Захлопнулся капкан.

Птицы весело щебетали, а солнечный свет просачивался сквозь, плотно закрытые, шторы. Том тихо посапывал, вжимаясь в красную толстовку. Торд не спит, уже давно проснулся, но почему-то не мог оторвать взгляд от такого родного лица. Пусть глаза и закрыты, но они словно на эмоциональном уровне завораживают, притягивают. Кожа очень бледная и казалось даже мёртвая. Вздохи редкие и спокойные. Это сон? С самой школы Ларссон мог только мечтать о том, что этот неприветливый на первый взгляд человек, спокойно уснёт рядом с ним. Сердце так сильно забилось. Наверное он бы убил Риджуэлла, если бы тот не принял его чувства, а следом и себя, простреливая их головы одной пулей. Два тела упадут на землю, заливая друг друга кровью. После смерти они будут вместе, Торд в этом уверен. Навсегда, вместе... Рука, что тянулась к бледной шейке, вздрогнула и Ларссон отвернулся, доставая из тумбочки ещё одну таблетку. После, возвращаясь к лицезрению сонного чуда. Дверь скрипнула и кто-то небольшими шагами подошёл к окну, раскрывая шторы. От резкого света Том сморщил носик и чихнув, открыл глаза. У Торда чуть сердце из груди не вылетело, а утренние проблемы начали вставать, создавая дискомфорт. - Будь здоров. Поднимайтесь и идите завтракать. - Пол не стал более донимать их, выходя из комнаты. - Доброе утро. - Том зевнул и сел на постели, потягиваясь. - Доброе. - улыбка Ларссона стала шире и он резко опрокинул черноглазого на кровать, навесая сверху. - Ты ч... - он не успел договорить, почувствовав немаленький утренний подарок, упирающийся в его пятую точку. Лицо залило краской и он прикрыл глаза ладонями. - Почему бы нам не развлечься немного? - промурлыкал коммунист, вылизывая мочку уха. - Д...да т...ты! - его резко заткнули поцелуем, поднимая на руки и унося в ванную. - Отпусти! - верещал черноглазый, пока его как принцессу, несли на плече. - Да ладно тебе, мы только помоемся. Желательно пару десятков раз. - произнося последнюю фразу как можно тише, Ларссон усадил Томаса на край ванной, стягивая с себя одежду. Перед Риджуэллом предстало тело с неплохим рельефом мышц. - Ты знаешь, что делать. - Том проглотил вязкую слюну и посадил коммуниста на своё место, устраиваясь меж его разведённых ног. Небольшой язычок поцеловал торс, проходясь по каждому кубику и восхищённо вздыхая. Да, Том обожал это тело. Такое сильное и статное, с губ сорвался негромкий полу-стон полу-выдох. Любая девушка была бы безума от него. Риджуэлл рыкнул, спускаясь ниже и подцепляя ткань штанов зубами. "Мой". Ненужная сейчас часть гардероба, сползает, открывая шикарный вид на стоящий половой орган. Черноглазый шумно выдыхает, беря в рот головку и посасывая её. Обводит языком вокруг, проходясь по уздечке, спускается ниже, вбирая в рот яички и проходится по всему стволу, насаживаясь до самого конца и сглатывая. Торд стонет, откидывая голову назад и берясь за непослушные волосы. Натягивая, чуть взмокшие локоны и перебирая их между своих пальцев. Том продолжает, активно двигая головой. Вскоре, особенно сильно насаживаясь и сжимая горло... Проходит лёгкая вибрация, заставляющая Торда, кончить в похотливый ротик. Черноглазый глотает всё, прекрывая рот рукой. Щёки красные, а тело значительно горячее. В чёрных глазах видна дымка возбуждения. - Тоже хочешь? - просящий взгляд, переместился на собственный бугорок. Томас немного поёрзал на месте, пока коммунист не рассмеялся, поднимая того на руки. Оставшаяся одежда, полетела в угол, рядом с туалетом. Языки танцевали своё танго, а губы прижимались всё ближе. Торд остановился, включая воду и заталкивая Тома под душ. Он заставил Риджуэлла сесть на край ванной и опираясь на бортики, расставить ноги, что и сделал черноглазый. Коммунист поцеловал бусинку соска, чуть посасывая его и поцелуями спускаясь ниже. Член у Тома был немного меньше, поэтому проблем не возникло. Ларссон прошёлся языком по сжимающемуся колечку мышц и взял в рот. Том простонал, выгибаясь. Грудь всё чаще вздымалась, а дыхание становилось сбивчивым. Торд не дал черноглазому кончить, отрываясь от своего занятия и слыша разачарованный вздох. - Потерпи. - он взял гель ополаскиватель, выдавливая себе на пальцы желеобразное содержимое и вставляя сразу два. Риджуэлл заскулил, хватаясь за шею Торда и прижимая того ближе. - Давненько мы не играли, ты такой узкий. - явно с радостью, нежели с огорчением, произнёс коммунист. Гель чуть пощипывал нежные стенки, ещё больше возбуждая черноглазого. Третий палец так же вошёл, синхронно двигаясь внутри податливого тела. - Давай уже. - Том нетерпеливо поёрзал, стараясь глубже насадиться. Ларссон усмехнулся, вынимая пальцы и выдавливая ещё немного геля, размазал его по стволу. Одним толчком, входя во всю длину. Крик вырвался из горла, а Том ещё сильнее прижался к коммунисту. Торд зарычал, сжимая бледные бёдра. - Блять... Не зажимайся, я так... - он издал ещё один утробный рык, впиваясь зубами в шею Тому и кусая того до крови. Черноглазый ещё раз вскрикнул и кончил себе на живот, от резкой вспышки боли, смешанной со звериным удовольствием. - Хах, как всегда первый. - как же можно упустить момент для издёвки. - З...заткнись мудак. - шипит черноглазый. Несмотря на кровавый след, это действительно помогло отвлечься и Ларссон смог свободно двигаться. Даже шум воды не мог до конца заглушить пошлые стоны, что вылетали каждую секунду. *** - Ииии...что? Мы так и будем это игнорировать? - Патрик отпил немного чая, вдыхая ягодный аромат. - Не смей мешать половому развитию нашего ребёнка. - Пол зло зыркунул на него, продолжая пялиться в телевизор. Эдд и Мэтт решили последовать его примеру, игнорируя стоны, что были слышны даже на кухне. "Внимание. Срочные новости. Место жительства Фрэдерика Хагнеса было на половину разрушенно. В его кабинете нашли ужасное зрелище. Изуродованный труп, как оказалось после экспертизы, принадлежал Оливеру Хагнесу, его сыну. Однако труп Фрэдерика мы так и не нашли, но обнаружили кровь на одном из этажей, прямо над огромной дырой в нескольких полах, на разных этажах. У нас есть опасения, что убийца возможно забрал его труп для дальнейшего сожжения. Но даже если это так, тот кто совершил это нападение не человек, а чудовище. Кто же так сильно возненавидел борца за справедливость и почему так жестоко обошлись даже с его сыном? Эта и многие другие предположения, после рекламы." Конечно все сидящие за столом, пребывали в немом шоке. - Ну и поделом ему. - Пол первый отошёл от шока, откидываясь с газетой на спинку стула. - Пол! Может и он был не без греха, но он пытался помочь народу. - А ещё он хотел своими грязными ручёнками убить нашего сына! Кем бы ни был этот мудозвон, борцом за справедливость, да хоть папой римским! Я бы и сам с удовольствием ему башку прострелил! - Пол продолжил читать газету, как ни в чём не бывало. Патрик оглянул парней, и увидев побледневшего Эдда, всё-таки решил спросить. - Ты знаешь кто это сделал? - художник вздрогнул. - Есть предположение. - его взгляд переместился на вошедших. Ларссон прямо таки сиял от счастья, а вот у Тома не спадала краснота с лица, за содеянное. - Уф... Любовная парочка явилась. Вы потише в следующий раз ебитесь, а то уши закладывает. - Патрик неодобрительно отвесил Полу подзатыльник. Жестом предлагая им сесть за стол. Воцарилось неловкое молчание. - Том. Что произошло...там? - явно намекая на недавние разборки и новости, спросил Гоулд. Черноглазый поник, просто смотря в стол. Говорить об этом совсем не хотелось. Нет, он не выдержит, если его начнут считать монстром лучшие друзья. Это будет ударом в печень. (Чидори в печень, никто не вечен. *Пхпх простите) - Он расскажет. Когда будет готов. - Торд приободряюще похлопал того по плечу, вставая, чтобы налить им чаю и положить в тарелки яичницу с беконом. - Как насчёт прогулки? - подал голос Нарцисс, дабы сгладить углы. - Но люди! - хотел было возразить Патрик, однако его перебили. - Они уже давно считают, что красный лидер мёртв, как и его сообщники. Проблем не должно возникнуть. Тем более под курткой не особо видно механическую руку, если что скажем мол, ну похож немного. - все обдумали данное решение и в шестером начали собираться, или...семером. Красные глаза оглядели присутствующих, выделяя лишь двух. "Наслаждайся последним днём мучений в этом мире. Совсем скоро, мы отправимся к настоящей семье. Тебе больше не нужно будет страдать, сожалеть, а я искуплю свой грех. Не переживай Том, я стану членом твоей новой семьи." Чёрная дымка растворилась, оставляя лишь пустоту. - Вот только мне это не нужно. - Риджуэлл замер на пару секунд, в надежде что его услышали. - Что тебе не нужно? - коммунист подкрался сзади, обнимая любимого и забираясь рукой под толстовку. - Этот ебучий мир без тебя. - Ларссон улыбнулся и поцеловал сладкие губы. - Эй голубки! Пошли уже. - послышалось из прихожей. Они переглянулись и взявшись за руки, спустили, вскоре выходя на улицу. Небольшой морозец обдувал лицо. Это несомненно будет прекрасный день для них. Но будет ли таким прекрасным и вечер?