Принцесса и Дьявол

— Что это было?! — она стояла в дверях, сложив руки на груди, слишком повзрослевшая с их последней встречи. Люцифер скептично осмотрел её: из милого ребенка Хлоя Деккер превратилась в нескладного, угловатого подростка. Выдохнул. — Нам предстоит много работы, — невесело воскликнул он, подойдя ближе. Дьявол коснулся её неухоженных длинных темных волос, положил руку на плечо, затем, отдалившись, провел ладонью по шее, приподнимая подбородок. Он поймал взгляд её строгих серо-голубых глаз. — Чуть здесь подравнять, там подкрасить, как-нибудь приодеть и… — протянул он, быстро добавив: — Может из тебя выйдет что-то путное. Идём. — Что?!       Он убрал руку с её лица, и сделал шаг назад, задумавшись. Затем резко схватил её за локоть, неосознанно подмечая, насколько тоньше её руки по сравнению с его, и легко потянул в сторону выхода. Хлоя на мгновение потеряла равновесие, запнулась и едва не упала на него, и Люцифер устало выдохнул. Деккер выставила ногу вперед, предотвращая падение, и потянулась в противоположную сторону. Она тяжело дышала, будто от быстрого бега, и Морнингстар вопросительно поднял брови. — ЧТО. ЭТО. БЫЛО? — повторила она свой вопрос, предприняв попытку высвободить руку из его хватки, но Дьявол не отпустил. Лишь обернулся и посмотрел на неё сверху вниз, невинно спросив: — О чём ты?       Он разглядывал её со смесью раздражения и любопытства: не каждый день встретишь ребенка в Аду, который ещё и взрослеет на твоих глазах, тем более девушку. На секунду Дьявол задумался, какой она станет, когда достигнет зрелости? Хитро, хищно улыбнулся, и Деккер, заметив его выражение лица, испуганно отступила назад. Он посмотрел на свою ладонь, всё ещё сжимающую её локоть, и вдруг подумал, как легко на такой бледной коже остаются синяки. Встряхнул головой, и провел взглядом от локтя вверх, к плечу, затем по шее и, наконец, к лицу, замечая легкое покраснение, раздутые ноздри и сведенные хмурые брови. Они встретились взглядами. В её серо-голубом — начинающийся шторм. Такая маленькая, хрупкая, слабая, в тоже время гордая, упрямая, несгибаемая. Люцифер раздраженно выдохнул. Они всё ещё смотрели друг другу в глаза. Хлоя отвела взгляд первой, увидев в его теплых карих глазах непонимание, начинающиеся раздражение. Она на мгновение растерялась, сдавленно кашлянула, подавившись собственным возмущением. — Об… этом? — она неопределенно развела руками, пытаясь сформулировать мысль. Столько времени она сидела в Петле, и позже во дворце дьявола, представляя встречу с Люцифером, и раз за разом он удивлял её, приходил и рушил её надежды на нормальный разговор. Она закатила глаза. Люцифер раздражал её своими нестандартными подходами к общению, дурацким «сегодня я помогу тебе, а завтра нет», неопределенностью их дружеско-вражеских отношений. — О чём? — он снова поймал её взгляд, но на этот раз первым отвёл собственный, — Слушай, у нас и правда много работы, и либо ты говоришь прямо сейчас, либо скажешь по дороге. Дьявол развернулся, и снова потянул её к выходу, приложив меньше усилий на этот раз. Девушка сделала шаг и критически осмотрела помещение. — Нет, — резко произнесла она, хватаясь за гладкую поверхность письменного стола, — Я никуда с тобой не пойду, пока ты всё мне не объяснишь!       Морнингстар остановился, глубоко вдохнул. Её громкий голос и требовательный тон, глупые детские попытки управлять им невероятно раздражали, и Дьявол закипал, с трудом сдерживая эмоции. Он не собирался кричать на неё и с силой выводить из комнаты. Он хотел поступить хорошо, так почему же она не может вести себя нормально? Он повернулся к ней и чётко медленно произнес с плохо скрываемым раздражением в голосе: — Ты не в праве требовать что-то от меня.       Деккер захлестнула волна возмущения, она задыхалась, но тон Люцифера был властным, нетерпящим пререканий, ей пришлось взять свои эмоции под контроль и замолчать. Она отпустила стол и предприняла ещё одну попытку высвободить руку из его хватки. На этот раз Морнингстар не сопротивлялся. — Так-то лучше, — Дьявол обворожительно улыбнулся и сделал шаг вперед. Она последовала за ним, предпочитая держаться на небольшом расстоянии. «Не доверяет», — пронеслось в его мыслях, хотя какое к черту доверие в Аду? Сделал ещё шаг и коснулся ручки, не оборачиваясь, тихо попросил: — Подними голову. Хлоя вздрогнула и непонимающе уставилась на него. Люцифер выдохнул. «Слишком много работы». — Подними голову. Мы сейчас выйдем за пределы твоего жалкого мира, и я хочу, чтобы ты вела себя достойно: не пряталась, не оглядывалась, не пялилась на каждого встреченного демона и шла рядом со мной. — Почему? — Я — ДЬЯВОЛ, Хлоя, — обернулся он, сверкнув красными глазами. Она вздрогнула и отступила. Люцифер стушевался, заметив её испуг. — Ты в Аду, — напомнил он ей, — Во дворце дьявола, в моём дворце. Деккер кивнула. — И я не собираюсь тебя пытать или есть, или что вы, людишки, там ещё обо мне думаете, — раздраженно подчеркнул. — Да, да, да, Аменадиэль мне говорил: «Тебя здесь никто не тронет», — попыталась передразнить ангела она. Люцифер улыбнулся. Никто, кроме него и Мэйз, прежде не пытался высмеивать ангельскую семью. — Да, мой брат такой, — усмехнулся Король Ада, на миг погрузившись в воспоминания. И этого мига хватило, чтобы Хлоя смогла спрятать страх и волнение за дежурной улыбкой. «Здесь — не тронет», — мысленно повторила она, — «Но там…» — В любом случае, нам пора, — пришёл он в себя, — Раньше начнём, раньше закончим.       Он бодро дернул на себя дверь и направился вглубь дворца, она старалась держаться с ним на одном уровне, но на каждый его шаг приходилось два её, ещё ей постоянно приходилось смотреть под ноги, чтобы не споткнуться. Люцифер остановился так же резко, как и начал движение. — Я попросил, — снова начал он властным тоном с плохо скрываемой агрессией. Его настроение менялось быстрее скорости света; разгон минимальный, а, говорят, это у женщин нестабильная психика. — Знаю, я пытаюсь, — раздраженно возразила ему Хлоя, чуть запыхавшись. Она тоже не железная, всего лишь подросток, чьи мечты о идеальной жизни были такими же невозможными, как и у большинства живых сверстниц. Конечно, им хотелось отношений до гроба, принца и богатой жизни, полной безделья, шоппинга и путешествий. Ей же вернутся домой, обнять родителей и устроить вечер кино или игр, выйти на улице и увидеть голубое небо над головой, настоящее, не искаженное. Запросы Хлои были бы просты в исполнении, если бы не одно «но». Ад. Одно слово — и все надежды разрушены. Ей не увидеть неба, не поговорить с родителями. Всё, что её ждёт, это готический каменный Дворец дьявола и работа, которую она не понимает, как выполнять. Ах да, и непонятное событие, так всполошившее Люцифера. — Ты не мог бы.. идти медленнее? — попросила она, отдышавшись. Дьявол раздраженно выдохнул, но всё же, чуть помедлив, кивнул. Темп, который он задал, был чуть быстрее её обычного, но оказался достаточно комфортным для неё. Она приподняла подбородок и старалась смотреть вперед, не оборачиваясь на шорохи и шумы. Люцифер удовлетворенно хмыкнул.       Они шли по широкому коридору, всё ближе и ближе подходя к воображаемой черте, которую Хлоя провела себе, обозначив точкой невозврата. Она осознанно не заходила за неё ранее в своих исследованиях, поскольку не смогла бы, в случае опасности спрятаться в комнате: слишком долго бежать, её нагонят. Мурашки пробежали по её коже. Пытаясь отвлечься от липкого ощущения страха, медленно ползущего вверх по спине, позвонок за позвонком, она спросила: — Так, что происходит? Люцифер, не останавливаясь, слегка повернул к ней голову: — Что происходит? — отозвался он беспечно. — Ну, — Хлоя задумалась, подбирая слова и не желая нарваться на очередную вспышку гнева, — Ты долго избегал меня, а теперь вот так ведешь куда-то. Это странно. — Мне тоже не доставляет никакой радости возиться с малолеткой, — бросил он, — Но, боюсь, у нас обоих нет выбора. Князья Ада хотят, чтобы я представил тебя. — Они что-то вроде советников? Аменадиэль говорил, что ты единолично правишь Адом. — Это… сложно, — он хмыкнул.       Хлоя кивнула, но тут же исправилась, поняв, что он не увидел этого, и угукнула. Между тем, они всё ближе подходили к черте. Люцифер замолчал. Деккер дырявила взглядом его широкую мужественную спину, размышляя, как крылья помещаются под костюмом. Или не помещаются? У него же есть крылья? Она не помнила. Встряхнув головой, девушка задала другой вопрос, не менее интересующий её: — И в чем заключается представление меня князьям Ада? — О, ничего сложного, по крайней мере я проходил через что-то хуже. Всего лишь бал. — Бал? — она приподняла бровь, — Бал Сатаны? С кровью, гостями и бокалом из чужой головы? — Так вот куда делась моя книга, а я заставил демонов перерыть половину библиотеки, — тихо усмехнулся он. Деккер слегка замедлилась, уловив что-то искреннее в его тоне. Не наглую ухмылку или ядовитую усмешку, которыми он награждал её в последнее время, не растерянную улыбку, что он показал ей в первую встречу, а что-то иное, что-то теплое. Она не заметила, как они пересекли её «точку невозврата». Люцифер резко повернул влево, проходя в незамеченный ей ранее узкий коридор. Дьявол едва не касался плечами гладких стен, Хлоя замедлилась, прежде чем последовать за ним. Она сглотнула и ускорилась. Было слишком узко для маневра, и если кто-то нападёт… Если он нападёт. «Нет», — Хлоя запретила себе и думать об этом. «Люцифер — Дьявол,» — напомнила себе, — «Они не пойдут против Короля. Он не осмелится».       Девушка не заметила, как налетела на чужую спину, толкая вперед. Морнингстар чудом устоял на ногах, успев выставить левую и слегка присесть. Деккер едва не полетела вперед, перекувыркнувшись через его спину, и, лишь разведя руки в стороны и пальцами оперившись в камень, выстояла. — Прости, — пробормотала Хлоя. — Ничего, — буркнул Люцифер, отряхивая брюки от каменной пыли. Ему давно стоило прислать сюда кого-то для уборки. — Сколько ещё осталось? — Пришли, — он выпрямился, и начал искать ключ по карманам. За его спиной Хлоя разглядела небольшую дверь. — Нет, до того, как ты представишь меня князьям Ада. — Четыре месяца, — устало выдохнул он. «Четыре месяца на то, чтобы сделать тебя Принцессой Ада».

2 адских месяца назад

— Так, что мы будем делать?       Они сидели на подобии дивана в его комнате. Мэйз и Люцифер, перед ними стеклянные стаканы с неопьяняющим, искаженным Адом виски. Люцифер глотал, не чувствуя вкуса и запаха. Мэйзикин не отставала. Он вдруг подумал, что нужно привести её на Землю, дать «правильный» алкоголь, но у них не было времени на земные прогулки. — О чём ты? — О Деккер, конечно. — О, это… — он налил себе ещё, — Пока всё идёт по плану. — У тебя есть план? — У меня есть план. — Не хочешь просветить меня? — А, да. Люцифер замолчал, выпил ещё стакан. — Я хочу сделать её Королевой Ада. — Королевой Ада? Её? — Мэйз рассмеялась. — Это не смешно, — оборвал её Люцифер, — Когда-то Лилит подготовила меня, как её замену, а я подготовлю её. Это круговорот. Она будет править от моего имени, а я буду развлекаться на Земле. И все довольны! Мэйз скептично выгнула бровь. Люцифер пояснил: — Мой братец не будет таскаться за мной по всей планете, чтобы забрать в Ад, потому что им некому править. Она им правит. — Но Адом может править лишь ангел… — Она создание моего Отца, должна подойди. А если нет, то она и не «правит», она «управляет». Не «Королева Ада», а «Менеджер Ада». Увидев непонимание в глазах демона, Люцифер махнул рукой: — Неважно. Он отпил снова. Мэйзикин не притронулась к своей порции. — Что? — Ты хочешь спросить, почему я не восторгаюсь твоим гениальным планом? — Да. — Потому что это идиотский план. — Что? Почему? По-моему, это гениально, — он развел руками, а потом и вовсе встал с дивана, подходя к барной стойке и выбирая другую бутылку. — Это было бы гениально, — начала Мэйз протяжно, он обернулся к ней, — Если бы она не боялась демонов до усрачки. — Она — что? То есть как? Да быть того не может! — Точно. — Она сбегала из Петли два раза. Она несколько лет моталась по коридорам и пряталась в чужих Петлях, где есть демоны. Ты сейчас серьезно? Человеческий отпрыск боится демонов? Ты шутишь! — Нет, — усмехнулась Мэйз, растягиваясь на диване, — Она и не боялась, пока Дромос не напал на неё. — Дромос на неё напал? Почему ты не доложила? — голос Люцифера вмиг стал серьезным. — Я прервала его, — отозвалась Мэйз, — И задала ему трёпку. — Так значит, будущая Королева Ада до ужаса боится своих подданных? — Принцесса. — Что? — Некоторые называют её Принцессой Ада. — Принцесса Ада, — Люцифер растянуто произнес, будто пробуя слов на вкус, – звучит так себе. — Так что мы будем делать с её страхом? — Ей нужно завоевать их уважение, — Люцифер пожал плечами, — Показать им, что она с ними заодно. — Как? Проведешь с ними воспитательную беседу? — Я заставлю её пытать. Они должны принять её всерьез. — Но её силы… противоположны. И тебе не кажется, что твой брат будет против? — Аменадиэль? Ему не должно быть дела до Ада, ну, пока я здесь им правлю. А насчет её сил… Не всех можно простить. — Если она откажется? — У неё нет выбора. И потом, у меня есть план. Вотрусь в доверие, расскажу основы Ада, научу танцевать для бала, прогуляюсь с ней, а потом не оставлю ей выбора. И им тоже. Точно также, как Лилит не оставила шанса мне. И тут в дело вступят Князья. Они все же имеют какой-то авторитет в Аду, знаешь ли. Она им понравится, они признают её и дадут ей присягу. И будут помогать ей править, когда я уйду на Землю. — Так это и есть твой план? — Всё просто, Мэйз, — он откупорил бутылку и начал пить из горла, забыв о любых приличиях.       Они зашли в небольшое помещение, так отличающиеся от просторных коридоров или величественно-огромного тронного зала. Хлоя осмотрелась, как могла: комната небольшая; в ней письменный стол, камин, шкафы — ничего интересного, выдающегося. Было темно, её глаза ещё не привыкли. Люцифер склонился над камином и поджёг непонятно откуда взявшиеся дрова. «Дрова в Аду?» — мотнула головой Деккер, возможно, ей пора перестать удивляться. В конце концов, Люцифер — Дьявол, кто знает, что ему вообще подвластно.       Бликов огня хватило, чтобы мягко осветить помещение. Хлоя снова осмотрелась, на этот раз внимательнее, детальнее. Ад научил её обращать внимание на обстановку — никогда не знаешь, где нападут на тебя Адские Псы. Девушка обернулась вокруг своей оси: по стенам стояли стеллажи, забитые книгами в богатых обложках из золота и серебра с гравировкой и драгоценными камнями, какие-то статуэтки — верно подарки — один стеллаж выделялся потрепанностью и малочисленностью своего содержания: лишь старые книги с пожелтевшими страницами и едва различимыми названиями на корешках — возможно, любимые, зачитанные до дыр книги. Кто же знал, что Дьявол так любит читать? Хлоя усмехнулась тихо, скорее самой себе, чем Люциферу, но он услышал, непонимающе посмотрел на неё. — Что? Она мотнула головой, подходя к стеллажу с намерением прочитать названия. Вдруг их вкусу схожи? Она снова усмехнулась. — Нет, что? — Люцифер поймал её за руку. Он выглядел как щенок или котенок, слишком милый в своём удивлении, рассеянный и смущенный, непонимающий. Хлоя впервые залюбовалась им, его по-детски искренним выражением лица. Такой странный. С виду грозный и гордый правитель Ада, а внутри просто ребенок? Ему так шло. Так шли эти правдивые, честные эмоции, которые он показал сегодня. Так хорошо он выглядел в костюмах — правильно, величественно, как подобает Королю и Правителю. Она невольно пылилась, осознав лишь, когда взгляды встретились. Быстро и резко, Хлоя отвернулась, надеясь, что оранжевый свет огня скрыл её смущение. — Ничего, — буркнула. Но Люцифер пошёл дальше, аккуратно дотронувшись до шеи. Хлоя замерла. Никто не прикасался к ней… так. Так нежно, так осторожно. Она надеялась, что он не почувствует мурашек, пробежавших по её коже, её разогнавшийся пульс. Она мертва, сердце не должно биться, но вы скажите это ему, органу, а не ей. Краска залила её лицо, так клишировано и глупо, ей хотелось провалиться под землю, но она уже в Аду, ниже некуда. «Что со мной не так?» — пронеслось в её мыслях, пока Люцифер не скользнул рукой по щеке. Он чувствовала его тепло. Облизнула пересохшие губы. «Почему это произошло?»       Она не помнила, не могла сосредоточиться на чем-то кроме его пальцев, перебирающих пряди и аккуратно, нежно касающихся её щеки. Ей казалось, нельзя быть краснее, но он начал медленно поворачивать её голову. «Он, наверняка, знает, как действует на девушек», — подумалось Хлое, и эта спасительная мысль окатила её ушатом холодной воды, — «Он Дьявол, он соблазняет — это его работа. Наверняка у него были сотни девушек, ты не особенная, успокойся, Хлоя». Она опустила глаза. «Он видит! Он видит!» — мысленно говорила она, с каждым словом смущаясь сильнее. Она чувствовала его взгляд на своём лице, ясно ищущий её собственный. «Возьми себя в руки» — яростно бросила она в голове и подняла взгляд. Решительность в её глазах показалась Люциферу странной, впрочем, по румянцу на щеках всё было понятно. Его план действовал. Он усмехнулся. — Так что «ничего»? — растянул он, улыбаясь. Хлоя снова смутилась. — Скажи мне, — подначивал он соблазнительным шепотом. — Ничего, — бросила резко она, затем добавила, растягивая гласные: — Просто… — Что? — Читающий Дьявол, — выплюнула резко и быстро, аккуратно освобождая руку и лицо из его хватки. Он все ещё держал её лицо. Деккер хотелось кричать от неловкости происходящего. Он Дьявол! Он старше её на столько лет, сколько чисел она не знает! Ей должно быть стыдно за это, но нет. И ей страшно признать, что нет. Люцифер выдохнул, как-то не то раздраженно, не то устало. — Вы, люди, вечно выставляете меня злодеем. Теперь ещё и необразованным болваном. Хлоя закатила глаза. — Нет! — выпалила она слишком быстро, не подумав, — Откуда в Аду книги? — Часть от их авторов, часть с Земли, — он равнодушно пожал плечами, присаживаясь на стул у письменного стола, — не столь важно.       Деккер рассеянно кивнула, продолжив изучать комнату. Она наткнулась взглядом на фреску-дерево в углу, единственном месте, где стена не была загорожена стеллажами. И то была яблоня, поделенная на две части: с цветами на одной и яблоками на другой стороне. И там, и там сидели птицы, часть из которых устремлялась куда-то наверх. Она проследила за рисунками взглядом, отмечая, что поднимались они всё выше и выше по стене, забираясь на самый потолок, что был кусочком звездного небо, таким причудливым, ведь этих звезд она не помнила, и ощущались они далекими, чужими. — Это мои, — заметив её любопытство, бросил Люцифер, — Когда-то я зажигал их. — Ты зажигал звезды? — Тебя это так удивляет? Я не всегда был Дьяволом, — с какой-то странной грустью произнес он. — Но я привел тебя не за этим, — его тон изменился, став снова задорным, веселым. Он встал, подошёл к закрытому шкафчику у одной из стен, открыл и достал пару бокалов и бутылку вина. — 1678 год, — произнес он, добавил: — Ты не помнишь, хороший ли тогда был урожай? Хлоя уставилась на него во все глаза. Люцифер снова взглянул на неё, издав какой-то неопределенный звук, отвернулся. — Мои предки даже не переехали в Америку тогда! А до моего рождения ещё чуть больше трех столетий! — первой обрела речь она. — А такое ощущение, что ты здесь уже вечность, — буркнул он, закрывая шкаф. И поворачиваясь к ней с бокалами в руках. — Я не пью, — бросила она, — В смысле, мне же восемь? Люцифер с сомнением посмотрел на неё. — Я плохо разбираюсь в детях, но ты выглядишь как минимум на тринадцать, а то и на пятнадцать лет. — Но… но это… — растерялась она, — По закону пить можно с 21. Люцифер закатил глаза. — Ты в Аду, — напомнил он, — Здесь земной год идёт за несколько тысячелетий. – Что? Серьезно? Ты не шутишь? — Хлоя удивилась, — Но.. Всё равно. Это не считается, я не пью! — Тебе даже не интересно, какое оно на вкус? — Люцифер откупорил бутылку, наливая себе немного, покрутил, вдохнул аромат. Хлоя облизнула пересохшие губы. — Чая не предложу, — он показал на бокал, — всё, что есть. Она кивнула медленно. — Немного. Люцифер кивнул в ответ. — Конечно.       Он передал ей фужер, Хлоя приняла его, смущенно пробормотав «спасибо», когда их руки коснулись друг друга. Она не понимала, почему ведет себя так. Люцифер почти победно усмехался. Деккер старалась не смотреть на него, а потому смотрела на бордовую жидкость в бокале. Она медлила, сомневалась, Дьявол опрокинул свой, и пока он наливал ещё, несмело прикоснулась губами к стеклу и сделала небольшой глоток, закашлялась. — Гадость. — Не самый лучший год, согласен, — вторил ей Люцифер, – Но я бы не стал так категорично относиться к вину. — Это невкусно. — Ты просто не распробовала. Попробуй ещё раз. На этот раз подержи во рту. Нужно привыкнуть ко вкусу.       Она выпила снова, на этот раз попытавшись распробовать. Алкоголь всё ещё был ей не по нраву, но уже лучше. Она села стул с другой стороны стола, он сел на свой. — Дело привычки, — улыбнулся он, отпивая. — Так зачем мы пришли сюда? — поставив свой стакан на стол, спросила Хлоя после небольшого молчания, — Разве не «раньше начнём, раньше закончим»? — Ах, да, — Люцифер поставил бокал на стол, — Точно. Я собирался рассказать тебе о бале. — Да, — подтвердила Хлоя, когда Дьявол вновь замолчал. — Видишь ли, первая правительница Ада, Лилит, завела тупую традицию — обряд посвящение, чтобы каждый, кто приходит в Ад по воле моего Отца, был принят демоническим сообществом. И потому у тебя нет выбора. — И что мне нужно сделать? — Заслужить их доверие, конечно. Расположить к себе, — он произнес, — Но для этого нам с тобой нужно ещё работать и работать. — Что? Почему? Разве мои силы… — Демоны опасаются тебя, девочка. Они должны бояться и уважать тебя, а не опасаться. Иначе они поднимут бунт против тебя. — Зачем им поднимать бунт? Разве ты не Король? Ты не сможешь их остановить? — Ох, это другое. Ты не понимаешь. Они не считают тебя частью Ада, понимаешь? Но они должны. — Почему? — Ты не демон, но и не ангел. Ты просто какая-то душа, и мало того, ничего не знаешь. — Я что-то не знаю? — Ты только что узнала, что в Аду и на Земле время идёт по-разному. — Ты хочешь сказать, что есть ещё что-то? — О, ты даже не представляешь…

*бутылка вина спустя*

— Так, получается моя мать умерла в больнице спустя всего несколько дней? Но для меня прошло столько времени, я думала… — Я уже говорил, время здесь идёт иначе, гораздо медленнее, чтобы растянуть страдания грешников.       Он рассказал ей обо всём: об устройстве Петель, о разнице во времени, о книгах и картах учета, нумерации дверей, о Князьях и о Лилит, — обо всём, о чем ему самому пришлось догадываться, ведь «великая мать» не соизволила ничего объяснять, так и ушла раньше, чем первый грешник попал в Ад. И Отец, его великодушный Отец, не решил бросить с неба или хотя бы прислать с матерью инструкцию. Думай сам, сынок, это теперь твоё королевство. — А мой отец? — спросила Хлоя. Она мучила и Аменадиэля подобными вопросами, но тот обычно не отвечал. — Жив, вероятно, — Люцифер пожал плечами. — И ты можешь его навестить, — продолжила Хлоя, — Ты же приносил все эти книги с Земли, значит, ты можешь подняться, так?       Люцифер кивнул. Ему не нравилось, в какое русло вела разговор юная Деккер, но знал, как обернуть это в свою сторону. В конце концов он Король Ада, кто если не он? — Не совсем, — произнес он с наигранным сожалением, — По правилам я не могу покидать Ад. Оставлять надолго, я бы сказал. Но несколько минут наверху равны десятку годов здесь, так что… Она понимающе кивнула. — Я бы с радостью, но не могу. За этим обычно следит Аменадиэль. Мой брат, вечно говорит, что Дьявол на Земле меняет расстановку сил в мирах. — Прямо как Князья говорят обо мне. Но я ведь ничего не делаю здесь. — А я ничего существенного не делаю там, — он многозначительно показал наверх, — Но брат меня не слушает. Аду нужен правитель. — Ты мог бы назначить кого-то из демонов. — Нет! Я же уже говорил... Они продолжили хором: — Править Адом может лишь ангел. — Вот именно, — он с раздражением осознал, что бутылка была пуста. Он не собирался напиваться, а пьянеть и вовсе не может, но всё получилось само собой. С Хлоей было неожиданно просто. Ему казалось, он будет вдалбливать ей это неделями, гонясь за ней, нежелающей, наконец, принять правду, по всему Дворцу, но она лишь кивала, иногда задавала вопросы. Дьявольский лик он справедливо решил ей не показывать, итак много информации для одного дня. — Почему тебе не попросить своих братьев? — Их?! Вздор! Они видеть меня не хотят, не то, чтобы править Адом вместо меня, — он буркнул. Ему определенно нужна ещё одна бутылка, желательно виски на этот раз или бурбон, может ром, в любом случае что-то покрепче, чем вино. — А если я…? — Ты? — с наигранным недоверием покосился на неё он. — Да, я. Если я завоюю их доверие на балу, если демоны признают меня и подчинятся мне. Я ведь тоже Божественное творение. Не ангел, но и не демон, да и до обычного человека мне далеко. — Это имеет смысл, — хищно улыбнулся он, потянувшись вперед. — Заключим сделку? — Ты не исполнила предыдущую. — Ты меня вынудил! — Даже не пытался, — выдохнул он, устало, — Что ты можешь предложить? На этот раз мне нужно что-то существенное, что заставит тебя сдержать слово. — Ты поднимешься наверх и встретишься с моим отцом, поговоришь с ним, Люцифер, разузнаешь о его жизни на Земле. А я буду править Адом. Целую земную неделю, — она протянула руку, — Идёт? — Месяц, — вставил своё слово Люцифер. — Месяц, — повторила Хлоя. Её глаза горели решимостью. Она скучала по отцу, она хотела получить весточку больше всего на свете, хотя, может больше она хотела вытащить мать из Адской петли. Люцифер смотрел на неё выжидающе. — Я согласна на месяц. — И если ты не выполнишь условия, то я не вернусь. И оставлю тебя здесь одну. Навеки, — он усмехнулся. Лгать не в его правилах, но это всего лишь блеф. Он бы оставил её одну по своей воле ещё давно, но вездесущий надоедливый старший братец притащит его обратно, хочет он того или нет.       Хлоя медленно кивнула, протягивая руку ближе к нему. Люцифер встал, она за ним, дабы соблюсти ещё одну никому не нужные формальность. Они пожали друг другу руки. Теперь Хлоя пойдёт на всё, лишь бы понравиться демонам, лишь бы отпустить Люцифера на Землю. Удочка закинута, рыба поймана. Вот только не стоит надеяться на честность Дьявола, когда ты сама его предала.

***

— Он принял предложение? — Астарот, старший из братьев, второй после Дьявола в Аду, скептично посмотрел на Аластора. Он восседал на своем месте на круглой арене, где помимо старшего, сидели и остальные. Слева от него — Велизар, демон лжи, справа — Астарта, и жена, и сестра в одном лице. — Разве не за этим ты посылал меня, брат? — удивленно произнес Аластор, глядя на мужчину перед собой. Глашатай снял свой шлем, обнажая лицо, самую уродливую и слабую часть собственного тела, тем самым выражая почтение. Лишь среди своих он мог позволить себе быть открытым, быть собой, не скрываясь за металлом и кожей. Не каждый демон мог похвастаться своей красотой, но Астароту повезло быть из таких, но лицо старшего, в отличие от лиц остальных, было скрыто темной железной маской. — Он солгал, — выкрикнул Велизар, не дожидаясь, пока старший заговорит, — Надо было послать меня, я бы раскусил его!       Велизар был мелким и тощим, способным пролезть в любую щель, чтобы ничто не укрылось от его взгляда. Он был безмолвным наблюдателем и говорливым подстрекателем в одном лице, противоречивым, злопамятным, считавшим себя лучшим из них. Его ложь правдивее истины, его истина звучала хуже портовых баек. Слишком слабый, чтобы одержать победу в честном бою, слишком демон, чтобы не воспользоваться ситуацией, обернув её в свою пользу. — Угомонись, — Астарта прикрикнула на него, не отрывая взгляд от мужа. Ей следовало бы быть мудрой, сильной и бесконечно свободной, горделивой и неправильной по меркам идеальной жены, но то была Лилит, что не пожелала дочери подобного пути. Тогда великая мать ещё надеялась вернуться за Землю, заселить её и своими детьми, так Астарта была взращена кроткой и послушной, какой Лилит никогда не была, преданной единственному мужу. Астарта была красива, никто и не спорил, говорили бы, что она дочь Адама, что она человек, но первенцем был Астарот, а назвать его хрупким человечишкой ни у кого не возникало желание, слишком демоном он был среди людей, слишком Дьяволом среди них. — Закрой свой рот и ты, демоница, — прорычал Асмодей, защищая младшего брата, — Иначе не ровен час, как я применю своё колдовство и к вам.       Асмодей, тощий и высокий, почему-то защищал Велизара. Они были ближе других, ведь измены в семье и ложь всегда идут рука об руку. Демон раздоров, разводов — он был единственным, кого не заботили мучения. Он придумывал сюжеты, проигрывая их в Петлях влюбленных снова и снова, наслаждаясь их эмоциями. Он был творцом, не мучителем, не чертом с вилами, топящим людей в лавовых котлах. Он был писателем, сценаристом, режиссером и продюсером в одном лице, а Адские Петли были его сценой, его постановкой, съёмочной площадкой. Астарта угрожающе зашипела, оскалилась, и Асмодей ударил кулаком по столу. На секунду, не больше, лишь на короткое мгновение, Астарот взглянул на его, призывая замолкнуть. Асмодею хватило, а сидевший с другой стороны хвастливый Велизар не заметил взгляда: — Люцифер солгал нам, а Аластор повёлся! Нужно было слать меня. Я бы вывел его на чистую воду!       Другие демоны закричали, завопили, живо обсуждая ситуацию, перетирая косточки божественному наместнику. И лишь Аластор стоял тихо, неотрывно глядя на маску брата, дожидаясь его ответа. И вот нечеловеческий низкий рев пронесся по залу, заставляя всех умолкнуть. Астарот встал, добавил для верности: — Замолчите все.       Хотя никто более и не говорил, не осмелился бы. Князья лишь переглядывались, ожидая решения брата. — Он что-то задумал, — сказал тот, и все оживленно закивали, — Что-то, для чего ему нужно наше расположение, наша помощь.       Астарот замолчал. Демоны перешептывались, энергично кивали друг другу, повторяя лишь «он задумал что-то», «ему нужна наша помощь», но вторили бездумно, не привнося чего-то нового, а потому старший выждал ещё немного, пока гул стихнет, и продолжил: — Он собирается оставить девчонку править Адом.       Шепот поднялся снова, на этот раз возмущенный, удивленный, неутихающий, суетливой, как гром среди ясного неба и внезапная гроза. Они обсуждали, делились новостью, пребывали в шоке и переваривали. Кто-то рычал, грозясь порвать Люцифера на куски, потому что нельзя ими, Князьями, манипулировать, кто-то тихо выдыхал, пытаясь прийти в себя. Аластор, стоящий перед трибуной, задал вопрос, интересующий многих: — Что мы будем делать, мой дорогой брат? — О, Аластор, мы уже делаем.