Да, иначе мы умрем.

       Мчавший на электробайке курьер легко нагнал насекомое с каретой. Он заглушил движок, ловко оперся одной ногой на подножку и приняв помощь охраны забрался внутрь. Один из серых мундиров скривился, наблюдая следы оставляемые колесами. Но не стал делать замечаний, лишь придержал байк рукой и кивнул в том направлении где за столиком сидел Капитан. Тот что-то записывал с задумчивым видом.        Полноценный отчет придет много позже, но поскольку информация о состоянии корабля была необходима уже сейчас, как всегда пришлось импровизировать. Все что было в его распоряжении - слухи, мнения, настроения и перечень последних событий спешно накиданный на клочке бумаги. Просто чтобы не забыть при общении с капитаном.       Немного собравшись с мыслями и отряхнув пыль с волос он направился к столику. Стоило ему подойти, капитан не поднимая глаз приказал сесть напротив и пододвинул кружку с каким-то ароматным отваром. Курьер принял ее с благодарностью, согревая пересохшее горло.       - Говори.        - Повелитель, думаю мне следует начать с хороших новостей. Повреждений корабля нет, если не считать таковыми потерю двигательного отделения. Пустотники уже вышли на поверхность к шпилю и запустили ауспекс. Судя по всему, мы вышли в самом густом скоплении обломков, так что и замену легко найдем, и двигаться в ближайшие годы особой нужды не будет.       - Это действительно замечательная новость. Зима уже дает о себе знать, и тратить прометий на что-то кроме систем жизнеобеспечения было бы рискованно.       - Эм... простите мне мою несобранность повелитель, но разве я не сказал, что мы потеряли движки в результате взрыва топливных отсеков?       Капитан сцепил пальцы в замок все еще держа перо, и слегка наклонившись вперед облокотился на них подбородком. Потом поднял взор на собеседника. На лбу курьера проступил пот. Он поспешил его вытереть рукой. Но тот уже смешался с осевшей во время пути грибной пылью, оставив след цвета индиго, чем-то напоминающий боевую или ритуальную раскраску. Капитан не пожелал это наблюдать и подал салфетку.       - Но... я же говорю, не страшно это. Вокруг полно всего висит, только руку протяни. Будут у нас движки и прометий, хоть залейся. Но у нас проблема есть...       - Продолжай.       - Пустотники, что движками заведовали, они от резервуаров в пятиста метрах жили. Тысяча четыреста пятьдесят - ушли, быстро, во сне. А больше спецов на корабле у нас нет.       - То что им досталось, я и без тебя понял. Плохо что всех забрало. - Капитан подумал побарабанив пальцами по столу. - Попробуем наскрести... Что еще?        - Парни со шпиля сказали, что мы все еще движемся. Через года полтора мы выйдем из облака, а тормозить лучше сейчас. С периферии челнокам будет сложнее добираться... да и опаснее в разы. Это если мы вообще в пустоту без движка и топлива не уйдем. У нас есть всего пол года - год.       - Для этого нам достаточно хоть какой-то движок прицепить на время. С этим справимся.       - Должны. Но у нас еще с техникой беда. С имперской, которую под себя переделывали плохо, а со своей вообще мрак, включать боятся. Но над этим уже работают... причина пока не ясна.       - Челноки?       - Сейчас разбирают начинку, смотрят. Результаты, сказали, будут только через неделю. Это не мой простенький байк, где мне каждый винтик как родной, там чужого много.       - А что про связь слышно?       - Повелитель, вот это.... сказали будет, но неуверенно. А те что на магистрали ушли, туда через шахты и путь долгий. Мой наставник отправился...       - Я так понимаю, что это у тебя все. По пути ничего интересного не заметил?       - Не знаю что видел. Одно точно скажу - бормотуху ту колдовскую я пить больше не стану.       - И не придется. - Капитан впервые ободряюще улыбнулся. - Дай время и поставим нормальные щиты. Сейчас главное, чтобы люди бед не натворили, ведь всякое привидится может.       - И то верно.       - Ступай тогда. Жду полный отчет.       - Будет исполнено. - кивнул курьер, и на тот же манер как залазил, спустился с вагона.       Курьер сознательно умолчал про случаи, когда под действием свежих воспоминаний о сне, люди кончали собой или убивали близких. Про галлюцинации приводившие к тем же результатам. Но, все они знали на что шли. А капитан, и без того наверняка понял, раз сам это зелье принял.

***

      В ангаре карету встретила толпа. Более двух тысяч человек обступили церковь и шумели так, что далеко не все заметили приближение капитана. Редкие выкрики: «Волосатые приехали!», «Во! Глянь - капитанова мокрица с броневиком!», «Братва, разойдись! Дайте им дорогу!» потонули в общем гомоне.       И пока капитан обдумывал предмет предстоящей беседы с настоятелем, Джерольд накинул на шинель шубу и поспешил заняться организацией разгона людской массы. А это дело не такое уж и простое, как может показаться на первый взгляд. Все дело в том, что толпа подобна змее, что запуталась в кольцах своего тела и не может быстро распутаться без посторонней помощи. Люди во внешнем кольце обычно не считают себя ее частью. Те что во втором круге, чуть ближе к центру, соблюдают уважительную дистанцию. И те и другие - остаются глухи к любым призывам разойтись, будто не к ним обращаются. В среднем кольце уже просто не видят в каком направлении идти, и считают, что начать должны те, кто стоят вплотную, или ждут пока им откроют обзор. А в самом центре, не могут не то что пошевелиться, но и просто вдохнуть полной грудью. Были конечно и те, кто капитана и его людей в грош не ставил, считая волосатых планетников чужаками на космических просторах, или тая обиду за последние события.       Джерольд ограничился оповещением о своих намерениях в рупор. Не долго думая, распорядился достать моток трубы из пропитанной ткани и размотать у всех на виду, а также, направил пятерку новичков посмотреть панели в стенах, за которыми шли трубы. И хоть сами трубы были давно пустыми, разворачиваемая деятельность произвела должный эффект. Намокнуть в холодном помещении, одном из самых близких к поверхности никто не хотел, особо учитывая обилие одежды которую на себя напялили прихожане. Промолчим про то, что струя данная из брандспойта могла принести серьезные повреждения их хлипким телам.       Толпа постепенно начала разрежаться, образуя нечто вроде полукруга и через пол часа, которые длилось это представление со шлангом, можно было двигаться ко входу в храм, к его сверкающим золотом воротам.       Это было величественное здание. Издали оно напоминало неприступный бастион веры, с многочисленными бойницами и орудийными люками, перемежаемые декоративными орнаментами эклизиархии. А в близи - оказывался произведением искусства и историческим памятником. Каждая его деталь воплощала тысячелетние традиции, художественное мастерство и несла шрамы древних битв. А знающие люди, угадали бы в наполовину скрытом почвой основании - движки, способные поднять храм на орбиту или приземлить его на головы еретиков.       Охрана, не особо переживая за скотинку, распрягла и пустила немного попастись вокруг. Та весело встрепенулась и начала бегать по углам, то и дело выкапывая из земли и ветоши что-то вкусненькое.       К столу подошел Джерольд и сообщил о прибытии. И хоть реальной нужды в этом нет, капитану по нраву соблюдение подобного рода формальностей. Также он поведал тревожную весть о колдуне. Его, сразу после пробуждения, крепко избили и притащили сюда пустотники, что сейчас перемешались с прихожанами. Видимо в отместку за зелье, испытанные утрату близких и дурное самочувствие. По началу церковники гнали их, ругались и угрожали, но народ прибывал и было решено забрать еле живую тушку этого убожества от греха.

***

      Врата храма закрылись за капитаном, оставив его одиноко стоять в нартексе(1). Лишь дуло молчаливого танка приветствовало его. За ним, ровно по центру занимая весь наос(2), стояли еще два его монструозных собрата. И где-то там, в самом конце невидимая за ними, статуя Императора, такая же одинокая сейчас, как и он сам. Каждый описывал ее по своему, но капитан видел в ней лишь просто человека, с правильными чертами лица, уставшего. Глаза статуи были обращены куда-то в даль, полностью игнорируя его существование.       С потолка лилась тихая песня на высоком готике. Само помещение, сияло чистотой и резало глаза светом электрических спиральных ламп цвета золота и сирени, что наверняка включили ненадолго, отдавая дань уважения хозяину корабля. Для каких иных целей, святоши никогда не позволяли себе подобной расточительности, предпочитая тусклый свет экономных светильников.       Капитан не стал дожидаться встречающих, обогнул танк по левой стороне и пошел мимо вереницы статуй и картин, прославляющих достижения и святые деяния человечества. Танки притягивали его много больше, рука сама потянулась коснуться брони.       - Само любопытство не порок, наряду с другими чувствами, - прозвучал громогласный бас эхом расходящийся в тишине. - Будь то гнев, покой или страсть, радость или печаль - все они приносят благо человечеству. Но с легкостью обращаются во грех, будь обращены не к тому или не к месту, в неверной форме или излишни.       Из трансепта(3) вышла крупная одетая в герметичное облачение служителя церкви фигура. Сложное устройство сочетающее в себе вокс и фильтрационную систему позволяло говорить ему свободно, так будто его вообще не было.       - Простите святой отец, я даже не думал...       - Не смейте осквернять ложью это священное место. Я хорошо вас знаю, капитан. Дай вам волю, то вы бы не удержали свою любознательность и тыкали пальцами все вокруг. Сие есть грех. Не ребенок уже.        Все что оставалось капитану, это поднять руки в примирительном жесте, и после секундной задержки, про себя ругая забывчивость - сложить в аквиллой на груди. Он отчаянно не хотел выслушивать очередную проповедь.        - Настоятель с нетерпением ожидает вас в своей келье, на пятом этаже. Но не проявляйте греха поспешности, принимая святое омовение.       Сделав поклон статуе Императора, они вошли в небольшую дверь трансепта, где их ожидало пустое помещение с барельефами, скамьями и распылителями на потолке.        - Свое одеяние оставите мне, одеяния для визита в углу, наденете после омовения святой водой.        - Благодарю, я знаю, это мой не первый визит.       Капитан не знал что его раздражает больше, опостылевшие инструкции, бесконечные проповеди на любую тему, едкая дрянь, что сейчас польется с потолка. Присутствие святоши на время омовения, то, что тот будет следить за ним, как за каким-то неразумным идиотом, или же костюм, в котором тело задыхалось. Но таков был священный обряд, ни для кого не было исключений.

***

       Келья настоятеля. Плеть лежала покоясь на бархатной подушке, а подле нее, уродливый и некогда пухлый человечек, в приспущенном халате и белье. Он с окровавленной спиной стоял на коленях и хрипло бормотал молитву перед святыми образами. Кость и кожа, из которых сделана эта реликвия, принадлежали святому подвижнику, проделавшему немыслимый путь через всю галактику. И даже после смерти, святой продолжил борьбу за Империум в этом новом воплощении.        - Здравствуйте капитан, оставим формальности - настоятель улыбнулся пересохшими растрескавшимися губами. Сразу, как только смог подняться на ноги, хоть и давалось ему это с немалым трудом. - Простите меня грешного, встречаю в таком непотребном виде. Каюсь, последние события меня напугали. В на какой-то момент, лишили веры в защиту Его, над нашими судьбами. Слаб, труслив и ничтожен... Но мне уже лучше. Хотел бы предложить вам воды, но устав не позволяет. Садитесь, рассказывайте.        - И вам доброго здравия святой отец. - поприветствовал его капитан, поправляя тяжелый респиратор, который буквально врезался в лицо. - Хотел осведомиться, как вы перенесли переход, не нужно ли чего. Знаю вашу давнюю нужду в продовольствии и мы готовы помогать церкви в решении это и иных затруднениях.        - Пощадите мои чувства, - настоятель рассмеялся. - Я скорее грушу фениксийскую(4) в рот себе положу, чем стану питаться той отрыжкой ксеносов.        - Мы хотели предложить фрукты из садов, а не грибы.        - Про грибы я вообще не говорил - улыбка настоятеля пропала с лица. - Прошу, эту тему давайте не начинать. Капитан, вы ведь просить пришли, а не предлагать. Давайте уж на чистоту. И начнем с того, что погибло много народа. - Он жестом предложил капитану продолжить.        - Вы правы, многие ушли к Императору. В хвосте вымерло целое поселение, тысяча четыреста пятьдесят человек. Нужно корабль переосвятить, народ успокоить и службу по усопшим отслужить по всем правилам, чтобы по человечески было.        - Тысяча шестьсот восемьдесят пять, с детьми, инвалидами и теми кто не проходил регистрацию. Также вы забыли посчитать тех кто был в телеге. Ваш адъютант их решил туда определить, да чуть сам не угорел. Запах не резкий, а дышать нельзя. Вытащили. Верный, но глупый человечишка.        Настоятель тяжело вздохнул. Он бережно подобрал подушку с плетью и поместил на витрину у стены. Хромая и кряхтя от боли, проковылял к прикроватному столику и взял оттуда электронный планшет, который протянул капитану.        - Дарю, все же не бумага и удобно. Тут информация. Я ее изучил пару часов назад. По всему кораблю цифры и ситуация впечатляют. - Он несильно похлопал себе по спине и, помахав рукой, призвал капитана выключить планшет - Потом. Сейчас лучше скажите, что на ваш взгляд первое на очереди - следствие или причины, живые или мертвые? Ситуация такова, что причины сами по себе начинают перетекать в категорию следствий уже иных проблем. За что хвататься и как сделать по уму?        - Мертвые конечно. По центру, есть пара тройка больших и пустых залов. Проведем там торжественную церемонию. Оттуда, мы уже своими силами, трупы станем отправлять ушастым...        Капитан на секунду прервался. Уж очень страшная гримаса появилась на лице настоятеля. Но так как тот промолчал, он продолжил.        - А на месте оставите одно, будет отпевать тех, кто не успел до начала большой церемонии. Все сразу там быть не смогут, да и с хвоста не перетащим всех сразу, ясное дело.        - Добро. Дальше.        - Я организую группы. Прочешем корабль, селения и важные узлы. От вас - по одному на группу.        - Больше восьмидесяти четырех дать не смогу. И учтите, что реальных служителей из этого числа только семь человек, да и то...        - Справятся. А сразу после зачистки, нужно сделать школу. Необходимы спецы по движкам для ангара и обучения пустотников. Среди них тоже толковых много... придумаем чего.        - Техники есть, пара-тройка. Но их знания больше обслуживания касаются и теории. Стоит ли их с вашими группами отправлять или лучше не рисковать?        - Моим людям будет очень тяжело работать, если под боком нет кого-то от церкви. Толпами ходят, минимум по пять в окрестностях дворца. Курьеры не в счет, они хоть еще те суицидники, но их мало. С вами будет восемьдесят четыре группы по три. Этого и так мало, так что лучше рискнуть.        Капитан невольно почесался. Влажная кожа под костюмом из непроницаемой ткани саднила от пота и химикатов. Респиратор, который его тоже заставили надеть - раздражал не меньше, мешал говорить.        - И последнее. Колдуна вернуть нужно. Святой отец, он нам очень нужен.        Настоятель печально вздохнул и ответил:        - Все, нет больше твоего колдуна. - Еще один тяжелый вздох. - Мы этого еретика сжечь решили, а когда он прожарился, передумали. Взяли, поделили и съели. Времена тяжелые. Да и сам ты подметил наши проблемы с питанием. Вот так вот.        - Мне не смешно.        - Подлатали на скорую руку, но держать этот позор рода людского в храме недопустимо. Забирай. Только вот как ты его вывести собираешься? Гнев толпы с него на тебя перекинуться может.        - Это верно. Нужно как-то это красиво обыграть...        - Ох, ладно, сами придумаем. Есть у нас парочка ловчих петель на палках, сломанные печати чистоты, который со старых времен не переработали, возьмем и обклеим. Кандалы...        - Что-то мне подсказывает, он будет на весь двор богохульства орать, проклятьями сыпать, грозить от такого обращения...        - Вот и хорошо. И пускай делает это как можно громче. Должная репутация в его деле - превыше всего. Он у вас в этом талант настоящий. Меня в какой-то момент почти убедил, взять его и на тот свет отправить. Но пальцами искрить и вилки глотать, это не колдовство, - настоятель демонстративно пощелкал пальцами выбивая языки пламени, - а лишь буффонада.        Он на мгновение замолчал, но продолжил.        - Сегодня, в виде исключения, мы поиграем в эту игру. Но на будущее, крепко объясните ему, с шутами Церковь долго не пляшет.