Над радугой не долетая до звезд

            После неожиданного звонка от Ацуши Акутагаву не покидало чувство тревоги. Почему этот Тигр так резко прервал их разговор, хотя обычно он старался продлить его как можно дольше. Возможно он что-то придумал и собирается воплотить это в жизнь.             -Блин, Тигр, как ты меня раздражаешь! -сказал Акутагава, накидывая себе плащ на плечи и выходя из квартиры.       Нет, слова Рюноске ни капельки ни подействовали на него, нет, он по прежнему считает Тигра никчемной тряпкой, но теперь мафиози уверен, что испытывает что-то, помимо отвращения, к Тигру. И если с этим комком шерсти что-то случиться, Акутагава не простит себе этого.       И так, мафиози бежит в сторону вооруженного детективного агентства (Ну, а от куда могло еще звонить это недоразумение в ТАКОЕ время?). Чувство тревоги за жизнь Тигра подгоняет вперед. Вот и здание агентства. Акутагава влетает в офис и несется к мед. пункту, в котором должен находиться детектив.             -Тигр, надеюсь ты не успел ничего сделать? -спросил мафиози, стараясь перевести дыхание.       Ответом ему была тревожная тишина. Акутагава подошел к палате Тигра и, заглянув в нее, он громко выругался:             -Только не говори мне, что я перся почти через весь город, только для того, что бы полюбоваться на твое чертово тело с ножом в груди!!! Мог же ты быть человеком и позвонить кому-нибудь другому?!       Внимание пса портовой мафии привлек светящийся экран телефона, лежащего рядом с Тигром, но у него не было времени на него смотреть. Рюноске подошел к кровати, сначала проверяя пульс. К величайшему удивлению Акутагавы, Ацуши был жив!       Мафиози собрался вытащить телефон и позвонить в скорую, но его опередили. Звонил Дазай, что так же сильно удивило Рюноске, так как тот должен находится в больнице без сознания.             -Алло? -спросил пес портовой мафии.             -Приветик, а что произошло за ближайшие несколько дней? -спросил весело-взволнованно горе-суицидник.             -Смотря что вы хотите узнать.             -Что с Чуей? -уже серьезно спросил Осаму.             -Впал в кому, так же как и вы, но сейчас, раз вы очнулись, не знаю…             -Что-то недавно произошло, твой голос какой то слишком взволнованный?             -Да, как бы объяснить.? Мне полчаса назад позвонил Ацуши. Он как-то странно себя вел и я решил проверить что с ним. Сейчас он находится в агентстве с воткнутым по рукоять кухонным ножом. Я собирался звонить в скорую, так как он все еще жив, но вы позвонили раньше.             -Ясно, -Дазаю явно не понравились услышанные новости и его мозг стал судорожно продумывать дальнейшие действия, -Тогда вызови ее как только закончишь говорить со мной. Я подойду к агентству примерно через двадцать минут, так что подожди. Остальное решим на месте.             -Хорошо. До свидания.       Акутагава сбросил вызов и тяжело выдохнул, набирая номер медицинской помощи. Вопросов становилось все больше и больше, а ответов так и не прибавилось. Хотя в целом ситуация была ясна- Ацуши нашел способ как спасти своих друзей, но для этого, возможно, нужно было умереть, и он, не решаясь это сделать, позвонил Рюноске, что бы решить какие-то внутренние разногласия, а потом, решившись, убил себя. Был и второй вариант- на него напали и ранили, но первое предположение более вероятно, хотя в нем была одна несостыковка- неизвестно откуда взявшийся кухонный нож.             -Долго ждал? -спросил запыхавшийся Осаму. Он пришел в агентство раньше назначенного собой времени.             -Не особо. А вам после комы бегать не вредно? -Акутагава попытался разрядить шуткой напряженную обстановку.             -Неужели все на столько плохо, что вечно хмурый Рюноске пытается шутить?!       Скорая помощь еще не приехала, поэтому Ацуши оставался в мед. пункте агентства. Мафиози решил показать еле живое тело детективу, чтобы тот хоть чуть-чуть объяснил ему, что же тут произошло.             -Ого.-увидев тело своего кохая Дазай испустил удивленный возглас-регенерация тигра не работала, но Накаджима все еще боролся за свое существование.             -Похоже на агентство напали,-сообщил суицидник, замечая на полу следы не давней драки Ацуши с неизвестной девочкой,- но нож воткнул в себя сам Ацуши и это странно.             -С чего бы ему себя убивать? -Акутагава забыл про телефон, в котором содержалась нужная для них информация, занимаясь более важными делами.             -Видимо он узнал что-то, из-за чего я, по крайней мере я остальным не звонил и не знаю, вышел из комы.             -Если с вами все хорошо, то что же тогда с Ацуши? -в голосе вечно грубого по отношению к оборотню пса портовой мафии впервые в жизни скользили нотки беспокойства и ужаса за чью-то жизнь.             -Ну, это нам врачи скажут, когда сюда приедут. Кстати, ты с самого начала нашего разговора Ацуши по имени зовешь! -с по истине дьявольской улыбочкой сказал бывший мафиози, -Что же сподвигло тебя наконец таки заметить и принять свои чувства к,- тут он сделал театральную паузу, а потом как выдал, — ТИГ-РЕ-НОЧ-КУ~       Акутагава от этих слов сначала впал в ступор. Потом густо покраснел и заикаясь от смущения сказал:             -Эт..это ваша оче..редная шут..ка, да? -на уголках его сереньких глаз выступили капельки слез и, если бы Ацуши не находился бы при смерти, то он наверняка бы умилился от его вида. Но Дазай не позволит такой мордашке своего бывшего ученика кануть в безызвестности, поэтому он быстро и не заметно достал телефон и сфоткал эту прелесть.             -Чт..Что вы творите, Дазай-сан?! -с не поддельным ужасом на лице спросил Рюноске, когда на конец заметил действия своего бывшего учителя.       Их разговор прервал звук приехавшей скорой помощи. Сказав, что позже они продолжат разговор, Акутагава выскочил в окно, скрываясь в предрассветной тени зданий.

***

      После странных событий прошло две недели. Ацуши, как сказали врачи, находился в состоянии близкого к состоянию во время обычного сна. Его организм не нуждался в дополнительном питании, поэтому в его палату никто, кроме знакомых, почти не заходил. Для Акутагавы Рюноске это было как нельзя к стати, ведь он приходил сюда каждый вечер, после закрытия больницы, и не хотел попадаться никому на глаза.             -Когда же ты ко мне вернешься?-вновь задал свой вопрос, который задавал каждый день, Акутагава, нежно поглаживая свое сокровище по руке.       Время было одиннадцать вечера и Рюноске, как делал все эти две недели, положил голову на кровать Накаджимы, уткнувшись носом в его руку, как верный пес, охраняющий своего хозяина. В таком положении было не удобно, но он ни за что не покинет свою любовь. Каждый день он пытался разобраться в своих чувствах к тигренку и с каждым днем понимал, что он его любит все сильнее и сильнее.       Когда Акутагава уже погружался в пьянящее легкостью царство снов, он неожиданно почувствовал легкое движение руки на его лице. Когда Рюноске осознал, что его тигренок пробуждается от этого, казалось бы вечного сна, он тут же вскочил и стал буравить ожидающим взглядом расслабленное лицо Накаджимы. У себя в голове мафиози еще раз отметил прекрасную белизну мягкой фарфоровой кожи (Акутагава гладил щечки детектива, пока никто не видит), пушистые ресницы, пухленькие губки, которые так и притягивали взгляд Рюноске и заводили его мысли на совершенно не ту тропинку...       До чуткого слуха мафиози долетел не ровный вздох его сокровища, означающий, что он пробуждается!       Вот реснички этого чуда за дрожали и он медленно открыл отяжелевшие веки.             -Ацуши, я люблю тебя!-сморозил первое, что пришло на ум Рюноске, особо не вдаваясь в смысл сказанного.             -...-беловолосый повернул голову в сторону и посмотрел расфокусированным взглядом в сторону мафиози,-Ак..Акутагава!?             -Угу.             -Что ты делаешь и где я?-Накаджима решил проигнорировать признание, считая что у него глюки.             -Ты в больнице, а я здесь потому, что люблю тебя-с невозмутимым лицом сообщил мафиози.       Несколько секунд Ацуши просто молчал, пытаясь осмыслить услышанное, но когда до него дошел смысл второй части, он за мгновение превратился в помидорку и на уголках его глаз выступили махонькие слезинки.             -С чего такая реакция?-поинтересовался Акутагава, садясь на край кровати и располагая руки по обе стороны от головы детектива, тем самым нависая над ним.             -А..Аак..-все, что смог выдавить из себя тигренок, судорожно бегая взглядом по всему помещению, лишь бы не смотреть на нависшего над собой мафиози.       У Ацуши давно появилась непонятная симпатия к хмурому и депрессивному Рюноске, но он упорно гнал прочь от себя эти мысли, стараясь думать о более важных проблемах. А когда Акутагава наклонился над ним и произнес признание в любви, где-то глубоко внутри оборотня щелкнул переключатель и он густо залился краской, а в низу живота начали порхать бабочки.             -Эй, куда это ты смотришь?-возмущенно спросил мафиози. Ему явно не нравилось, что лежащий под ним комочек упорно его игнорирует.             -Н..Ни куда..-Накаджима раскраснелся еще сильнее и отвернулся, чтоб уж точно не по смотреть на Акутагаву.             -Посмотри на меня, тигренок,-нежно попросил Рюноске, аккуратно поворачивая голову Ацуши за подбородок.             -З..За чем?-детектив все же выполнил просьбу.             -За тем, что в это время по коридорам никто не ходит, а в этой палате ты лежишь один,- Акутагава облизнулся, в его глазах загорелся недобрый огонек.             -Что ты собира..-возмущение комочка прервали чужие губы.       Чужой язык проворно проник в открывшееся пространство, исследуя ранее не доступное, но такое желанное, место. Хоть это был и не первый поцелуй Накаджимы, но он вскружил ему голову как в первый раз.       Оторваться друг от друга было невероятно сложно, но кислород в легких заканчивался и им все же пришлось это сделать.             -Это было приятно,-сказал Рюноске, немного краснея и пытаясь отдышаться,-Ты не против, если я продолжу?       Тигренок, тоже пытаясь отдышаться, смутился и, отвернувшись и продолжая краснеть произнес слова, меняющие всю его жизнь:             -Я.. я не против..       На этот ответ Акутагава лишь нежно улыбнулся, забрался на кровать, окончательно пригвоздив детектива к ней, и начал зацеловывать свое сокровище. Его руки плавно за скользили под больничной одеждой, оглаживая каждый сантиметр любимого тела.       Когда на Ацуши ничего не осталось, мафиози, еще раз поцеловав тигренка в губы, начал судорожно стягивать с себя одежду. Его сознание, так же как сознание детектива, уже давно растаяло и стекало лужицей, отдавая обоих влюбленных на растерзания их чувствам...       Горячо, мокро и невообразимо хорошо.       В ночной тишине больницы раздавались с трудом сдерживаемые стоны удовольствия, шлепки кожи о кожу и пошлое хлюпанье.       А на ночном небе ярко светили звезды и во круг луны, спрятанной за облаком, мерцала невидимым тусклым светом радуга...