставила за собой все имущество. Когда они умрут на улицах от голода или сгинут в тюрьме, тогда сними с нее чары принуждения. Пусть она познает горечь одиночества. Пусть она останется одна на всю жизнь за все злодеяния по отношению к своему племяннику. Пусть ее эгоистичная гордость будет справедливо наказана.       Хотя Астория и была добрым человеком, она все еще являлась дочерью чистокровного лорда. Месть являлась тем, что она очень хорошо усвоила.       — И если Альбус Дамблдор попытается все скрыть, то я прошу тебя взять это, — она протянула ему конверт, где содержался фиал с ее воспоминаниями о рассказах Гарри, где он подробно описывал все, что ему довелось пережить у Дурслей. — Доставь главе Отдела магического правопорядка. И дай понять Амелии Боунс, что если она откажется вынести это на публичное осуждение, то род Поттеров позаботится о том, чтобы все знали об отсутствии чести у нее и ее темного хозяина.       — Да, хозяйка Тори, — Добби исчез с тихим хлопком. Астория поднялась с колен и посмотрела на Гарри.       — Они пожалеют о том, что посмели причинить тебе вред, Гарри, — пробормотала она, возвращаясь в свою постель. Может, ей и не нравится быть чистокровной, но она использует всю свою власть, чтобы позаботиться о том, кто ей дорог.       На следующее утро Гарри встал с ощущением того, как будто кто-то снял с его плеч огромный груз. Они с Асторией посетили магический квартал Парижа, а затем направились в библиотеку. Там они провели целый день. Читали книги, отвечали на письма Сириуса, державшего их в курсе всех перемещений авроров. Гарри хмыкнул, когда узнал от Блэка, что они прочесывают маггловский район неподалеку от Дурслей. Похоже, они совсем его не знали. Даже в самом крайнем случае он не вернулся бы туда. У него не было никаких связей с Британией.       Астория рассказывала ему о домашних эльфах и других темных существах: троллях, живущих на севере, и левиафанах, спящих в темных пещерах рядом с озерами. Они вызывали торнадо и бури, землетрясения, когда пробуждались от долгого сна. Когда они находились в национальном парке, Гринграсс рассказала ему об истории магического мира, включающей небезызвестную битву между Альбусом Дамблдором и Геллертом Гриндевальдом. Вплоть до нынешних событий.       Иногда он терялся, задумываясь над тем, как мало он знал о мире, который стал его домом. Британия, как оказалось на самом деле, весьма консервативно настроенная страна, предпочитающая международную изоляцию, поскольку все считали, что имеют все только лучшее. Именно из-за такого отношения страдали магглорожденные и полукровки. Им не хватало защиты со стороны чистокровных семей. Магический Париж показал себя с лучшей стороны, чем Британия за все годы.       В один прекрасный день Астория затронула тему беспалочковой магии. Она немного умела колдовать без палочки, но мало знала о ней в теоретическом плане. Гарри слышал о подобных аспектах магии, но не знал никого, кто мог бы так колдовать. Гринграсс закатила глаза на его слова, объяснив, что в Британии так могут делать лишь чистокровные, поскольку другим твердят, что это невероятно сложная магия. К тому же, требовалось изрядное терпение в обучении.       — Ничего другого я и не ожидал, — усмехнулся Поттер, прищуривая глаза. — Они хранят тайны от других, но никак их сами не применяют. Что за придурки.       — Хочешь попробовать? — спросила она, вытягивая руку вперед. Через несколько секунд раздался свист летящей книги, и она ловко ее поймала.       Гарри с улыбкой кивнул ей, протянув руку к первой попавшейся книге, сосредотачиваясь на ней. Он подумал о том, чтобы поднять ее с пола, и, к его удивлению, она послушно оказалась в его руке. Астория улыбнулась и зааплодировала ему, заставив его вновь почувствовать то самое тепло в груди.       — С первой попытки! — с удивлением произнесла Гринграсс. — Я знала, что ты особенный! Ты смог призвать патронуса, прогнавшего сотню дементором, но — беспалочковая магия с первой попытки!       — И не начинай даже, — простонал он. — Я не такой уж и особенный. В прошлом моя особенность сослужила мне плохую службу, — он бросил на нее умоляющий взгляд, и они рассмеялись.       Они решили почитать все книги о беспалочковой магии, которые только смогут найти в библиотеке. Две недели подряд изучали их в номере гостиницы, медленно пытаясь улучшить свои навыки, поскольку материал становился все сложнее и сложнее. Поттер решил, что им вскоре следует посетить Швейцарию, потому что в газетах все чаще и чаще мелькало его имя, а студенты Шармбатона возвращались к себе после отмены Турнира Трех волшебников. Астория поддержала его решение. Конечно, она будет скучать по Франции, но безопасность и счастье Гарри для нее были на первом месте.       Сириус был необычайно доволен тем, что Гарри продолжал изучать магию, хотя и был вынужден покинуть Хогвартс. Прямо сейчас он работал над тем, чтобы вернуть себе доброе имя. Для этого он решил предстать перед судом в Германии. По словам Блэка, он осознал свою бесполезность для Поттера, пока его считали беглым преступником. Он приложил все силы, чтобы стать вновь свободным человеком. Сириус пришел к выводу, что его темперамент и поспешные действия привели его к Азкабану. Если бы он не бросился за Петтигрю, а остался бы с Гарри, то все могло бы пойти по-другому. Сейчас он дал слово быть более ответственным крестным отцом.       Германия пришла ему на ум совершенно случайно, поэтому сейчас он уточнял все детали и готовился к суду. Гарри пожелал ему в письме удачи, а Астория добавила о необходимости предоставить суду свои воспоминания, поскольку они послужат важным доказательством его невиновности. К тому же, это было их сильнейшим доказательством, так как Хвост все еще не был пойман. Гарри впервые был так взволнован, отправляя Сириусу письмо со своими воспоминаниями о тех событиях. Он был уверен, что Блэк оценит его вклад.       — Надеюсь, у него все получится, — заметила Астория. — Азкабан воистину ужасное место.       — Думаю, все пройдет как надо, — уверенно ответил Гарри, беспалочковой магией собирая свой чемодан. Хедвиг радостно ухнула. — После войны с Гриндевальдом маги Германии приложили большие усилия к улучшению своей судебной системы, чтобы случайно не наказать невиновного человека. Если и существует страна, где Сириус сможет получить свободу, то Германия подходит для суда лучше остальных.       — Может, нам следует встретиться с ним до суда? — предложила Астория, закрывая свою сумку. — Он будет счастлив увидеться с тобой.       — Хотелось бы, — честно ответил Поттер. — Но если Сириус справится, то это станет самым громким судебным процессом за последние десять лет. Там соберется куча репортеров и журналистов со всех стран. Сложно будет пройти никем незамеченными. Я бы лучше продолжил наше кругосветное путешествие.       — Мы можем применить чары невидимости, — задумчиво сказала Гринграсс. — Или позже вечером.       — Мы обязательно подумаем над этим, — он улыбнулся ей. — А теперь пора отправляться в Швейцарию. Я с нетерпением ожидаю увидеть Альпы.       Гарри и Астория вышли на железнодорожной станции, держась за руки. Они только что смогли избежать встречи с большим количеством репортеров, что стоило им потери определенного количества времени.       — Нам лучше научится аппарировать и получить лицензии! — засмеялась Астория, когда они прошли на станцию. — Почти попались!       — Аппарация? — задумчиво повторил Поттер.       — Это заклинания для перемещения в пространстве. Позволяет тебе быстро добраться из одной точки в другую, — усмехнулась она.       — Звучит вполне хорошо, — засмеялся он вместе с ней. — Знать бы об этом пару лет назад! Я бы мог такое устроить Дадли!       Они немного опоздали, поэтому едва успели запрыгнуть на поезд, который отходил от станции через пять минут.       — Мне стоит когда-нибудь взять тебя с собой на танцы! — с сияющим взглядом заявила она, едва они успели с удобством устроиться в купе. Поезд тронулся. — В Германии проходят замечательные балы. Тебе понравится.       — Не знаю, Тори, — ответил Гарри, его пальцы постукивали по столу. — Я никогда прежде ни с кем не танцевал и не желаю отдавить тебе ноги.       — Ох, Гарри, но попытаться-то можно? Ради меня? — попросила Астория, состроив щенячьи глазки, заставив его рассмеяться. — Правда, когда ты услышишь музыку, то не заметишь, как все пройдет.       — Хорошо, — согласился Поттер. — Я попробую. Но потом не обвиняй меня в том, что у тебя болят ноги из-за моих неуклюжих движений и полного отсутствия навыков.       — Звучит не так уж и плохо, — с улыбкой ответила она, заставив его покраснеть. Она присела рядом с ним, прильнув к его плечу. — Иногда мне кажется, что ты недооцениваешь себя, Гарри. Ты быстро учишься, когда дело доходит до магии.       — Магия и танцы совершенно разные вещи, Тори. Вероятно, я просто выставлю себя дураком на балу. — Со вздохом признался он. Астория улыбнулась, касаясь носом его плеча.       — Тогда мы оба выставим себя дураками. Люди находят такое поведение очаровательным, Гарри. Мы же еще подростки, помнишь? Будет весело. Годы спустя мы сможешь вспомнить наши танцы и посмеяться над собой.       Гарри улыбнулся, его сердце сильно билось в груди. Да, он был уверен в своих чувствах по отношению к Астории, хотя и старался их не замечать. В прошлый раз, когда он решил признать в подобных чувствах, все закончилось плохо.       — Тори?       — Да? — спросила Астория.       — Ты как-то сказала об отсутствии желания выходить замуж по брачному контракту, — деликатно начал Гарри. — Но ты когда-нибудь задумывалась над браком?       — Думала, — она нахмурила брови. — Но не думаю, что для меня возможен обычный брак, — продолжила Гринграсс. — Я предполагаю, что закончу так же, как Нарцисса Малфой. В браке по расчету. Так заведено у чистокровных, — ее волосы покачивались в такт движению поезда.       — Оу, — только и смог промолвить он, чувствуя себя на редкость глупо.       — Не пойми меня неправильно, Гарри, — сказала Астория. — Я бы хотела встретить человека, с которым прожила бы всю жизнь. Но я не приметила никого, кто разделял бы мои интересы. Был бы добр ко мне. Никто из чистокровных не подходит под это описание.       Гарри понимал ее. Самым простым примером мог послужить Драко Малфой, но тот тоже имел свои понятия чистокровности, считая других ниже себя.       — А почему ты спрашиваешь? — с любопытством спросила она. — У тебя есть кто-то... кто тебе нравится?       — Что ж... — Гарри сомневался в том, что ему следует сказать, но он знал Асторию. Она не станет поспешно принимать решения, если это будет касаться ее, поэтому решил продолжить: — Когда мы с Гермионой спасли Сириуса, то у меня появились мысли о том, могли бы мы с ней стать чем-то большим. Она единственная девушка, которую я знал помимо Джинни, ведь она стеснялась даже говорить со мной. Я всерьез думал, что мы сможем что-нибудь придумать вместе.       Астория слегка нахмурилась, сильнее сжав ладонь Гарри. Она помнила Грейнджер. Невероятно умная девушка, бросившая Гарри вместе с Рональдом Уизли сразу же после того, как его имя было выбрано Кубком Огня.       — Она знала?       — Я никогда прямо не говорил ей о своих чувствах, — признался Гарри. — Я так привык, что все идет не так, как надо, поэтому решил промолчать. Если брать во внимание этот год, то, наверное, я принял правильное решение. Все могло бы пойти не так, скажи я ей об этом. Что она могла бы тогда сделать... — он тяжело сглотнул. Наверное, он и не хотел знать.       — И все же, она предала тебя, — усмехнулась Астория. — Я ожидала лучшего решения от столь умной девушки. Вы с ней были друзьями. Думаю, любая девушка была бы счастлива быть с тобой, — она не хотела произносить последние слова настолько громко, но потерялась в мыслях, поэтому проговорилась и села прямо на сиденье, покраснев от смущения. Гарри поступил так же, искоса наблюдая за тем, как она внимательно смотрит на свои ноги. Словно ожидая, что он тоже что-то скажет в ответ.       — Знаешь, мне кажется, что повезет любому парню, которого ты выберешь, — ему удалось без запинки произнести эти слова, и он был невероятно доволен собой. — То есть, они многое теряют, не рассматривая тебя всерьез. Пусть женятся на других, а затем скучают с ними до самой смерти.       — Ты очень милый, Гарри, — она улыбнулась. — Правда.       — Спасибо, Тори, — он улыбнулся ей. Может, он сможет спросить у нее позже, когда они доберутся до Швейцарии. И когда он соберет свою знаменитую гриффиндорскую смелость в кулак.       Когда они легли спать, то никто из них не заметил тихо закрывающейся двери.

Несколько дней спустя. Британия.

      — Ненормальные! Мой собственный муж и сын ненормальные! Как же слепа я была, раз не замечала этого? Это месть моей никчемной сестрицы! Я пропустила ее свадьбу с ее ненормальным муженьком. И никогда бы не пришла на нее!       Двое молодых полицейских, наблюдающих за истерикой Петуньи, обменялись долгими взглядами, полными сочувствия. Как бы они хотели оказаться где угодно, но только не с ней в одной комнате, пока она кричала на весь дом.       — Никакое повышение того не стоит! — заявил молодой офицер старшему по званию, на что тот болезненно кивнул в знак согласия.       Литлл-Уингинг, обычно скучный тихий городок, ныне заполняли полицейские и пожарные машины. Были взяты показания у соседей, испытывающих состояние шока и растерянности. С одной стороны, их можно было понять. Дурсли, как им пояснили, были примером прекрасной семьи среднего класса. Полностью нормальные во всех смыслах этого слова. Но в последние несколько дней произошли странные вещи.       И результаты показаний были куда более странными. Вернон и Дадли Дурсль, которые испытывали явное ожирение, крайне быстро похудели, несмотря на то, что ели все больше и больше, чем обычно. Вернон был уволен со своей работы после того, как потребовал повышение по службе. Он попытался устроиться везде, где только возможно, но его не принимали на работу по причине «неспособности мирно работать».       На третий день после тех событий Петунья зашла на кухню и увидела Дадли, который смог превратить морковку в шоколадку. Парень был необычайно доволен собой, поскольку сидел на диете. Но вот его матушка восторга не разделила от слова совсем. На деле она приняла совершенно противоположную сторону.Она разразилась гневной тирадой о том, что ее единственный сын ненормальный. Магический монстр, которого появился благодаря стараниям ее покойной сестры. Дадли был в шоке. Он попытался ударить ее своей палкой, которую повсюду таскал с собой в школе, но не успел сделать этого, так как она сбросила его со стула. Вскоре со второго этажа спустился Вернон, видимо, заслышав крики жены.       Она захлопнула дверь на кухню, бросив в Дадли тарелкой, еще громче крича о том, что он не ее сын, а подкидыш. Вернон каким-то образом сумел заставить дверь исчезнуть, заставляя Петунью бросать тарелки уже в него.       — Меня всю жизнь окружают ненормальные! Моя сестра заплатила вам за это, да? Она наняла вас, чтобы испортить мне жизнь! Она всегда не любила меня. Особенно когда выяснилось, что у нее есть сверхспособности. Я единственная, кто знает, каким чудовищем она была!       Никто так и не понял до конца, о чем вообще говорила Петунья. Ее самые близкие друзья знали о наличии младшей сестры у нее, но Дурсль порвала с ней отношения давным-давно. Какой смысл она вкладывала в слово «ненормальная», так никто и не узнал.       Яростно взревев, Вернон атаковал свою жены первым попавшимся под руку предметом кухонной утвари — сковородкой. Он с силой ударил ее, разбив тарелку в ее руке. Предположительно, от последующего удара по голове она потеряла сознание.       Женщина, жившая по соседству с ними, Арабелла Фигг позвонила по номеру девять-один-один. Опоздай она на пару минут, и Петунья Дурсль была бы мертва.       Полиция прибыла вовремя. Они арестовали разъяренного Дурсля, а медицинские работники оказали первую помощь Петунье и Дадли. Кухня превратилась в настоящее поле битвы, осколки посуды валялись повсюду. Дадли задело осколком стекла.       Через пару часов Петунья очнулась, но продолжила кричать о том, что на самом деле случилось в доме, пытаясь объяснить полицейским всю ситуацию. Они всерьез рассматривали возможность отправки Петуньи в местную психиатрическую клинику или же в камеру по соседству с мужем, но в итоге пришли к выводу, что произошла ссора, в результате чего она напала на мужа.       Суд рассмотрел их дело в рекордные сроки, так как появились доказательства того, что Вернон и Дадли частенько издевались над племянником Петуньи — Гарри Поттером, который сейчас числился пропавшим без вести. Стало известно, что его запирали в чулане под лестницей, регулярно били и заставляли голодать. Дадли определили в колонию для несовершеннолетних. После освобождения ему придется жить в приюте для проблемных детей, поскольку Петунья отказалась признавать его своим родным сыном. Она вернула себе девичью фамилию, все имущество отошло ей, а Вернон Дурсль отправился коротать свои дни за решетку.       Соседи долго не могли понять, как это могло произойти, но в итоге все решили, что не так уж и хорошо знали Дурслей, как им казалось ранее. К тому же, никто не знал о племяннике Петуньи, и уж тем более никто не знал, как издевались над ним. Резонансный случай попал в газеты и некоторые люди пересмотрели свое отношение к тому, как они относились к детям. Многим было стыдно.       Но никто не заметил маленького эльфа, который указал пальцем на Петунью и прошептал еще одно заклинание прежде, чем исчезнуть.

В это же время. Британское Министерство Магии.

      — Вы звали меня, министр? — Дамблдор вышел из камина в кабинете Фаджа. Он говорил простыми фразами. Короткими. Отрывочными. Как и привык общаться с Корнелиусом Фаджем. Иных слов тот просто не понимал.       — Дамблдор, мои сотрудники требуют немедленных ответов! — рядом с ним молча стояла невысокая женщина. Глава Департамента магического правопорядка Амелия Боунс. — Почему вы раньше не узнали о том, как издевались над Гарри Поттером его родственники-магглы?       — Что? — рассеяно спросил Альбус, словно получил удар под дых. Он был настолько уверен, что такая деликатная информация не попадет в чужие руки, что теперь подобные вопросы были несколько неожиданными для него. — О чем вы вообще, Корнелиус?       — Дамблдор, — она с усмешкой посмотрела на него. — Я только что получила воспоминания Астории Гринграсс с помощью анонимного источника. И поверьте, они изобилуют деталями того, как с Гарри обращались Дурсли. Либо вам придется заставить меня поверить, что вы выжили из ума или отличаетесь крайней слепотой, либо ваш отказ от сотрудничества сыграет не в вашу пользу на суде. Насколько я помню, вы упоминали о защите Гарри, которой окружили его, как магический опекун. Что он живет в достатке и безопасности. И, как получилось, ничего подобного на самом деле не было. Честно, события в Хогвартсе говорят не в вашу пользу, — добавила она через пару секунд тяжелого молчания.       — Вы получили воспоминания через Асторию Гринграсс? — резко спросил он. Та самая девица, с которой сбежал Поттер. И почему его выбор пал на нее? Он мог обратиться к нему и тогда Альбус быстро бы дал понять юному Поттеру, что она ему не пара. Чистокровная девушка из нейтральной семья и бла-бла-бла. Для Дамблдора она была крайне неприемлемой персоной в его планах. Он уже выбрал ему пару. — Значит, вы обнаружили их?       — Нет, — едко ответил Фадж. — Воспоминания доставил домашний эльф, отказавшийся выдать их текущее местоположение. Приказы хозяина они не в силах игнорировать, как вы понимаете.       — Вы не остановили его? — изумился Альбус.       — Сейчас не об этом разговор! — рявкнул Фадж. Он уже все продумал. Настало время сбросить Альбуса Дамблдора с пьедестала, повесив всю вину на него. Может тогда люди увидят, как их Министр решает проблемы. — Вопрос в том, кто отправил жить Гарри Поттера к Дурслям? Похоже, вы не самый компетентный опекун для мальчика, поскольку позволили причинить ему вред.       — Прошу, Корнелиус! Ты поверишь словам чистокровной девицы, осудив меня? — Дамблдор принял вид доброго и всепрощающего дедушки. — Ты в курсе политики чистокровных. Она, наверное, их подделала, чтобы втереться в доверие и соблазнить бедного Гарри. Я более чем уверен, что это из-за нее он сбежал из замка.       — Дамблдор, это воспоминания, — обратилась к нему Амелия, словно к душевнобольному. — Астория Гринграсс никоим образом не смогла бы их подделать! Ей всего тринадцать! — ее неприятно поразило поведение Сюзан. Она ожидала от нее более достойного обращения с последним представителем своего рода. К тому же, они союзники. И некоторые обязательства нельзя так просто забывать или спускать с рук чьи-то закулисные игры. — Помимо всего прочего, вы видели маггловские новости? Те магглы почти поубивали друг друга часов пятнадцать назад.       — Что? — он еле устоял на ногах, чтобы не присесть в кресло. Для него это стало неприятной новостью. Почему Фадж сразу же не позвал его? Он думал, что все просчитал. Его заклятия на Дурслях должны были работать как часы. Никто бы ничего не узнал, а если бы что-то и просочилось, то чары предупредили бы его.       — Да. Они весьма колоритная семейка. И я жажду узнать, не стало ли их обращение с Гарри одной из причин, из-за которых он сбежал из Хогвартса? Другая причина, это твой преподавательский состав и студенты. Их обращение с ним. Я правильно понимаю, что Турнир отменен?       — Вы на том настояли, — тяжело ответил Дамблдор. Не только ее решение, но и других министерских работников. Такой удар по репутации Хогвартса, хотя он так старался скрыть все. Если бы только ему удалось вернуть мальчишку в стены замка. Он незаметно подливал бы ему в напитки любовное зелье, чтобы он никуда не убежал. Проводил время с той девушкой, которую Альбус одобрил. И с какого момента времени все пошло не так?       — Очевидно, нам стоило вмешаться раньше, — горько произнесла Амелия. — Надеюсь, Гарри Поттеру больше никто не причинит вреда.       — Министр? — Кингсли зашел в кабинет с таким видом, словно кто-то умер, держа в руках международную новостную газету.       — Что такое, Кингсли? — нетерпеливо спросил Фадж. — Разве ты не видишь, что у нас тут важный разговор о Гарри Поттере?       — Как раз из-за этого. И Сириуса Блэка, — ответил он.       — Что? Ты видел Блэка? — взревел Корнелиус. Поимка Сириуса Блэка принесла бы ему немало политических очков в грядущих выборах. Кингсли ничего не ответил. Он просто положил газету на стол.

Сириус Блэк невиновен? Несправедливость обнаружена! Наследник семьи Блэк не дождался справедливого суда! Сириус Блэк предстанет перед судом в германском Министерстве Магии!

По желанию автора, комментировать могут только зарегистрированные пользователи.

© 2009-2020 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты