Большая проблема для Народа Огня

Капитан Хаоджи резко выдохнул, порождая волну пламени, и уверенным взмахом руки отправил ее вперед — на каменные манекены. Болванчики быстро нагрелись и перегрелись так сильно, что буквально «полопались», раскрошившись, однако, капитану этого было мало и он, широко взмахнув ногой, послал на оставшееся от манекенов крошево мощную тепловую волну, снесшую все осколки на своем пути. — Как и всегда, ваша сила и мастерство поражают, — негромко прокомментировал полковник Шину, терпеливо наблюдавший за тренировкой покорителя. — Как и всегда… — Хорошо, если так, — ответил Хаоджи. — Это значит, что скоро вы меня отсюда выпустите. — Крепость Похай не тюрьма, это место проведения вашей службы, — возразил полковник. — По крайней мере на то время, пока Хозяин Огня Озай не пришлет вам людей. Капитан нахмурился, прикидывая, как долго в столице будут принимать решение о высылке пяти элитных воинов из личной гвардии Хозяина Огня, и коротко выругался. Хаоджи и Джаоши вместе со своими людьми отправились в Царство Земли чуть позже снятия осады с Ба Синг Се генералом Айро. И пока отряд Джаоши находился под командованием бывшего кронпринца, Хаоджи и его бойцы были направлены непосредственно к Неуязвимому Городу, дабы поддержать оставленные без основного командующего силы армии. Да, это было хорошее задание. Хаоджи всегда любил битву, и это и делало его тем, кем он являлся — превосходным воином, прошедшим через сотни сражений и десятки Агни Кай и заслужившим почет и уважение от самого Хозяина Огня. Находясь в личном подчинении Озая, Хаоджи выполнял самые трудные боевые задания и всегда был доволен своим положением. Однако, покорители земли из Ба Синг Се смогли доставить проблем, уничтожив весь отряд капитана, а самого его прилично ранив. О, конечно он сократил численность талантливых покорителей армии Царства Земли на приличное двузначное число, но сам факт того, что ему пришлось отступить… бесил. Хаоджи рыкнул и нанес десяток быстрых ударов по воздуху перед собой, с каждой атакой посылая в стену напротив по небольшому огненному шару. Каждый последующий шар оказывался больше предыдущего, и вот, когда последний удар был нанесен, финальный сгусток огня получился таким большим, что не просто разбился о камень, а расплылся жидким огнем, частично попав на наплечник капитана. Смерив его взглядом, Хаоджи оставил огонь ровно гореть на своем плече. — Да, пожалуй, это будет не так уж и скоро, — пожал плечами все прекрасно понимающий Шину. — Я рад вашей проницательности, полковник, но мне надоело сидеть в четырех стенах! — набычился Хаоджи, подходя к остающемуся спокойным Шину. — Я воин, боец — я не должен прятаться в крепостях, я должен заставлять других прятаться в крепостях! И вы прекрасно это знаете. — И что же, капитан, вызовете меня на Агни Кай? — Шину неопределенно усмехнулся. — Право ваше, конечно, и я даже отказать вам не смогу, иначе это будет бесчестьем. Однако, даже моя смерть ничего не решит в вашем вопросе. И вы прекрасно это знаете. О да, знает. Хаоджи был горячим и легко возбудимым воином, готовым в любой миг сражаться с рвением берсерка, но он не был дураком. Пока Хозяин Огня Озай лично не отдаст приказ, капитан подневолен. И он должен сидеть в этой чертовой крепости день за днем, находясь в подчинении у Шину. А убей Хаоджи полковника в Агни Кай, и все будет только хуже, потому что в таком случае командование гарнизоном Похай перейдет к нему! И он прекрасно это знает. — Ну, я могу кое-что сделать для вас, капитан, — улыбнулся Шину, по глазам видя, что буря в душе капитана немного успокоилась. — Вам предписано исполнять мои приказы и быть, пусть и элитным, но солдатом крепости. Однако, солдаты крепости не только сидят за стенами. Завтра отходит наш патрулирующий корабль. Не хотите составить компанию капитану Оро в поисках пиратов и контрабандистов? — Ну хоть что-то, — фыркнул Хаоджи. — Благодарю вас, полковник. «Хоть что-то». Но это все равно тупик, окончательный и бесповоротный. За всю свою жизнь Хаоджи лишь единожды, до крепости Похай, попадал в ситуацию, когда он не мог ничего сделать своими силами. Тогда он был моложе, но его буйный нрав и разрушительная мощь были такими же, как и сейчас. Он поднимался по карьерной лестнице легко и быстро, просто вызывая всех не нравившихся ему начальников, командиров и капитанов на дуэль Агни Кай. Он побеждал всех и заработал славу, превышающую даже славу Огненного Убийцы. И однажды он бросил вызов генералу. Уже немолодому, довольно мягкотелому и недостаточно талантливому, чтобы командовать войсками, по мнению Хаоджи и многих придворных. Хаоджи не собирался убивать его на дуэли — он хотел лишь доказать всем, что подходит на роль генерала куда лучше своего соперника. И генерал даже принял вызов, но… вышел не он. Наследный принц Айро заменил своего давнего друга и коллегу, во всеуслышание заявив, что Хаоджи оскорбил лично его своими словами в сторону того генерала. И молодой могучий покоритель огня, так яростно и беспрестанно сражающий всех своих противников на Агни Кай ничего не смог сделать в тот раз. Генерал Айро разгромил его, даже не пытаясь ранить. Он абсолютно и бесповоротно уничтожил Хаоджи. Ну, Хаоджи не считает то поражение бесчестьем. Все думали, что после поражения он станет куда сдержанней или вообще покончит с собой, не выдержав позора. Ни того, ни другого. Хаоджи остался таким же, каким и был, а возможно он стал даже сильнее, чем был до поражения Айро. И пускай он глубоко уважает бывшего наследного принца и считает его сильнейшим покорителем огня, но глубоко в душе Хаоджи лелеет мечту когда-нибудь сойтись с ним в реванше. И одолеть, конечно. — «Хотя сейчас я максимально далек от всего этого,» — с тоской подумал Хаоджи, глядя на тихое в этот вечер море. — «Ну, может быть завтра я найду парочку лихих пиратов, которые попытаются дать мне бой… Это было бы интересно.» Хотя кто в целом мире может дать бой кораблю Народа Огня в его же землях?

***

— Расслабься, — сказал Миск, глядя на мальчика, готового вот-вот пырнуть его ножом. — Дыши размеренно и глубоко. Ты не должен бояться. Если ты будешь испытывать страх перед вражеским клинком, то ты лишь увеличишь возможность его по тебе попадания. Нужно быть бесстрашным, а иногда и безрассудным. — Разве безрассудность — не помеха? — сделал вид, что удивился, Ро. — Порой, — признался Миск. — Но зачастую она… Договорить он не успел — мальчик, вдохнув глубже, чем обычно, бросился на него с неточным ударом. Ни скорости, ни силы, ни техники. Однако, момент, который Миск позволил ему подобрать, был выбран приемлемо. Среднестатистического мужчину такой удар застиг бы врасплох. Но этого все равно было недостаточно, чтобы ранить солдата, а потому Миск даже не подумал о том, чтобы дать ребенку поблажку. Он пригнулся, подставляя под удар живот, и остановил мальчика, пользуясь преимуществом длинных рук. — Да как так-то, а?! — Ро раздосадованно бросил нож на палубу и сел рядом. — Я же видел по вашим глазам, что вы не готовы! Вы никак не могли быть готовы, Мастер! — Ты видишь лишь то, что я тебе позволяю, — отрезал Миск. — Хм, это проблема. Нам нужен кто-то, кто не может маскировать взгляд. — Эй вы! Вы уже задолбали в игрушки тут играть! — донеслось гневное из-за спины. — О, как удачно, — усмехнулся Миск и обернулся. За два дня плавания Ликвидатору удалось немного натаскать своего «ученика» в плане расшифровки взглядов. Сам Миск родился со своим даром, а Ро явно приобрел его, когда его родителей убил покоритель огня, так что обучение было довольно тернистым. Как бы то ни было, читающие взгляд — талантливые люди, так что Ро быстро приспособился к обучению и всего за два дня научился неплохо определять взгляды учителя. Конечно, Миск подыгрывал мелкому, но несильно, так что «ученик» развивался. Сегодня он чуть изменил тренировки, сказав Ро, что тот должен задеть его ударом ножа, подобрав нужный момент. Раньше мальчик просто пытался достать Мастера при любом случае, показавшимся ему удобным. А матросы, которые с первого же дня были недовольны «пассажирами», все больше распалялись. Один раз почти дошло до перебранки, но Миск быстро пресек ее, убедительно сказав, что заплатит капитану по золотой монете за каждый отрубленный им палец на этом корабле. Капитан признал цену приятной, а потому матросы немного передумали. Но каждому терпению приходит конец. Матрос, вставший перед Миском, не был самым здоровым на корабле и вооружен не был. Однако, Ликвидатор видел по его движениям, что мужчина явно занимался когда-то каким-то боевым искусством. Вообще, в этом мире многие обладали особой пластикой движений и выглядели довольно тренированными, даже старики, но конкретно этот матрос выделялся даже среди них. — Вы задолбали! — повторил он, ткнув пальцем в грудь Миска. — Целыми днями сидите на палубе и… и занимаете место! И ничего не делаете! Только играетесь с этим ножичком! Что, думаешь, ты крутой? Пальцы мои отрежешь? — он помахал перед Ликвидатором пятерней. — Попробуй, урод забинтованный! Миск раздраженно отбросил идею сломать ему руку. — «Нет, идея-то хорошая, но в перспективе почти бесполезная», — подумал он. — «Нужно показать всем этим господам-матросам, что лезть ко мне совсем небезопасно. И что я могу ломать конечности не только исподтишка.» — Ты же просто хочешь почесать кулаки, — сказал Миск вслух так, чтобы все на палубе это слышали. — Тебе скучно и хочется немного передохнуть от работы. Капитан спит и видит сны, а значит можно немного расслабиться и размяться с пассажирами. Мы вам все равно не платим. Тебе кажется это хорошей идеей. — А еще он просто любит показывать свою силу, — кивнул Ро из-за спины. — Да, я тоже это вижу. — Молодец, — кивнул ему Миск, деланно не замечая закипающего матроса. — Но ты должен увидеть больше. Так что смотри на его лицо и запоминай. Потом расскажешь, что увидел. Крепкая рука схватила его плащ, но Миск не дернулся, а просто похлопал моряка по плечу: — Давай по-нормальному. Ты же боец, я вижу. Вон там, на серединке. Там места побольше. Матрос нахмурился и, яростно сверкнув глазами, кивнул. Он весь подобрался и всячески разминал руки, готовясь к схватке. Похоже, что он обладал чутьем — он понял, что легкого избиения не получится, но так ему показалось лучше — действительно развлечется, а не просто кулаки почешет об это наглое забинтованное лицо. Ро примерно понимал, о чем думает этот матрос, но старательно запоминал все его эмоции, отнесясь к заданию Миска ответственно. Лишь на секунду он позволил себе бросить взгляд на своего Мастера и ошарашенно застыл. Стоя перед собранным оппонентом, он не думал. Совсем. — На счет три? — усмехнулся Миск. — Три! — рыкнул матрос, подскакивая к нему. Действовал он уверенно, и каким-то мастерством обладал точно. Его боевое искусство предполагало широкие атаки ногами и точечные удары пальцами, собранными щепотью. Что-то, что было не просто набором красивых движений или практичным турнирным спортом, а чем-то настоящим, военным, боевым. Что-то восточное. — «Хотя в этом мире может и не восточное», — усмехнулся про себя Миск, спокойно смотря, как летит в его голову первый удар щепотью. Пальцы напряжены и приведены в боевую готовность — их так просто не повредить, даже если успеть перехватить руку. Да и Миск сейчас явно не в лучшей форме. Впрочем, если что-то, на что ты должен повлиять, кажется тебе слишком прочным для эффективного воздействия, необязательно идти в обход — можно попытаться это «что-то» сделать менее прочным. Миск коротко пнул матроса в голень, сбивая его с ритма и удерживая дистанцию. Мужчина такого не ожидал, а потому не удержал концентрацию и расслабил пальцы. В тот же миг перехватив их, Миск с удовлетворением потянул, отмечая громкий хруст. — Ы-А-А-А-А! — закричал матрос, падая на колени. — Пальцы — главное оружие человека, — серьезно сказал Миск, удерживая его руку. — Всегда и во все времена именно пальцы были самой сильной стороной человеческого вида. Кто-то скажет, что человек силен своим разумом, но я по глазам вижу, что ты им не силен. А вот пальцы у тебя достойные, и ты даже знаешь, как их применять. В бою, по крайней мере. А я знаю тысячу способов, как сломать любые пальцы. Из любых положений с почти любыми усилиями. Это важно знать, если ты считаешь себя воином, ведь лишив противника пальцев, ты лишаешь его главного оружия. Хотя, конечно, если лишить человека мозга, то ты победишь еще быстрее, но я знаю не так много универсальных способов… — Я-я-я все понял! — стонал матрос. — Все понял! Все! — Вот видишь, я — хороший учитель, — улыбнулся Миск, а затем посуровел. — Три золотых за науку! Дрожащей рукой вынув кошелек, матрос заплатил. — Поправляйся и приходи еще раз, — Миск отпустил его. — Я всегда готов поучить такого тугодума как ты за хорошую сумму. Усмехаясь, он подошел к Ро и наклонился, чтобы что-то сказать. — Вижу корабль! Корабль! — закричал один из моряков, отвлекшийся, наконец, от конфликта на палубе. — Это Народ Огня! Корабль Народа Огня! — Вот же… — Миск выругался и обернулся обратно к матросам. — Я заплачу каждому по серебряной монете, если они не узнают обо мне!

***

— Убегать не планируют, — капитан Оро сдержанно улыбнулся и бросил на Хаоджи беглый взгляд. — Пойдете со мной? — Да, — сквозь зубы ответил покоритель огня. Ему не нравился Оро, ему не нравились корабли и ему жутко не нравилось, что за целый духов день они не наткнулись ни на одно судно с пиратами! О, злые языки оправдывали многочисленные победы Хаоджи на Агни Кай его фирменной удачей, но сегодня она, похоже, решила взять отгул. — «Агни, хоть бы матросы полезли в драку», — мечтательно подумал капитан, переходя с одного корабля на другой. Корабль принадлежал Царству Земли, но, как бы, занимал нейтральное положение. Грузовое судно, перевозящее товары невоенного характера между Ю Дао и торговым постом близ Сенлиня — мелкая рыбешка в большом океане, не привлекающая внимания даже самых захудалых хищников. Капитан Оро быстро разговорился с капитаном грузового корабля, попутно проверяя документацию. Бесполезно, Хаоджи видел — все документы подлинные и вполне соответствуют правде. Но Оро, похоже, было довольно скучно, так что он, как мог, скрашивал время беседой. Хаоджи проводил голодным взглядом побито выглядящего матроса с перевязанной рукой и шумно выдохнул, заставив моряков испуганно вздрогнуть. Или, может быть, их напугал дым из ноздрей? — Капитан! — окликнули его со стороны трюма. А, нет, не его. Оро обернулся, отвлекаясь от разговора и нехорошо сощурил глаза: — Вы же сказали, уважаемый, что не берете попутчиков… Капитан грузового корабля испуганно икнул и попытался оправдаться: — Нас попросили монахини… ну, знаете, подкинуть убогих. Паренек-сирота и искалеченный уродец. Они тихие, правда. — Врешь, — выдохнул Хаоджи. — Ох и врешь… «Искалеченный уродец» просто не мог быть тихим. Это было сразу понятно для того, кто прошел через десятки смертельных поединков. Хаоджи просто чуял опасность, заключенную в высоком и, предположительно, молодом мужчине, перебинтованном с ног до головы. Правую руку он держал под плащем, вероятно она у него сломана, а вот левая была хорошо видна, как и ее расположение. И расположение то было необычным — рука явно была вот-вот готова взлететь смертоносным клинком и отбивать и наносить смертельные удары. Это был необычный человек. Это был воин. И, поймав его взгляд, Хаоджи понял, что этот воин так же заметил его. — «А может быть даже и раньше», — немного удивленно подумал капитан. — «Ну и парень…» — Что скажете, капитан Хаоджи? — спросил Оро, изучая мужчину и ребенка взглядом. — Ожоги явно не от чайника, — Хаоджи усмехнулся. — Поработал покоритель огня, причем умелый. Очень умелый. — Вообще-то, их было семеро, — поправил его забинтованный, поняв, что соврать не получится. И не соврал! Хаоджи понял, что сказанное было чистой правдой. Подумать только — семь покорителей огня на одного человека, и вот он стоит перед Хаоджи на своих ногах, а семерых покорителей нигде не видно. И сам он на покорителя чего бы то ни было не похож — не та походка, не та стойка. Покорители выделяются среди обычных людей, и другие, опытные, покорители видят это выделение. — Так значит, у нас тут военный преступник, не скрывающий преступления? — капитан Оро обрадованно улыбнулся. — Вообще-то я не совершал никаких преступлений, — поправил его мужчина. — Сопротивление силам народа Огня, есть тяжкое военное преступление. — Но они хотели меня убить. — Но вы же сопротивлялись. Закон прост. Хаоджи улыбнулся забавности сложившейся ситуации. О да, у него отличное настроение. Просто прекрасное. Великолепное! — Хороший закон не может быть простым, — поделился воин, смотря Хаоджи в глаза. — Но сложные законы никогда не работают как надо. Поэтому хороших законов и нет. — Ты же окажешь сопротивление? — с надеждой спросил Хаоджи. — Ох, ну конечно, — ответил забинтованный, роняя что-то небольшое на палубу из-под плаща. Гулкий взрыв объявил начало схватки.

***

Самодельная граната, брошенная Миском себе под ноги, была не слишком-то мощной, но зато имела одну приятную особенность — взрыв, заключенный в ее нутре, был направленным. Конечно, тяжело собрать достойную взрывалку на коленке в полутемном трюме, но зато на корабле оказалось выгодно много прекрасных горючих порошков и жидкостей. Миск трудился над заготовкой с самого начала водного пути, но доработать не успел — пришлось доделывать во время подхода судна Народа Огня. И бахнуло неплохо. Взрыв был направлен на бойца в элитной броне, какую Миск видел у личных воинов генерала. Тот выглядел самым опасным из всех на двух кораблях и чем-то неуловимо напоминал памятного старика, подарившего Ликвидатору его ожоги. Самоделка не выведет его из игры, но точно замедлит. Задача номер раз — вывести из строя (хотя бы на время) самого сильного противника, выполнена. Задача номер следующий раз — взять заложника. На море им, конечно, все равно не убежать, но так, хотя бы, получится взять инициативу в свои руки. Самым перспективным заложником виделся капитан корабля Народа Огня, беседовавший с капитаном корабля Миска и Ро, до выхода последних. К нему Миск и кинулся, не забыв бросить мальчика-ученика под ноги к матросам — не затопчут, даже если захотят, а телами прикроют. Бойцы, с которыми приходилось иметь дело на этот раз, были куда сильнее тех, кого он убил в Затту. Сразу видно — эти воины и снаряжены лучше и лучше обучены. К счастью, покорителей среди них не было, похоже, в отряде, сошедшем с корабля Народа Огня, из покорителей был только тот, которого Миск оглушил гранатой. Плюсом ко всему — Миск был в лучшей форме, чем тогда, в Затту. Ну и наконец — противников было меньше — всего три. На самом деле, конечно, отряд Народа Огня был побольше — всего их было восемь человек, но один — не боец, второй оглушен, троих Миск посчитал, а оставшиеся трое стоят неудобно и уж точно ничего не успеют сделать, чтобы помешать Ликвидатору добраться до их капитана. Первого противника Миск просто-напросто столкнул за борт, пользуясь его замешательством. Да, граната нашумела, да и не ожидали враги от раненого такой прыти. Второй успел сориентироваться и вытащил меч. Пусть Миск и считал себя лучшим на войне, он отдавал себе отчет в том, что этот житель этого странного средневекового (с железными кораблями, ага) мира может знать о поединках на мечах куда больше, чем он. Однако, Миск совершенно точно знал все о самой сути поединков, так что ему всего лишь пришлось учесть, что длинной железкой противник махать умеет. И он и правда умел, уверенно разорвав дистанцию и отмахиваясь от рук Ликвидатора. Однако, ему, видимо, не так часто приходилось сходиться в реальном бою, так как он не учел, что сражается он не на тренировочном полигоне или ринге, а на палубе небольшого корабля. Довольно тесной палубе. Миск умело заставил его пятиться до тех пор, пока дистанцию разрывать стало попросту глупо — прямо за спиной оппонента стоял удивленный скоростью разразившейся схватки капитан корабля Народа Огня и подбирался к бою третий из посчитанных вероятных врагов. Мечник подпустил Миска слишком близко, и тот, пользуясь расстоянием, схватил мужчину в борцовский захват и провел прием, пользуясь весом оппонента и прокидывая его через себя как можно дальше. От души пожелав неудачнику сломать себе что-нибудь в пути (лучше — все), Миск бросился к последнему реальному противнику. Он сходу влепил смачный удар кулаком прямо по его груди! Которая была защищена броней. — Ха-ха! — глухо хохотнул воин из-под шлема. И… умер, заимев в горле дыру от ножа, с которым тренировался Ро. Миск не использовал железку именно для этого приема. Все было просчитано и выполнено на высочайшем уровне в кратчайшие сроки. Конечно, оглушенный покоритель огня уже готовился к атаке, естественно, что матросы-ротозеи только рты успели раскрыть, не понимая, куда им приткнуться, очевидно, что капитан корабля Миска и Ро бросился за спасительную захламленную перегородку и прекрасно понятно, что оставшаяся троица солдат Огня уже неслись к Миску на всех порах. Но он успел приставить к горлу капитана посудины Народа Огня нож, и он победил. — Ты ранен, — заметил покоритель огня, удерживающий на конце ладони небольшой язычок пламени. — До свадьбы заживет, — усмехнулся в ответ Миск, прекрасно зная, что он пару раз сильно подставился под атаки мечника, для скорости. Задача номер три — вывести из строя или повредить корабль Народа Огня. Жаль, времени на создание мощной взрывчатки у Миска нет, а взятый в заложники капитан не гарантирует, что будут исполняться все-все-все прихоти «сильной стороны». Да и не такая уж сторона Миска и сильная — матросы вообще не бойцы, даже против таких дилетантов, как солдаты Народа Огня, не способных справиться с калекой. Варианты… — Если ты меня отпустишь, мы тебя даже не убьем, — поделился капитан, вновь обретя, наконец, способность говорить. — Сразу. — Неинтересно, — отрезал Миск, думая. — Мы даже отпустим этот корабль… — Скучно. — Ребенок может ехать без тебя, так и быть… — Неа. — Ты будешь благородным военнопленным… — Не хочу. — Я прикажу капитану Хаоджи взорвать тебя к духам! — разъярился капитан. — О! — просиял Миск. — Отличная идея! Он деловито заломил руку заложника и выставил его между собой и покорителем огня. Хаоджи усмехнулся, пытаясь по глазам противника определить, что он собирается выкинуть, но те встретили его такой холодной отстраненностью, что капитан напрягся. Этот человек был быстр и умел. Он напоминал капитану рассказы о легендарном мастере Пиандао, победившим однажды целую сотню воинов в одиночку. — «Он способен громить дилетантов десятками даже будучи раненым», — с уважением подумал Хаоджи, укрепляя свою стойку. — «Но профессионал, вроде меня, ему так легко не дастся.» — Даже если я каким-то чудом очищу наш корабль от ваших солдат, вы нас все равно догоните потом, — рассуждал вслух Миск. — Ну, и матросы… — Хаоджи, взорвите этот корабль немедленно! — продолжал беситься Оро. — Я приказываю! Вам! Жгите! Убейте его! И всех преступников! Они укрывали его на корабле! — О, спасибо, — Миск улыбнулся. — Теперь проблема с матросами решена. Осталась лишь проблема с вами. Но я не могу повредить вашу железную махину… — И тебе нужен человек, который даст и сдержит слово воина, что вас отпустят, — догадался Хаоджи. — Это — твой единственный шанс. — Он очень маленький, — поделился Миск. — Но он есть. Я не знаю… просто. Агни Кай. — О… — Миск вздохнул, вспоминая смысл этих слов. — О, я… я вызываю вас на Агни Кай. — Что-о-о-о?! — капитан Оро дернулся всем телом. — Ты даже НЕ ГРАЖДАНИН! Ты не маг! Ты никто! Ты недостоин дуэли! — Капитан, — голос заговорившего Хаоджи был холоден. — Вы оскорбляете мою честь своими словами. Ведь я считаю этого человека достойным. Воины Народа Огня ошарашенно замерли. Поединки Агни Кай традиционно проводились между покорителями огня и являлись способом разрешения споров, когда дело касается чести. Хаоджи — известный поединщик, но сражаться с кем-то… Он не покоритель, не гражданин Народа Огня, никто. Капитан Хаоджи лишь потеряет честь и оскорбит высокий поединок, приняв этот вызов. Но избежав его, не сделает ли он еще хуже? — Я не могу сражаться с тобой на Агни Кай, — все же решил Хаоджи. — Но я заявляю, что отныне моя честь не будет восстановлена, если воины Народа Огня здесь, сегодня нарушат данное мной слово! Все слышали?! Мы проведем дуэль, и если он победит — мы уходим! А если кто-то не согласен — идите сюда и вызывайте меня! — Капитан Хаоджи, что вы себе… — начал было Оро, но запнулся, увидев холод в глазах покорителя. — Я сожгу вас, капитан Оро, если вы заденете мою честь, и буду прав, — пообещал он. — И любой покоритель, решивший вас защитить, будет вызван на Агни Кай. Это — поединок профессионалов. Не мешайте мне. — «Ах, как бодрит!» — подумал он, шагнув на центр палубы. — «Поединок один на один с человеком уровня Пиандао!» Хотя уровень, скорее всего, преувеличен, но ненамного, это уж точно. Перед ним явно великий воин. Миск осторожно отпустил заложника, удовлетворенно наблюдая, как противники освобождают место для поединка. Для Народа Огня честь — как сама жизнь, так что можно быть уверенным — этот Хаоджи свое слово сдержит. Хотя остальные — не факт. Вероятно, они могут в любой удобный момент посчитать поведение Хаоджи бесчестьем и атаковать в спину. Правда, не факт, что последствия их не похоронят. — «Черт, как же бесит», — вяло подумал Миск, шагая к оппоненту. — «Бей солдат, держи капитана, бей колдуна. Я устал. Хочу кушать.» Ладно, собраться. Этот покоритель — не профан, его одним трюком не заломаешь. К тому же, Миску жизненно необходима его мощь. Просто жизненно необходима. — До трех считать будем? — насмешливым тоном спросил у воина Миск, уловив, как вздрогнул один из матросов. — Меня зовут Хаоджи, и я ношу звание капитана отряда, — вместо ответа представился покоритель. — И я считаю — один. — Я не знаю, какое имя мне дали родители, — честно ответил Миск. — И я ношу только вот этот плащ. Но я считаю — два. — Тогда ты будешь безымянным воином, — кивнул Хаоджи. — Я развею твой прах над океаном. И я считаю — три! Пальцы на себя, запястья вперед — Хаоджи выбросил руки перед собой, порождая огонь и тут же посылая его в противника. Но тот быстр, и он успел сместиться, прикрывшись жалобно скрипнувшей мачтой. Обернулся вокруг нее и метнул свой нож. Капитан уверенно подставил под бросок наруч, отводя оружие в сторону и посылая второй рукой огненный шар во врага. Тот танцевал, смещаясь и уворачиваясь, и даже не думал приближаться. Но Хаоджи только разгонялся, постепенно входя в свой боевой ритм. И когда он полностью разогрелся, Миск начал сближение. Конечно, противостоять умелому воину тяжело, особенно если у тебя из оружия лишь ножик. Можно взять с единственного убитого воина меч, но он мало что решит против огня, так что, по сути, будет тем же ножом. Ах нет — у Миска же и ножа нет. Он выбросил его в начале боя… Сблизившись, Ликвидатор пропустил над собою волну пламени и поднял голову, смотря на противника. Хаоджи ответил взглядом, и тогда Миск, напрягшись, выплюнул в него стальное колечко, снятое с рукоятки ножа перед броском. Хаоджи отреагировал правильно и послал в летящий в него предмет волну жара. Однако, колечко не поддалось и не сгорело, а упрямо долетело до его лица, на чем и остановилось, несильно обжигая. Но этот маневр выиграл противнику время, и теперь уж капитану пришлось бысть настороже — верткий забинтованный безымянный воин не давал нормально использовать ката для покорения и постоянно угрожал ударом в шею, если Хаоджи немного подставлялся. Но он ранен, и раны сильно его тревожат. Хаоджи способен отбиваться в ближнем бою, и он знает ката, которое можно создать и прерываясь на кулачный бой. Он закружил огонь снаружи и внутри себя, и покорение далось ему на удивление легко, будто кто-то из союзных покорителей огня помогал ему собрать силы для атаки. Он танцевал, в какой-то момент больше не отражая опасные атаки врага, а просто собирая энергию внутри себя. Но Миск не выдохся. Он заметил, что его оппонент покоряет огонь. Он почувствовал это. Опасная ситуация — ему не победить этого капитана, не нарушая плана. И выбор тут очевидный — ради победы в поединке подставлять единственный шанс на спасение бессмысленно. Так что, атаковав в последний раз, Миск отошел на максимально удобное расстояние для удара огненным шаром. — Х-ХА! — выдохнул Хаоджи, выбрасывая вперед рук, ногу и подаваясь за ними всем телом. Огненный шар, собранный им, был действительно могуч. Настолько могуч, будто бы его собирали двое покорителей огня уровня капитана. Это был его личный успех — он стал сильнее. Однако… Только в последний момент Хаоджи увидел, что за противником маячит собственный корабль. Он так увлекся сбором энергии и боем, что забыл проконтролировать окружение. О нет — он следил за окружением, но не за настолько дальним, как соседний корабль. И Миск, разворачивающийся и прекрасно понимающий, что его все равно заденет, бросился слева от шара, используя его же тепловую энергию для своего прыжка. Получилось неплохо — он смог сбить капитана с ног и отбросить его поближе к матросам. — Сбрасывайте его! Живее! — прохрипел вновь обоженный Миск. Хаоджи поднялся и опалил сразу троих, но страх подстегнул остальных, и они дружно схватили его и бросили за борт. А остальные воины Народа Огня бежали на подбитый корабль. Сила покорения Хаоджи не пробила его, но серьезно повредила. Если все получилось удачно, то он будет плестись еле-еле при попутном ветре. — По местам! — загремел голос капитана. Покорители огня с вражеского корабля принялись было палить по кораблю Миска, но их прервал гневный окрик капитана, бултыхающегося в море: — Моя честь, идиоты! Я вас всех прикончу! Он МОЙ! — Сам ты свой, — слабо усмехнулся Миск, услышав это. — А я свой. Мысли путались. Раненый организм явно не был готов к таким переделкам. Ему нужен отдых. Много отдыха. — Мастер, — тихо подошел Ро. — Мастер, вы целы? — Местами, — честно признался Миск. — Скажи матросам, что я им все-таки заплачу. А еще передай капитану, что я не могу двигаться. Мне нужно отлежаться. — Вам нужно поспать, — промямлил мальчик, глядя на ожоги. Миск дрался с искусным покорителем огня. Очень искусным. И обжегся не только о последний огненный шар… — Сплю, — коротко выдохнул Ликвидатор. И заснул. А Ро, оставленный им, на время, в одиночестве поднялся и пошел к матросам. Сейчас главное — чтобы он выжил.