Why am I alone?

Запах табака пробирался в самую глубь организма, уничтожая лёгкие, никотин разливался в крови. Приходило чувство расслабления. Картинка перед глазами расплывалась, приходила сонливость. Тут больше нельзя находится. Слишком пошлая атмосфера не внушала доверие в то, что завтра утром можно будет проснуться легко. Никому ничего не говоря Хината вышел из обкуренной насквозь квартиры на прохладную лестничную клетку. Заметив открытое окно, рыжеволосый подошёл к нему и вдохнул полной грудью свежий воздух. Надо уйти от этого злосчастного места. Но куда? В то же самое злосчастное место? Нет. Дома ждал его возлюбленный, по секрету, друг, который не предпочитал выбираться на шумные собрания, оправдываясь заданиями от преподавателей. Юный писатель не любит шумные компании. «шумным вечеринкам, я предпочитаю длинные вечера» Шаркая по грязной улице, хлюпая по чёрным лужам с огоньками, отражающихся в них, Шоё думал о том, как придёт в тихую общагу, как поздоровается со своим другом, к которому неровно дышит с самого поступления. Шоё старшекурсник, его друг-Кагеяма Тобио-первокурсник. Не хочется травмировать малыша, когда тот ещё совсем не окреп, жизнь не заколола. Может сегодня и стоит признаться? Нет, плохая мысль. Он переводит взгляд вверх, на кучевые облака, что как застывшие во времени клубы дыма плывут по небесной глади. * * * * * — привет, дорогуша,— Хината вваливается в их общежитие. — господи, что с тобой случилось, ты опять пил по дороге? Тебя жизнь ничему не учит? Нельзя так! Угребут в обезьянник к психам!— Тобио приподнялся на стуле, оторвавшись от книг и своих записей, он осторожно подошёл к Шоё и взглянул в его глубоко карие, как виски, который лечит душу на 12 минут, глаза. — некоторые люди не умеют сходить с ума— у них ужасно скучные жизни,— Хината усмехнулся и посмотрел в ответ,— я уже сошёл с ума, я справлюсь с психическими перегрузками ради тебя, такова моя любовь. — да ты бредишь? Зачем ты пил вообще сегодня? Не устал Буковски цитировать, когда пьяный? — я пью ради того, чтобы люди— окружающие меня, становились интереснее,— Шоё отводит взгляд к тёмному небу, к такому же чёрному, как и пустота в сердце Кагеямы. — опять Буковски? — нет, Джордж Жан Натан. * * * * * Осторожно раздевая Хинату, чтобы тот пошёл в ванну и смыл с себя остатки дня, Кагеяма попутно рассматривает большую татуировку на левом плече старшего, осторожно дотрагиваясь до него подушечками пальцев и проводя все изгибы хорошо продуманного рисунка. От таких действий кожа покрывается мурашками. — что он означает,— кивает на ворона Тобио. — ну, как тебе сказать, чтобы ты понял. Моя жизнь скоро пойдёт ко дну, я пью, курю, употребляю-всё это убьёт меня, рано или поздно. Как минимум, выпивка — эмоциональная вещь. Это форма самоубийства, где на следующий день вы снова оживаете.... — это как убить себя ради возрождения...,—продолжает въевшуюся цитату Тобио,—но я не совсем понял...что это значит? — если думать так, то я прожил много лет, а он провожает меня и встречает на пороге жизни и смерти. Почитай как-нибудь толковый словарь. Полезно для саморазвития. Включив прохладную воду, которая тут же растеклась по бёдрам, по рукам, между волосами, капая на лицо. Шоё оперся об старую настенную плитку и тяжело выдохнул. Хотелось спать, но не так, как обычно. Хотелось уснуть, так, чтобы больше не просыпаться и не видеть его в своих объятиях. * * * * * Время не позднее. — ты куда собрался? — в город.