Возьми...

Порыв ветра бросал длинные русые пряди мне в лицо, и я нервно сдувала их в сторону, как назло резинку я забыла в прихожей на тумбочке. Было зябко и холодно, и я то и дело куталась в белый вязаный шарф, в тщетных попытках хоть немного согреться. На улице уже сильно стемнело, и полная луна выглянула из-под сизых туч. Неохотно вытянув руку из кармана осенней курточки, достала смартфон. Время 21:15. Один непринятый вызов от подруги, три непрочитанных уведомления в инстаграме. На холоде рука быстро замёрзла и покраснела, поэтому быстро присоединив наушники к телефону и включив любимый плейлист, спрятала ладонь, и двинулась по направлению к переходу на другую сторону улицы. На душе было тошно и противно, атмосферности добавляла грустная песня про одиночество и депрессию. Сегодня был на редкость паршивый день. Проспала первую пару, получила люлей от препода. Поцапалась с " Любимыми сокурсниками " умудрилась потерять курсовую работу по лаб. диагностике и казалось, что хуже уже точно не будет. И вообще в последнее время мой взгляд на жизнь сильно изменился, стал более реалистичней что-ли…пришло понимание о том, что жизнь не сказка, и хорошего в ней мало. Это, наверное, и есть пресловутое взросление…или осенняя депрессия. Задумавшись, я не заметила, как, вступила в лужу, и чертыхнувшись, хотела было достать из рюкзака пачку салфеток, но замерев, плюнула на это, решив, что и так сойдет, двинулась дальше. Хотелось прогуляться по вечернему городу, и насладиться свежим воздухом осенней поры. Дома было тихо и пустынно, квартира, доставшаяся ей в наследство от умершей 3 года назад бабушки раньше всегда навевала спокойствие и уют, но, к сожалению, в последнее время мне было там некомфортно…как будто ты приходишь в гости к незнакомому человеку и не знаешь куда себя деть, приходиться скромно жаться в сторонке и стыдливо прятать глаза. Не могу сказать почему так произошло, просто в один момент я как будто стала ощущать чужое присутствие, словно кто-то невидимый наблюдает со стороны за каждым моим действием. Началось это примерно месяца два назад, сначала я не обращала внимания, но позже стали слышится едва заметные шорохи, вину скидывала на соседских ребятишек, которые любят пошалить, стукая в тонкую стену, таким образом как-бы проверяя связь. С пришельцами. Но как-то раз-сидя на кресле в кухоньке и делая курсовую мне послышался шипящий шепот " Вкусная…» Заставивший испуганно дернутся и схватив первый попавшийся под руку нож, обойти квартиру. Тогда я ночевала у соседки. Теть Люся, осуждающе качала головой и причитала мол совсем дитя довели эти преподы бесовские, со своей " учёбой " теперь уже и видится всякое. Ночь прошла, больше у соседки я оставаться не могла, поэтому на утро вернулась домой, с опаской обошла квартиру, но не найдя ничьих следов присутствия и не услышав подозрительных шепотков свободно вздохнула, списав произошедшее на усталость и нервное напряжение. Через некоторое время я и вовсе забыла об этом пришествии, с головой погрузившись в учебу, и просмотр одного бразильского сериала. Пока не случилось следующее… В тот день ко мне должен был заглянуть сокурсник, для совместного проекта. Заранее открыла дверь, зная, что могу не услышать звонок и пошла на кухню. Убивая время, решила приготовить что небудь этакое более-менее съедобное, и мурлыкая себе под нос незамысловатую песенку, достала пачку соли из тумбочки и стала разбивать этот камень об кухонный стол, в итоге немного перестаралась, и пачка порвалась, соль рос сыпалась по всему столу. — Чёрт, — зло, чертыхнувшись, пошла в кладовую за веником. Вернувшись и немного успокоившись, принялась собирать рассыпавшуюся соль. Неистово засвистел чайник, привычно его выключила, как вдруг замерла… Я не включала его…более того там даже воды не было, судорожно его открыв и увидев содержимое я вскрикнула, откидывая его в сторону. Глаза расширились от ужаса, из отброшенного сосуда вытекала темная, почти черная кровь…и эта дорожка потекла в мою сторону, я отползала все дальше и дальше пока не уперлась в стену, шок не давал мне разумно мыслить. Кровь из чайника вытекала и вытекала, образовывая небольшую лужу…в центре которой сидела я. Мое тело дрожало, стенки моего горла сжались, не давая возможности закричать или вдохнуть. Перевела взгляд на свои руки, под ними ощущалась вязкая жидкость, поднесла их к лицу, белые ладони были орошены кровью, в висках сильно за пульсировало от недостатка кислорода, в глазах поплыло, и последнее что я услышала перед тем, как потерять сознание был зловещий шепот. — " В-в-виновна…умри, хи-хи-хи " Очнулась я от похлопываний по щекам и встревоженного, голоса Лёши. -…ника… Вероника! Очнись. Приоткрыв глаза, с трудом сфокусировала взгляд, на взволнованных карих глазах парня. Слегка приподнявшись, я огляделась, никакой крови не было, чайник стоял там, где и прежде, выключенный, а рассыпанная соль лежала на столе. — Я тут прихожу, ожидаю чай с бутербродами, вламываюсь как к себе домой, и застаю тебя а-ля трепетная барышня решила прикорнуть на полу, — неловко попытался разрядить обстановку, парень. Перевела на него взгляд в глазах защипало…потекли слезы, и я в надежде ощутить людское тепло крепко его обняла и всхлипывая рассказала растерянному парню, то, что пережила. Конечно, Лёха мне не поверил, пытался убедить что это от удара головой, успокаивал неумело поглаживая по волосам. В тот день я попросила его остаться переночевать, на что он согласился. От воспоминаний об этом кожа покрылась мурашками, и я передернулась, пытаясь затолкать воспоминания в самые уголки моего больного сознания. Пройдя еще где-то полчаса, я оказалась возле сквера, и зайдя немного вглубь села на скамейку. Порывшись в рюкзаке, выудила оттуда пачку Парламента, и достав сигарету закурила. Вдыхая табачный дым, приходило долгожданное успокоение, сизое облако подобно туману растворялось, принося чувство искусственного покоя. Стряхивая пепел на землю, задумалась… Курила я очень редко, лишь в моменты острого одиночества и приплыва нервов. Сама не одобряю подобное. Впервые довелось попробовать эту дрянь года три назад, в день, когда земля приняла в свои объятья родного человека… Снова поднесла сигарету к губам и сделала затяжку. Горечь во рту соответствовала горечи потери близких. В голове всплывали мысле-образы из воспоминаний, это было где-то в подкорке главного мозга на самом краю сознания. Запах яблочного пирога…тепло стареньких сморщенных рук, неказистая рубашка в цветочек, мутные зелёные глаза, лучившиеся теплом, морщинки возле уголков глаз. Сварливые нотки в голосе, но обеспокоенное лицо, ласковые пальцы, разглаживающие наклеенный пластырь на разбитую коленку. Хриплый голос, зачитывавший строки одного из любимых бабушкой бульварных романов, воспринимаемых мною как сказки. Вечная фраза и растерянное, " — А где же мои очки? Вероника, внучка поди-ка поищи «. И в ответ привычное " — Ба, так они ж у тебя на голове, а следом заливистый детский хохот «. По щеке скатилась одинокая слезинка, тут же её смахнула, и тепло улыбнувшись, затушила сигарету, выкинув окурок в ближайший мусорный бак. — Все будет хорошо, — шепнула в пустоту. Сегодня уж вовсе не хотелось быть одной, вытянув телефон из кармана, разблокировала, и набрала номер Дарины, шли долгие гудки после чего вызов оказался сброшен. Настырно набрала второй раз, трубку взяли сразу. — Алло? — Хрипло ответила подруга. — Спишь? — флегматично спросила, ожидая положительного ответа. — Не совсем, я немного…еее занята, — замялась подруга, на том конце послышался недовольный мужской голос. Почувствовав себя крайне неудобно, буркнула в трубку, — Поняла, перезвонишь как, будешь свободна, — и сбросила вызов. Вздохнув, лениво полезла в инстаграм, открывая уведомления. Писал Лёшка, скинул несколько мемов, спросил, как дела, и последнее уведомление с просьбой прийти ко мне в гости, так как сосед привёл девушку, и тот не хотел мешать, а больше не к кому пойти. Подумав, что дома оставаться одной не очень хочется, к тому же я и сама искала компанию в лице подруги, согласилась, договорившись о встрече через пятнадцать минут возле моего дома. Поднявшись, одела рюкзак и в быстром темпе зашагала домой, по дороге зайдя в ближайший супермаркет и прикупив там пачку сосисок, сыр, и печеньки. До моего подъезда оставалось всего каких-то жалких сто метров, как вдруг я ощутила, что мне на спину свалилось что-то тяжелое, испуганно дернувшись, обернулась. Это всего лишь оказался Лёшка. — Дурак…нельзя же так пугать, — вынимая наушник, облегченно выдохнула. — А это так, что б не расслабляться, — шутливо подмигнул мне он. — Ага, как же расслабишься здесь, пошли уж, — буркнула я направляясь в сторону подъезда. — А чего такая без настроения? — зашагал рядом сокурсник. — Да так…чертовщина всякая мерещ…на душе, — запнулась я передумав делится. — Поделись возможно станет легче. — Возможно позже, — отмазалась я, открыв подъезд, и сразу пошла к лифту. Створки лифта отворились, выпуская наружу людей, и впуская нас, пока лифт поднимался на седьмой этаж, мы немного поболтали. Уже сидя в квартире в теплом кресле, и попивая чай в приятной компании я немного успокоилась. Слушать парня было очень интересно, он рассказывал об увлекательных фактах или вещах, было видно, что он много читает. Незаметно пролетело время, меня сморила усталость и на часах уже было пол второго, выгонять Лёшу было неудобно, да и не хотелось если честно, поэтому предложив сокурснику переночевать в гостиной на что он тут же радостно согласился, и отдав спальные принадлежности, сама завалилась в кровать. Сон почти принял меня в свои объятья как, едва слышно прозвенел дверной звонок. — Кому это не спится в такое время, — недовольно пробурчав двинулась в коридор. Посмотрев в дверной глазок, я обнаружила лишь соседнюю дверь и никого более. — Странно, может перепутали? Развернувшись было назад, вновь услышала звонок. Быстро прильнула к дверному глазку, но вновь никого не увидела. — Кто там, черт возьми?! — Гневно воскликнула, уже закипая от злости и медленно зарождавшегося страха. За дверью послышалось тяжёлое дыхание, какое-то скрипучее и хриплое. Вновь звонок. — Кто там, отвечайте! Или я вызову полицию? — нервно выкрикнула я. Открывать дверь мне было страшно, очень страшно… На крик выглянул сонный и взъерошенный Лёшка. Темные волосы падали на глаза, придавая ему домашнего вида — Что случилось Ник? — спросил он. — Д-да вот звонит кто-то постоянно и не отвечает. — Чуть запнувшись ответила я, пытаясь скрыть свою нервозность спрятала руки за спину. Вновь раздался звонок. — Ну-ка я сейчас этим шутникам…- грозно нахмурив брови сокурсник в два шага очутился перед дверью и щелкнул дверным замком. — Нет! Стой, — но было поздно, Лёша открыл дверь. А за дверью оказалась смутно знакомая седовласая женщина лет пятидесяти, её бледное лицо не выражало никаких эмоций, темные тени залегли под черными. Словно пустыми глазами, в руках она держала старую, но слегка потрепанную фарфоровую куклу, с россыпью длинных чёрных кудрей, тянущихся прямо к полу. Лёша посерел лицом, но стойко продолжил стоять перед открытой дверью. — З-с-сдравстуй, Вероничка, к-ааак поживаешь? — странно протянула женщина, взглянув пустыми глазами на меня, её губы растянулись в неестественной улыбке, обнажив ряд жёлтых полусгнивших зубов. — В-вы кто? Откуда меня знаете? — заикаясь спросила я. Лёшка молчал, пораженно смотря на женщину. — С-с-соседка сснизу, Ларисса Николаевна… Пустишь? — Все ещё улыбаясь произнесла женщина. — Нет, уже поздно у вас совесть есть вообще, ночью приходить? — очнувшись твердо произнес сокурсник, попытавшись закрыть дверь. Женщина как замедленной съёмке повернула к нему голову жутко улыбаясь, и вцепилась в двери. Лёша схватился за горло судорожно закашляв, тем самым отпуская дверь. Я же замерла не в силах пошевелится. — В-вероника, с солнышко, отнесси Джулию к Люсе в 317.она скучаает очеееень, — прошелестела женщина, протягивая мне жуткую куклу. Всё нутро просто вопило не брать эту игрушку в руки, мне безумно хотелось, чтобы эта странная женщина ушла. Увидев, что я не шевелюсь, она нахмурилась. — Возьми! Я не двигалась. В голове всплыли строки старой молитвы, которой её научила бабушка, и мысленно стала их проговаривать. Женщина заверещала, восклицая злобное возьми возьми, тряся куклу так что её искусственные глаза то закрывались, то открывались, один глаз не выдержал и выкатился с тихим звоном ударившись о бетонный пол подъезда, из пустой глазницы куклы вытекла густая черная жидкость. Шокировано перевела взгляд на Алексея все ещё державшегося за горло. Вдруг женщина неожиданно успокоилась, словно забыла о нашем с сокурсником существовании и подобрав глаз развернулась в направлении соседской двери, проговаривая про себя — Отдам сама… Молниеносно закрыла дверь, на два замка, и для надежности вторую дверь заперла на щеколду. Лёшка сразу же перестал кашлять, сплевывая на пол сгустки черной субстанции. Бросилась к нему, и присев на корточки убрала мокрые от пота пряди что падали Лёхе на лицо. — Ты как? Воды дать?.. — тревожно спросила сокурсника. Тот замотал головой, и хрипло произнёс, — Что это блять, только что было?! — Не знаю Лёш… не знаю… В ту ночь мы так и не уснули, сидя на кухне и обсуждая произошедшее, на утро решили позвонить в полицию, но ближе к утру патруль прибыл и без нашего вмешательства. Вызвал его сосед из триста шестнадцатой, услышав под утро истошные вопли через стену. При загадочных обстоятельствах умерла жительница четвертого подъезда, триста семнадцатой квартиры Кварцова Люсинда Викторовна, никаких признаком насильственной или биологической смерти обнаружено не было, официальную причину смерти постановили: " остановка сердца «. Пожилая женщина была найдена лежащей на полу, в кулаке её был зажат клок чёрных волос. Конечно мы с Лёшей позже сообщили правоохранительным органам о произошедшем ночью, но нам как и ожидалось никто не поверил, а сосед из триста шестнадцатой лишь посмеялся и рассказал что женщина якобы пришедшая к нам той злощасной ночью и назвавшаяся Ларисой Николаевной, умерла страшной смертью около двух месяцев назад, от руки мужа алкоголика сначала убившего на её глазах пятилетнюю дочь и потом и её саму, ударив по голове тяжелой фарфоровой куклой. Услышав эту историю, мы с Лёшей решили более никому об этом не говорить. Эта история немного нас сблизила, и мы стали более тесно общаться. Спустя немного времени Лёша помог мне собрать вещи для переезда. Посоветовавшись с матерью, я решила её продать. Надеюсь, все будет хорошо…