Моя Луна

      Рейс Чикаго-Сан-Франциско. Селин места себе не находила, переживая из-за предстоящего знакомства с семьей. Она была решительно настроена представить Макса, как своего парня, но переживала из-за реакции отца. Для Питера Вуда работа большую часть жизни была на первом месте, он из кожи вон лез, чтобы его семья жила достойно. Селин знала, что отец всегда мечтал о сыне, который бы продолжил его дело, возглавил адвокатскую фирму, расширил её и приумножал капитал. Она жила стараясь угодить отцу, была во всём лучшей — в школе, университете, различных секциях и на работе. Никто и никогда не требовал от неё стать «совершенством», однако ей хотелось доказать, что она может. И она доказывала. Ею гордились, ставили в пример во время всех семейных праздников. Но Селин было мало, всегда недостаточно. Нежелание разочаровать родителей наложило определенный отпечаток на её жизнь.       Забрав свои чемоданы, Селин волочилась за Максом и Нейтом, стараясь оттянуть встречу с отцом, который уже ждал их у своей машины. Провести День Благодарения дома, в кругу самых важных людей в её жизни было настоящим подарком. А Селин уже триста раз пожалела, что прилетела. Лучше бы они провели праздник дома, втроем — она, Макс и Нейт. Она бы испекла вкуснейшую утку и сделала фирменный клюквенный джем к ней.       — Селин! — голос отца раздался, как гром среди ясного неба. Изобразив на губах что-то среднее между улыбкой и оскалом, Селин помахала ему.       — Привет, пап.       Крепкие объятия, а ей почти стыдно за то, что она хотела развернутся к кассам и заказать билет обратно. Макс и Нейт стояли позади, улыбаясь от семейной идиллии. Вот только Макс чувствовал, что Селин совсем не рада.       — Пап, задушишь.       — Какие мы нежные стали, — засмеялся Питер, а затем посмотрел за её спину. Он сделал шаг вперед, протягивая руку Максу. — Питер Вуд.       — Макс Фолл, — он тут же пожал руку, улыбаясь. Он ожидал, что Селин хоть что-то скажет, но она потупив взгляд, молчала.       — А я Нейт, — он деловито протянул маленькую ладошку, ожидая, что её тоже пожмут.       — Ого! Сильнее папы, — улыбнулся Питер. Нейт остался доволен замечанием мужчины и радостно улыбался. — Вы начальник Селин?       Забрав чемодан у дочери, Питер закинул его в багажник. Макс не знал, как ему поступить. Он видел сомнения Селин и совершенно не хотел давить на неё. Если она не готова была признать перед своей семьей их отношения, он сможет подождать. Главное, чтобы Нейт ничего лишнего не сболтнул.       — Да, — кивнул Макс. Нейт недовольно посмотрел на Селин. В который раз, она подумала, что он ведет себя слишком взросло, как для четырехлетнего. — Я думаю, что мы поедем в отель сразу.       — Глупости! — отмахнулся Питер, забирая чемодан Макса, чтобы оставить в багажнике. — Дом большой, комнат хватит всем.       — Мы с Нейтом не хотим мешать празднику.       — Поехали, я хотя бы с ума не сойду от скуки, — улыбнулся Питер, — а то твоя мама пригласила этих Джефферсонов сегодня! Смазливый Уилл будет, она все с Сарой надеется вас свести. Это я тебя предупреждаю, чтобы ты не думала, что я в сговоре.       Селин посмотрела на Макса, чувствуя, что она совсем влипла. Мало того, что ничего не сказала отцу, так ещё и мама решила пригласить сына её подруги. Уилл учился в школе вместе с Селин. Девочки его просто обожали, он был самым крутым парнем, капитан школьной команды, а так же самый главный говнюк.       Забравшись на заднее сиденье с Нейтом, Селин то и дело поглядывала на Макса. Он с легкостью нашел общий язык с Питером, будто они были на одной волне. А вот Нейтан буравил взглядом Селин, недовольно сжимая маленькие ладошки. Он не понимал почему Селин не представила папу, как своего парня. Он был уже готов выдать их с потрохами, во имя справедливости, конечно, но разглядывать чужой город через окно автомобиля сейчас было намного важнее правды.       Машина Джефферсонов уже стояла у их дома и Питер не сдержался от недовольного вздоха.       — Клянусь, если Клайв ещё раз скажет о том, что Буллз лучше Лейкерс, я ему врежу, — это обещание Питер дал сам себе. Селин взяв за руку Нейта тут же пошла к дому, пока отец и Макс доставали чемоданы. Открыв дверь, она почувствовала запах выпечки, который всегда ассоциировался с домом.       — Мам! — протянула Селин, снимая сапожки, а затем присела рядом с Нейтом, но он недовольно проворчал, о том, что справится сам. Селин сразу поняла, что он обиделся. Потрепав светлые волосы, она чмокнула его в макушку и шепнула: — Не обижайся! Я скажу.       Без лишних слов, Оливия обняла дочь, нежно прижимая её к себе. Она уже и забыла, когда в последний раз видела её в жизни, а не по видеосвязи. Заметив мальчишку, который спрятался позади, она широко улыбнулась.       — Привет. Какой красивый мальчик, — улыбнулась Оливия, а когда в дом, вместе с мужем, зашла взрослая версия мальчишки, глаза женщины загорелись. — Вы должно быть Макс.       — Теперь я понимаю в кого Селин, — Фолл улыбнулся своей самой обаятельной улыбкой. — Оливия, рад знакомству.       Женщина покраснела, хихикнув. Голоса из гостиной привлекли её внимание, поэтому она поручила Селин поселить Макса и Нейта. Подмигнув дочери, Оливия вернулась к гостям, а Питер лишь закатил глаза, услышав голос ненавистного ему Клайва. Оставшись втроем, Селин повернулась к Максу и схватила его за руки.       — Прости, — прошептала она. — Я клянусь, что расскажу. Я испугалась.       — Я тебе ни слова не сказал, — Макс провел пальцами по нежной щеке. Прикрыв глаза, Селин уткнулась в его ладонь, прижимая своими пальчиками ближе. Ей было невероятно стыдно перед Максом, но страх парализовал её язык и она не смогла признаться. — Пойдем, а то вдруг ещё увидят, как ты ластишься к своему боссу.       Приподнявшись на носочках, Селин быстро чмокнула его в губы и повела за собой на второй этаж. Нейт словно шпион, следил за каждым движением, ожидая момента, чтобы их разоблачили. Открыв первую дверь возле лестницы, Вуд предложила эту комнату для Нейта, ведь она была ближайшей к её.       — Клёвая, — согласно кивнул мальчик, забираясь на кровать. — А где будет спать папа?       — Нейт, — Макс закатил глаза. Его сын быстро привязался к Селин, а она окружила его заботой и любовью. Фолл прекрасно понимал, что это задевало Саманту, которая забирала сына на выходные. Она хотела, чтобы он провел День Благодарения в доме Обье, но Нейтан запротестовал, заявляя, что хочет поехать вместе с ними. «Официальной» причиной их прибытия в Сан-Франциско была выставка, которая пройдет в середине недели, но Селин хотела провести праздник дома. — Хватит!       Потупив взгляд, Нейт насупился, чем вызвал улыбку у Вуд. Ей хотелось тут же смачно зацеловать его маленькое красивое личико.       — Моя комната — следующая дверь от твоей, Нейт.       — А папина? — не унимался он.       — А папа будет спать со мной, — лицо мальчугана сразу преобразилось, а в глазах появился довольный блеск. — Разбирай вещи, мы скоро вернемся.       Стоило им выйти из комнаты, они услышали, как он захихикал, довольный собой.       — Ты слишком балуешь его, — Макс закатил их чемоданы, оставляя у двери.       Пожав плечами, Селин упала спиной на кровать, наблюдая за тем, как Макс рассматривает её комнату. Он с интересом изучал её школьные награды, полочки заставленные сувенирами и фотографии на стене, а затем приблизился к кровати. Ухватившись за его руку, Селин притянула Макса к себе, заставляя лечь сверху. Обхватив крепкую шею руками, она нежно коснулась его губ. Толкнув Макса в плечо, она забралась наверх, усаживаясь на его бедра.       — Селин, вдруг кто-то войдет, — поддразнил Макс.       — Боишься моего папу? У него, кстати, есть ружье.       — Может я поселюсь в другую комнату, а среди ночи проберусь к тебе, соблазню тебя, — Макс подмигнул, проводя руками по стройным ногам, но она лишь крепче сжала его бедра, не позволяя вырваться. Конечно, Селин прекрасно знала, что он просто поддавался ей. Макс никогда не показывал своей силы при ней, вероятно, боясь напугать. Она чувствовала, что даже в самых интимных моментах, он сдерживался, чтобы не причинить ей боль.       — Я без тебя плохо сплю. Даже когда ты в кабинете работаешь, а я одна, мне тяжело уснуть.       Большая ладонь накрыла девичью щеку, ласково проводя по ней. Макс не мог описать чувство благодарности, которое у него было к его Истинной. Слишком идеальная, особенная и, главное, только его.       — Пойдем уже, — Макс приподнялся на локте, но вместо того, чтобы подняться, Селин приблизилась, вновь целуя его. Но тихий стук в дверь, заставил отвлечься от очередного поцелуя, который намеревался перейти во что-то более серьезное.       Поднявшись с постели, Селин протянула руку Максу, сплетая их пальцы. Спустившись вниз, она отпустила мужскую руку, заходя в столовую, где уже сидели все. Гости с интересом рассматривали незнакомца стоящего за спиной, даже не заметив Нейта, который ухватился за руку Селин. Но это не укрылось от глаз Оливии, она почти запищала от восторга. Женщина уже давно мечтала о внуках, но дочь карьеристка даже не думала о создании семьи. А этот малыш мог пробудить в ней материнские инстинкты, считала миссис Вуд.       Питер взял на себя ответственность представить Макса гостям, а когда в дверь зазвонили, тут же вышел из гостиной. По звонкому смеху, Селин поняла, что прибыл её самый худший кошмар. Бабуля. Сбросив одежду на Питера, Карен зашла в столовую и тут же поморщилась заметив Джефферсонов.       — А без них нельзя было? — уточнила она, а заметив их младшенького, так вообще скривилась. Она невзлюбила его ещё много лет назад, когда он перетоптал ей все розы. Маленький засранец, так она его окрестила. — Ого!       — Бабушка! — засмеялась Селин, заметив её взгляд на Максе. — Это Макс Фолл, мой начальник, а это его сын Нейт.       Женщина подмигнула внучке, усевшись на свободное место. Миссис… Никто уже и не знал её теперешнюю фамилию. Карен выходила замуж более двенадцати раз, и каждый раз в дань уважения к мужу брала новую фамилию. Питер утверждал, что она одна из самых главных клиентов его адвокатской фирмы.       — Мне кажется, что я выйду замуж в тринадцатый раз! — кокетливо хихикнула Карен.       — Четырнадцатый, — поправил Питер свою тещу.       — Ой, да, малыш Джонни не считается!       Оливия лишь закатила глаза слушая собственную мать. Карен была любимицей мужчин, ужасной матерью и замечательной бабушкой. Она до сих пор помнила лицо женщины, когда призналась, что беременна от Питера. Последнюю совершенно не волновало, что её дочь была слишком юна для того, чтобы стать мамой, а вот то, что она приобретала статус «бабушки» её совершенно не радовало.       Застолье длилось мучительно долго, во всяком случае, так казалось Селин. Весь вечер отец и бабушка состязались кто сильнее подденет Джефферсонов, а те даже не понимались волны саркастических шуток направленных на них. Оливия не успевала успокаивать ни мужа, ни мать, бросая извиняющиеся взгляды на «друзей» семьи. Макс постоянно наполнял вином бокал Селин, а Нейт уплетал за обе щеки всё, что выносила Оливия, чем несказанно радовал её.       — Расслабься, — Макс улыбнулся, а под столом провел по ноге, вызывая табун мурашек у Селин. Ей было совершенно сложно не иметь возможности поцеловать его, а Уилл, который сидел напротив, то и дело задавал глупые вопросы, вызывая у неё раздражение. Худший День Благодарения!       — Макс! — резко сказал Питер, будто вспомнил что-то очень важное. — У меня в кабинете коллекция ножей, которую подарил довольный клиент.       — Он случайно этими ножами никого не убивал? — Карен сделала глоток неразбавленного виски.       — Только надоедливых тёщ, — Питер поднялся со стола, ожидая Фолла. Ещё раз сжав стройную ножку, Макс последовал за мужчиной.       Глаза Уилла зажглись, когда тот ушел. Он подсел к Селин, вновь накрывая потоком скучных вопросов. Запах его одеколона неприятно бил по носу, вызывая раздражение у Вуд. Или она так привыкла к запаху Макса, что теперь любой другой мужской парфюм вызывал у неё отторжение.       — А я открыл свою пиар компанию, — гордо заявил он, ожидая похвалы, но её не последовало. Вуд пожала плечами, откидываясь на деревянную спинку стула. Она прекрасно знала, что отец позвал Макса не для того, чтобы показать ножи. Он бы не делал это посреди ужина. — Мне нужна помощница.       — Найми, — просто ответила Селин, желая поскорее завершить диалог. А когда почувствовала его руку на своем бедре, чуть не закричала от возмущения. Скинув его ладонь, она бросила на Уилла недовольный взгляд. — Ещё раз притронешься ко мне, я оторву тебе эту руку. Понял?       Встав из-за стола, она попросила Оливию последить за Нейтом, пока выйдет на свежий воздух. Последний бокал вина был явно лишним. Накинув на плечи домашнее пальто, Селин вышла на задний двор, вдыхая запах прохладного осеннего воздуха. Опираясь на деревянную стойку, она прикрыла глаза из-за легкого головокружения. Дверь позади открылась, послышались шаги и когда Селин увидела перед собой лицо Уилла, не успев отскочить на шаг, была заключена в крепкие объятия.       — Не ерепенься! — недовольно процедил Джефферсон. — Я был влюблен в тебя ещё со школы! А ты ничего не замечала!       Тело совершенно не слушало хозяйку, и как бы она не пыталась вырваться из крепкого обхвата, у неё не получалось. Она была пьяна, а Уилл был в несколько раз сильнее её. Не успев закричать, она почувствовала ладонь на своих губах.       — Послушай, — в его глазах соединились злоба и мольба, вводя Селин в оцепенение, — вернись в Сан-Франциско и мы с тобой построим семью. Я не женюсь только потому, что хочу тебя. Или ты думаешь ты одна фифа в этом мире? Да вокруг меня столько девок вьется, а я жду, когда смогу с тобой поговорить.       Наступив со всей силы ему на ногу, Селин воспользовалась моментом, чтобы вырваться.       — Сука! — резкий взмах руки и щека начала гореть огнем. — Я хотел по хорошему, а ты видимо любишь по жестче!       Селин пыталась оттолкнуть его, но он заломив ей руки за спину, потянулся к губам. Она крепко сжала губы, пытаясь от него отвернутся. А затем всё прекратилось. Она лишь увидела, как Уилл слетел с крыльца, падая на холодный газон. Питер застыл на пороге, не веря, что увидел. Его маленькую дочку обидел тупой кретин.       Макс накинулся на Уилла, несколько раз ударяя кулаком по лицу. А Селин трясло от омерзения. Она видела, как Макс не контролируя себя, избивал Джефферсона, нанося ему точные удары. Лицо «смазливого» Уилла теперь было больше похоже на кровавое месиво.       На шум тут же сбежались все, удивляясь увиденной картине — Селин трясло, Питер внимательно осматривал её лицо, Макс повалил Уилла, не переставая его бить. Миссис Джефферсон закричала, требуя отстать от её сына, но застыла на месте, увидев нечеловеческий взгляд Макса.       — Он убьет его! — кричала она.       — Я отмажу, — спокойно сказал Питер, но все же выпустил из рук дочь, направляясь к месту побоища. Вуд дотронулся до плеча Макса привлекая его внимание, останавливая. Селин стеклянными глазами смотрела на происходящее, не веря, что это происходит наяву. Ей хотелось сбросить с себя одежду, а затем смыть неприятное ощущение после прикосновений Уилла. — Макс, сынок, успокойся, он едва в сознании.       — Селин, что произошло? — осторожно спросила Карен, приобняв внучку за плечи. Вместо слов она начала плакать. Только сейчас она осознавала, что если бы Макс и отец не пришли вовремя, то Уилл бы не остановился. Его взгляд был таким сумасшедшим, одержимым.       Макс отошел от тела, сдерживая себя, чтобы снова не накинутся на него. Подойдя ближе к Селин, он несколько раз вытер руки о свои джинсы, желая стереть кровь с них. Наплевав на всё, Селин бросилась в его объятия, утыкаясь в широкую грудь. Её тело содрогнулось от плача. Она ещё никогда не чувствовала себя такой униженной.       — Мы это так не оставим! — крикнула Сара.       — Заткнись! — Оливия вышла вперед, чувствуя, как её руки дрожат от злости. Селин была их единственной дочкой, воспитанной в любви и гармонии. Никто и никогда не кричал на неё, не то что применял телесные наказания. — Пошли вон отсюда!       Питер многозначительно взглянул на Макса. Фолл без лишних слов повел Селин в дом, заводя в гостиную. Он ласково водил по её плечам, стараясь успокоить. Нейт сожалел, что не побежал за отцом раньше. Он решил самостоятельно проследить за Уиллом, а когда тот ударил Селин, сразу рванул за отцом, забегая в каждую комнату в доме. Мальчик чувствовал на себе часть вины, молчаливо уставился на дрожащую в отцовских руках Селин, которая стала ему ближе матери.       — Прости, Селин, — вдруг сказал Нейт, чувствуя, как слезы подступают к глазам. — Я должен был сразу побежать к папе.       — Иди сюда, — она улыбнулась, протягивая руки, чтобы укутать его в свои объятия. Посадив мальчика к себе на колени, Селин нежно прижала его себе, мягко целуя в макушку. — Ты мой спаситель.       Серо-голубые глаза мальчишки загорелись преданной, самой искренней любовью, от которой у Селин перехватило дыхание. Они — семья. Посмотрев на Макса, она улыбнулась, вновь ощущая слёзы на глазах. Только в этот раз, они были от счастья. Недавний неприятный эпизод сразу забылся. Ничто не имело значения, кроме них.       — Селин, — в гостиную забежала Оливия, чтобы поинтересоваться, как чувствует себя дочь, но застыла, увидев самую умилительную картину. Селин подняла глаза на маму и смущенно улыбнулась, понимая, как глупо было делать вид, что Макс просто её начальник, а Нейт очередной милый малыш. Они оба были очень важными для неё.       Когда появился Питер, он не выглядел удивленным. Ведь именно об их отношениях, он и разговаривал с Максом, когда в кабинет забежал перепуганный Нейтан.       — Пирог отменяется? — спросила Оливия, пытаясь смягчить неловкость.       — Есть тыквенный пирог? — Нейт заерзал на коленях и облизнулся. Миссис Вуд кивнула, широко улыбаясь. — А можно мне кусочек?       Все в комнате рассмеялись от детской непосредственности Нейта. Соскочив с колен, он подбежал к Оливии, уже самостоятельно ведя её на кухню. Макс поднялся с места, подавая руку Селин. Питер не говорил ни слова, но внимательно следил за дочерью. Его почти задело то, что дочь не хотела рассказать о том, что у неё появились отношения, а самое главное он не понимал причин, по которым она молчала. Только слепой мог не заметить их переглядывания за столом, а так же её заботу о маленьком Нейте. Разве кто-то бы уделял столько времени ребенку своего босса?       — Пап…       — Я не понимаю, Селин, — честно признался Питер, сложив руки на груди, — почему ты не рассказала нам? Мы же во всём поддерживаем тебя.       — Я испугалась, — тихо сказала она, Макс подбадривая, сжал её ладонь.       — Питер, Селин перенервничала, не знала, как объяснить. Она только при мне намеревалась позвонить несколько раз, чтобы рассказать. Селин просто переживала, что вы отреагируете, как Бриана и Пол, — пояснил Макс. Они успели обсудить и первую встречу с друзьями Селин, а так же знакомство с Фоллами.       Мужчина кивнул, выходя из гостиной. Оставшись наедине, Селин ещё крепче прижалась к Максу, с сожалением, смотрела в его глаза. Ей было жаль, что всё произошло так. У неё было слишком мало опыта в подобных сценах. Макс был первый мужчина, которого она привела домой. Первые по-настоящему серьезные отношения.       — Я всё испортила? — тихо спросила Вуд.       — Селин, что ты испортила?       — Праздник, первое знакомство, разрушила папино доверие.       — Ничего ты не испортила, — улыбнулся Макс, а приблизившись к её ушку, прошептал: — Такое знакомство лучше, чем если бы Питер застал меня в твоей комнатке с голой задницей. Ножи в его кабинете были довольно впечатляющими, чтобы я уяснил всё.       Вуд тихо засмеялась, прекрасно зная, что отец вряд ли говорил завуалировано. Питер был прямым человеком и точно описал, где окажется каждый нож. Взявшись за руки, они направились на кухню, откуда слышались голоса.       Нейтан сидел на кухонной столешнице, внимательно наблюдая за Оливией, которая разрезала пирог. Питер смотрел с огромной любовью на жену, с безграничной благодарностью, понимая, что когда-то мог потерять её по своей глупости. Если бы не её поддержка, ничего бы этого не было — ни большого уютного дома, ни хорошего достатка, ни счастливой семьи.       — Селин, нам тоже нужно тебе кое-что рассказать, — заговорил Питер, а Оливия ошарашенно смотрела на мужа, боясь реакции дочери. Это был долгий путь осознания, прежде чем они пришли к этому. Они хотела рассказать об этом, когда уедут все гости, но Макс и Нейт ведь теперь часть семьи.       — Питер, может не надо…       — Ну, рано или поздно, она все равно узнает.       — Не пугайте меня! — Селин переводила взгляд с отца на мать, и обратно.       — Ты же знаешь, что твоя мама занимается благотворительностью, — начал Питер. Его голос осел, он прочистил горло и продолжил: — И в одном из детских домов, есть мальчик, мы хотим усыновить его. Ты уже взрослая, тебе больше не нужны родители, как опора.       — Он так напоминает нам тебя в детстве, — Оливия отложила нож, вытерла руки о кухонное полотенце, после чего подошла ближе к мужу. Они видели, что в глазах дочери вновь стояли слёзы. На кухне повисла гробовая тишина. — Селин…       Макс заглянул в её лицо, ожидая, что она скажет хоть слово, но она лишь открывала рот, не издавая ни звука. Он мягко сжал её руку, приводя в чувство.       — Это так замечательно, — проговорила Селин, все ещё ошарашенная новостью. Это такой огромный шаг, подарить маленькому ребенку шанс на хорошую жизнь. — А вы какой реакции от меня ждали, что не хотели говорить?       — Точно такой же, которую ждала ты, — с упреком сказал Питер.       Селин отрицательно кивнула головой, осознавая, что её не пугало осуждение родителей. Пройдя вглубь кухни, Селин села на высокий барный стул у кухонного островка. Спиной она чувствовала мужской торс. Теперь Макс — её опора и поддержка. Селин действительно больше не нуждалась в родительской опеке. Она давно в своей жизни принимала самостоятельные решения, двигалась в своём направлении. Она была сформированной личностью и ей даже не нужна была опека Макса, но она была ей приятна и Селин с радостью принимала её. Для неё было необычно позволять кому-то направлять её, думать за неё и решать её проблемы. Даже самой сильной девочке необходимо иногда чувствовать себя маленькой и слабой. Посмотрев на Макса, она ему улыбнулась, прежде чем вновь заговорить.       Попросив Селин пройти с ним в кабинет, Питер пошел вперед. Оставив короткий поцелуй на мужских губах, Селин выдохнула в них: «Я справлюсь». Улыбнувшись Максу, она вышла из кухни и быстро добежала до дверей кабинета, закрывая их за собой.       — Разве мы когда-то обижали тебя? Мы всегда поддерживали тебя во всём! — Питер подошел к мини-бару, доставая оттуда бутылку виски, ту что он открыл, когда разговаривал с Максом. При личном разговоре Питер испытал настоящую симпатию к нему, потому что тот хорошо напоминал ему его старого лучшего друга. За такого парня не страшно отдавать единственную дочь, он не обидит и будет горой стоять. — Честно скажу, меня это обижает, принцесса.       — Пап, ты не понимаешь, я не боялась того, что вам не понравится Макс, — Селин говорила это не только отцу, но и самой себе, только сейчас понимая, что её останавливало признаться во всём. Её голос дрожал, она не хотела ранить чувства отца, а тем более казаться неблагодарной. — Всё о чём, я переживала, что я потеряю вас, потому что если бы вы не приняли его, я бы без раздумий пошла за ним, выбрала его.       Питер подошел к дочери, рукой стирая падающие по щекам слезы. Он не любил видеть её плачущей, а сегодня она пролила слишком много слёз.       — Я люблю его, — шмыгнув носом, призналась Селин, — я очень сильно люблю Макса. Настолько, что от всех готова отказаться, чтобы быть с ним. И я знаю, что он сделает для меня тоже самое.       — Ты совсем взрослая, ещё вчера хвостиком бегала за мной на работу, а сегодня привела мужчину в дом. И если ты любишь его, так же как и он тебя, то мы с мамой очень счастливы.       — Устраивал ему допрос? — засмеялась Селин, через слезы.       — Конечно, ты моя единственная дочь, я бы не позволил никому играть с тобой, а Макс любит тебя. И я очень рад за вас, — улыбнулся Питер, обнимая дочь, — Нейт тоже замечательный мальчик. И ты совсем другая стала, не трещишь целыми днями о работе, стала мягче.

* * *

      Запрокинув голову назад, Селин прикрыла глаза, наслаждаясь горячей ванной, которую для неё подготовил Макс. Это был сложный день, но Селин чувствовала себя свободнее, после того, как призналась во всём родителям. Уложив Нейта спать, Макс и Селин ещё несколько часов сидели с родителями на кухне просто разговаривая обо всём на свете. И Селин чувствовала себя счастливой. Настолько, что хотелось выбежать на улицу и закричать об этом. Поднявшись в комнату, они рухнули в постель, но сон никак не шёл и Макс предложил принять ванну, тем более она имела личную ванную комнату. Присев на край, он внимательно смотрел на умиротворенное лицо возлюбленной. Он не сдержался, и немного напрягшись, подслушал разговор с отцом. Макс сделал это для того, чтобы в любой момент прийти на помощь. Селин и так перенервничала сегодня, ей нужен был отдых.       — Может мне уволиться? — внезапно спросила Селин.       — Зачем? — закатав рукава свитера, он забрался рукой под воду, коснувшись её лодыжки, а затем провел по стройной ноге вверх, вызывая мимолетную улыбку у Селин. Задумавшись над его вопросом, она на несколько секунд вновь стала серьезной, взвешивая своё решение.       — Это не дело, что Нейт проводит всё время на работе, а няни, которых мы нанимали, не успевают раздеться, как с воплями убегают. Я бы воспитывала его, — сказала Селин. — В нём столько энергии, её нужно перенаправлять куда-то.       Максу очень нравилась эта идея, но он знал, как для неё важна самореализация. Селин любила работать, получала удовольствие от своих успехов. Ему не хотелось, чтобы она потом винила его в том, что он поставил крест на её карьере. В ней был огромный потенциал, множество идей, которые она могла бы воплотить в жизнь.       — Что? — набрав пену в ладошки, она дунула в сторону Макса и снова улыбнулась, наблюдая за озадаченным лицом Фолла. Она знала, что идея сделать её «домашней женушкой» ему ой как нравилась, а сейчас и ей казалось это очень привлекательным. Она бы научилась вкусно готовить, встречала Макса уставшего и создавала уют.       Конечно, Селин очень нравился их бешеный ритм, когда работа кипела, а в конце дня они приходили домой и готовили вместе, потом принимали душ и долго занимались любовью. Раньше ей казалось, что её мама пожертвовала своей карьерой, ради семьи, но сейчас это чувствовалось по другому. Мама не жертвовала, а сделала выбор в пользу семьи. Мысли о создании чего-то особенного вместе с Максом больше не казались какими-то далекими. Всё было реально и теперь Селин по настоящему хотела этого.       — А работа?       — Макс, — сев в ванной, Селин мокрыми руками дотронулась до его ноги, — мне кажется, что ты достаточно зарабатываешь, чтобы обеспечить меня.       — Я не об этом, мисс Вуд, — засмеялся Макс, чувствуя её руки на своей ширинке. Стянув с себя свитер, он принялся раздеваться, чтобы присоединиться к Селин. — Ты любишь работу.       Сев позади, Макс притянул её ближе к себе, крепко обнимая. Облокотившись на широкую грудь, Селин довольно замурчала от близости. Конечно, она любила работу, ей нравилось чувствовать свою независимость, пока она не встретила Макса. Теперь такие мысли казались ей глупыми. Селин всегда уважала сильных, независимых женщин, которые добивались успеха, но теперь ей хотелось другого. Повернувшись в его руках, Селин умастилась, заглядывая в красивые глаза. Макс ласково водил по её спине. Их губы встретились в нежном поцелуе, который с каждой секундой воспламенял всё внутри них. Проведя ногтями по стальному прессу, Селин закусила его губу, опуская руку ниже.       — Детка, ты специально отвлекаешь меня?       — Мгм, — Селин провела языком по его шее, — я думаю, что мне нечего переживать. Ты вроде не западаешь на своих личных ассистентов, могу не терзать себя сомнениями.       — Ха-ха, — шлепнув её по заднице, Макс сжал её пальцами, и там точно останутся отметины. — Смешно.       Но ему стало не до шуток, когда он почувствовал, как Селин крепко ухватилась за его член, смотря прямо в глаза. Недовольный блеск в ореховых глазах, заставил Фолла ухмыльнуться, поэтому Селин несколько раз провела по всей длине, очень медленно и лениво.       — Оберу тебя как липку и выброшу на улицу, если ты когда-то изменишь мне, — серьезным тоном заявила Селин, она до сих пор не понимала, что Макс до конца своей жизни связан лишь с ней. Ни одна другая женщина, даже дьявольски красивая, больше не привлекает его. Есть только Селин. — Понятно?       — Предельно, мисс Вуд.       Довольно кивнув, Селин приподнялась, а затем медленно опустилась на член, упираясь лбом в его шею и тихо застонала от удовольствия. Макс тут же приник к её щеке, нежно целуя. Какими словами можно описать то, что он испытывал к своей паре? Даже слово любовь, казалось совсем маленьким, по сравнению с эйфорией, когда рядом была она. Его пара. Его Истинная. Его Луна.       — Мы ведь всегда будем вместе? — неуверенно спросила Селин, дрожа в его крепких руках. Она никогда не думала, что кто-то станет ей настолько близким, настолько необходимым, как воздух.       — Всегда, — Макс взял её лицо в свои руки, заставляя смотреть ему прямо в глаза. Сложно было сконцентрироваться, когда она двигала бедрами — медленно, неспешно, позволяя прочувствовать всё. Они занимались любовью, выдыхали друг другу в губы признания о которых, порой боялись заговорить вслух.       Обвив руками мужскую шею, Селин почувствовала его губы на своих, их языки танцевали наполненный страстной нежностью танец. И каждый раз Селин сдавалась, покорялась силе мужчины, которого любила и который любил её. Ещё одно плавное движение и оба содрогнулись от пьянящего душу и тело удовольствия.       — Прости, что не уберег тебя сегодня, — спустя какое-то время сказал Макс, когда они лежали в постели в объятиях друг друга. — Не могу видеть твои слёзы, маленькая.       Приподнявшись на локте, Селин заглянула в спокойное лицо, но в глазах виднелась буря. Меньше всего она хотела, чтобы он винил себя. Она провела рукой по его щеке, ласково улыбаясь.       — Давай забудем об этом, — тихо сказала Селин, — как о страшном сне. Мы вместе, всё хорошо, а в соседней комнате тихонько посапывает мой маленький спаситель, пока большой лежит рядом.       — Нейт очень привязался к тебе.       — А я к нему, — улыбка сама появилась на губах, лишь от одной мысли о маленьком волчонке. Мысль о том, что у неё когда-то появятся свои дети, их копии, которые будут топать ножками по теплому полу, приятно сдавила в груди. Макс был будущим вожаком, а значит их дети тоже должны перенять его силу. Или они пойдут в мать? Скорее всего Макса разочаруется, если у него родятся простые дети. Они не смогут потом возглавить стаю. — А ты превратишь меня в волчицу?       — Маленькая, я не хочу, чтобы ты теряла волю. Если я инициирую тебя, то ты всегда будешь со мной, но уже не по своей воле, а потому что это природа на тебя влияет, — спокойно рассуждал Макс. Он бы с радостью привязал к себе Селин, но это было бы эгоизмом с его стороны. Он не поступит так с ней.       — Быть с тобой всю жизнь? О, ужас! — притворно скривилась Вуд, за что тут же получила легкий шлепок по попе и уткнувшись крепкое плечо, засмеялась. — Нет, ты прав, ведь это придется любить тебя, жить с тобой, терпеть Одри.       Макс перевернул её на спину, забираясь сверху. Светлая прядь спала на лоб, Селин заботливо заправила её за ухо, а затем положила руки ему на плечи, заглядывая в глаза. Даже если она и не станет волчицей, полноправной «супругой» вожака, она никогда не уйдет от него. Разве можно разлюбить такого человека, как Макс?       — Ты бы правда это сделала?       — Что? Терпела бы Одри? — пошутила Селин, но заметив его серьезный взгляд, лишь кивнула. — Конечно, Макс.       Он припал к её губам, в благодарном поцелуе, который с каждой секундой разжигал в них страсть. Совсем забывшись в крепких, любящих руках, Селин потеряла счёт времени утопая в ласках своего волка, заснув лишь под утро, совершенно счастливой.