Кукуево (Писательский Челлендж)

— Скорей, он уносит Шарика! — одним движением Леночка встала из-за стола и побежала за официантом, уносящим в руках собаку, Вася же, прихватив модуль опознавания, побежал вслед за ней. — А куда… мы… бежим? Зачем им… Шарик? — недоумевающе спрашивал Вася, пытаясь догнать Леночку. Леночка ничего не отвечала, а только быстрее пробиралась через лабиринты парка. Она старался бежать как можно быстрее, стараясь не упустить официанта ни за одним из поворотов. Однако, официант оказался проворней — он использовал длинный шампур, чтобы пробираться через кусты, причём весьма эффектно — Вася потерял его из виду на одном из поворотов. — Что же делать… куда он делся?! — Леночка быстро, почти с остервенением осматривалась по сторонам. — А ты можешь мне объяснить, зачем им пёс Деда? — Это один из торговцев шаурмой! Он несёт его в МЯСОКОМБИНАТ! — Леночка увидела гуляющего рядом человека, одетого как самурая, после чего резким движением выхватила у него из-за пазухи катану и стала пробираться через лес лабиринтов, позвав Васю за собой жестом. Самурай, конечно, не был доволен таким положением дел, и поэтому отправился в погоню вслед за ними. Всё это было проделано на бегу, таком быстром бегу, что Вася ни разу так в жизни не бегал. Поскольку катана была эффективней шампура, они стали всё ближе подбираться к официанту. Леночка была всего в трёх-четырёх метрах от официанта, как вдруг парк закончился и они выбежали через ворота в промышленную зону. Погрузчики, склады, коробки — промышленный район Кукуева обеспечивал чуть ли не весь посёлок. Официант взобрался по лестнице на трёхэтажный завод, а за собой закрыл дверь. Однако, Леночка не растерялась, закрепила катану за рюкзаком и стала подниматься наверх по водосточной трубе. Наконец, они встретились на крыше. — Отдайте нам собаку и всё закончится для вас мирно! — пригрозила Леночка. Она вытащила с железным свистом катану, скинула со спины рюкзак и взяла оружие в обе руки. Официант надел на собаку верёвочку и привязал к какой-то антенне. — Глупо с вашей стороны полагать, что мы, производители шаурмы, его просто так отпустим! — огласил официант, после чего съел остатки шашлыка на шампуре и принял боевую стойку. Началась дуэль на крыше — каждая из сторон яростно билась и отражала атаки противника. Лязг оружия раздавался, когда они бились. Несмотря на то, что официант явно казался крупнее и сильнее, Леночка не отставала от битвы — каждый её удар имел в себе неограниченную волю и бесконечное самоотвержение. Вася же смотрел на всё это снизу с сильно бьющимся сердцем и думал: «Блять… чё происходит? Это всё ради одной собаки?»       Как ни пыталась отбиваться Леночка, её противник явно был опытней её в фехтовании. И вот, в какой-то момент, она не уследила за шампуром и официант ранил её правое плечо, в котором та держала катану. Ей удалось удержать в руках оружие, но сквозь порванный клочок одежды виднелась струйка крови. — Лееена! — громко выкрикнул снизу Вася. Он стал замечать, что поединок явно был не в её пользу — это уже переходило за грани кукушерства. Край крыши был уже совсем близко… движения Леночки в бою явно ослабли, но она и не думала остановиться — удары её продолжались и продолжались, но… всё это было бесполезно. Не успев отразить удар, Леночка оступилась и… упала с крыши трёхэтажного здания.

***

— Привет, Щавелий. Смотри, кого я нашёл на работе. Лабрадор, относительно молодой, упитанный… Человек в одежде официанта принёс в кабинет грустного лабрадора, который выглядел очень испуганно и поскуливал. Пёс будто чувствовал, что его ждёт. В окне кабинета был виден склад, но при этом совершенно пустой: арендованное помещение. — Что ж, наконец-то… уж две недели как прошло… я наконец-то поем что-то, кроме овощей — как же мне надоело быть диетологом для всяких сумасшедших, старых баб… — человек, которого официант назвал Щавелием, был среднего роста, но очень худой. Его ноги были похожи на кости, а сквозь его одежду были видны рёбра. Одет он был во всё спортивное, повязка от пота на голове, а сам бегал на беговой дорожке. Щавелий Овощь — главный диетолог города, известный тем, что кроме 100 килокалорий овощей и двух литров воды он в день ничего не употреблял. — Тут пса защищали какие-то двое детей… еле-еле от них отбился. Но поражение… оно избежало меня. Официант взял шампур и наколол на него несколько кусков мяса из холодильника, после чего приступил к еде, пытаясь отдышаться после долгого бега и битвы. — Зачем столько хлопот ради какого-то там собачьего мяса? Я вот ем говядину и мне совершенно нормально. — С тех пор, как Дрогунчиков написал о Кукуево, сюда все соседние деревни переезжают. Говорят, что квартиры в центре городка в стоимости каждый год процентов на 40 растут в цене, поэтому если живёшь здесь, у тебя есть реальный шанс попасть в столицу, надо только притвориться кукушнутым на всю голову, вот и всё. А так как я со своим бизнесом здесь постепенно становлюсь богаче, годиков так через три я стану жителем Питера, а может, даже и Москвы. Надо уже привыкать к местным обычаям. — Так ты все равно мне ничего не объяснил… я просто из Ветрогорино, и при столичных жителей вообще ничего не слышал. — Эх, понимаешь, таких людей как ты, в больших городах называют «деревенщиной». Я же, как будущий житель столичного, — слово «столичного» Щавелин произнёс с особой важностью, — города, могу заявить, что шаурма и шаверма там делается исключительно из собак и кошек. Местные жители только и делают, что пьют изысканное вино и едят завернутую, приготовленную лучшими поварами, шаверму. Откуда-то издалека раздался смешок. — Ты слышал? — испугался Щавелий. Щавелий и официант посмотрели на помещения склада из окна кабинета, однако, никого не увидели, кроме… той самой девушки. Её плечо было забинтовано, а глаза горели огнём — огнём мести и решительности. В руках у неё вновь была катана. Официант тяжело вздохнул. — Я разберусь. Вежливо объясню ей, что мы уже на всём этом деле собаку съели. Минуту. Официант спустился вниз, прихватив с собой шампур. — Послушай, уже поздно, лабрадора мы вам не вернё— Внезапно, Леночка замахнулась катаной. Официант приготовился было отразить атаку, но… вместо того, чтобы ударить его, она ударила по рубильнику с электричеством. Свет погас и никто не мог ничего увидеть. — Дружище! Где ты! Помоги, я ничего не вижу! Отзовись, а не то не возьму с собой в Петербург! По всему складу послышался лай, рычание и агрессивный бег маленьких лап. — Щавелий! Моя нога! Ааааа! Этот пёс меня укусил! Зачем ты начал жарить шашлык! Этот пёс меня сожрёт! Зачем ты его выпустил?! — официант громко заорал. — Это не я! Не я! Кто-то стоял за дверью! — ответил в панике Щавелий, не понимая, что происходит. Откуда-то сверху засверкал ослепительно-белый свет — вспышка чьего-то фотоаппарата.

***

— Алло, алло. Директор? Я рад, что наконец-то смог до вас дозвониться, пускай и не со своего телефона. Вы случайно не встречались с кем-либо, кто на вас мог подать жалобу? Ага, ага. Вот как. Угу. Значит, Анна Васильевна? Точно? И… как его там? Вася? Коновалов что-ль? Ничего себе… становится интересно. Думаю, мне стоило бы здесь засидеться.