Тихо сам с собою...

***

- Что и требовалось доказать. Игорь выглядел самым довольным из всех довольных мокрых людей в их мокрых пижамах, которых когда-либо видел свет. Однако, продолжать сидеть в душе он не видел смысла и, напоследок сжав Юлая в своих объятиях и скинув уже совершенно бесполезную от обилия впитанной влаги пижаму на пол, выскользнул из ванной.

***

За окном, на фоне чëрного ночного неба, затянутого тучами, шумел дождь, ветер срывал оставшиеся жухлые листья с деревьев, а в тëплую комнату, где, в позе эмбриона и накрывшись пуховым одеялком в чëрно-белую клетку, лежал зеленоглазый искуситель, зашëл уже просушивший свою бедовую головушку Энтони. Приглушив холодный свет ночника, парень, натянувший на себя последнюю, по крайней мере из чистых, пижаму, повалился на прохладные простыни широкой кровати и задумчиво уставился в потолок. Этот день - порывшись в памяти, сделал для себя заключение Юлай - был вполне терпимым по уровню странностей. Но вот смущения и, как ни горько это признавать, возбуждения... Короткий вгляд а сторону Игоря, лежавшего буквально в нескольких сантиметрах, просто чтобы убедиться, что тот действительно спит, и вновь созерцание причудливых узоров мелких трещин белоснежного потолка. - И как у него только ума хватило? Тихо прошептал Юлай, но, как ни старался вновь разозлиться, развеять туман влечения, к своему стыду и сожалению, так и не смог отогнать от себя сладкие мысли о том злосчастном поцелуе. Сопение Игоря рядом было просто невыносимым, как можно так спокойно спать, когда буквально час назад целовал самого себя? Шизик. Но такой милый, такой притягательный. Казалось, он даже во сне он нарочно манил Энтони. Но как решиться на это, как переступить через себя? Игорь явственно вздрогнул, будто ему снился кошмар. - Чёрт с тобой. Считай, что победил. Также тихо, как и прежде, произнëс Юлай и медленно, чтобы не разбудить, развернулся к клону лицом. Несколько долгих, мучительных секунд, шатен собирал бегающие туда-сюда мысли в кучку, набирался храбрости, и, наконец, сделал этот маленький рывок для тела и огромный для самоидентификации. Губы спящего Игоря казались такими сладкими и тëплыми, что Энтони не мог себя заставить ни отстраниться от них, ни перейти на следующий уровень. Однако, губы, что он так жадно сейчас целовал, вздрогнули и, к огромному его облегчению, выбор был сделан за парня. Второй участник сего действа, чуть приоткрыв глаза, ответил на поцелуй и сам приблизился к шатену, кладя руку на его лицо. Юлай не знал, что делать теперь, но отчëтливо понимал, что пути назад нет и потому просто закрыл глаза, чтобы не покраснеть от этого взгляда, чувствуя себя при этом как пятиклашка на первом свидании. Игорю это совершенно не помешало чуть отстраниться, разрывая поцелуй и сесть на кровати, прошептав перед этим на ухо парню: - Доверься мне Затем он развернул уже не сопротивляющегося его бесцеремонным действиям Юлая на спину, чтобы с самой хищной на свете улыбкой сесть на красавчика сверху и, переплетя ладони, вновь сойтись в страстном поцелуе. Одежда полетела на пол, два разгорячëнных тела слились и Юлай издал стон блаженства, о котором никогда прежде и не мечтал. Игорь прильнул к кипящему телу Энтони но, даже стараясь отдышаться, не упускал возможности нежно поцеловать его шею. Тот же в ответ сжал пальцы, не отпуская руки копии и, казалось, попросту сгорал от распиравшей его страсти.

***

Мягкие, но вместе с тем уверенные движения клона Юлай запомнил на всю жизнь, а тяжëлое дыхание зеленоглазого не смолкало у его уха до самого утра.

***