Наследники Земли

Первое, что бросилось Кларк в глаза, когда она пожала руку Лексы — ее длинные, тонкие пальцы, о которых мечтал бы каждый, кто хотел стать музыкантом. Но Лекса музыкантом не была. В день их первой встречи Кларк запомнила не только ее лицо, но и одежду: синяя парадная форма, берет, погоны. — Ты ведь служила в армии? — спросила Кларк. — Да, я… — Лекса отвела взгляд, на мгновение уставившись в пустоту. По ее лицу сложно было понять, приятные это были воспоминания или же наоборот, — служила в ВВС. Первый лейтенант сто девяносто второго истребительного. Летала на двадцать второй эфке. — Прости, мне это ни о чем не говорит. Лекса понимающе кивнула. — Последние несколько лет я общалась по большей части с сослуживцами. Все никак не отвыкну, гражданские до сих пор кажутся пришельцами. Так что… все, что тебе надо знать — мы были лучшими. Кларк смотрела на нее, думая, что на это ответить. Твердая уверенность в голосе Лексы странным образом сочеталась с невероятно мягким, почти подростковым тембром. Ее слова не казались бахвальством. Она сухо констатировала факт, и как к нему отнестись — та еще задачка. Выбираться из передряги, имея под рукой мастера своего дела — уже неплохо, но когда этот мастер когда-то был частью организации, что стирала с лица земли полные людей города… Кларк помнила яркие вспышки разрывающихся бомб, огненные смерчи, оставившие от Филадельфии и крупнейшей безопасной зоны на восточном побережье одно пепелище. Помнила, как еще несколько часов после бомбежки едва могла слышать. В тот день еще одна нить надежды на то, что мир может оправиться, оборвалась в ней. И вот перед ней, возможно, сидит человек, участвовавший в одном из таких налетов. Эта мысль не приносила ей никакой радости. Кларк знала, что вопрос был лишним, что сейчас худший момент для того, чтобы бередить подобную рану, но она чувствовала, что ей нужна ясность. — Ты бомбила города? — спросила Кларк, и вопрос прозвучал на удивление робко, словно она боялась ранить одними словами. Несколько секунд Лекса молчала, глядя на нее. Затем вздохнула. — Не лучший момент, чтобы говорить об этом. — Знаю, — Кларк глухо усмехнулась. — Но это не весь вопрос. В твоей голове, как он звучал? «Ты изо всех сил пыталась остановить эпидемию, переступала через себя, нажимала на кнопку, зная, что за этим последует, и зная также, что иначе нельзя?» Нет. Не думаю, что вопрос был таким. «Ты одна из тех ублюдков, что сбросили бомбы на головы невинным жителям?» Да, это больше похоже на правду. Кларк старалась сделать лицо непроницаемым, подобно Лексе, но события последних дней накалили ее до предела, и она не смогла скрыть свою реакцию. Губы поджались, ноздри слегка расширились. — Нет, Кларк, я не сбрасывала бомбы, и не убивала тех людей. Но я была там. Сопровождала бомбардировщики. Видела все с первого ряда. Тогда мне казалось, что мы все делаем правильно. — И что заставило тебя передумать? В глубине души она желала, чтобы они сейчас заговорили о совести. Кларк хотелось знать, что девушка, чей образ служил ей успокоением с самого начала апокалипсиса — хороший человек. Почему-то сейчас это казалось важным. Тогда, кроме Харпер, она бы смогла вытащить из беды кого-то, кто заслуживал спасения. Если же тот парень с точками на лбу невольно запер в клетке сразу двух дьяволов, то так уж ли он был неправ, когда делал это? — Отсутствие результатов, — ответила Лекса. — Ситуация ухудшилась, а значит жертвы были напрасными. Потом на базе случился прорыв, командование куда-то исчезло, связь оборвалась… Я ушла, — она погладила белую плитку, которой был укрыт пол заброшенной душевой, ставшей им камерой. — Они изуродовали мою мечту о небе, но я сама отвергла ее навсегда, когда пришло время. — Добро пожаловать в мир смертных, — сказала Кларк, осматриваясь. — Значит, скиталась? — Променяла крылья на колеса. Ушла со своим звеном, подальше от Лэнгли*, а после… ты знаешь, как это бывает. — Знаю, — кивнула Кларк, и раскаленная игла ткнулась ей в сердце. Она поморщилась, потерев ладонью грудь. Боль казалась реальной. — Бродила одна несколько месяцев. Людей вокруг не было, одни только трупы, куда бы ни заходила. А потом встретила их, — она кивнула в сторону решетки. — И тебя. — До сих пор не верится, — Кларк покачала головой. — Мы встретились не случайно, — уверенно произнесла Лекса. — Если судьба свела нас, значит у нее есть на нас планы. — Я в это не верю. — В судьбу? — Да. Меня приучили всегда полагаться только на себя, а судьба… — она тяжело вздохнула. — Я не верю в судьбу, хотя иногда мне кажется, я только и делаю, что сражаюсь с ней. — Я это вижу, — Лекса опустила взгляд. — Твои руки. Кларк посмотрела на ладони, до самого запястья покрытые плотным слоем пороха, и снова начала потирать пальцы, мечтая о ведре воды. Она не хотела нести на себе след убийства двадцати человек, пусть даже те потеряли шанс ими называться, когда повелись на бредни Билла Кэдогана. — Ты либо попала в пожар, либо очень долго стреляла. — Стреляла, — хрипло, едва слышно произнесла Кларк. — Ты сражалась, — Лекса одобрительно кивнула. — Похоже, я поспешила называть тебя гражданским. Ты воин, Кларк. Это хорошо. — Я проиграла, — она поморщилась. — Я всегда проигрываю. — Но ты выжила. И подругу уберегла, — Лекса посмотрела на все еще лежавшую без сознания Харпер. — Если это и поражение, то ты сумела удачно отступить. Немногие это умеют, даже среди тех, кто мнит себя полководцем. — Тебе не интересно, что произошло? — Уверена, это прекрасная история, но у тебя еще будет время ее рассказать. Сейчас нам нужно искать выход, — Лекса поднялась на ноги и подала руку Кларк, а затем подошла к решетке, пытаясь разглядеть, нет ли кого в коридоре за ней. — Я лишь надеюсь, что битва, в который ты участвовала, была не с их дружками. — Нет, они совсем на них не похожи. Нас схватили обычные люди. Прошлой ночью я убивала чудовищ. — Чудовищ? — задумчиво спросила Лекса, продолжая пытаться разглядеть хоть что-нибудь в полумраке за решеткой. — Ты не дрогнула вступить с ними в схватку, но все равно коришь себя за неудачу. Это и правда будет интересная история… Кажется я вижу выход. Она подвинулась, давая Кларк взглянуть самой. От решетки их камеры коридор расходился в две стороны, но свет шел только с одной — из щелей дверного проема и зашторенных окон пробивались внутрь лучи утреннего солнца. От заветного выхода их отделяли всего-то метров двадцать. Кларк посмотрела на замок — увесистый, шершавый, бурый от ржавчины. — Если сможем сбить его чем-нибудь, то окажемся снаружи раньше, чем нас спохватятся, — сказала Лекса и отошла вглубь душевой в поисках чего-нибудь тяжелого. — Наделаем шуму, — возразила Кларк. — Здесь сильное эхо, если ударить железом о железо — поднимем на уши всех, кто внутри. — Если обмотаем все одеждой — звук будет тише. — Да, но даже если сможем проскочить — мы не знаем, сколько их тут. Может, снаружи здание тоже сторожат. — И что ты предлагаешь? — потерев ладонью лоб, спросила Лекса. — Я уверена, что мы не те, кто им нужен. Осталось только убедить их в этом, — она прошлась взад-вперед по коридору между душевыми кабинами, думая о том, здесь ли вообще их пленители. — Даже если получится их убедить, это не дает никаких гарантий. Они все равно могут попытаться избавиться от нас. — Не думаю, что ты из тех, кого легко убить, Лекса. И я тоже. — Ладно, — Лекса вздохнула и взмахнула ладонью, — но если что пойдет не так — поступим по-моему. — То есть убьем всех? — Только в крайнем случае. Если убьем хоть одного — придется убить всех, ведь когда они поймают нас во второй раз — сомнений в нашей виновности у них уже не будет. Кларк сложила руки на груди и принялась поглядывать на трубу, ведущую к ручке душа. Если хорошенько ее раскачать… Снова убивать. Такой выход казался вполне вероятным, пусть и нежелательным. Кларк попыталась притормозить ход своих мыслей, воззвать к совести, которую пыталась найти и у Лексы, прислушаться к тому, что раньше звалось человечностью, и… ничего. Пустота. Только мрачное, настойчивое согласие и уверенность. Если им представится шанс, она сможет это сделать. Рискованный путь, но такой простой. Легкость, с которой она готова была вновь ступить на него, ужасала. Илиан не знал, что поймал злодея, пусть и не того, которого он искал. И теперь придется врать ему, убеждая в обратном. Может, он даже поверит в это, как верили Беллами и Октавия, как верили Джаспер и Монти. Один только Мерфи, казалось, знал, кто она на самом деле, но оттого вместо страха почему-то испытывал к ней жалость. — Что-то они не торопятся, — заметила Кларк. — Позовем их? — спросила Лекса настолько ровно, что невозможно было понять, всерьез ли она. — Если ты думаешь, что это хорошая идея — я не стану тебя останавливать. Лекса сделала шаг к решетке, занесла кулак, но тут остановилась. — Разве что… — начала она. — Что? — Ты уверена, что тебя не будут искать? — обернувшись, спросила Лекса. — Может, есть кто-то, кто мог бы прийти на подмогу? На пепелище Ковчега трудно было понять, мог ли кто пережить устроенную жнецами бойню. Кларк сказала тогда Харпер, что Беллами наверняка вывел бы людей на юг, но он с тем же успехом мог лежать в главном корпусе или столовой, в которые невозможно было заглянуть хотя бы мельком из-за рвущегося из окон пламени и едкого дыма, набивавшего легкие стеклом. Они все могли быть там. Такой вариант казался куда вероятнее чудесного бегства. Тогда она подарила надежду Харпер, чтобы у той была причина идти вперед, да и сама на мгновение поверила собственной лжи. Сейчас, едва задумавшись об этом, Кларк четко осознавала, что про себя похоронила их всех. Может, она и смогла положить конец культу Кэдогана, но кому, кроме бедной Харпер, теперь есть до этого дело? Никто к ним не придет. Такова была цена ее пирровой победы. — Уверена, — отрезала Кларк. — Я… — Кларк? Где мы? — Харпер! Девушка, наконец, очнулась. Она тихо застонала, приложив ладонь к ушибленной макушке, и опустила голову. Кларк кинулась к ней и присела на колени. — Эй, ты как? Сильно болит? — Сильно, — проскулила Харпер. — Шум слышишь? В глазах не двоится? — она аккуратно коснулась кончиками пальцев ее подбородка и приподняла ей голову. — Сколько пальцев видишь? — Один, — буркнула Харпер, зажмурилась от боли и рассеянно оглянулась. — Что это за место? И ты еще кто? — Лекса, — она подняла ладонь. — Нас подрезали на дороге, — сказала Кларк. — Ты это помнишь? Харпер неуверенно кивнула. — Помню столкновение, а дальше… — Кажется, нас с кем-то спутали. Думают, мы убили их друзей. — Это Жнецы? — глаза Харпер округлились от испуга, едва эта мысль пришла ей в голову. — Жнецы? — спросила Лекса. — Нет, — поспешила успокоить ее Кларк. — Какие-то бродяги. Я не знаю. — Мало нам было что ли? — Харпер поморщилась, в уголках глаз заблестели слезинки. — Скоро все закончится, обещаю. Харпер посмотрела на нее и кивнула. Немного успокоилась. Кларк ужаснулась тому, какую силу могут иметь слова, в которые она сама ни капли не верит. Ничего не могло закончиться. Ковчег потерян, а значит их ждут скитания по пустошам, к которым Харпер едва успела привыкнуть на тренировочных вылазках. Ей будет тяжело приспособиться к такой жизни. Она это понимает, но все равно продолжает ей верить, даже после фиаско в Норфолке. Кларк решила, что хотя бы ради этой веры в нее она теперь обязана сдержать свое обещание. — Я слышу шаги, — предупредила их Лекса. Кларк прислушалась, но услышала едва различимое эхо лишь спустя несколько секунд. Должно быть, слух все еще не до конца восстановился после громогласных очередей пулемета. — Последний шанс придумать что-то еще, Кларк, — сказала Лекса, поглядывая на решетку. Казалось, в случае чего она готова была с голыми руками метнуться на любого, кто войдет внутрь. — Харпер, притворись, что ты без сознания, — шепнула ей Кларк. — Лежи тихо и не шевелись. Вставай, только если начнется драка. Харпер кивнула, снова приняв то же положение, в котором очнулась. Если допрос пройдет жестко, Кларк это выдержит. Лекса, скорее всего, тоже. Но Харпер, особенно после всего, что ей пришлось пережить за последние два дня, будет легко сломать и заставить сказать то, что от нее захотят услышать. — Я сделаю так, что первой возьмут меня, — повернувшись к Лексе, твердо произнесла Кларк. — Если вернусь целой, спросите меня о чем угодно. Если отвечу «да» — значит есть шанс договориться. Если скажу «нет» — значит дело плохо. В этом случае, Лекса, постарайся стать второй. Тогда мы с Харпер попытаемся выбраться и придем за тобой. — А если тебя притащат едва живую или… — робко начала Харпер. — Тогда им конец, — решительно произнесла Лекса. — Да, — согласилась Кларк. — Готовьтесь. Она поднялась, взглянула на Харпер, которая закрыла глаза и опустила голову, кивнула Лексе и встала перед ними, прямо напротив решетки. В коридоре стало светлее. По стенам забегали лучи фонарей. Топот нескольких пар сапог нарастал, пока перед решеткой не выросли два темных силуэта. Один из них начал возиться с ключами. Замок щелкнул, и с режущим слух скрежетом его сняли с решетки. Заскрипев, она отворилась. Щелкнул курок. Теперь Кларк смотрела на два дула пистолетов, наставленных ей на лицо. За ударившим в глаза светом фонарей она не могла разглядеть лица вошедших. — Ну, в чем дело? — с вызовом спросила она и сделала шаг вперед. Люди перед ней сразу же отступили на шаг. — Чего вам от нас надо? — Бери эту, — сказал один из них. Второй, продолжая слепить ее светом фонаря, подошел к ней, грубо схватил под руку и повел в сторону двери. Кларк попыталась вырваться, но добилась только того, что хватка на руке сжалась, а в спину уперся ствол. — Не рыпайся. Топай. Она пошла. Перед выходом оглянулась. Лекса кивнула ей. Харпер продолжала лежать неподвижно. Хорошо. Взяли только ее. Даже если убьют, вдвоем они смогут отбиться, если постараются. Кларк понадеялась, что сейчас ее выведут наружу, и тогда она сможет лучше оценить обстановку, но они свернули в другую сторону — туда, куда переставали доставать солнечные лучи, а тьма разрасталась. К счастью, непроглядная темень сомкнулась вокруг нее лишь на мгновение. Несколько шагов, поворот, и вот солнечные лучи уже залили все пространство. Помещение было огромным, и эхо шагов в нем только усилилось. Кларк смотрела на высокие, размером со стену, окна — грязные, пыльные, местами рассеченные толстыми трещинами. Под самым потолком, на балках, неугомонно чирикая, летали между свитыми гнездами птицы. Внизу же раскинулась громада осушенного бассейна. На свету стали видны и ее пленители — двое чернокожих мужчин. Первый, тот что грубо вел ее за руку, был выше, взрослее, крепче, вытянутое лицо опоясывала курчавая борода. Второй, помоложе и намного симпатичнее, прикладывался к бритве куда чаще — его покрывала трехдневная щетина, волосы на голове тоже едва отросли. Он не спускал с нее взгляда, смотрел с гонором, как будто только что победил ее в одном ему известном состязании. Рядом с бассейном их ожидали еще двое. Одним из них был тот парень с рядом вытатуированных точек на лбу — только его Кларк успела четко разглядеть, когда их машина перевернулась. Илиан. Лицо второго — мужчины слегка за тридцать с пышной каштановой шевелюрой, тоже казалось смутно знакомым. Уж не он ли вмазал ей тогда прикладом по виску? Едва завидев их, Илиан окинул ее полным злобы взглядом и резким жестом указал на один из стоявших рядом стульев. Здоровяк, что вел Кларк под руку, грубо усадил ее. Илиан сел напротив, развернув стул спинкой вперед и положив на нее руки. Он сцепил пальцы в замок и принялся нервно покачивать кистями. Приоткрыл было рот, чтобы что-то сказать, но вместо этого повернул голову, принявшись разглядывать дно бассейна. — Ну? — не выдержав, бросила Кларк. — Бывала во Франклине? — спросил Илиан отстраненно. — Нет. — А кто-то из твоих знакомых бывал? — Не знаю. — Ясно, — он перестал покачивать кистями и посмотрел на нее. — Ты понимаешь, почему ты здесь? — Догадываюсь. — Так расскажи мне, — Илиан взмахнул ладонью. — Вы напали на нас, приняв за тех, кто напал когда-то на вас. Кажется, ты тогда сказал, что среди них были только мужчины. Значит, вышло недоразумение. Не зная, что с нами делать, вы взяли нас под замок. Кстати, наша сокамерница тоже самую малость не подходит под описание тех, кто вам нужен. — Она посмотрела на всех четверых. — Вы просто атакуете всех без разбора? Не самая мудрая тактика для такой маленькой группы. — Нас куда больше, чем ты видишь, — язвительно заметил мужчина с каштановой шевелюрой. — Деррик, помолчи, — осадил его Илиан. Кларк самую малость расслабилась. Если ей не следует знать слишком много — значит среди всех вариантов исхода этот Илиан рассматривает такой, при котором ее отпустят. — А она куда-то денется, чтобы это выболтать? — сложив руки на груди, спросил Деррик. Черт… Илиан медленно повернул к нему голову, одарив взглядом, в котором читалось раздражение, смешанное с недоумением. Деррик всплеснул руками и демонстративно отошел подальше. — Нам вовсе не обязательно… — Кларк запнулась, поняв, как жалко звучат эти слова. Она тряхнула головой, заговорив уже жестче. — Ты сразу понял, что мы не те, кто вам нужен. Чего еще тебе от нас надо? — Ты спешишь с выводами, красавица, — Илиан покачал указательным пальцем. — Нет-нет, мы не отпустили вас не потому, что боимся последствий. Думаю, — он почесал шею и мельком оглядел потолок, — ты — одна из них. — Одна из кого? — Из тех, кто напал на меня и убил моих друзей. — И на чем основан твой вывод? — Кларк едва удержалась, чтобы язвительно не добавить «гений». Илиан вымученно улыбнулся, помолчал еще немного, затем протяжно выдохнул. — Я тогда один выбрался. Твоих дружков было меньше, но они каким-то чудом нас нагнули. Я вернулся с пустыми руками, на еле дышащей тачке… пришлось рассказывать о том, как я сбежал, бросил на смерть своих, потерял все припасы и потратил весь бензин. Рассказывать перед людьми, которые редко прощают подобное. Я стою тут только потому, что на крови поклялся найти тех, кто это сделал. Он показал ей ладонь, которую пересекал след от пореза. Кларк нахмурилась. Это еще что за дикость? Похоже, она поспешила с выводами, когда убеждала Харпер и, чего уж там, саму себя, что их поймали «обычные люди». В таких ритуальных жестах было мало от обычного. Неужели ей на роду написано натыкаться на любителей вспомнить далекое прошлое? — Такие вещи оставляют следы. Не только на теле, но и тут, — продолжил Илиан, приложив палец к виску. — Синдром выжившего, понимаю, — сухо произнесла Кларк. — Понимает она, как же, — Илиан усмехнулся. — Прошло уже сколько? Месяц? Нет, больше… Искать тех ублюдков — это, ну… это заняло определенное время. Зимой было непросто. Но человек, перед которым я держу ответ, он… оценил мой благородный порыв. И мое упорство. Дал людей в помощь. За эти дни мы нашли много полезного, почти все свои долги я смог выплатить, кроме одного. Долга крови. Вот тут возникла проблемка, — он развел руками. — В ебаной Вирджинии теперь хрен найдешь хоть кого-то живого! Но те мрази… они должны были где-то осесть. Мы в том доме кучу припасов заготовили, четверым без надобности таскать с собой столько добра, но когда я вернулся — пусто, ничего. Утащили не только еду, а вообще все, подчистую. Значит, их больше, чем четверо. Я продолжил искать, двигался дальше, к побережью, а когда почти отчаялся, вы сами дали такой сигнал, что не пропустил бы его только слепой. Столб дыма, как от лесного пожара, грохот на всю округу, выстрелы! Подходящая расплата для таких тварей, как вы. Жаль, я не знаю, кого благодарить за такое представление. При встрече пожал бы им руку. — Благодарить? — процедила Кларк. — Они жгли детей. Потрошили нас, как рыбу. Это так ты понимаешь справедливость? — Значит, я не ошибся, — он сощурился и ткнул в нее пальцем, — все-таки ты оттуда, красавица. Так и знал, — в его голосе звучало ликование, — больше вам неоткуда было взяться. И той, третьей, хоть она и не колется. Кто еще выжил? Сколько вас? Если те уроды живы, я бы очень хотел с ними поболтать. — Я не знаю, о ком ты, — Кларк покачала головой, сложила руки на груди и откинулась на спинку стула. — Когда я вернулась на Ковчег, все уже горело… мои друзья мертвы. Эту Лексу я… впервые в жизни вижу, она не с нами, и я, мать твою, понятия не имею, что это за уроды, о которых ты продолжаешь талдычить! — Впервые, значит? Вот тут ты, кажется, приврала, по голосу слышу, — Илиан цокнул языком, скривился и снова ткнул в нее пальцем. — О чем еще врать будешь? Что ваши молодчики никогда не грабили других? Не убивали? Давай, положи руку на сердце и скажи это. — Я не знаю. Я никогда ни в чем таком не участвовала. — Снова врешь. Кларк, поначалу настроенная во что бы то ни стало вывести беседу в относительно дружелюбное русло, начинала закипать, теряя всякое желание сохранять самообладание. Ее раздражало пренебрежение Илиана к тому ужасу, через который ей и ее друзьям пришлось пройти в последние дни. Раздражало то, что он обвинял ее всякий раз, когда открывал рот. Раздражало, что каким-то образом, словно тыкая наугад, он раз за разом и правда ловил ее на лжи. — Хорошо, доктор Лайтман*, давай поступим проще. Просто скажи, что ты хочешь услышать, да покончим с этим, — произнеся это, она рассекла воздух ребром ладони. — Потому что, тыкая в меня своим «ты врешь», правды ты от меня не дождешься. Мне вообще есть смысл открывать рот, или вы, ребята, из тех сволочей, которым просто нравится издеваться над людьми? — Смелая, — Илиан оглянулся, посмотрев по очереди на всех своих спутников, и кивнул на нее. — Смотрите, как со мной разговаривает. Ни капли страха, — он приложил ладонь к груди. — Хвалю, ты молодец, не из робких. Но одной смелости тебе не хватит, чтобы меня убедить. Ты была там, на этом, как ты там его назвала… — Илиан пощелкал пальцами, — Ковчеге, точно. Мы заглянули туда одним глазком. Я на своем веку всякое повидал, но такой скотобойни не видел с тех пор, как на города падали бомбы… Черт, может они и правда сдохли в ней, но ты-то у нас жива. Норовистая, вся из себя такая суровая. Я тут вот о чем подумал… — он наклонился поближе. — Может, ты там рулила? Отдавала приказы? Тогда, в каком-то смысле, это ты убила моих людей. Или твоя подруга. Или та, третья, которую ты якобы не знаешь. — Последний раз. Я, нахрен, не знаю, о чем ты вообще говоришь, — процедила Кларк, делая паузы между словами. — Мы никого не трогали, брали только то, что никому не принадлежало. Прошлой ночью все кончилось. Сгорело. Ничего не осталось. Я не лидер каких-то рейдеров, я никто и ничто. Конец истории. — Злишься. Понимаю, — кивнул Илиан и запустил пальцы в волосы, убирая упавшие на лицо длинные пряди. — Но ты и меня пойми. Я почти уверен, что они были там, с вами. Чутье никогда меня не обманывает. И я не какой-то там злодей, который напал бы просто так. Где-то там, в уголке сознания, тихо-тихо мысли шепчут мне, что я сейчас просто пугаю невинную девочку, но потом я смотрю на тебя и, — он показал на нее обеими ладонями, — все разом замолкает, — Илиан опустил голову и принялся беспокойно топтать ногой по полу. — Нет. Мне надо знать наверняка. Люк, Шоу, тащите ее к доске! Кларк оскалилась, когда почувствовала, как плечо стиснула хватка здоровяка, что притащил ее сюда. Второй же, тот, что моложе, не шелохнулся. — Постой-ка, Илиан, — он поднял руку, преграждая ему дорогу. — Ты перегибаешь палку. — Брысь, Шоу, — Илиан небрежно оттолкнул его и подошел к Кларк, схватив ее за руку. — Все приходится делать самому… Они потащили ее к доске, с которой раньше прыгали в воду. Доска скрипнула и задрожала, когда на нее ступило на два человека больше, чем нужно. Кларк попыталась вырваться, пользуясь тем, что всем стало трудно держать равновесие, и смогла оттолкнуть Люка, но сама оступилась и чуть было не полетела спиной вниз. Илиан схватил ее за ворот, ткань оттянулась и больно вгрызлась в затылок. Она повисла над бассейном, держась на одних пятках, боясь лишний раз шелохнуться. Кларк на мгновение обернулась, пытаясь оценить высоту. — Там четыре метра, если тебе интересно, — сказал Илиан. На его лбу от натуги выступили вены. Он сделал шаг вперед, схватив Кларк обеими руками. — Знаю, не смертельно, но будет чертовски больно. Не волнуйся, я никуда не тороплюсь. Буду ронять тебя раз за разом, пока не переломаешь себе все кости.  — Илиан, хватит! Голос Шоу. Кларк посмотрела за плечо Илиана. Шоу отпихнул от себя Люка, выхватил пистолет и направил его на Илиана. Деррик, тем временем, навел пистолет на Шоу. — Ну-ка остынь, Зик, — прошипел Илиан. — Я сказал, хватит! Я твой друг, и хочу отомстить за наших не меньше твоего, но ты переходишь грань. Мы так не поступаем! — Ой, да что ты? Кажется, ты вымарал из памяти самые яркие моменты своего послужного списка, мастер-сержант. Хватит, опусти пистолет, или я прикажу Деррику тебя застрелить. У него рука не дрогнет, я правильно говорю? — Это точно, — подтвердил Деррик. Шоу, вздохнув, опустил оружие, но в кобуру его не убрал. Кларк думала над тем, как воззвать к его жалости, но в голову ничего не приходило. Все силы уходили на то, чтобы балансировать на краю доски. — Вернемся… к тебе, красавица, — пропыхтел Илиан. — Попробую освежить твою память. Их было четверо. Громила размером с тролля, квадратный, белобрысый, ну чисто эсэсовец. Мелкий пухлощекий засранец. Рыбоглазый урод. И черный парень, у которого челюсть готова была выпрыгнуть наружу. Его имя я успел расслышать в их перекрикиваниях: Коннор. Кларк не застыла и никак не выдала себя только благодаря тому, что лихорадочно смотрела то под ноги, то по сторонам, стараясь не сорваться — Илиан постепенно опускал ее все ниже. Она уже не была уверена, сможет ли он вытащить ее обратно, если понадобится, а шансов на это становилось все меньше, потому что она знала, о ком он говорит. Описание было скудным, но тому, кто знал их, этого вполне хватило. Декс. Майлз. Коннор… И Мерфи. Он убил их, и скорее всего сам теперь лежал где-то в руинах Ковчега. Беллами на дух его не переносил, и когда начался пожар, мог оставить запертым в подвале. Скверная смерть. Мерфи ее не заслуживал. И вряд ли Илиана устроит такой рассказ. Стоит сознаться — и его хватка тут же разожмется, в этом он была уверена. Оставалось только скрыть ложь за гневом и надеяться, что вся проницательность и природное чутье Илиана — не более чем удачные тычки наугад. — Знаешь, пару недель назад напротив меня сидел человек. Он был крупнее, злее и гораздо страшнее тебя. Обещал освежевать меня, обещал отправить в геенну огненную. Мы разговаривали совсем недолго, — она язвительно улыбнулась, приподняв брови, — но он изменил свое мнение. А на следующей день уже был мертв. Вот, что обычно случается с теми, кто мне угрожает. Илиан усмехнулся и отпустил одну руку. Кларк вскрикнула, одна нога оторвалась от доски и повисла в пустоте, а желудок будто подпрыгнул к горлу. — Что еще скажешь, красавица?! — Илиан, перестань! — взревел Шоу, вскочил на доску и рванул его за руку. Хватка не разжалась, и Кларк дернулась вслед за Илианом, обретя, наконец, устойчивое положение. — Если устроишь при мне пытки — командир все тут же узнает, — пригрозил Шоу, — а следом за ней и Гус. Хочешь снова к нему на ковер? Илиан, тяжело дыша, долго смотрел на Шоу, так что Кларк видела только его затылок. Когда он повернулся, то тут же осклабился и похлопал ее по плечу. — Ну все-все, расслабься, не рычи, — он ткнул пальцем в Шоу, — и ты тоже. Еще раз поднимешь на меня ствол, и я тебе ухо отрежу! — Илиан, произнеся это почти шутливо, положил руки на пояс и вздохнул. — Я просто хотел убедиться. Она кремень, сколько ни кидай — один хрен ничего из нее не вытянем, только зря руки марать. Деррик, Люк, ведите ее обратно. Кларк снова схватили под руки и потащили к выходу. Она обернулась и крикнула: — И что дальше? — Тащите вторую, блондинку! — Не вздумай ее тронуть, сукин сын! Хоть пальцем ее… — Угомонись ты, разве я тебе хоть что-то сделал? — возмутился Илиан, крича ей вслед. — С ней обойдутся не хуже, обещаю! Кларк зарычала, но вырваться больше не пыталась. Сейчас это было бессмысленно. Теперь нужно экономить силы для побега. Когда дверь в камеру открылась, и Кларк толкнули внутрь, Лекса уже стояла наготове, а Харпер неподвижно лежала в углу, как и было оговорено. Оступившись на ступеньке, Кларк запнулась и чуть было не упала, но Лекса успела подскочить и схватить ее. — Кларк, ты в порядке? Она дала себе пару секунд. От ответа зависело многое. — Нет. Лекса понимающе кивнула, тут же отпрянула от нее и встала перед Люком и Дерриком. — Ну давайте, — с вызовом бросила она им. — Нет, не ты, — произнес Люк. — Девка на полу, хорош притворяться, вставай! — Вы что, не видите? Она без сознания! Она не может… — запротестовала Кларк. Деррик выстрелил в потолок. В таком пространстве грохот выстрела был подобен залпу артиллерии. В ушах зазвенело. С потолка посыпалась и застучала по плитке бетонная крошка. От выстрела Кларк и Лекса вздрогнули. Харпер же и вовсе, вскрикнув, вскочила на ноги. Деррик покачал головой и направил на нее пистолет. Сквозь звон в ушах его голос казался едва различимым бубнежом, но его можно было понять и без слов. — Только не стреляйте! — взвизгнула Харпер и, подняв руки над голой, послушно пошла к ним. Кларк попыталась схватить ее за руку, но, едва коснувшись, передумала. Сейчас инициатива не на их стороне. Должен быть вариант получше. Должен быть. Харпер скрылась за захлопнувшейся решеткой. — Черт, — ругнулась Лекса. — Что там было? Почему ты сказала «нет»? Кларк потерла уши, несколько раз открыла и закрыла рот. Звон постепенно стих. — Нужно убираться отсюда, — произнесла она. — На тебе ни царапины, — заметила Лекса. — Что они сделали? — Ничего, просто пытались напугать, — отмахнулась Кларк и подошла к одной из труб, на которой была закреплена душевая лейка — той, которая казалась наиболее хлипкой. Она схватила ее и начала дергать на себя, пытаясь оторвать от стены. Расшатанные болты заскрипели, рама согнулась. — Не знаю, смогли бы они… но Харпер слабая. За последние пару дней с ней случилось много плохого, она на грани срыва. Сейчас ее достаточно будет слегка припугнуть, и она все им расскажет. — Что расскажет? — Лекса нахмурилась и подошла поближе. Она мягко обхватила ее кисть, призывая остановиться. — Что она им расскажет, Кларк? — Они описали тех, кто на них напал, и… блять. Я их знаю. И Харпер их знает, — Кларк с опаской посмотрела на решетку. — И я не знаю, что они сделают, когда поймут это.

***

Он запомнил Ковчег пылающим. Багровые языки взвивались повсюду, ревущее пламя вырывалось из окон, выбрасывая в воздух мириады искр, подожжённые Джаспером жнецы выли от боли во вспыхнувшей теплице, где-то призывал его на бой Билл Кэдоган. Когда он решился увести всех, кто пережил этот кошмар, то даже представить себе не мог, что уже на следующее утро снова сюда вернется. Беллами предупредил Пайка о том, что творилось вокруг, когда они с тяжелым сердцем покинули то, что должно было стать их домом. Казалось, угроза столкновения с двумя десятками фанатиков его совершенно не беспокоила. Хоть Чарльз Пайк впоследствии и не обозначил для своих людей предполагаемую численность противника, те приняли приказ беспрекословно. Пока они шли обратно, оставив позади себя убитых жнецов, среди которых валялся и убитый Пайком Кэдоган, Беллами приметил, что на выручку им пришел целый винегрет из различных армейских и силовых подразделений. Конечно, такую форму могла стащить из военторга любая кучка любителей, но то, что они до сих пор обращались друг к другу по званию, как слаженно, а главное, узнаваемо действовали, не оставляло сомнений, что это не просто какие-то ряженые гражданские. Кроме самого Пайка, конечно, но тот свое место сразу честно обозначил. Школьный учитель, который командует сержантами, лейтенантами и даже чертовым майором. Поначалу в это было сложно поверить, но спустя всего час такой выбор лидера перестал вызывать недоумение. Каким-то чудом этот человек знал, что и как делать, словно его, как любого настоящего офицера, учили командовать в академии. Когда они в полной боевой готовности добрались до знакомой ограды, в некоторых местах изуродованной колючей проволокой, их встретила полная тишина. Лишь когда они вошли внутрь, слух начал улавливать треск тлеющей древесины и тихие стоны новообращенных ходячих. Огонь уже затух, а мелкая морось, пошедшая ближе к утру, увлажнила землю. Дым все еще клубился из окон, в воздухе летали мелкие клочки пепла. Пройдя до центра территории и встав у входа в главный корпус, Беллами успел обнаружить, что со времен их побега кое-что изменилось. Столовая теперь тоже превратилась в обугленные руины с обвалившейся крышей — похоже, ловушка Дерека все-таки сработала. Они потеряли его в суматохе. Должно быть, он решил довершить начатое. И все же Беллами увидел здесь и то, чего не смог бы сделать ни Дерек, ни его сестра. Он помнил, как они стреляли из окон, пытаясь зацепить жнецов, укрытых дымовой завесой. Едва ли тогда им удалось сразить наповал хотя бы пятерых. Теперь же все пространство вокруг было устлано трупами. Сперва Беллами решил, что те, в религиозном экстазе, поубивали друг друга, когда отсюда пропали все, кого они поклялись развесить по крестам и выпотрошить. Жнецы и правда были выпотрошены, но явно не их примитивным оружием. Тела были разворочены крупнокалиберными пулями. Никто в ту ночь не был вооружен ничем подобным. Значит, тут побывал кто-то еще и закончил за них работу. Несколько мертвецов едва заметно шевелились. Ходячие, лишенные рук, ног или того и другого, тихо постанывая, пытались ползти к наплывшим во двор живым людям. Беллами подошел к одному из таких извивающихся уродцев, чье лицо было наполовину сорвано выстрелом. Мозг ходячего бултыхался в отрытой черепной коробке, обнаженная с одной стороны челюсть мерно клацала. На сохранившейся части лица виднелись узоры татуировки, над бровью блестели бусинки пирсинга. Жнецы любили украшать свои лица. Некоторые считали, так они устрашали тех, на кого нападали, но одна пуля сделала лицо лежавшей на земле женщины куда ужасающее, чем все, что она до этого проделывала с собой сама. Гневно нахмурившись, Беллами вдавил голову ходячего в землю и убрал ногу, только когда услышал влажный хруст, а мертвец оставил последние попытки схватить его. Он попытался пересчитать всех, кто лежал здесь, мысленно прибавил к ним жнецов, что убили Пайк и его люди в лесу, а также тех, которых Джаспер сжег в теплице. Если в столовой обнаружится еще несколько, то, возможно, справедливость в этом мире все-таки существовала, и вся эта проклятая секта отправилась гореть в аду. — Думаю, здесь никого нет, — громко произнес он, обратив на себя внимание. — Ты говорил, что их оставалось два-три десятка, когда вы отступили, — сказал Пайк. Морпех с шевронами капрала присвистнул. Вряд ли он рассчитывал, что Пайк так легко поведет их в настолько крупную заварушку. И все же как-то комментировать это не стал. — Да вот они, — он указал ладонью на лежавшие всюду ошметки. — Я с начала эпидемии не видел таких дивных картин, — сказал тот капрал. — Хочешь сказать, это не ваших рук дело, сынок? — спросил Пайк. — Нет, но я, кажется, знаю, чьих. Как я уже говорил, мы послали большой отряд за оружием на базу ВМС в Норфолк, — Беллами широко улыбнулся и посмотрел на своих спутников. — У Кларк получилось. Они были здесь! Джаспер и Монти натянуто улыбнулись — вид последствий такого визита их немало шокировал. Нейтан Миллер одобрительно кивнул, хмыкнув. Ну, а Мерфи, как это часто бывало, мерзко ухмыльнулся, погруженный в свои, вне всякого сомнения, подлые мыслишки. — Тогда где же они? — спросил Пайк. — С виду здесь никого. Машин тоже нет. И правда, где? — Октавия! — сложив руки в рупор, крикнул Беллами. — Октавия! Кларк! Роума! Кто-нибудь! Это Беллами! Пайк было гневно взглянул на него за столь опрометчивое нарушение тишины, но его гнев быстро затух. Ковчег и впрямь казался полностью опустевшим. — Может, они ищут нас в лесу? — предположил Миллер. — Ты сказал, моя сестра побежала в ту сторону? — Беллами указал на юг, где тлела столовая. — Да, кажется туда… Я не уверен, всюду был дым, — произнес Миллер. Беллами нахмурился. Когда Нейтан убеждал его отступить, то говорил вполне уверенно. Он поверил ему, ведь Миллер был не из тех, кто соврал бы, чтобы спасти свою шкуру. А вот тот, кто сразу же начал вторить этой версии, вполне мог бы. И все же на всякий случай Беллами спросил и его: — Мерфи, ты тоже ее видел. Где конкретно? — Сначала выскочила из окна, вон там, — Мерфи указал на крайний оконный проем главного корпуса — к утру ни на одном из них не осталось целых стекол, — а потом побежала туда, — он ткнул на здание столовой. Вот он говорил уверенно, как и в тот раз. Чеканил так, что любой, кто не знал его, без сомнений поверил бы. Беллами глубоко вздохнул. Придется цепляться за слова подонка и лжеца. Вполне возможно, что он и Миллер были последними, кто застал Октавию в ту ночь. — Нужно прочесать здесь все прежде, чем уйти, — сказал он, посмотрев на Пайка, который бродил неподалеку, иногда водя рукой по сырой земле. — Тут могут быть раненные. Может, кто-то застрял под завалом и не может выбраться. — Конечно, — Пайк свистнул своим людям. — Майор Брин, разделите людей на четыре отряда. Два пошлите прочесать главный корпус, один то здание, а последний пусть пройдется по внутренней территории. — Позвольте, сэр, — робко обратился к нему Беллами. Пайк кивнул. Беллами посмотрел на своих людей. — Помогите им. И постарайтесь опознать тела. Надо понять, есть ли тут кто из тех, кто уехал в Норфолк. — Мы пойдем в столовку, посмотрим, осталось ли там что, — сказал Джаспер. — Хорошо, я с вами. Может, пойму, куда делась Октавия. Беллами погрустнел, когда вновь окинул взглядом дымящиеся руины столовой. Он побаивался заходить туда. Вдруг, ее тело лежит там, распростершись на полу? Следом за этой мрачной мыслью закралась и другая: «Что если я найду там настолько обгоревшее тело, что не признаю в нем сестру?» Такая неопределенность точно сведет его с ума. И все же Беллами едва мог представить, что жизнь Октавии оборвалась вот так. Она была его сестрой, его ответственностью, его смыслом жизни. Он бы почувствовал, случись с ней что. Ведь почувствовал бы? Сразу же всплыл в памяти их последний разговор. Как она буквально отреклась от него. Могло ли это быть всерьез? Могла ли их связь оборваться еще тогда, на крыше? Нет, глупость. Такие узы не уничтожить одними лишь словами, пусть те и ранили в самое сердце. — Я попробую найти Зои, — выдавил Миллер, потерев затылок. — Попробую разобрать, она ведь… — он судорожно вздохнул, прикрыв один глаз и сильно сжав веки. — И надо вытащить Стерлинга с крыши, если он еще… не ушел. — Конечно. Похороним их, как следует, — отстраненно произнес Беллами, который едва мог перестать сейчас думать об Октавии. Он приложил ладонь ко рту, вспомнив, какая судьба постигла этих двоих, — Господи… Миллер, побежав трусцой, догнал уже заходивших в покрытый сажей корпус людей. Мерфи медленно последовал за ним. — А ты куда? — окликнул его Беллами. Ему не хотелось терять засранца из виду, ведь даже сидя в клетке Мерфи умудрялся отравлять им жизнь. — За своими шмотками, — Мерфи повернулся, начав идти спиной вперед. — Там же все сгорело. — О, кое-что точно должно было уцелеть… рядовой Блейк, — он усмехнулся, подмигнул ему и развернулся. — Ты не доверяешь этому типу? — спросил наблюдавший за его реакцией Пайк. Беллами подумал, а не вывалить ли на него всю правду прямо сейчас — об Атоме, группе Декса, Шарлотте? Что-то удержало его. Пайк был из тех людей, что с первого взгляда внушали доверие. Наверняка он был порядочным человеком, который осудил бы поступки Мерфи не меньше самого Беллами, однако, пусть Пайк и спас ему и его людям жизнь, он оставался для них чужим. — Не беспокойтесь, — с напускной небрежностью ответил Беллами, — это наше личное дело. — Как скажешь, сынок, — с сомнением произнес Пайк, — но если у вас есть какие-то проблемы, о которых мне следовало бы знать… — Ничего серьезного, все в порядке, — повторил Беллами. — Надеюсь, ты прав. — Я пойду к своим, осмотрю столовую. — Составлю тебе компанию. Пайк улыбнулся и по-отечески хлопнул его по спине. Беллами отчего-то сразу почувствовал себя увереннее. Подойдя ко входу в столовую, он опасливо посмотрел на вертикально торчащие из-под обвалившейся крыши балки. Беллами надеялся, что ловушки, которыми понапичкал все здание Дерек, уже сработали. Не хватало еще подорваться на растяжке, а уж если они сейчас случайно угробят выручившего их Пайка — его люди вмиг перестанут относиться к ним с таким пиететом. Повезет еще, если не застрелят на месте, приняв случившееся за хитрую западню. — Может, останетесь здесь? — предложил Беллами. — Внутри может быть небезопасно. Мы хранили там взрывчатку. — Я знаю, как с ней обращаться, рядовой Блейк. Не бойся за меня, — улыбнувшись, сказал Пайк и первым вошел внутрь. — Только внимательней смотрите под ноги! — крикнул ему вслед Беллами и вошел сам. Первым, что он обнаружил, были две груды паленого мяса, лежавшие прямо у входа. Первая груда, судя по фигуре, когда-то была женщиной. Вторая, поменьше — ее оторванной ногой. Вновь нахлынули мрачные мысли, от которых сердце начинало стучать о грудную клетку, а перед глазами плясали темные круги. Рост подходит, фигура, кажется, тоже. Нет… нет, это не она. Октавия не подорвалась бы на собственной растяжке. Если в прихожей еще можно было ходить, не пригибаясь, то вот зал теперь представлял собой лабиринт, утыканный почерневшими балками, кусками бетона и торчавшей из них арматурой. Обломки крыши натужно скрипели каждый раз, когда налетал хотя бы легкий ветерок, угрожая продолжить свое крушение, чтобы теперь уже наверняка впечатать в пол все, что осталось — угольки, в которые превратилась вся мебель, несколько тел, лишь в некоторых из которых можно было с уверенностью опознать жнецов по уцелевшим украшениям, да Беллами и Пайка, которые меж всем этим лавировали, пробираясь к кухне. Оттуда уже доносился металлический грохот, к которому примешивались грустные и возмущенные стенания Монти и Джаспера. Согнувшись и перебравшись через очередную упавшую балку, наискось перегородившую вход, Беллами пробрался внутрь. От кухни мало что осталось — после взрыва сваленных там запасов бензина она превратилась в черную камеру обскура, утыканную осколками газовых баллонов, консервных банок и столовых приборов. В воздухе витал мерзкий запах горящего пластика, который кое-где до сих дымил и пузырился от жара. Оставаться тут надолго не стоило. Монти с поникшей головой стоял в месте, где раньше располагалась его самодельная радиостанция. В руке он держал каким-то чудом не расплавившийся обломок микрофона. Вздохнув, Монти откинул его к остальной груде мусора и потер заслезившиеся глаза. — Здесь вы связывались с нами, сынок? — спросил его Пайк. В голосе звучало искреннее сочувствие. — С… Синклером. Он в порядке? — В порядке ли он? — Пайк удивленно посмотрел на него и фыркнул. — Да, в порядке, хотя следовало надрать ему уши за то, что так долго не говорил о вас. Если бы я только знал, всего этого, — он взмахнул рукой, — можно было избежать. — Мы не знали, можем ли вам верить, — слова отрывисто срывались с губ Монти. — Я сообщил координаты только в последний момент. Должно быть, тогда он… Но он ничего не ответил. Мне показалось, что я кричал в пустоту. — Его тогда не было на месте. Мой подопечный, Брайан, заходил к нему по делу, и услышал вас. Он не знал, как реагировать — сообщение стало для него полным сюрпризом, но Брайан — хороший, умный парень. Записал координаты, принес их мне. У нас с Синклером состоялся весьма быстрый и невежливый разговор, — Пайк снова удрученно вздохнул и покачал головой. — Если б он только больше верил в нас… Уверен, я бы нашел слова, которые бы вас убедили. — Жаль, что этого не случилось, сэр, — мрачно заметил Беллами. Если судьба когда-нибудь сведет его с этим Синклером, у них тоже состоится не самая приятная беседа. Аккуратно разгребая груду спёкшейся посуды, Джаспер ненароком заставил ее развалиться и с дикими грохотом, от которого все дернулись, рассыпаться по полу. Он обернулся и виновато пожал плечами, а затем нахмурился, отбросил весь мусор, лежавший под его ногами, и обнаружил под ним два тела. — Беллами, Монти, гляньте-ка, — он подозвал их рукой. Беллами помог расчистить пространство вокруг тел. Именно на кухне находился эпицентр взрыва, так что мертвецы выглядели даже хуже тех, что они нашли до этого. Один лежал на полу лицом вниз. Взрыв сорвал со спины мертвеца даже мышцы, демонстрируя продырявленные и расколотые лопатки и ребра — явно следы от пуль. Останки убийцы лежали у стены — он прислонился к ней спиной да так и остался в этом положении. На том, что осталось от живота, виднелась крупная дыра, как будто его пытались разрезать напополам. «Как будто…» Нет, наверняка все именно так и было. Джаспер решился присесть рядом со вторым телом и, брезгливо морщась, достал что-то из сжатых пальцев мертвеца. Беллами услышал щелчок. — Что там? — спросил он. Джаспер встал и обернулся, выставив руку вперед. В его глазах застыли слезы. — Так он взорвал тут все, — дрожащим голосом произнес Джаспер, показывая зажигалку. — Беллами… я думаю, это Дерек. Господи, — он провел рукой по лицу, стирая выступившие слезы, и ненароком размазал по нему сажу. Беллами положил ему руку на плечо и крепко сжал, а затем снова глянул на второе тело. — Значит, он успел убить кого-то перед тем, как поджег тут все. Это жнец, — он кивнул. — Хорошо. — Что тут хорошего? — удивился Монти. — Октавии тут нет. Она была не с ним. Значит, могла сбежать. Должна была, — Беллами спешно бросился к окну и выглянул наружу, но там было пусто. — Октавия! — громко крикнул он на всякий случай, но ответила ему тишина. Заново пробираться через завал они не стали. Вместо этого выпрыгнули прямо из оконного проема, приземлившись на осколки рамы. Под ногами хрустнуло. Беллами побрел вдоль стены, уставившись под ноги, и тут понял, что видит под собой чьи-то следы. Очень маленькие, женские. Он оглянулся и увидел еще несколько — намного большего размера. Беллами присел и потрогал землю кончиками пальцев. Рядом шла борозда — как будто землю чем-то вспахали. Когда он посмотрел вперед, то увидел мачете, торчавшее в земле. Беллами подбежал к нему и схватился за рукоятку. На Ковчеге много кто ходил с такими, да и жнецы любили ими орудовать, но одно из них принадлежало Октавии. — Октавия! — снова громко прокричал он. — Рядовой Блейк, ты привлечешь сюда всех ходячих, — шикнул на него Пайк, призывая вести себя тише. — Если они не стеклись сюда на выстрелы и взрывы, то от моих криков никакого вреда не будет, — огрызнулся Беллами. Первым позывом было послать Пайка к черту и ринуться за забор — по следу. Беллами еле сдержался, чтобы не побежать. — Моя сестра может быть совсем рядом, — сорвавшимся на рык голосом произнес он. — Вы не понимаете… — Все я понимаю, сынок, — прервал его Пайк. — Я же обещал помочь вам с поисками, разве нет? Сначала надо закончить здесь. Затем мы двинемся дальше. Если эти жнецы еще тут, то не стоит гулять по лесу в одиночку. В следующий раз, может статься, спасать тебя будет некому. Пойдем со мной, — он поманил его за собой. — Я раздам поручения своим людям, ты своим. Если хочешь, чтобы твоя затея увенчалась успехом, надо учиться работать вместе. Плотно сомкнув челюсти, Беллами еще раз внимательно оглядел лес за забором, подавил в себе желание яростно закричать и пошевелил губами, так и не произнеся вслух свое согласие. Сжав кулаки, он все же пошел за Пайком, постоянно при этом поглядывая за спину. Она где-то там. Она рядом. Она жива. Вернувшись на площадь перед главным корпусом, Беллами увидел, как с крыльца выносят два тела, взяв их за руки и за ноги. Одно, полностью обгоревшее, было когда-то Зои Монро. Нейтан Миллер и один из спецназовцев несли Стерлига. Куртка на спине была вся пропитана кровью, но стрелы, которыми Стерлинга утыкали во время побега с крыши, из него вытащили. Беллами было отвернулся, не желая видеть очередное свидетельство своего провального командования, но все взял себя в руки и подошел к Миллеру, поменявшись с несшим Стерлинга за ноги спецназовцем. — Надо их похоронить, — не терпящим возражения голосом произнес Миллер. — Если уж мы даже для Фреда и Джона нашли место в земле, то они и подавно его заслуживают. Скажи, что мы сделаем это. — Эти люди не будут таскаться за нами бесконечно, — Беллами бросил взгляд на снова сгрудившихся вокруг Пайка солдат всех мастей. — Нужно пользоваться моментом, пока их командир к нам благосклонен. Моя сестра где-то рядом. И Кларк с остальными нашими тоже. В первую очередь надо позаботиться о том, чтобы найти их. — Ты прав, конечно же, — удрученно буркнул Миллер и поморщился, — но это неправильно — бросать их вот так, в одной куче с этими ублюдками… тем, что от них осталось. Знаешь, не думал, что наши на такое способны. — Они и не способны. Все, кроме одной, — Беллами кивнул Миллеру, и они опустили тело Стерлинга рядом с останками Монро. — Это была Кларк, уж поверь. — Верю, — Нейтан разогнул спину, уперев ладони в поясницу, и глянул на военных. — И что теперь? — Сейчас узнаю. Беллами направился к уже вовсю раздававшему новые указания Пайку. По пути заметил, что Монти и Джаспер разглядывают следы от шин, оставшиеся рядом с поваленными воротами. Он вспомнил, как эти двое удивленно возмутились, когда он попросил их сделать выводы по таким же следам во время поисков Трины и Паскаля. А теперь вот смотрите, учатся. Чаще при ближайшем знакомстве люди разочаровывали Беллами, но Монти и Джаспер смогли уже не раз его приятно удивить. Он радовался, что им повезло уцелеть. С ними и Миллером у них получится воссоединиться со остальными, в этом Беллами почти не сомневался. — Сэр, — обратился он к Пайку, протолкнувшись через обступивших того людей, — ваши люди нашли что-нибудь? — В здании было несколько тел, но только двоих твой друг опознал, как ваших. Больше никого. Остальных ты видел. Ты говорил, что послал в Норфолк девятерых. Уверен, что это они устроили? — он указал большим пальцем за спину, на поляну, усеянную раскуроченными трупами. — Да, сэр, уверен. Больше попросту некому. Мои люди рядом, и моя сестра тоже. Нужно немедленно начинать поиски. — Чарльз, — вступила в разговор Брин. — Ты уверен, что это хорошая мысль? — она сразу же поймала на себе возмущенный взгляд Беллами. — Прости, парень, но мы не можем оставить свой дом без защиты. Сам знаешь, — вновь обратилась она к Пайку, — в Аркадии сейчас маловато бойцов. К тому же ты обещал, что привезешь с собой богатую добычу. Мы мчались сюда во весь опор, без остановок, и кузовы у нас пустые. — Я ценю твое беспокойство, майор Брин, но, уверяю тебя, свои обещания я привык выполнять. Наши запасы вынесут пару недель неудачных вылазок. Здесь мы занимались чем-то более важным, чем мародерство. Остальные поймут или смирятся, как и всегда. — Когда Кейн вернется и увидит, что ты угнал половину лучших бойцов на другой край штата, а обратно привел только пять новых голодных ртов, я не уверена, насколько глубоким будет его понимание ситуации. Он снова может не так все понять, а Синклер ему только подпоет, когда настанет черед рассказать, как мы вообще тут оказались. Решит, что ты пытаешься… — Я тебя услышал, — громко произнес Пайк, подняв ладонь. — Мы все решим, когда вернемся. — Слушайте, не знаю, что у вас за проблемы там, откуда вы прибыли, но без вашей помощи нам сейчас не обойтись. Если нужен какой-то стимул — идет, я вам его дам. — О чем ты говоришь, сынок? — заинтересованно спросил Пайк. — Я знаю, откуда пришли эти фанатики. У них есть большое поселение на болотах, на юге парка. До того, как напасть на нас, там жило полсотни людей, и наверняка они хорошенько запасались на зиму. Сейчас там должно быть пусто. Я проведу вас туда, и вы обдерете этих тварей до нитки. — Если все так — это точно подсластит пилюлю, — хмыкнув, сказала Брин. — Все, что я прошу взамен — три дня вашего времени. Этого хватит, чтобы прочесать округу и подъездные дороги. — Меня это устроит, рядовой Блейк, — он укоризненно посмотрел на Брин. — Но, вне зависимости от результата, я надеюсь, что ты и твои парни потом поедут с нами, в Аркадию. — Конечно, сэр, можете на меня рассчитывать, — облегченно выдохнув, сказал Беллами. — Первым делом нужно осмотреть следы за столовой, которые мы нашли. И вон там, — он указал в сторону ворот, — свежие колеи от шин. — Хорошо. Коста, Келли, Ханнингс, Уитман, — Пайк щелкнул пальцами и махнул ладонью, подзывая их к себе, — сегодня вы сопровождаете рядового Блейка. Можешь взять с собой всех своих, — обратился он к Беллами, — но остальным отрядам не помешал бы кто-нибудь, кто хорошо знает местность. — Да, это хорошая мысль, — он окинул взглядом отряженных к нему людей и почувствовал приятное возбуждение. Только недавно Беллами представлял, как будет бездумно носиться по лесам, крича имя сестры, а теперь под рукой вдруг оказалось уже четверо опытных бойцов. Он указал пальцем на стоявших в воротах Монти и Джаспера. — Берите их, сэр. И Нейта. Они знают округу, как свои пять пальцев. — А с ним что? — спросил Пайк, кивнув на крыльцо. Ах да, он. Джон Мерфи сидел на ступеньках и вертел в руках что-то, поблескивающее металлом на солнце. Присмотревшись, Беллами понял, что тот возится со своим чудовищным серебряным кольтом. Мерфи выкинул барабан, покрутил его ладонью, а затем ловким движением загнал обратно в револьвер. Все это он проделывал, даже не глядя на оружие. Беллами проследил за его взглядом. По какой-то одной ему ведомой причине Мерфи неотрывно пялился на капрала Келли. Беллами задвигал сжатой челюстью. Просто невероятно, они едва выжили после нападения жнецов, а этот таракан уже ищет, где бы ему пригреться, вновь затевая какую-то игру. Если позволить ему это, он снова найдет способ навредить им. Этого Беллами позволить не мог. И все же… Он вспомнил, как легко Мерфи втерся в доверие угрюмому и замкнутому Атому, а затем к банде Декса, и до самого последнего момента все они принимали его за лучшего друга, пока тот не вонзал ножи в их спины. Через три дня им предстояло отправиться в Аркадию. Новое место, новые люди. Много, много новых людей, для которых они будут не более чем подозрительными чужаками. И изменить такое отношение нужно будет как можно быстрее. — Его я беру с собой, — ответил Беллами.

***

— Ты уверена, что они мертвы? — спросила Лекса. — Да, позже мы нашли тела. Тот, что выжил, парень по имени Мерфи, сказал, что они убили его близких, пока он скитался. Вот он и решил им отплатить, — Кларк снова дернула трубу, но расшатанные болты все никак не желали выползать, застряв в бетоне. — У нас мало времени, помоги мне! Лекса подошла к трубе и одним рывком вырвала ее, затем ловко перехватила и открутила лейку от душа. Спустя десять секунд в руках у нее было готовое холодное оружие. Кларк удивленно взглянула на Лексу. У нее были худые руки, но казалось, что она управилась со всем с непринужденностью атлета. Не обращая внимания на ее удивление, Лекса сняла с себя куртку, расстегнула рубашку, бросив ее на пол, подобрала кусок отколотой плитки и оторвала рукав начисто, распоров ткань, а затем принялась обматывать трубу. — Вдарю им по замку, попробую сломать механизм, — Лекса вопросительно глянула на нее. — На что ты смотришь? Оторви второй и попробуй обмотать замок. Может, тогда звук удара будет просто подозрительный, а не сигнально-призывный. Смущенно прочистив горло, Кларк присела рядом и принялась кромсать несчастную рубашку. — А что с этим Мерфи? Он-то жив? — спросила Лекса. — Если ничего не получится, и придется колоться, у нас должен быть хоть какой-то козырь. — Сгинул, должно быть, как и все остальные, — хмурясь, ответила Кларк, пока отрывала рукав. При мысли о гибели Мерфи ей отчего-то становилось настолько же грустно, как когда она думала о Беллами и Октавии. Он не был ей другом, и любая попытка сблизиться была ложью, направленной на получение выгоды. И, к стыду ее, работало это в обе стороны. Они сами это признали, оказавшись по одну сторону клетки, вот только печаль и беспокойство были настоящими. Может, тогдашнее признание, казавшееся им обоим очевидной, непреложной истиной, было еще одним слоем лжи? Мерфи, наверное, рассмеялся бы от этой мысли, и был бы прав. — Так или иначе, — продолжила она, уже встав и принявшись за попытки замотать торчавший с другой стороны решетки замок, — это все, что я знаю. Могли ли они напасть на людей Илиана? Да, могли бы, если верить Мерфи. А можно и не верить, какая теперь разница, если все они уже получили свое? Мы ничего об этом не знали. Если б я знала… сама нашла бы на них управу. Мы так не поступали. — Почему нет? — спросила Лекса, подойдя к решетке и держа трубу наготове. — Для этого нам нужно было бы настоящее отчаяние или злость. — Сегодня совсем нетрудно взрастить и то, и другое, — заметила Лекса. — Кто-то сказал бы, что эти чувства могут быть крайне полезны для выживания. — Кто-то, но не ты? — Не я. — Знаешь, будь мои люди злее и отчаяннее, может, они бы не погибли. Но тогда мы бы… — Кларк, — снисходительно обратилась к ней Лекса, — утомлять себя вопросами, на которые ты уже знаешь ответы — пустая трата сил. — Ты права, — кивнула Кларк, отгоняя эти мысли. У нее будет время все осмыслить, когда они и Харпер окажутся в безопасности. — Давай. Лекса шарахнула трубой под дужку замка, метко попав в зазор между прутьями. Несмотря на меры предосторожности, волна грохота прокатилась по всему коридору, и она только усилилась, когда сорванный запорный механизм отделил дужку от замка, и тот упал на пол. Лекса, приоткрыла решетку и выскользнула в коридор, прижавшись к стене, где ее скрывала тень. — За мной, — шепнула она. Кларк, поглядев на раскуроченный замок, восхищенно выдохнула и последовала за ней. Из зала с бассейном уже доносились тревожные крики. Вскоре в коридоре появилась чья-то фигура. Луч фонаря в одно мгновение разрушил все их попытки укрыться в тенях. — Эй! Стоять! — крикнула фигура. Судя по голосу, это был Люк. Сквозь слепящий луч Кларк разглядела, как рука Люка потянулась к кобуре. Их разделял добрый десяток шагов, Лекса была немногим ближе, однако, едва их окликнули, она метнулась к Люку, за пару секунд преодолев расстояние между ними. Труба засвистела, рассекая воздух. По коридору вновь разнесся металлический звон. Кларк увидела, как выбитый пистолет отскочил от стены и упал на пол. Люк вскрикнул, попытался ударить Лексу фонарем. Кларк метнулась на пол, хватая пистолет, услышала глухой удар и вздох. Люк распластался на полу и не шевелился. Лекса стояла на коленях, отложив трубу и обшаривая его разгрузку. — Он мертв? — шепнула Кларк, на всякий случай целясь в Люка. Вдруг притворяется, как Харпер, или того хуже — восстанет и вцепится в Лексу. — Дышит, — тихо ответила Лекса. Они встрепенулись, услышав перекрикивания за стеной. Кларк подошла ближе, подняла фонарь и направила луч в проход, который вел к бассейну. Пистолет она держала на одном уровне с фонарем, готовая стрелять на поражение. — Скоро они будут здесь, готовься. — Дожидаться их тут — проигрышная тактика, — сказала Лекса и продемонстрировала какой-то предмет, который покачивала в поднятой ладони. — Если есть возможность напасть — нападай. — Это… — Светошумовая граната, — кивнула Лекса. Резко вскочив на ноги, она рысью кинулась к проходу, сорвала чеку и кинула туда гранату, после чего присела, закрыла глаза и зажала ладонями уши. — Харпер, зажмурься! — крикнула Кларк, прижавшись к стене рядом с Лексой. Хлопок своей громкостью сильно напомнил ей взрыв бомб над Филадельфией. Кларк с нарастающим ужасом подумала о том, что Лекса ошиблась и закинула в помещение обычную боевую гранату. Она тут же поднялась и кинулась в помещение. Лекса что-то крикнула ей, попыталась удержать, но не успела. Когда Кларк забежала внутрь и увидела живую Харпер, которая, продолжая сидеть на стуле, умудрилась сжаться в позе эмбриона, накрыв руками голову. Волна стучавшего в висках адреналина немного схлынула. Шоу валялся неподалеку от выхода в коридор. Похоже, ему досталось крепче всех, потому как он не шевелился и только стонал. Илиан и Деррик лежали неподалеку от Харпер, рассеянно размахивая руками. Кларк и не догадывалась, что светошумовая граната может дать такой сильный эффект. — Харпер! — она кинулась к ней, положила ладони ей на щеки. — Харпер, это я! Можешь открыть глаза, давай. — Кларк? — поначалу Харпер щурилась, затем принялась недоуменно оглядываться. — Нормально ты их приложила. Опять в ушах звенит. Еще одна такая передряга, и мы точно оглохнем нахер. — В следующий раз буду аккуратнее, обещаю, — улыбнувшись, произнесла Кларк. Она посмотрела на пленивших их людей. Сейчас они были полностью беззащитны — отличная возможность разделаться с ними раз и навсегда. Кларк посмотрела на пистолет, сжатый в ее ладони. Люк бы в нее выстрелил, как и Деррик. Илиан наверняка сделал бы это без малейшего колебания. Разве что вступившийся за нее Шоу мог отступить, но, если она решится идти до конца — придется убить и его. — Они будут преследовать нас, — сказала Лекса, посмотрев на пистолет в руке Кларк, — и в следующий раз церемониться не станут. — Нет, — Кларк отрицательно покачала головой. — Как они с нами — так и мы с ними. Лекса тяжело вздохнула. Кларк не поняла, то ли от облегчения, то ли от несогласия. — Тогда нам лучше поторопиться, — Лекса вытащила пистолет из кобуры Шоу, — и сделать так, чтобы нам в спину не летели пули. Кивнув, Кларк разоружила Илиана, а Харпер — Деррика. Они пытались сопротивляться, но у них получилось только несколько раз рассеянно хлопнуть их по рукам. — Бежим, — сказала Кларк. Пробежав мимо лежавшего в отключке Люка, Кларк еще раз убедилась, что его грудь по-прежнему вздымается. Быстро оказавшись у спасительного выхода, они вместе налегли на тяжелые двери, порадовавшись тому, что те не были заперты. Свет весеннего солнца окутал их, одарив теплом, и с непривычки заставил зажмуриться. Кларк, поставив ладонь козырьком, оглядывала окружившее их пространство. Бассейн, похоже, был заброшен задолго до конца света — стены его обильно покрывала засохшая за зиму лоза. Рядом находилась пустая парковка, асфальт на которой весь потрескался. В таком же состоянии была и подъездная дорога, уходившая куда-то вглубь леса. Деревья, на голых ветвях которых едва начали появляться первые почки, окружали бассейн, но пейзаж не был похож на ставшее уже привычным Огромное Мрачное Болото. Кларк оглядывалась, пытаясь найти хоть какой-то ориентир, но была вынуждена признать, что понятия не имела, где они находились. — И что дальше? — нетерпеливо спросила Харпер. — Нам бы валить отсюда, девочки, — она указала на то тут то там выходивших из леса ходячих. После наделанного ими шума неудивительно, что все проходившие мимо мертвецы решили устроить здесь большое собрание. — По дороге идти слишком опасно, нас быстро найдут, но и сильно удаляться от нее тоже не стоит, — сказала Лекса. — Где была ваша база? — На западе, — Кларк посмотрела на небо. Солнце еще не достигло зенита, так что запад найти было нетрудно. — Туда, бежим. Не тратя силы на столкновение с сильно рассредоточенными по стоянке ходячими, они просто оббегали их, пока не укрылись под обнаженными кронами. Стараясь посильнее отстать как ходячих, так и от возможно уже очухавшихся людей Илиана, они ускорились, отпахав галопом несколько сотен метров. На этот раз первая из сил выбилась Кларк. Она запнулась о торчащий из земли корень, споткнулась, и принялась судорожно хватать ртом холодный воздух, прижав руку к груди, которая мешала ей бежать даже сильнее, чем сбитое дыхание и полученные за последние два дня травмы. — Проклятье, — прорычала она, ударила кулаком о землю и заставила себя подняться. Харпер выглядела не сильно лучше нее — растрепанная, взмыленная, она согнулась, положив ладони на бедра. Только Лексу, казалось, ничто не брало — она терпеливо ждала, пока они отдышатся, мерно вдыхая и выдыхая, словно бы только-только успела взять разбег. — Нам надо спешить, — поторопила их Лекса. — Если кто-то из ваших уцелел, мы сможем укрыться у них. — Мы не вернемся на Ковчег, — отрезала Кларк, — Я же сказала, там все сгорело, остались одни руины. Это больше не убежище, это… братская могила. — Ты уверена, что никто туда не вернется? — разочарованно спросила Лекса. Похоже, она очень на это рассчитывала. Ей-то, судя по всему, точно некуда было податься. Кларк посмотрела на нее, облизала шелушившиеся губы. Увидела, что Харпер в глубине души тоже на это надеялась, но иллюзию надо было разрушить. Сейчас ложные надежды только заведут их в тупик, а то и вовсе погубят. — Возвращаться некому, — твердо произнесла она. — Остальные мертвы. — Ясно, — Лекса сочувственно посмотрела на нее. — Прошу, не делайте резких движений. И тут она громко свистнула. Сухие ветки, устилавшие лес, захрустели под шагами тех, кому уже не было нужды скрываться. Из-за деревьев к ним быстро приближались вооруженные люди. Кларк согнула ноги в коленях, готовясь удрать, и принялась оглядываться в поисках просвета, но с каждой стороны света в нее теперь целился по крайней мере один ствол. Лекса вскинула одну руку вверх. Кларк ошарашенно посмотрела на нее, не зная, как поступить, и пока она мешкала, бежавшие к ним отовсюду люди приблизились достаточно, чтобы вероятность промаха в случае побега или ответной стрельбы стала нулевой. Среди них Кларк увидела Шоу, Деррика и Илиана. Они слишком быстро догнали их. Как? Сжав зубы и гневно фыркнув, Кларк вытащила магазин пистолета и убедилась, что он был пустым. А та граната? Точно ведь была настоящей, и шум от нее стоял будь здоров, но эффект, похоже, был не таким сильным, как они пытались изобразить. — Я сдаюсь! — взвизгнула Харпер, уронив пистолет и подняв руки. — Молодец, Харпер, — обратился к ней вышедший вперед Илиан. — Теперь ты, красотка. Не рычи, он все равно не заряжен. — Черт, черт… — Дважды я просить не буду! — он вскинул штурмовую винтовку, какими пользовались Беллами и Октавия. — Черт, ладно-ладно! — она бросила пистолет и подняла руки. — Вот так, отлично, — довольно произнес Илиан. В голосе больше не звенела та ярость, с которой он ее допрашивал. Еще одно притворство? Что ж, тогда он чертовски хороший актер. — Что будем с ними делать, Хеда? Кларк нахмурилась, не понимая, к кому он обращался. — Командир? — еще раз спросил он. Она оглянулась, поняв, что Илиан обращается к Лексе. Значит, не просто сдала их. Сама все придумала. Они были едва знакомы и понятие предательства было к ней неприменимо, но Кларк все равно почувствовала себя преданной. Образ улыбающейся Лексы, запечатленный на сгоревшем рисунке, и воспоминания о дне их первой встречи так долго согревали ее надеждой, что открывавшаяся правда ранила в самое сердце. Значит, отчаяние и злость? Отчаяние поселилось в ней, когда она поняла, что Шарлотта убила Атома. Кларк давила в себе это чувство и почти справилась, но затем случилась катастрофа в Норфолке, и яд отчаяния разлился по ее венам, а к нему примешалась и злость. Так ей казалось. Но события, которые прямо сейчас разворачивались у нее на глазах, не требовали от нее таких чувств, и все же на нее нахлынуло то же ощущение, те же эмоции, которые она выплескивала вместе с огнем, изрыгаемым дулом пулемета, когда расстреливала жнецов на Ковчеге. Нет, все это время на нее давила не злость и не отчаяние. Это была ярость. — Ах ты сука! — крикнула она и бросилась на Лексу. Кларк даже не заметила, как та сделала подсечку. Вот она бежала, а спустя мгновение земля боднула ее в спину. На горло опустился ботинок. — Харпер, — прохрипела Кларк, — сделай… уже… что-нибудь… Та растерянно посмотрела на нее, продолжая стоять на месте. — А казалась разумной, — усмехнувшись, сказал Илиан, а затем дикий огонек вновь вспыхнул в его глазах. — Что она сказала? Это были они? — Нет, они тут ни при чем, — ответила Лекса, продолжая давить Кларк на горло. — Ты уверена? — в голосе Илиана сквозило возмущение. — Вторая девчонка сказала, что знает их. — Они все мертвы, кровь требовать не с кого. Твой долг уплачен. — Значит, они были с ними, но ты уверена, что они ни при чем? — Илиан дернул рукой, резко указав винтовкой на Кларк. — Они ничего не знали, — Лекса посмотрела на переставшую брыкаться у нее под ногой Кларк. — Я им верю. — Блять, — Илиан сплюнул на землю и развел руками. — И что теперь? Просто отпустим их? — Нет. Лекса убрала ботинок с горла Кларк и подала ей руку. Кларк приподнялась на локте и одернулась от протянутой ладони. Откашливаясь и потирая саднящую теперь шею, она поднялась на ноги. От такой взбучки ее гнев схлынул. Кларк просто смотрела на Лексу, ожидая, что будет дальше. Пару мгновений Лекса молча смотрела ей в глаза. — Мешки им на головы, — велела она. — Едем домой. Представлю их Гусу. — Но, Хеда… — Это приказ, Илиан, — теперь в голосе Лексы звенела сталь. — Выполняй.