Моя Луна

      Откинувшись на подушку, Селин пыталась привести тяжелое дыхание в норму. Сердце стучало отдавая пульсацией в висках, тело расслабленно обмякло. Пытаясь сфокусировать расплывчатый взгляд на потолке, она почувствовала, как Макс бережно притянул её к себе, зарываясь пальцами в спутанные после секса волосы.       Оказалось, что держать себя в руках в аэропорту и в самолете, для Селин, было непосильной задачей и как только они добрались до квартиры Макса, она тут же накинулась на него, прямо с порога. Ей начинало казаться, что Фолл скоро сбежит от неё.       — Ты не говорил, что у тебя есть квартира в Канаде, — лениво пробормотала она, прислушиваясь к стуку его сердца. Разве можно быть более счастливой, чем Селин? Макс изменил всё своим приходом в её размеренную жизнь.       — Я купил эту квартиру, чтобы приезжать сюда и навещать родителей, но был в ней всего один раз. И тогда не поехал к ним.       Подняв голову, Селин посмотрела на Макса, нежно поглаживая его щёку. Для него было тяжело вернутся в свои воспоминания, пройти через них снова. Но Селин знала, что даже если Макс не виноват в их смерти, он всё равно будет винить себя. Его чёртова гиперопека. Ей не хотелось спрашивать о том, что произошло много лет назад, когда он будет готов, то обязательно расскажет.       — Я уже начинаю жалеть, что порчу тебе праздник. Прости, что ты вновь проходишь это.       — Вечно бежать невозможно, — улыбнулся Фолл, целуя её носик. — К тому же, я ведь знаком с твоими родителями, пришло время познакомить и с моими.       Сев в постели, Селин подтянула одеяло к груди. Сердце было неспокойно от грустного вида возлюбленного, но он прав, вечно бежать от себя — ужасно. Селин вдруг задумалась над тем, чтобы было, если бы она после выставки не приняла приглашение в ресторан, не проспала всю ночь в его машине, не пригласила его в душ… Чтобы сейчас было с ними? Оба бы сходили с ума от своих желаний или поддались друг другу в конце? Смотрел ли он сейчас тем же взглядом на другую? Нет.       — Моя жизнь полностью изменилась, Макс, — коснувшись его руки, она поднесла её к своим губам и оставила нежный поцелуй на костяшках. — И одна из причин, почему я приехала вместе с тобой, чтобы сказать, что не важно, что нас ждет впереди — я рядом. Я люблю тебя и это всё, что имеет значение.       Макс обхватил её лицо руками, заглядывая в красивые глаза, орехового цвета. Он целовал её губы, вновь чувствуя голод. Ему в качестве пары достался самый лакомый кусочек в этом мире. Ещё очень давно Конрад ему рассказывал, что жизнь похожа на пазл, который ты собираешь, но без истиной — незавершенная картина. Когда Макс женился на Сэм, единственный из всей семьи был недоволен только дед, потому что он знал ничем хорошим это не закончится. Рано или поздно волки все равно находят свою истинную и с её появлением жизнь становится цельной, правильной. Так случилось и с Максом. Ему казалось, что он жил полную и правильную жизнь, у него было всё, но появление Вуд в его офисе в один момент перечеркнуло всё. Он помнил, как выходя с собрания, почувствовал её запах. Внутренний волк буквально завыл от восторга, но Макс списал это на внешнюю привлекательность Селин. Приятнее становилось, когда он унюхал её возбуждение от его присутствия. Внешне по Селин нельзя было сказать — она выглядела собранной и холодной, хоть Макс отчетливо чувствовал её феромоны.       Макс любил наблюдать за ней. Нормальный человек бы посчитал это пугающим, но Селин была такой же сумасшедшей, как и он. Приняла его настоящего, не сбежала. Полюбила его сына и окружила Нейта теплом и заботой. Селин постоянно твердила, что именно Макс изменил её жизнь, но это было не так. Именно она перевернула все с ног на голову и сделала лучше.       — Ты такой задумчивый, — прошептала Селин, недовольно пролистывая станции радио. Они ехали к месту захоронения его родителей и бабушки. Арендованная машина припарковалась у высокой ограды. Заглушив мотор, Макс сжал кожаный руль, смотря перед собой. Он уже давно смирился с тем, что потерял их. Единственное, что злило — виновные не понесли наказания. Конрада подкосила смерть жены и старшего сына с невесткой. Он настолько обезумел от горя, что впал в апатию и тогда Ральф взял всё в свои руки. Первое было решение уехать и хоть Максу хотелось отомстить, он с легкостью бы нашел их и бился бы до последнего.       Ральф не позволил.       Максу долгое время снились сны, где он стирает в порошок убийц его семьи. И хоть все в семье называли это кошмарами, он так не считал. Лишь одна короткая мысль о возмездии будоражила его, кровь внутри бурлила, а кулаки чесались.       — Пошли.       Он вышел из машины и помог Селин выбраться из внедорожника. Взявшись за руки, они вошли в ворота. Даже спустя много лет, Макс помнил дорогу к трём могилам. Его можно было разбудить посреди ночи и он с легкостью объяснил бы маршрут, не смотря на то, что кладбище было огромным.       Селин сжала его руку сильнее, напоминая, что она здесь и она с ним. Рядом и по-другому быть не может. Снег под ногами разбавлял давящую по ушам тишину, хоть она и была громче любого шума. Остановившись у трех памятников, Макс отпустив руку Селин смахнул снег с верхушек.       — Привет, мам.       От его резко охрипшего голоса, Селин почувствовала, как на глазах проступили слёзы. Самый сильный из мужчин, не дававший расслабиться себе на миг, стоял поникший. Селин не двигалась, стараясь не отвлекать Макса. Ему было необходимо выговориться.       Присев на корточки, он провел рукой по холодной могильной плите, словно пытаясь почувствовать тепло маминых рук, но этот холод обжигал сильнее любого пламени.       — Мама всегда переживала, что я не найду свою пару, — через боль улыбнулся Макс, — а в итоге ты привела меня к ним.       Очутившись сзади, Селин положила руки на его плечи. Они дрожали.       — Знаешь, если бы я не поругался в тот вечер с отцом и остался дома, то возможно они были бы живы. Я разозлился, хлопнул дверью и поехал с друзьями развлекаться. Я думал только о себе, Селин.       — Столько лет ты живешь обвиняя себя, — грустно отметила Селин, чуть крепче сжимая его плечи, — даже не будучи виноватым. Макс, ты не можешь спасти каждого, понимаешь?       Макс молчал. Конечно, он не мог, но будет пытаться. Ральф дал ему ещё один год, прежде чем передаст ему полномочия альфы их стаи. По большей части, он это сделал для того, чтобы Макс успел инициировать Селин и обучить её всему. Ведь она будет Луной их стаи. Макс оттягивал этот момент, как только мог. Он даже узнавал о превращении во время беременности у деда и тот ответил, что их малышу это совсем не навредит, ещё и сделает роды легче.       Однако Макса это совершенно не успокаивало. Он до сих пор помнил трансформацию бедного Тревора, который изнывал от боли и горячки. Если и малышу не навредит, но как Селин это переживет? Макс совершенно не хотел видеть её корчащуюся от боли в их подвале. Она же такая хрупкая, он боялся, что она сломается. Было у Макса ещё одно опасение — частенько когда людей инициируют, они сходят с ума. Боль трансформации настолько сильная, что человек лишается разума.       — Спасибо, — произнес Макс, когда они возвращались обратно к машине. Удивительно, что когда они приехали сюда было светло, а сейчас небо было чёрным. Макс был настолько погружен в свои мысли, что совсем не заметил, как пролетело время. Селин сплела их пальцы, мягко улыбаясь. Её сердце обливалось кровью от того, каким разбитым выглядел вечно собранный Макс.       В квартиру, они заехали через супермаркет, где закупили продуктов на несколько дней. Оставив легкий поцелуй на любимых губах, Макс скрылся за дверьми комнаты. Селин не хотела беспокоить его, понимая, что ему необходимо какое-то время провести наедине со своими мыслями и принялась сама разбирать пакеты с едой. Лишь после душа, у Макса начинало улучшаться настроение и он появился на кухне.       Через колонку, он включил огромный плейлист со старой музыкой. Макс пил виски, пока Селин поглощала любимый гранатовый сок. В последнее время она пила его литрами, чувствуя острую необходимость в нём. Макс едва успевал пополнять запасы, как Селин их опустошала.       — Ты такая красивая, — улыбнулся Фолл, наблюдая за тем, как Селин двигала бедрами в такт под «Hit the Road Jack», пока выкладывала сырную композицию на деревянную доску. Оторвавшись от маринования утки, Макс потянулся к её губам. Селин подалась навстречу, раскрывая губы, чтобы углубить невинные поцелуи. Оба понимали, что если сейчас не прекратят, то ничего не успеют приготовить к ужину.       Оторвавшись от любимых губ, Селин провела пальцами по гладковыбритой щеке, облизнувшись. Улыбнувшись друг другу, они вновь вернулись к готовке, довольствуясь лишь короткими прикосновениями. Но даже их было достаточно, чтобы распалить огонь внутри каждого. Селин принялась сервировать стол на двоих, расставила свечи и небольшой букет для красоты. Сейчас это было не очень похоже на рождественский ужин, ведь чаще всего этот праздник проводят в кругу семьи, но они были вдвоем. Это ощущалось невероятно интимно, подумала Вуд.       — Утка будет готова через час, — серьезно проговорил Макс, вытирая руки о кухонное полотенце, свисающее с его плеча. Даже готовя он выглядел невероятно сексуально. Хорошо, что именно он в их паре отвечал за готовку, а Селин была помощником «шеф-повара». — Будем переодеваться?       — Я взяла платье, — пожала плечами Селин. Наводить марафет ей совершенно не хотелось, краситься, чтобы через несколько часов всё смывать или делать укладку, всё равно её волосы этой ночью опять будут безбожно спутаны. Окинув оценивающим взглядом стол, Селин пододвинула несколько свечей и удовлетворено выдохнула.       Решив, что всё-таки стоит привести себя в порядок, Селин направилась в комнату, где стояли их не разобранные чемоданы. Достав платье и небольшую косметичку, она начала собираться, даже не замечая того, что Макс наблюдал за ней из дверного проёма. Лишь заметив его в зеркале, она улыбнулась и потрясла платьем, пытаясь понять нравится ли оно ему.       — Ты прекрасна и платье тоже.       — Скоро я не смогу пройти в эту дверь, — весело отметила Селин, хоть и не боялась набрать лишний вес во время беременности. Такие мелочи её никогда не беспокоили.       — Аппетитно, — усмехнулся Макс, снимая свою футболку. Не смотря на то, что он был высоким и габаритным товарищем, двигался он легко, точно чувствуя своё тело. — Беременность сделала тебя ещё более сексуальной, Селин.       Селин подмигнула Максу и начала стягивать с себя одежду. В последнее время, она вела себя слишком игриво. Макс пробудил в ней похотливое чудовище, лишенное холодного разума. Однако Селин это больше веселило, чем пугало. Переодевшись, она начала наносить легкий макияж. Максу понадобилось несколько минут, что сменить одежду, поэтому он просто сидел в кресле, наблюдая за ней. У него перехватывало дыхание от её красоты. Ещё при первой встрече его зацепила её уверенность в себе. Селин ценила и уважала собственную независимость, и, к счастью, совершенно не потеряла находясь в отношениях с ним. Макс переживал, что она начнет терять себя из-за «особенности» их отношений. Истинные пары часто растворялись в друг друге, подавляя собственное «я».       Закончив приготовления, они вернулись в гостиную и Макс сразу направился к духовке, чтобы проверить утку, а Селин пыталась включить электронный камин. Она чувствовала себя такой голодной, готовой слопать несчастную птичку самой.       Время за ужином летело незаметно — темы плавно из одной перетекали в другую, они касались друг друга едва заметно, чувствовалась невероятная легкость во всём происходящем. Селин с особым трепетом ценила эти моменты. Она прекрасно знала, что жизнь с Альфой стаи не будет легкой, но была готова пройти все тяжелые моменты рядом с ним.       — И многих ты знаешь? — удивилась Вуд, раньше она никогда не задумывалась о существовании других видов. — Я всегда думала, что это всё фантазии людей.       — Вампиры и оборотни очень постарались, чтобы так всё и было. Люди любят романтизировать или отрицать то, что выходить за рамки их понимания.       Улыбнувшись, она провела рукой по его уставшему лицу. Макс так много взваливал на себя, а эта поездка окончательно добила его. Уткнувшись в женскую ладонь, он оставил трепетный поцелуй. Она стала для него главным успокоением, маятником в кромешной тьме. Он до сих пор не верил, что мог потерять её.       — Я когда смотрю на тебя, мне становится страшно, что я могу потерять тебя, — честно признался Макс. Он редко говорил о своих страхах, и такие откровения давались ему очень тяжело.       Отложив вилку, Селин поднялась со своего места, не отрывая своих глаз от его, а затем опустилась на его колени, обхватывая крепкую шею руками.       — Ты не потеряешь меня, — уткнувшись в его лоб, прошептала. — Макс, дело ведь абсолютно не в «паре», а дело в нас. Между нами происходит то, что выше даже заложенного в тебе влечения ко мне. Понимаешь?       Конечно, понимал. Однако однажды он уже прошелся по грани, ощутил гнилой вкус потери. И боль от потери родителей не была похожа на ту, что он испытывал видя её в реанимации. Макс чувствовал словно умирал именно он, ожидая в неизвестности.       — Ты винишь себя за то, что произошло со мной, — грустно сказала Селин. Она водила рукой по его волосам, будто успокаивала только что упавшего ребенка. — Ты не можешь брать на себя ответственность за действия других.       — Если бы…       — Ну, что если бы, — Селин перебила его, — а если бы я не уволилась и не пришла к тебе на работу? А если бы не согласилась после выставки в ресторан? А если бы не переступала свои принципы ради того, чтобы быть с тобой? Макс, в мире существует так много «если бы», но сейчас мы здесь. Все наши решения привели нас сюда, и, чёрт возьми, если бы вернуть время назад, в тот день, когда я сидела в машине и пыталась собраться перед собеседованием, я бы ничего не изменила.       Макс дотронулся до её щеки костяшками пальцев, а затем привлек к себе в нежном поцелуе. Сейчас слова были лишними, да, и ни одно в мире не смогло бы описать то, что он чувствовал. Их тела словно магнитом тянуло друг к другу, но это было ничто по сравнению с тем, что чувствовало сердце. Селин обвила ногами его бедра, как только он поднялся со стула. Уткнувшись носом в его ключицы, она вдыхала родной запах, все ещё не веря в своё счастье. Временами Селин мнила, что всё это сон. Не может человек быть настолько удачливым… У неё теперь есть всё о чём она раньше даже не задумывалась, то что не входило в её планы в ближайшие года. Однако сейчас Селин не представляла жизни без Макса, Нейта и всего того, что он внес в её существование.       Аккуратно опустив её на кровать, Макс навис сверху, нежно целуя в губы. Их руки изучали друг друга, словно прикасались впервые. Слегка приподнявшись, Селин помогла избавить её от лишней одежды, а затем стянула с него верх. Макс остановился, внимательно вглядываясь в её лицо. Он множество раз представлял как сделает это. Конечно, он хотел сделать всё более романтично, искал подходящий момент. Нащупав в кармане бархатную коробочку, Макс достал её. Селин застыла, находясь перед ним в самой тривиальной позе.       Уже заранее, Макс знал ответ, но это не уменьшало его волнения ни на каплю. Открыв крышечку, он продемонстрировал ей ювелирное украшение, от чего у Селин улыбка стала ещё шире.       — Господи, — поперхнулся Фолл, — я даже не подготовил речь, а видеть тебя голой передо мной, не помогает процессу мышления.       Селин рассмеялась, после чего закусила нижнюю губу, игриво смотря на своего мужчину. В который раз, она убеждалась, что он был послан ей свыше.       — Хочешь, чтобы я оделась?       — Я хочу, чтобы ты стала моей женой, — просто ответил Макс. И ей было достаточно. Пройти эту жизнь бок о бок с этим невероятным человеком было всем, чего по настоящему желала Селин. Легко, конечно, будет не всегда, но они смогут даже в самой кромешной тьме увидеть свет.       Протянув ему руку, Селин наблюдала за тем, как Макс надевал помолвочное кольцо на безымянный палец. Бриллиант кокетливо блеснул, напоминая, что это ещё один новый этап её жизни. Притянув Макса к себе, она впилась в его губы, пытаясь показать всю свою любовь и преданность этому мужчине.

* * *

      — Ты уверена? — Макс все ещё не верил, что поддался на это. Селин имела над ним слишком сильную власть и без зазрения совести пользовалась ею. Ещё в Ванкувере, она начала уговаривать его обратить её, как можно скорее, уповая на то, что это обезопасит её и их ребенка. Макс не чувствовал в ней страха, но слушая доводы всё же согласился инициировать её по приезду.       Строгий кивок, мимолетная паника в ореховых глазах, но затем безрассудная уверенность в том, что всё правильно. Ему даже казалось, что это именно их ребенок влияет на неё так. Скорее даже управляет ею. Взглянув на цепи, прикрепленные к стене, Макс ещё раз осмотрелся по сторонам. Подвал загородного семейного дома и Селин проведет здесь всё своё обращение. Сверившись с календарем, Макс назначил день обращения к моменту, когда будет полнолуние, чтобы успеть подготовить Селин к полной луне.       — Не тяни, — выдохнула она, слыша стук сердца в ушах. Протянув руки вперед, она наблюдала, как Макс застегнул кандалы на её запястьях и спрятал ключ в карман. Они не прерывали взгляда, оба переживали, но старались не показывать этого.       — Селин, — Макс обхватил её лицо руками, — давай я придумаю что-то другое. Я не могу это сделать с тобой.       Она ответила решительный молчанием, поэтому Макс отступил назад, снимая одежду. Селин завороженно наблюдала за тем, как он трансформировался в огромного серого волка. Это занимало всего несколько секунд и не выглядело болезненно.       Её инферно продлится несколько дней.       В глазах волка она видела грусть, поэтому протянула руку к нему, чтобы дотронутся его шерсти. В таком облике она видела его только в лесу, когда он во всём признался, а больше Макс не желал пугать её, отказываясь обращаться.       — Хороший мальчик, — попыталась пошутить Селин, за что получила грозный рык, но он совершенно не испугал её. Она знала, что Макс переживал намного больше. Возможно шутки в такой момент были не уместны, подумала Селин. Сев на корточки, она чмокнула его в мокрый нос, а затем протянула руку, чтобы он укусил её.       Макс не решался причинить ей боль, даже во благо. Да, и какое здесь благо? Своим поступком он лишит её возможности жить свободно, не следовать за альфой, потому что так велит инстинкт. Он может угробить её жизнь, сотрет её волю в порошок.       — Не переживай, — улыбнулась Селин, — ты ведь будешь рядом.       Резкая боль от клыков, Макс заботливо лизнул место укуса языком. Удостоверившись, что она получила достаточное количество его слюны, волк отошел от девушки и вернул себе человеческий облик. Одевшись, Макс сел рядом с ней, обнимая её за плечи. В теплых руках, Вуд погрузилась в сон, не чувствуя, каких либо изменений. Макс, в то время, сидел на стрёме, прислушиваясь и внимательно наблюдая за её умиротворенным лицом. Она морщилась во сне, бормотала что-то неразборчиво.       Прошло несколько часов, прежде чем раздался болезненный стон и Селин резко распахнула глаза, испуганно глядя на Макса. Её тело сотрясало от внезапной вспышки боли. Температура начала подниматься, а он смахивал испарины со лба, шепча ей что-то, сам того не осознавая. Дернувшись от него, она злобно рыкнула, пытаясь выдернуть свои руки от его цепкой хватки, но было бесполезно. Его образ в ореховых глазах с каждой секундой терял очертания, пока она не выкрутилась в совершенно неестественной позе, а затем рухнула на пол, истошно крича.       Сердце обливалось кровью, Макс возненавидел себя за то, что пошел навстречу этому желанию. Вновь его эгоизм играл злую шутку. Когда-то именно из-за него он потерял родителей, а теперь может потерять и Селин. Его убеждали, что это временная боль, ей ничего не угрожает, но Макс постарался найти как можно больше информации о превращении простых людей. Многие сходили с ума, становились неконтролируемыми и в последствии опасными для других.       Каждая косточка её тела ломалась, Макс слышал это отчётливо, но ничего не мог сделать. Будь возможность забрать на себя эту боль, он бы с легкостью согласился на это, лишь бы не видеть, как по её щекам скатываются безмолвные слёзы.       И он вновь потерялся в часах, как тогда в больнице, когда она умирала на его глазах. Макс оставлял Селин, лишь когда она теряла сознание от адской боли, чтобы сходить за новой порцией витаминов и свежего мяса. После пробуждения у неё был зверский, волчий аппетит.       Сколько прошло дней? Он бы просто не смог ответить на этот вопрос. Эта агония длилась мучительно долго, но самым худшим стал момент, когда Селин открыла глаза и не узнала его. Она смотрела, словно Макс был чужой для неё человек.       — Как она? — на пороге появился Ральф.       Макс провел рукой по её волосам. Он сидел на каменном полу, откинувшись спиной на стену, пока Селин спала на его коленях. Она старательно игнорировала раскладушку, которую для неё поставил Макс.       — Опять не узнала меня, — безразлично проговорил Фолл, как данность.       — Это временно, — постарался приободрить вожак, — сегодня уже можно выводить её на прогулку. Я расставлю всех, чтобы они могли помочь в случае чего-то непредвиденного.       Поморщившись, Селин раскрыла глаза. Голова трещала от невероятной боли, а от запаха в помещении тошнило. Приподнявшись на локте, она попыталась сфокусировать взгляд, заметив склоненного над ней мужчину. Ральф приветливо улыбнулся и она попыталась ответить тем же, но ныли даже мышцы лица. Отвратительный запах отошел на второй план, когда она почувствовала другой… Запах дурманящий разум. Широко раскрыв глаза, она начала принюхиваться, резко разворачиваясь и увидела обеспокоенное лицо Макса.       Ему на несколько секунд показалось, что она унюхала запах Ральфа и он даже успел испугаться. Она могла неправильно истолковать свою прилежность к стае, и кроме запаха альфы, почувствовать ещё и влечение к сильному самцу. Его страх рассеялся, как только она приблизилась к нему, зарывшись носом в шею, начала нюхать его, а затем удовлетворенно простонала. Понимая, что здесь лишний, Ральф тут же покинул помещение, оставляя их наедине.       — Господи, — захныкала Селин, лизнув его шею, — как же вкусно ты пахнешь, не смотря на то, что воняешь.       — Как я должен воспринимать это, мисс Вуд?       — Твою мать, — она коснулась края его рубашки, задирая вверх и вновь начала водить носом, вдыхая запах его тела. Он был свежим, терпким и ни с чем не сравнимым. Облизнувшись, она испуганно смотрела на Макса, не зная, как держать себя под контролем. Ей так хотелось тереться об него, чтобы оставить его аромат на себе. Все рецепторы обострились, а чувства… — Отведешь меня в душ?       — Пока что могу предложить только принести ванну сюда.       Селин охотно закивала. Она вся была грязной, её одежда была измазана кровью, а местами и вовсе порвана. На удивление быстро её голова прошла, а сознание казалось таким ясным, что она не могла поверить, что несколько дней, по словам Макса, она корчилась от боли. Ничего из этого она не помнила, разве что урывками мелькающие воспоминания, но она не смогла бы чётко ответить что происходило.       Погрузившись в теплую воду, Селин тут же схватилась за мочалку и выдавив на него добрый слой геля, начала оттирать от себя неприятный запах. Она тайком наблюдала за Максом, пока тот убирал в её временном жилье. Хотя учитывая, что он редко оставлял её одну, то можно смело сказать, что они успели вдвоем обжить небольшой подвал.       — А я действительно ела сырое мясо? — удивилась Селин, смотря на одежду, где оставались засохшие багровые пятна.       — Действительно, — кивнул Макс, занося столик. Не смотря на то, что Селин была в сознание, превращение не было завершено и ночью всё начнется по новой. Теперь она не будет находится в беспамятстве целыми сутками, а только по ночам.       — Сколько мне ещё сидеть здесь?       — Пока я не пойму, что ты не причинишь никому вреда, себе в том числе.       — Скачай мне книги на планшет, — улыбнулась Селин. Она посмотрела на свои руки, где ещё виднелись отметены от кандалов, но следов укуса не было. Да, и тело стало каким-то другим. Коснувшись живота, Селин пыталась понять как её ребенок переживает происходящее. Она была уверена, что они делают всё правильно.       — Моя компания тебя уже не устраивает?       — Ты вообще отдыхаешь, Фолл? — возмущенно поинтересовалась Селин, приподняв кончик бровки. — Мир не крутиться вокруг меня.       — Остальной может и нет, но мой — да.       Переодевшись в принесенную Максом одежду, Селин не верила, что выйдет на улицу. Её «заточение» для неё прошло, как мгновение, потому что она редко приходила в сознание. А то что рассказывал Макс, звучало так не реалистично, только ноющая боль в теле, подтверждала его слова.       Поморщившись от солнечного света, Селин вдохнула полной грудью. Макс решил обойтись без предохранения и не стал надевать на неё опять наручники. Он ведь рядом, он успеет среагировать чтобы ни произошло. Селин увидела в окне Нейта, с интересом наблюдающим за ней, тут же махнула рукой. Вот бы обнять его хоть на секунду.       — Пока что нельзя, — тут же сказал Макс, словно прочёл её мысли, но обо всём говорили полные тоски глаза.       — Понимаю, — кивнула она, не имея сил прервать зрительный контакт. Селин хотелось отругать Макса за то, как мало он проводит времени с сыном. Как только превращение полностью закончится, она сразу начнет всё исправлять.

* * *

      Холод кирпичного пола, остужал горячее от лихорадки тело. Селин лежала, корчась от неимоверной боли. Макс отлучился на несколько часов, и как назло всё началось по новой. Только теперь она чувствовала каждое изменение. Ей хотелось сдержать крик, чтобы никого не напугать, но ад в котором находилось её тело не давал ей замолчать. Хуже всего то, что сознание мутнело, она не могла отвлечься или сконцентрировать. Боль поглощала всё.       Втянув воздух, она зарычала. Чужой запах дразнил сознание. Хотелось наброситься и растерзать того, кто решил заявиться к ней. Селин чувствовала, что животная часть начинает преобладать. Тело начинало трансформироваться, и, к сожалению, не как у Макса, а мучительно медленно, позволяя прочувствовать всё — от начало и до конца.       Дверь распахнулась. Селин вымученно подняла голову, грозно рыкнув. Это был Нейт. Он стоял в проеме, испуганно глядя на неё. И как бы она не пыталась контролировать себя, она просто не могла. Поднявшись на ноги, а затем рухнув на колени, она громко выругалась. Ей хотелось наброситься на раздражающий ноздри запах. Макс посчитал, что уже можно не надевать на неё кандалы днём, поэтому её ничего не сдерживало.       — Селин, — тихий голосок раздался, но она лишь тряхнула мордой, словно отмахивалась от назойливой мухи. Волчица плелась медленно, но Нейт не двигался с места, не веря, что она может причинить ему боль. Однако это была уже не Селин, а настоящая хищница — испуганная и потерянная. Инстинкты в ней кричали, призывали расправиться с раздражающим фактором. — Это я… Нейт…       Нюхнув его волосы, волчица вновь зарычала, ткнув его носом. Она не помнила его запаха. Макс был единственным, кого она подпускала будучи в облике волка. Связь с парой хоть ещё не такая прочная, как будет после полного обращения, но она доверяла ему.       — Ты что не помнишь меня? — протянув ей маленькую ладошку, он тут же испуганно её отдернул, как только она клацнула зубами рядом с ней. Нейт начал шагать назад, не веря в происходящее. Она прошла мимо него, мгновенно взбираясь по лестнице. Запах свободы оказался слишком пьянящим и она пустилась бежать, как можно скорее от каменного заточения.