Старый маяк

Это все было похоже на вымысел. Будто ангелы, распоряжавшиеся жизнью Чимина, решили посмеяться над ним, послав в его жизнь Юнги. Несколько часов назад он еще сидел на работе и думал о том, как перестать постоянно вспоминать об этом парне, а сейчас этот самый парень сидел в нескольких сантиметрах от Чимна на переднем пассажирском сидении его автомобиля и пытался найти нужную волну на бесконечно шипящем радио. Абсурдность данной ситуации просто поражала. И не одного Чимина. После произошедшей в холле ситуации, Чимин молча вышел из здания, оставив Юнги размышлять над тем, что вообще произошло. Ни один из них не понимал что они только что сделали, а главное зачем. Зачем Чимин, обиженный на Юнги, предложил это? Зачем Юнги, считавший Чимина ненормальным, согласился? - Хей, - сидевшего в полной растерянности Юнги из ступора смог вывести Джин, вошедший в кабинет. - Мне написал Чимин только что. Он сказал, что после работы будет ждать тебя в машине у выхода. Юнги с испугом посмотрел на брата. Неужели он боится? Боится психа? Боится, что он может увезти его в неизвестном направлении и убить? Да, психи способны на подобное. Но не в случае с Чимином. Юнги был человеком закрытым, но прямолинейным, он никогда не лгал, а если к такому и приходилось прибегать, то он старался недоговаривать, либо просто молчать. Поэтому он давно уже понял и не стал бегать от самого себя, пытаясь придумать гору отговорок и причин своего поведения. Он просто боялся самого себя. Он прекрасно понимал, что Чимин далеко не псих, а скорее даже наоборот, это Юнги становится ненормальным, пытаясь постоянно во всем обвинять этого парня. Нужно было просто понять и принять тот факт, что этот парень, буквально свалившийся на него с неба, оказывал большое влияние на Юнги и он боялся. Не Чимина, а свою реакцию на него, потому что даже за эти несколько дней, что они знакомы, он смог перевернуть сознание Юнги с ног на голову так, как это не удавалось сделать никому прежде. А ведь Чимин для этого даже почти ничего не делал. Он просто тянулся к Юнги вопреки всему. Как и сейчас Чимин тянулся к Юнги, убирая его руку от магнитолы, что никак не хотела искать нужную волну. Коснувшись его руки, Чимин почувствовал тепло, которое контрастировало с холодом его рук. От неприкрытого волнения его сердце словно перестало биться и больше не перегоняло кровь по всему организму, поэтому его руки стали непривычно холодными. Юнги в смущении опустил глаза и отдернул руку, убирая ее в карман толстовки. По словам Джина, Чимин попросил Юнги надеть что-нибудь потеплее несмотря на то, что на дворе было лето, поэтому на обеденном перерыве Юнги сходил домой и сразу переоделся. Летняя жара больше не ощущалась и с каждым километром, отдаляющим их от нагретого на солнце города, прохладный воздух все больше окутывал их через открытые окна автомобиля. - Здесь радио не будет работать, - объяснил Чимин. - Не знаю у всех ли так, но моя магнитола на этом участке дороги отказывается подавать признаки жизни, так что если хочешь, я могу подключить флешку с музыкой. - Не нужно, - тихо, но быстро ответил Юнги. - Давай поедем в тишине, - он повернул голову вправо, наблюдая за меняющимися пейзажами. Солнце плавно опускалось к горизонту, рассеивая свой свет по мягким облакам, с каждой минутой приобретая все более теплые оттенки розового. Дорога лежала прямо на запад и будоражащий душу вид открывался прямо по курсу все время их поездки. Юнги, заметивший прекрасный обзор на закат, смотрел прямо не моргая. Казалось, что он в последний раз подобное видел еще в детстве, когда он с отцом поднимался на небольшую гору около дома, чтобы проводить закат вместе. Воспоминания снова были готовы накрыть Юнги с головой, но погрузиться в их глубь ему помешал мягкий голос, тихо доносящийся откуда-то слева. - Почему ты никогда не слушаешь музыку, когда сидишь в парке? - Чимин вжался руками в руль в томительном ожидании ответа. Это был еще один вопрос, который мучил его до знакомства с Юнги. Сейчас, в эпоху цифровых технологий, каждый прохожий, куда бы он ни шел, слушал музыку в наушниках, погружаясь в свой мир и свои мысли. Как оказалось, сидя на скамейке в парке, Юнги тоже всегда погружался в свой мир, но почему-то музыку он никогда не слушал. - Мне не нужна музыка, чтобы отвлечься от происходящего вокруг, - спокойный и глубокий голос донесся до Чимина. Такой голос Юнги был усладой для ушей Чимина. Сидя рядом с ним в спокойной атмосфере чувствовался уют, который Чимин мог ощущать только в родительском доме, либо в объятиях лучшего друга. Это было ново для него рядом с этим человеком и небольшая искорка надежды на дальнейшее продолжение и развитие их общения зажглась внутри Чимина. Он искренне надеялся, что все, что он сейчас делает - не зря и не собирался снова терпеть неудачу этим вечером. Поэтому он сильнее нажал на газ, чтобы быстрее прибыть к месту назначения и не упустить главное. - Ты так и не сказал куда мы едем, - Юнги все так же был спокоен, но любопытство яркими огоньками горело в его глазах. - Не бойся, - Чимин расплылся в улыбке, предвкушая скорое окончание пути. - Поверь, тебе понравится. И Юнги хотелось верить в это, чтобы потом не жалеть о содеянном. Хотелось чтобы итог этой поездки оправдал его безрассудное поведение. Хотелось чтобы его навязчивые мысли насчет Чимина отступили, хотелось наконец перестать постоянно думать и анализировать ситуацию, и просто плыть по течению хотя бы один раз в жизни. Этот парень действительно выворачивает устоявшиеся взгляды на жизнь и свое существование. Неожиданно Чимин сбавил скорость и резко свернул на проселочную дорогу. Дезориентированный и ничего не понимающий Юнги только успел закрыть свое окно, чтобы пыль, летевшая из под колес автомобиля во все стороны, не попадала в салон. Он с испугом посмотрел на водителя, на лице которого до сих пор теплилась довольная улыбка. Он даже не думал сбавлять и без того высокую скорость, и беспокойства Юнги прибавляло еще отсутствие связи на телефоне и полное непонимание того, где они сейчас находятся. Страшно и интересно одновременно. Словом, волнительно. - Приехали, - Чимин резко нажал на тормоз и отстегнул ремень безопасности. Делал это он очень быстро и одновременно подгонял Юнги, который пребывал в небольшой заторможенности. - Давай быстрее, а то мы можем опоздать. Куда опоздать? Разве они уже не достигли конечного пункта? Юнги открыл дверь и вышел на улицу. Он огляделся и увидел вокруг только зеленую траву и деревья, окружавшие всю местность, но важнее всего было то, что он услышал выйдя из машины. Шум воды. Сердце Юнги забилось чаще, а в горле начало пересыхать. С тех пор, как он с Джином переехал в город, он ни разу не выезжал из него, закрывшись от всего мира. Все это время он даже думать себе запрещал о море и большой воде, чтобы не сорваться и держать свои эмоции под контролем, но теперь все было разрушено. Разрушено Чимином, который слишком хорошо и часто что-то рушил внутри Юнги. - Ну чего ты стоишь? Побежали! - Чимин подошел к Юнги, схватил его за руку и потащил за собой. Между деревьев они бежали около минуты, но и этого было достаточно, чтобы у Юнги появилась одышка. Выбежав на большую поляну, они остановились и Юнги замер. И от этого Юнги отказывался долгие годы? Перед ним возвышался большой и полуразрушенный маяк, в гордом одиночестве расположившийся у края прибрежной линии и обдаваемый брызгами волнующегося моря. Его обветшалое основание ласкали нежные лучи уходящего солнца, которое приобрело красноватый оттенок и неумолимо быстро приближалось к горизонту. Объемные облака были похожи на сахарную вату, которую Юнги терпеть не мог, но глядя на это небо, был готов есть ее до потери сознания, а две чайки, летавшие над пиком башни только добавляли сказочности этой потрясающей атмосфере. От увиденного в уголках глаз Юнги начала собираться влага. За долгие годы пребывания в городе, его глаза были слишком замазолены бетонными коробками и открывавшийся сейчас перед ним вид был для него словно глоток свежего воздуха. - Нравится? - осторожно спросил Чимин, поднимая свой взгляд на розоватое от лучей солнца лицо Юнги. Он прикусил губу от волнения, ожидая ответ. - Очень, - коротко, но убедительно сказал Юнги. По его лицу все же скатилась одна слеза, которую Чимин, к счастью, не заметил. Он быстро смахнул ее рукавом своей толстовки и спросил, - можно подняться наверх? - с мольбой во взгляде Юнги головой кивнул в сторону маяка. Даже если Чимин откажет, он все равно заберется на самый верх, потому что ему хотелось большего. Впервые за долгие годы ему вообще чего-то хотелось и это давно забытое чувство поглощало его все больше и больше. - Я никогда не забирался внутрь маяка, но если ты так хочешь, то мы можем попробовать, - неуверенно бросил Чимин, но Юнги этого было достаточно, чтобы тут же сорваться с места в сторону башни. На счету была каждая секунда, солнце стремительно садилось все ниже и уже почти на половину было за горизонтом. Чимин побежал вслед за Юнги, которого догнать казалось теперь невозможным. Куда делась его одышка? Через несколько мгновений они достигли большой деревянной двери, запертой на тяжелый железный засов. За десятки лет, проведенных без людского присмотра, железо заржавело и с трудом поддавалось движению. Но для Юнги сейчас не было ничего невозможного. Он доверился едва знакомому человеку, преодолел долгий путь, вновь почувствовал не яркий, но ощутимый сладкий вкус жизни, а не простого существования и не был готов потерпеть неудачу из-за закрытой деревянной двери. Через 30 секунд прилагаемых усилий им со скрипом удалось отодвинуть железный засов. Предвкушая достижение общей цели, они оба широко улыбнулись друг другу и это был первый раз, когда Чимин увидел настоящую, неподдельную улыбку Юнги. Она была такой лучезарной, что Чимин вовсе не мог поверить в то, что тот способен на такое. Он бы так и стоял у порога маяка, наблюдая за искренними эмоциями Юнги, если бы рука, крепко схватившая его за запястье, не потянула внутрь. Это было похоже на детскую шалость, когда заходишь в подъезд, продолжаешь настойчиво звонить во все двери, а потом убегаешь со всех ног, чтобы жильцы квартир тебя не поймали. Эти ощущения были давно забыты как Чимином, так и Юнги. Чувствовать что-то кроме постоянно сваливающихся на тебя обязанностей взрослой жизни было непривычно, но так драгоценно. Они быстро поднимались вверх по узкой винтовой лестнице, и когда уже казалось, что дальше подниматься просто не хватает сил, сама судьба наградила их потрясающим видом, открывающимся с самого верхнего этажа старого маяка. Но сами того не подозревая, они получили нечто большее, чем просто красивый пейзаж. Они получили друг друга. Находясь в непосредственной близости, они были опьянены этим по-настоящему красивым моментом своей жизни. Все слова восторга и восхищения застряли в горле Чимина и все, что он мог делать, это хватать воздух ртом, чтобы продолжать дышать, потому что от этого момента спирало дыхание. Легкий и тёплый ветер обувал их лица, лаская каждый миллиметр губ, щёк, шеи и уносил месте с собой все их мысли, тяготившие обоих до этого момента. Слова были излишни. Мысли были ненужны. Раньше молчание для них могло показаться неловкостью. Сейчас же это было уютное молчание. Рядом с Юнги было приятно молчать. Они держались за железные перила, чтобы в дурмане нахлынувших чувств не свалиться в пропасть. Но один из них все же провалился. И потащил за собой другого. Юнги смотрел на горизонт и не мог поверить в происходящее. Но еще больше он не мог поверить в то, что он стоит рядом с Чимином и не чувствует к нему никакой неприязни, которую он испытывал еще несколько дней назад. Наоборот, смотря на эти маленькие глаза и пухлые губы, внутри Юнги что-то перевернулось. Он никогда думал, что сможет когда-то так сильно желать ощутить мягкость чужих губ на своих губах, никогда не думал, что сможет так сильно желать прикоснуться к чужой гладкой коже, почувствовать ее тепло. Ощутив на себе пристальный взгляд, Чимин повернулся к Юнги. Его глаза встретились с темным взглядом напротив и он почувствовал, как земля постепенно начинает уходить из под ног от избытка эмоций. Воспользовавшись моментом, Юнги уменьшил расстояние между их телами до нуля и прильнул своими губами к губам Чимина. Он чувствовал, как ресницы Чимина дрожат, а его сердце стало биться заметно чаще, поэтому взял маленькое лицо в свои руки и двумя шагами прижал того к стене. Как ожидалось, его губы были мягкими и податливыми. С самого начала он не сопротивлялся, а отвечал на каждое движение губ Юнги, как будто он только этого и ждал. Поцелуй был медленным и нежным, они исследовали новую территорию и пробовали чужие губы на вкус, но когда поняли, что никто из них останавливаться не собирается, перешли на исследование тела. Руки Юнги, оглаживающие лицо Чимина, плавно перешли к его ребрам, а затем остановились на тонкой талии, вжимая хрупкое тело в свое. От такого движения колени Чимина задрожали и он ухватился за шею Юнги, чтобы не упасть. Прижав Чимина своим телом сильнее к стене и не отрываясь от его губ, Юнги провел языком по пухлой нижней губе, а затем слегка прикусил ее, сразу же зализывая место небольшого укуса. Он толкнулся своим языком в горячий рот и сразу же почувствовал его жар. Поцелуй из нежного превратился в мокрый и грязный. Юнги с силой сжал бедра Чимина и вжался своей промежностью в его пах, отчего с губ Чимина слетел томный стон прямо в рот Юнги. Он продолжал впиваться пальцами в шею Юнги, понемногу запуская маленькие пальчики в его черные волосы. Поцелуй ускорялся с каждой секундой, руки неразборчиво блуждали по телам, воздуха в легких становилось все меньше, а в джинсах у обоих становилось теснее. Когда воздух перестал поступать в легкие, Юнги с чмоком отстранился от пухлых губ, которые увеличились еще больше. Солнце давно скрылось за горизонтом, а небо снова приобрело синеватый оттенок, который говорил о скором наступлении темноты. Но ни Чимин, ни Юнги не заметили этого. Они смотрели друг на друга, пытаясь отдышаться и вернуться в реальность. Юнги смотрел на человека перед собой и не мог никак объяснить свое поведение. Это было влияние слишком романтической обстановки? Это была благодарность за подаренное чувство свободы? Может сегодня парад планет или магнитные бури? Мысли снова начали одолевать голову Юнги, а брови стали хмуриться, возвращаясь в свое привычное положение. Почему он поддался этому соблазну? Все это время он смотрел прямо в глаза Чимину, пытаясь найти в них ответы на свои вопросы. Почувствовав неловкость от перемены в настроении Юнги, Чимин аккуратно выбрался из его плена. - Эмм.. я.. пойду и пригоню машину поближе. Спускайся вниз, - Чимин быстро отвернулся, чтобы скрыть свои настоящие эмоции и направился к лестнице внутри маяка. Так зачем же Юнги сделал это? Неужели для этого нужны были какие-то объяснения? *** - Ты сюда на пикник меня привез? - не удержался от комментария Юнги при виде Чимина, расстилающего на траве большой плед. - Хочешь наблюдать за звездами на холодной траве? - выпрямился Чимин. - Или может стоя смотреть вверх? - он запрокинул голову назад, смотря на небо. - Прости, но я не ты, моя шея не выдержит такой нагрузки и отвалится. - он потер шею и снова направился к машине, доставая с заднего сидения две маленькие подушки. - Ты тут решил заночевать? - с недоумением опять начал Юнги. - Слушай, - Чимин бросил подушки на плед. - Я это все придумал и спланировал ради тебя, - он подходил к Юнги все ближе, указывая на него пальцем. - Я это все взял не только ради своего удобства, но и ради твоего. Так что если тебя что-то не устраивает, то можешь лежать на траве или вовсе сидеть в машине, - он указал в сторону, где стоял его автомобиль, а сам лег на плед, удобно устроившись на нем. Делать было нечего. Юнги ухмыльнулся и лег рядом с Чимином, укладывая подушку себе под голову. Сумерки начали сгущаться и на вечернем небе уже стали отчетливо виднеться первые и самые яркие звезды. Цвет неба постепенно переходил от темно-синего к черному и прямо над головой засияли тысячи крохотных звезд, образуя между собой созвездия и астеризмы. - Ты давно уже знаешь про это место? - Юнги повернул голову и смог различить только силуэт лежащего рядом Чимина. Для него такой вид был давно забыт и даже тот самый темный участок парка, не подсвечивающийся фонарем не шел в сравнение с тем мраком, что опускался на них прямо сейчас. - Да, - тихо ответил Чимин. - Ты можешь подумать, что я все это только что придумал, но я частенько сюда езжу, чтобы понаблюдать за звездопадами, за противостоянием Марса и Земли и все в таком духе. - он повернулся в сторону Юнги, который все так же смотрел на Чимина. - Я много думал о том, почему ты стараешься увидеть звезды в городе, когда это практически невозможно. Можно же просто выехать за пределы города в такое место как это и наслаждаться видами. Но ты этого никогда не делал и я не понимаю почему. Юнги шумно сглотнул и закрыл глаза. То, от чего он так старательно бежал долгие годы, настигло его прямо сейчас. Все в один день. Взглянув снова в небо, он заговорил. - Мой отец учил меня ориентированию по звездам, - он зажмурился, чтобы слезы не начали скапливаться в уголках его глаз, как всегда это происходило при разговорах о нем. - Всегда, когда он был дома, мы выходили на улицу, смотрели как солнце уходит за горизонт, а потом он мне показывал звезды и рассказывал о них, - он замолчал на пару секунд переводя дух и собираясь с силами. - Больше десяти лет назад он погиб в море и все это время я не позволял себе приближаться к воде. Я просто не мог, - уже второй раз за этот вечер по лицу Юнги катились слезы, которые никак не прекращались, как бы сильно он их не пытался сдержать. - После его гибели я отстранился не только от воды, но и вообще от всего мира. Но вот противиться тяге к небу и познанию Вселенной я не мог, вот и пытался хоть как-то управиться с этим, сидя в темном парке. Чимин был потрясен откровением Юнги. Он и подумать не мог, что он сможет так ему открыться и рассказать о своем прошлом. Он взял Юнги за руку и крепко сжал его ладонь в своей. - Это похоже на какое-то дурацкое совпадение, - Чимин ухмыльнулся и провел большим пальцем по руке Юнги. - Я не особо был близок со своим отцом. Ничего подобного он мне не рассказывал, но на его рабочем столе всегда лежала книга. Она называлась "Карта звездного неба" или что-то в этом духе. Я был тогда еще мал и не понимал всего, что там написано. Но с возрастом я все больше осознавал ее содержание и меня это очень привлекало, - он повернулся набок в сторону Юнги и заметно приблизился. - Мой отец тоже погиб в море. Он был моряком, - после этих слов Юнги повернулся в сторону Чимина и замер в недоумении. - Но из-за того, что его постоянно не было дома, я не так остро ощутил его потерю, как ты. Да и возраст у меня был не такой, чтобы полностью осознавать такие вещи. - Чимин замолчал на мгновение. Он понимал, что опять должен извиниться перед Юнги, поэтому не стал долго ждать. - Прости... Если бы я знал, обо всем, то не стал бы привозить тебя к маяку, если тебе тяжело, то мы можем уехать прямо сейчас. - Не стоит, - только лишь бросил Юнги и снова замолчал. Тишина в обществе Юнги больше не казалась угнетающей или давящей, но Чимин не мог после такого тяжелого разговора спокойно лежать и наблюдать за небом, поэтому он встал с пледа и направился к машине. - Ты куда? - Юнги приподнялся на локтях, чтобы проследить за движениями Чимина. - Ты показался мне очень странным, когда сказал, что тебе не нужна музыка для того, чтобы отвлечься от происходящего вокруг, - его голос глухо доносился из салона автомобиля. - Я же так не могу. Да и ты должен сполна погрузиться в это атмосферу, тем более ты так давно этого не испытывал, - он вылез из автомобиля, оставив переднюю дверь открытой. Через секунду из колонок начала доноситься тихая и спокойная мелодия. - Но здесь же не ловит радио. - Но я же предлагал тебе флешку с музыкой, забыл? У меня все схвачено, - самодовольно улыбнулся Чимин и полез на заднее сидение. Через мгновение он закрыл дверь и присел на плед, держа в руке две термокружки. - А ты реально готовился, - Юнги сел на плед и взял кружку, которую Чимин ему протянул. - Дома у меня нет чая, потому что я не пью его, так что я заварил нам кофе. Надеюсь ты не против, - он устроился напротив Юнги принимая позу лотоса. - Разве я похож на человека, который пьет чай? - Юнги принял серьезное выражение лица, чтобы создать вид брутального бэдбоя. Не выдержав, оба залились смехом. - Что это за песня? - Это alt-J - Adeline. Даже не пытайся вдуматься в текст этой песни, я уверен, ты ничего не поймешь, - Чимин сделал глоток горячего кофе. - Но я думаю, что она идеально подходит для таких моментов, когда хочется погрузиться в себя и подумать о Вселенной, глядя на усыпанное звездами небо. - он опустил взгляд на кружку. - Приезжая сюда, я могу отключиться от проблем, подумать о жизни, которую я хочу прожить. В городе все совсем не так. Огни ночного города слишком несправедливы к таким вещам, как звезды. Некоторые люди всю жизнь живут в городе и даже не подозревают о том, что они могут увидеть, если выедут за его пределы. А бывают еще и такие дураки, которые всю жизнь живут вдали от ярких городских огней, но все равно не замечают такие потрясающие вещи, потому что на протяжении всей жизни чем-то заняты, смотрят себе только под ноги, - Чимин поднял взгляд на Юнги. – Меня огорчает, что люди в большинстве своем стали такими.. такими безразличными. Но я рад, что отличаюсь от них и смог разглядеть красоту в таких удивительных и одновременно простых вещах. - Чимин.. - Ого, ты впервые назвал меня по имени, - засмеялся Чимин и снова лег на плед, отставляя кружку в сторону. - Тебе не кажется, что эта мелодия похожа на шепот звезд? Юнги последовал примеру Чимина и удобно устроился лежа на пледе. - Звуки не могут распространяться в космосе, я уверен, что ты знаешь об этом, - Юнги устремил взгляд на Млечный путь, рассекающий небо с северо-востока на юго-запад. Это было похоже на сон, от которого он не хотел пробуждаться никогда. - Конечно знаю, - улыбнулся Чимин. - Но есть в этой музыке что-то магическое, таинственное, будоражащее душу, как это делает Вселенная с теми, что хоть раз задумывался о ее масштабах. - Здесь не могу с тобой поспорить, ты прав. - Ты видел?! - неожиданно громко воскликнул Чимин, испугав Юнги. - Звезда упала! - Ты же знаешь, что это была не звезда, - вдруг возмутился Юнги. - Знаешь, когда Чонгук говорил, что ты зануда, то я даже представить не мог насколько он был прав, - наигранно возмутился Чимин, скрещивая руки на груди. - Давай же, скажи что ты загадал, - словно ребенок, с любопытством в глазах он повернулся в сторону Юнги, ожидая ответа. - Хах.. Я загадал, чтобы ты меня не отталкивал. - Чего? Чимин не успел опомниться, когда Юнги резко накрыл его губы своими. Этот поцелуй не был нежным, как первый. Юнги сразу проник своим языком в рот Чимина, без предупреждения. Без приглашения. Он знал, что его там ждут. Он навис над Чимином и готов был управлять им, а тот готов был поддаваться его действиям. Летнюю тишину прерывал только шум морского прибоя и причмокивающие звуки горячего поцелуя. Юнги властно блуждал своим языком по губам Чимина, по его небу и его языку, переплетаясь с ним и выбивая из легких последние капли воздуха. С трудом оторвавшись от теплых губ, он плавно переключился на скулы Чимина, оставляя на его лице влажные отметины. Когда он добрался до шеи, тяжелый вздох вырвался из груди Чимина сопровождающийся негромким стоном. От удовольствия он сильнее запрокинул голову назад, оголяя шею все больше и предоставляя Юнги беспрепятственный доступ к ней. Руки Юнги плавно спускались к краю Чиминовой толстовки и медленно проникали под нее, касаясь разгоряченного тела. От этих действий мурашки пробежались по всему телу, концентрируясь в паховой области. Он схватился за шею Юнги и отстранился от него, когда его руки достигли края джинсов. - Юн..ги - дрожь всего тела передалась и голосу Чимина. Он понимал, что если они сейчас не остановятся, то потом будет уже поздно думать об этом. - Не надо, это не то, чего ты хочешь. - Откуда тебе знать, чего я хочу? - низким и бархатистым голосом прошептал Чимину на ухо Юнги, хватаясь за его мочку. Оставив легкий поцелуй за ухом, он вернулся к губам и заставил Чимина перестать думать о чем-либо, кроме своего собственного удовольствия. Мокрый и развратный поцелуй действительно отвлекал. Чимин только успевал держаться за широкие плечи и хватать ртом воздух в редких перерывах между поцелуями. Рука Юнги, которая продолжала покоиться внизу живота Чимина, миновала пуговицу и молнию, расположившись на твердом, выступающем бугорке джинсов. Бедра Чимина напряглись и он вдохнул воздух сквозь сжатые зубы, прикрывая глаза. Рука плавно скользила снизу вверх и от этого у Чимина сносило крышу. Он зажмурился и непроизвольно толкнулся вперед, навстречу движениям. - Юнги-а, - Чимин издал сдавленный писк. - П-пожалуйста.. - это было похоже не на просьбу, а на мольбу. Мольбу о пощаде, потому что действия Юнги были для Чимина пыткой. - О чем ты меня просишь? - горячее дыхание Юнги обжигало шею, от которой он не мог оторваться. - Скажи мне. - Мгх.. Дот-тронься - он ближе притягивал Юнги к себе, хватаясь как спасательный круг. Но Юнги точно не собирался спать его от накрывающих волн возбуждения. - Но я и так тебя уже трогаю, Чимин-а - он сильнее сжал член через ткань джинсов в подтверждение своих слов и посмотрел в закатывающиеся от удовольствия глаза, лежащему в полуобморочном состоянии Чимину. Он осознавал, что именно он является причиной такого беспомощного его состояния и от этого у самого член больно дернулся. Чтобы хоть как-то облегчить боль от настигшего возбуждения, он начал тереться пахом о бедро Чимина, не прекращая при этом движения руки. - Ммм, - стон невольно сорвался с губ Юнги. - Возьми его, - не выдержал Чимин. - Возьми мой член в.. свою руку, - тяжелое и сбившееся дыхание мешало внятно говорить, но желание снять образовавшееся напряжение в штанах было слишком велико. - Пож-жалуйста, - его голос сорвался, а из глаз были готовы политься слезы от нетерпения. Юнги просить два раза не нужно. Он быстро расстегнул пуговицу и молнию на джинсах и освободил из плена одежды требующий внимания член Чимина. По нему уже стекли небольшие капли смазки и при встречи его с прохладным ночным воздухом он почувствовал небольшое облегчение. Но не надолго. Рука Юнги окольцевала твердую плоть и принялась медленно двигаться вверх-вниз. Хватаясь за последние остатки разума, Чимин изо всех сил старался остаться оставаться в здравом уме, но это было невозможно. Его сознание уносило в космос навстречу далеким галактикам и неизвестным планетам. В его глазах мелькали тысячи звезд, а в ушах звенел гул сотен ракет. Он двигал бедрами навстречу руке Юнги и не мог обуздать свое возбуждение. Его все больше наливался кровью и требовал немедленной разрядки. - Б-быстрее.. - он буквально задыхался. - Прошу, быстрее.. Аах. Юнги накрыл губы Чимина в беспорядочном и мокром поцелуе. Ускорив скользящие движения рукой, он тяжело дышал в губы Чимина. - Давай, Чимин-а, кончай, - он оторвался от поцелуя, давай возможность Чимина простонать на пике разрядки и прильнул к шее, оставляя на ней первую яркую отметину. - А-а-х, - глаза Чимина распахнулись, а тело прогнулось в спине, замирая и разнося накрывшее его с головой удовольствие к каждой клеточке его организма. Его руки крепко сжимали плечи Юнги, пока член освобождался от белой жидкости, оставляя мокрые следы на его джинсах и толстовке. Он шумно выдохнул и обмяк в чужих крепких руках. Сознание не намеревалось быстро возвращаться, поэтому он молча лежал и пытался восстановить сбившееся дыхание. Юнги лег рядом с Чимином, приобнимая его за талию, и уткнулся носом в шею, на которой уже красовался бордовый след, оставленный им несколько секунд назад. - Что это было? - еле слышно спросил Чимин. - Просто звезда упала.