Купание

Для Токо Фукавы одной из самых страшных и неприятных вещей была, пожалуй, вода. (Захлебываться, крича в пустую, пока цепкая и болючая хватка на волосах заталкивает глубже, а слёзы смешиваются с водопроводной водой) Мокрая и холодная. Окутывает холодом заставляя продрогнуть до костей. Заставляет чувствовать себя жалкой и беспомощной. Маленькой. Ничтожной. Ужасно. Омерзительно. Страшно. Господи, как же страшно. Но когда тёплые, немного огрубевшие от мозолей и ссадин девичьи ладони нежно и медленно намыливают её длинные волосы, ей кажется, что, возможно, это вполне терпимо. Комару сама по себе делала многие вещи терпимее. Например объятия и прикосновения. У неё они были тёплые и светлые, заставляющие сердце сжиматься от нежности. Комару сама по себе была светлой и нежной. Светлее и нежнее чем Токо когда-либо заслуживала. Но, как ни странно, она была рядом. Поддерживала. Успокаивала. Любила. И даже мыла. И Токо это позволяла. Не смотря на ссадины и мозоли, прикосновения Комару были нежнее, чем чьи либо, поэтому она была единственной кому Фукава позволила бы подобное. Она неторопливо проводит руками по шее и плечам, смывая грязь тёплой мыльной водой. Немного погодя с невинной и спокойной улыбкой спускается к спине. Токо немного улетает от этого. Вместе с грязью с неё смывается напряжение и страхи, оставляя только уют и море нежности. Ночью они обе чистые и уставшие заваливаются спать, в объятьях подруга-подруги. Счастливые. Нужные. Любимые. Возможно принимать ванну не так уж и плохо. Если делать это вместе с той, которую любишь.