Me you too

       Юнги убирает телефон в карман, и поднимает брови, смотря на Тэхёна, который что-то рассказывает, размахивая руками. Чимин опускает глаза, и старается игнорировать улыбку Хосока, которая, кажется, способна осветить всю аудиторию, да что там, весь университет. — Хосок так влюблён, это отвратительно, — шепчет Намджун, сидя за соседней партой. — Согласен, — поддерживает Чимин. — Он мерзкий, — продолжает Джун. — Просто ужасно, — в том же тоне отвечает Пак. — Я всё ещё здесь, — Хосок осматривает друзей, — с каких пор, вы стали так против моей личной жизни? — Мы не против твоей личной жизни, — Чимин цокает языком. — Мы против твоего избранника, — заканчивает мысль друга, Намджун. — Он очень милый, я не понимаю, чем он не нравится вам, — Чон кусает губы, а после прикрывает рот кулаком. — С Тэхёном всё классно, — Чимин мельком смотрит в сторону парты Юнги, за которой сидит Ким, — нас беспокоит его влюблённость в Чонгука. — Это плохо кончится, знаешь же, — Джун пожимает плечами, — но почему-то игнорируешь. — Почему вы не допускаете мысли, что я нравлюсь ему, — Чон шмыгает носом и опускает глаза в пустую тетрадь. — Ты ему нравишься, — Пак приближает своё лицо к другу, заставляя того посмотреть ему прямо в глаза, — но как друг. — Что ж, спасибо, друзья, что верите в меня, — Хосок достаёт из кармана спортивных штанов наушники и тянется рукой к телефону, лежащему на столе. — Мы просто не слепые, Хо, — Намджун поджимает губы и ловит сочувственный взгляд Чимина. — И что это вообще значит? — Чон сжимает телефон в руке до побелевших пальцев и Пак боится, что корпус телефона сейчас просто треснет. — Мы видим как он смотрит на тебя, и как он смотрит на Чонгука, — Джун говорит это, не поднимая глаз, потому что не хочет видеть выражения лица Хосока в этот момент. А вот Чимин наблюдает, он видит как его брови сдвигаются к переносице, а ресницы опускаются. Может всё это говорить было и не обязательно, но какой смысл молчать, если Хосок и сам всё знает. Долго игнорировать реальность не получится. Чимин и сам пробовал, да только не вышло ничего. Самообман это здорово, но лишь на первом этапе, после, когда ты хочешь, чтобы всё, что ты там в своей голове нафантазировал, стало правдой, люди вокруг не могут тебе этого дать. Оказывается, у каждого в воображении свой сценарий, и никто не станет играть ту роль, которую ты ему дашь. У Хосока с Тэхёном ничего не получится, и Чимин хочет чтобы это официально подтвердилось, потому что от розовых очков, которые Хосок отказывается снимать, у него уже в глазах рябит. Из этого всё равно ничего не выйдет, а если не будет Тэхёна, будет гораздо меньше Юнги, а с Чонгуком он как-нибудь справится и признает уже тот факт, что Джуна от него не оторвать. — Предлагаю напиться, — бубнит Хосок, — без Чонгука. — Согласен, — кивает Намджун. — Я в деле, — Чимин облизывает губы, — надеюсь напьёмся так, что даже думать не сможем.

***

— Да какого хера, — хрипит Юнги выбираясь из-под одеяла. Телефон, лежащий рядом с подушкой снова вибрирует, заставляя блондина злиться ещё больше. Парень пару раз моргает и берёт в руки телефон, опираясь локтями на кровать. На часах почти три часа ночи, так что Юнги, почти уверенный, что это Тэхён, который в приступе своей бессонницы прислал ему какой-то мем, закатывает глаза, но телефон разблокирует и заходит в чат, даже не читая имени. — Блять. Чимин: «Открой свою чёртову дверь или я разбужу твоего отца» Чимин: «Я не шучу, я прямо за дверью, открывай.» Чимин: «Юнги, проснись» Сердце падает на дно желудка и болезненно скручивается, заставляя Мина поморщиться. Парень тут же вскакивает на ноги, думает, что выглядит сейчас просто ужасно, в пижаме и с беспорядком на голове, но ничего не остаётся. Если Чимин и правда пришёл, скорее всего случилось что-то серьёзное. Юнги выбегает в прихожую, ещё раз моргает, стараясь приучить глаза к полной темноте, и открывает дверь задержав дыхание. Чимин. Стоит на его пороге в одной толстовке, с растрёпанными волосами, пьяный и до головокружения красивый, даже в тусклом свете фонарей. — Чего тебе? — Юнги действительно старается ровно дышать, но от волнения дыхание перехватывает. Он так счастлив видеть его здесь и сейчас. — Поговорим? — Чимин облизывает губы, и старается не выдать своего алкогольного опьянения. — Давай, — Мин кивает, — заходи. Чимин заходит в дом, позволяет Юнги закрыть за ним дверь и только после этого разувается. — В комнате, — Чимин указывает на знакомую дверь и блондин не проронив ни слова шагает в нужном направлении, а Пак идёт за ним, опустив голову. Скорее всего, подходя к комнате, Чим уже догадывался, чем всё это кончится. Оказавшись в спальне, Чимин допускает мысль, что пришёл зря, потому что Юнги стоит около кровати, смотрит с недоумением и чего-то ждёт. — Могу я подойти ближе? — шепчет Пак, а Юнги громко сглатывает, ничего не отвечая, — я хочу кое-что попробовать. Чимин подходит почти вплотную, расценив молчание как одобрение и обхватывает ладонь Юнги руками. — Что ты делаешь вообще? — блондин приподнимает брови, наблюдая за тем, как Чим подносит его ладонь к своим губам. — Прошу, помолчи немного, ты можешь потом врезать мне, но сейчас просто заткнись. Пухлые губы касаются бледной кожи на запястье и Юнги крупно вздрагивает не в силах оторвать глаз. Чимин целует его ладонь, а после и пальцы, целует каждый по-отдельности и громко дышит, сжимая чужую руку в своих ладонях, будто это самое дорогое, что ему удавалось видеть. Пак поднимает голову, заглядывает в глаза напротив и до боли закусывает губу, полностью теряя контроль. Он толкает Юнги в грудь и тот падает на кровать, не успев сказать и слова. — Умоляю, молчи, — шепчет Чимин, нависая над ним, — просто не надо. И Юнги молчит, даже когда сильные руки оказываются на его талии, а сам Чимин утыкается в его шею и жадно вдыхает запах, не позволяя даже пошевелиться. Юнги продолжает молчать, когда руки спускаются к бёдрам и Чимин сползает вниз, потянув его спальные шорты вслед за собой. — Погоди, — дрожащим голосом произносит Мин, когда шорты касаются его щиколоток. Чимин ничего не отвечает лишь обхватывает чужой член ладонью, а Юнги поднимается на локтях, смотря ему прямо в глаза. Розоволосый этого не смущается, кажется, напротив, воспринимает это, как какое-то соглашение между ними и касается влажными губами головки. Юнги никогда не испытывал ничего более интимного. Чимин чуть приподнимает голову, и двигает рукой, наблюдая за тем как член наполняется кровью и начинает пульсировать. Юнги прикрывает глаза и запрокидывает голову, ощущая горячее дыхание Чимина, и это то самое время, когда нужно всё закончить. Когда ещё есть возможность остановиться, но Юнги не хочет ею пользоваться. — Чимин-а, — сладко стонет парень, и это становится точкой невозврата. Пак снова касается головки члена и медленно целует, прекрасно зная, что Юнги наблюдает за этим и отворачивается лишь когда его язык слизывает естественную смазку. Чимин делает подобное впервые и всё о чём он думает, это как бы сделать так, чтобы Юнги было хорошо. Действительно хорошо, чтобы всё было не так, как в ту ночь. — Вот же чёрт, — шепчет Мин, жмурясь. Чимин чертовски возбуждается от мысли как выглядит в этот самый момент, когда всё же берёт член в рот, парень двигает головой и прикрывает глаза, стараясь расслабить горло, но выходит паршиво, кажется ещё чуть глубже и рвотный рефлекс даст о себе знать. Чимин не хочет отвлекаться на слюну, стекающую по его подбородку или на мысль о том, что буквально за стенкой спит отец Мина, он хочет слышать, что Юнги хорошо, что сейчас он всё делает правильно, и Юнги ему это даёт. Он рвано дышит и тихо скулит, сжимая под собой простынь. Чим ускоряется, чувствуя как из глаз текут слёзы и это не из-за новых ощущений, ему просто было необходимо чувствовать Юнги, всё это время, ему нужна была эта близость, и сейчас он позволил быть рядом, позволил быть собой, тем для кого Юнги важен. — Стой, стой, — Мин запускает руку в чужие волосы, а Чимин делает пару движений языком, заставляя парня упасть на кровать и прикрыть лицо руками. Чимин сплёвывает прямо на пол и смотрит на Юнги, который продолжает прятать лицо. — Прости, — бубнит блондин, — это так странно. Чимин молча тянет чужие шорты вверх и Юнги послушно приподнимает бёдра, позволяя себя одеть. — Ты такой красивый, — тихо произносит Чим, и ложится рядом, убирая руки Юнги, для возможности его поцеловать, но Мин целует первый, притягивает к себе за шею, и накрывает губами верхнюю губу Чимина и медленно целует, спускаясь руками ниже, к ширинке узких джинсов, Пак не сопротивляется, лишь углубляет поцелуй, и ждёт. А Юнги руку в джинсы засовывает и тихо стонет, чувствуя чужое возбуждение. Чимин жмурится и на затылок давит, сжимая в кулак белые пряди. Поцелуй становится действительно мокрым, потому что у них нет сил оторваться друг от друга даже на мгновение, а движения руки с каждой секундой становятся только быстрее, заставляя Чимина рычать в поцелуй и кусать мягкие губы Юнги, от чего он тихо стонет и жмётся ещё ближе. Чимин чувствует, Юнги сейчас хорошо. Мин разрывает поцелуй, смотря на парня, только, когда тот кончает с его именем на губах, и он настолько прекрасен в этот момент, что Юнги даже не верится, что это реальность, что человек может выглядеть так. Они дают друг другу минуты три. Смотрят глаза в глаза, глотают вдохи и успокаиваются, а после блондин сползает с кровати, идёт к столу и берёт в руки пачку влажных салфеток, достаёт пару штук, чтобы бросить остальное на кровать. Юнги смотрит в стену вытирая руку, и ничего не говорит, только прислушивается, как шуршит одежда Чимина, как он поднимается на ноги, как выходит из его комнаты и прикрывает за собой дверь. Чимин уходит. Снова. Мин бросает салфетки на стол и медленно подходит к кровати, облизывая припухшие губы. Постель смята и сейчас ему нужно будет искать простынь, долго привыкать к резкому запаху порошка, а потом он просто уснёт, ничего ведь не произошло. Ничего. Юнги зажмуривается и падает на кровать, уткнувшись носом в подушку. — Вернись, — шепчет, а после громко всхлипывает, карабкаясь к самому изголовью, — вернись, блять. Он говорит эту в пустоту и от этой самой пустоты, внутри все ломается, хочется выть от физической боли. Воздуха не хватает и собственные попытки глотнуть кислорода кажутся жалкими. Это просто смешно, допускать мысль, что он выдержит это, прямо сейчас он достиг пика боли, нет возможности пошевелиться или позвать на помощь. Он умирает прямо сейчас, захлебывается собственной кровью и давится пылью, которая осталась от костей. Это конец. Пак Чимин убил его.

***

Тэхён даже не старается завести разговор, просто молча идёт от остановки до университета, и пытается понять, что с Юнги сегодня не так. А всё явно не так. Он с ним даже не поздоровался, просто вышел из автобуса, бледный с синяками под глазами и прошёл мимо, нервно передёрнув плечами, будто показывая, что его не нужно трогать. Тэ даже думает о том, чтобы написать Чонгуку и предупредить его, чтобы он к Юнги сегодня с разговорами не приставал, но Мин, оказавшись в здании университета сам подходит к Гуку и первым начинает диалог. — Где Чимин? — первое, что произносит блондин, а Чон теряется на пару секунд. — Привет, — проговаривает, взглянув на, точно такого же как и он сам, растерянного Тэхёна, — Чимин… он написал в групповой чат, что придёт ко второй. — О, ясно, — Юн шмыгает носом и шагает в сторону аудитории, а Тэ бежит следом за ним. — Что случилось? — шепчет Тэхён, догнав друга у двери в аудиторию. — Всё хорошо, я просто хотел поговорить с ним, — спокойно отвечает Мин и заходит в кабинет, тут же ощущая на себе два изучающих взгляда. Парень облизывает губы и поднимает голову, смотря сначала на Хосока, а после и на Намджуна, искренне не понимая, зачем Чимин рассказывает им обо всём, потому что по одному только взгляду понятно, что они знают о том, что произошло ночью. Он не может рассказать Тэхёну, у него не хватает смелости, а Чонгуку уж тем более, в итоге он поделился лишь с Сокджином, который настоял на том, что с Чимином нужно поговорить, а ещё лучше ударить его. Наверное, это потому он видел Джина лишь раз в своей жизни, и они что-то вроде друзей по переписке, а вот так в сообщениях, делиться чем-то гораздо легче, чем в личном разговоре. Тэхён во время пары пытается задать ещё пару вопросов, но Юнги уверенно их игнорирует, продолжая писать Сокджину о том, какая это плохая идея, и о том, что он даже не знает, что сказать. Но Джин неприклонен, он уверен, Чимину нужно показать его место, он не может быть таким безрассудным, а Юнги больше не должен молчать, потому что Чим неправ, и ему нужно это понять. Юнги слова друга вдохновляют, но его уверенность испаряется сразу же, после конца первой пары. — Чимин пришёл, — проговаривает Чонгук, собирая свои вещи в рюкзак и попутно смотря в свой телефон. — Оу, круто, — Мин слишком медленно сгребает все принадлежности в рюкзак, пока Тэхён пялится на него, как на идиота. — Разве ты не хотел поговорить с ним? — уточняет Тэ, а Юнги кивает. — Да, но сделаю это после второй пары, когда все пойдут курить. — Что между вами происходит? — Чонгук хмурит брови. — Ничего, — Юн берёт свой рюкзак и выходит из аудитории, желая, чтобы даже Тэхён к нему не подходил. А в коридоре Чимин. И Юнги ненавидит эту укладку, эту фальшивую улыбку и этого парня целиком и полностью. Он стоит, обнимает Джуна одной рукой и что-то шепчет ему на ухо. Даже если он заметит Юнги, не взглянет на него, а зачем ему это? Это ведь не весело, просто смотреть на него, нужно ведь издеваться, нужно ударить по всем слабым местам. Какой толк в этом взгляде? А Юнги всё равно смотрит, потому что глаз оторвать не может, просто потому что это Чимин. А в ответ ничего.

***

Хосок делает первую затяжку и отвлекается на парня, который выходит из-за угла и понимает, что покурить у него не получится. — Чимин, — голос у Юнги дрожит, а Чимин смотрит на него, веки сощурив, — я хочу поговорить. — Здорово, мы как раз докурили, — произносит Намджун, бросив сигарету на землю. — Да, — Хосок вздыхает, потушив сигарету, — мы уже уходим. — А почему вы не можете поговорить, пока мы здесь? — Чонгук разводит руки в стороны, но Джун хватает его за рукав куртки и ничего не объяснив, тянет парня за собой. И вот они снова наедине. Ни один из них не знает, что сказать и с чего начать. Чимин продолжает курить, а Юнги не находит ничего лучше, кроме как начать разговор с обычной фразы. — Сигаретой угостишь? — Ты не куришь, — Чимин качает головой, — это всё, что ты хотел мне сказать? — А сам как думаешь? — Мин, фыркает, подходя ближе. — Думаю, ты сейчас подбираешь слова, для того чтобы начать разговор о том, что я отсосал тебе, — Чимин совершенно спокоен, а Юнги, чуть ли не задыхается от неловкости, накрывшей его. — Да, я хочу спросить, что это было вообще? — Юн суёт руки в карманы джинсов, внимательно наблюдая за тем, как Пак улыбается, делая очередную затяжку. — Тогда я спрошу тебя о том, что было после, — Чимин пожимает плечами, — ты пришёл сюда сказать мне о том какой я мудак, обещал же оставить тебя в покое, а сам пришёл, я тоже об этом всю ночь думал, а потом, вдруг, понял, ты сам не хотел меня на расстоянии держать, — Чимин подходит вплотную, подушечками пальцев касается чужой щеки и смотрит прямо в глаза, — ты близко не подпускаешь и не отталкиваешь, что же ты делаешь? — А ты? — Юнги наклоняет голову, уходя от прикосновений, — думаешь, что ко мне можно приходить и делать всё, что тебе вздумается? Я не твоя шлюха, Чимин. — Послушай, пожалуйста, послушай, — Чимин обхватывает лицо Юнги руками и громко выдыхает в его губы, — я не знаю, как ты относишься ко мне, — шепчет, — я не могу понять, что у тебя в голове, но если ты не оттолкнул меня, значит есть шанс. — Какой ещё шанс? — Мин сглатывает и прикрывает глаза, стараясь унять дрожь во всём теле. — Ты мне нравишься, Юнги, безумно нравишься, и я сейчас серьёзно, я не хочу держаться на расстоянии, я хочу любить тебя. Юнги подаётся вперёд и аккуратно целует парня, обнимая за талию, у него нет слов, чтобы ответить на это, он надеется, что Чимин поймёт всё, и им нужен один этот поцелуй, чтобы поставить всё на свои места. Чтобы быть рядом без всяких уговоров.

***

— Так, на счёт того, чтобы собраться всем вместе у Джуна, спросишь Юнги? — Хосок шагает с Тэхёном в ногу и тот пару раз кивает. — Думаю, он не будет против, — Тэ пожимает плечами, подходя к своему дому, — хотя после разговора с Чимином, я его не видел. — Мы Чимина тоже не видели, — смеётся Чон. — Думаешь, у них что-то получится? — смущённо произносит Тэхён и останавливается, поворачиваясь к одногруппнику лицом. — Почему нет? В любом случае, пусть сами с этим разбираются, — Хосок цокает языком, — мне бы понять, что самому делать. — У тебя какая-то проблема? — Ким с интересом смотрит другу в глаза, а тот усмехается, уводя взгляд в сторону. — Я бы не назвал это проблемой, — у Хосока ладони потеют, так что он проводит ими по ткани джинсов и запрокидывает голову, решаясь. — В чём дело? — Тэхён напрягается, чувствуя как сердце стучит где-то в горле. — Кажется, я тебя…- договорить у Хосока не получается, потому что Тэхён закрывает его рот своей ладошкой, сдерживая слёзы. — Не надо, — качает головой. Чон медленно убирает руки парня от своего лица, и облизывает губы, кивнув сам себе. — Почему? Это мои чувства, разве я не имею права говорить о них? — Потому что пока ты этого не сказал, я могу думать, что это не так, а значит могу дружить с тобой. Я не хочу тебя терять, а после этих слов, всё закончится, я не смогу…- Тэхён роняет первую слезу, но Хосок тут же утирает её большим пальцем. — Всё хорошо, если ты хочешь, я буду молчать, я сделаю всё, что ты хочешь. Тэхён бросается парню на шею и громко всхлипывает, чувствуя как крепко его сжимают в объятиях. — Спасибо, — шепчет Ким, — спасибо тебе, Хосок.