Маска

- Да послушайте же! Пока пациент без сознания, ваше присутствие рядом совершенно ничего не даст, вы можете понять хотя бы эту простую вещь?! Высокий и до ужаса писклявый голос достиг сознания Наруто болезненным уколом в, казалось, совсем распухший мозг. Смысла услышанных слов парень не уловил. Впрочем, зачем ему это? - Я должна его увидеть! Мне нужно! Еще один голос, который сознание приняло уже легче. Но слышать его было все равно неприятно - слишком резко он звучал. - Да вот же он, все с ним в порядке, жив он! Торуне, уведи ее! - Да, Шихо-сан. В голове кроме противного голоса стоял писк, похожий на ультразвук, который раздавался тупой болью внутри. Создавалось впечатление, будто в мозг воткнули тяжелую кочергу и теперь ковырялись ею, превращая все в одну кашу. Хотелось положить на голову здоровый кусок льда, чтобы заморозить боль, но из доступных в тот момент средств лед могла заменить лишь рука. Уже приготовившись почувствовать прохладное облегчение, Наруто пошевелил рукой... И понял, что она не шевелится. Ее будто залили цементом или набили свинцом. Рука, казалось, весила в два раза больше самого хозяина. - Что за чертовщина… – даже собственный голос звучал противно, как-то искаженно. Наруто болезненно поморщился, через не самые приятные ощущения открывая глаза. Все было одного белого цвета, только какие-то непонятые смазанные черные пятна плыли по чистому фону. - Очнулся! Он очнулся! – раздалось под самым ухом. Голос, словно тяжелый удар молотом, врезался в голову. - Очнулся?! – женский голос стал громче. Послышался частый стук каблуков по линолеуму, сопровождаемый каким-то неясным набором слов. – Мой мальчик! Очнулся, родной! - Отойдите! Да погодите же! Не трогайте его! Дайте в себя прийти! - Это вы свои руки от него уберите! Наруто, дорогой! Наруто страдальчески промычал. Все, что он видел – какой-то расплывшийся силуэт, склонившийся над ним. Длинные красные волосы упали со спины и нависли над лицом, едва щекоча кожу. - Наруто, ты меня слышишь? Блондин не ответил. Он только часто поморгал, сгоняя пелену с глаз. И, о, наконец-то! Чья-то мягкая и такая приятно холодная ладонь коснулась лба. А вот волосы явно были лишними. - Узумаки Наруто, вы слышите нас? Не говорите – сделайте кивок. Наруто нахмурился: противный голос снова порезал слух. - Гребаная пискля… – прохрипел парень, запоздало поняв, что только что озвучил свою не самую красивую мысль вслух. И, несмотря на сложившуюся ситуацию, кивок парень все-таки сделал. - Ничего, – как-то неуверенно пропищала женщина. – Я понимаю, после такого удара… Стоп. Удара? Картинка, наконец, начала приобретать резкость, и теперь Наруто уже ясно мог разглядеть взволнованное лицо матери с заплаканными глазами, казавшимися сейчас такими неестественно большими. - Мам… - Ох, Наруто! – женщина зажмурилась и буквально упала на сына с объятиями, тихо всхлипывая и еле заметно подрагивая плечами. – Ну это не ты виноват… это та… стерва… на дорогу не смотрела… – говорила Кушина между судорожными вдохами. - Мам, рука… – Наруто сам не знал, что именно «рука», но точно знал, что ощущения ему неприятны. Женщина мигом отскочила от сына, стирая с лица слезы, и только тогда Наруто смог посмотреть на забинтованную конечность, которая от локтя до пальцев была в гипсе. То, что он лежал в больнице, Наруто понял с самого начала, еще тогда, когда пискля верещала о пациенте без сознания. - Наруто, посмотрите, пожалуйста, на меня, – донеслось сбоку. Блондин осторожно повернул больную, словно забитую гвоздями голову на звук, но тут же отвернулся: мало того, что голос у девушки был невыносимо ужасным, так еще и внешность оставляла лишь желать лучшего. – Как вы себя чувствуете? - Хуже некуда… – пробормотал Узумаки, щурясь от боли в голове. – Что случилось?.. Наруто понимал, что выглядит сейчас как герой какого-нибудь фильма, где человеку так же отшибает память, и ему на протяжении половины фильма рассказывают о трагичном пути попадания в больницу. Но вспоминать что-либо было в буквальном смысле больно. - Ну, на улице в тот момент был только один очевидец, который, собственно, и вызвал скорую. Он сказал лишь, что вы перебегали дорогу в необозначенном месте, а в эту секунду на проезжей части была машина… Наруто прикрыл глаза. Машина… точно. Он помнил темную машину, помнил, как почему-то остановился посреди дороги, помнил крик… женский крик. Его сбила женщина… Кушина этому точно не обрадуется. Еще два десятка лет будет проклинать ее. Еще помнил, как перед этим говорил о чем-то с Саске… - И это хорошо, что вы еще не так сильно головой приложились! Отлетели на траву, она немного смягчила удар, не представляю, что бы случилось, будь дорога чуть шире… - Сейчас, сейчас… Наруто, вот! Блондин открыл глаза и увидел мобильный, которым Кушина трясла перед лицом. - Да вы издеваетесь! – противная медсестра отвела руку с телефоном в сторону. – Никаких мобильников! - Отец имеет право знать о состоянии своего ребенка! «Отец?» - Тогда выйдите за пределы палаты и поговорите с ним об этом! - Я выйду за пределы палаты только с сыном! Пока мать спорила с медсестрой, Наруто незаметно взял в руку брошенный на кровать мобильный и поднес его к уху. - Папа? Привет, пап! – радостно, однако, почти шепотом начал парень. – Что? А, да это мама тут опять… нет, со мной все хорошо… – Узумаки потер лоб и чуть поморщился. – Вроде. Нет, ничего серьезного. - Поэтому, будьте добры, вместе с чудесами техники – на выход! Больному нужно отдыхать! - Так, пап, тут апокалипсис намечается, так что я отключаюсь… я тоже скучаю. Мы с мамой ждем тебя. Пока. Наруто поспешно нажал на сброс и кинул телефон на одеяло. - Ладно, дорогой. – Кушина склонилась над сыном и мягко поцеловала его в лоб. – Тут одни стервы. Я завтра еще зайду к тебе. - Хорошо, мам. – Наруто коротко улыбнулся и, когда женщина вышла, глубоко вздохнул. Надо же было оказаться в такой заднице. Интересно, Саске тоже здесь? Гуляет где-нибудь по этажам… или сидит дома. Он не очень-то похож на того, кто будет беспокоиться за чью-нибудь тушку и душу. Опустив глаза на руку, Наруто заметил, что рядом остался лежать телефон матери. Знал бы он номер Саске… - Так, а ты у нас кто? Наруто повернулся на дверь, в которой стояла уже знакомая женщина. Темно-рыжие волосы были по обычаю собраны в высокий хвост, добрый взгляд зеленых глаз был хорошо выражен на фоне всей остальной серьезности лица. - Мей-сан, здравствуйте!.. – Наруто попытался приподняться на локте, но тут же плюхнулся обратно на подушку, зажмурившись: голова словно перевешивала все остальное тело. - Личико у тебя знакомое, мальчишка. – Теруми прошла в палату и остановилась у тумбочки, на которой лежала карта. – Так-так, Узумаки Наруто. Сотрясение мозга, закрытый перелом, незначительные ушибы… что ж, больно, но не смертельно. Ты, главное, лежи, не вставай пока лучше. Не тошнит? - Ну, вообще-то, немного… - Так и должно быть. Это нормально в твоем состоянии. Так, а вот телефончик я, пожалуй, конфискую. – Врач взяла мобильный и бросила его в карман больничного халата. Приоткрыв окно, обосновав это тем, что сейчас Наруто необходим свежий воздух, женщина развернулась и направилась к выходу, когда блондин остановил ее: - А Хината… Хьюга… как она? Мей остановилась и повернулась назад, вглядываясь в лицо юноши. - Вот, почему мне твое лицо знакомо! – она кивнула сама себе. – А Хината… я не сказала бы, что ей становится лучше, – ответила Мей, но тут же, заметив погрустневшее лицо блондина, быстро продолжила: Но и хуже ей не стало, думаю, это уже повод радоваться. - Я могу сходить к ней? - Нет. - Но… - Нет, Узумаки. - Мей-сан, это важно… – Наруто сделал попытку сесть, и у него получилось. В глазах, правда, моментально потемнело, в ушах зашумело, создалось какое-то чувство раздельности с остальным миром. - Узумаки! Ляг живо! Черт, какой же ты упрямый! – женщина бросилась к блондину и толкнула его в грудь. Не очень сильно, но достаточно для того, чтобы Наруто вновь оказался в горизонтальном положении. – К Хьюге сейчас допускаются только члены семьи, и то не всегда. Ей, как и тебе, между прочим, нужен отдых, и более длительный, чем ты думаешь, – сказала врач, укрывая парня одеялом. Наруто прищурился, глядя на главврача. Ее силуэт медленно расплывался, сливаясь с мебелью, стенами… сознание затуманивалось, погружалось в какой-то омут, тяжелело… А вскоре все погасло.

***

- Вовремя ты проснулся. Наруто уже слышал этот голос прежде. Похоже, тогда, когда в первый очнулся в этом ненавистном с детства помещении, пропахшем тошнотворными запахами медикаментов. Что-то невнятно пробурчав, Наруто раскрыл глаза. - Без лишних слов: я Мабуи. Меня назначили твоей сиделкой. Через пару дней тебя выпишут. – Молодая девушка бросила свой халат на стоявший неподалеку диванчик: очевидно, ее смена уже заканчивалась. Сейчас придет очередной медик… - Да уж, херово… – потерев глаза здоровой рукой, бросил блондин. Девушка удивленно подняла брови. - Да нет, я о том, что мне уже лучше. Может, можно как-то договориться, чтобы… - Нет, – медсестра покачала головой, – раньше времени тебя не выпустят. Наруто поджал губы. Совершенно не хотелось лежать здесь, в больнице. Да, на самом деле ему было ближе к «плохо», чем к «хорошо», но ведь это всего лишь легкое сотрясение и какой-то перелом. - К тебе, кстати, пришли недавно, но ты спал, поэтому я попросила подождать… - Кто пришел? – Наруто сразу оживился. Глаза заискрились надеждой, уголки губ дрогнули в еле заметной улыбке. - Ну… – Мабуи встала со стула и подняла руку в воздух, чуть выше своей головы. – Где-то вот такого роста, брюнет, глаза темные… - Зовите! Девушка дернулась от громкого выкрика и тут же понеслась к выходу из палаты. Наруто радостно улыбнулся. Какой бы сволочью не был этот Учиха, внутри него все же оставались человеческие чувства. Сложно было в это поверить, но да, и такое бывает. Он вызвал скорую, может, конечно, и не поехал вместе с Наруто, но ведь он и не был обязан, верно? Зато сейчас он пришел. И Наруто уже даже приготовился помучить его хвалами о том, какой же Саске искусный актер, раз так профессионально играл бездушного идиота! - Пожалуйста, проходи. – В дверях показалась Мабуи, жестом приглашая гостя пройти в палату. Наруто осторожно сел, спиной откинувшись на подушку, и уставился в дверной проем. Призрак улыбки слетел с губ, оставив после себя лишь недоуменный изгиб. В палату вошел Шикамару. В руках у него был прозрачный целлофановый пакет, в котором лежала пара апельсинов. Улыбаясь, он прошел к кровати и сел на стул, стоявший рядом. Почти сразу за его спиной раздался щелчок – медсестра ушла, закрыв за собой деверь. - Я не знал, нужно ли тебе что-нибудь, поэтому купил это. – Нара положил фрукты на прикроватную тумбочку. – Будешь? - Спасибо, у меня аллергия. - А… я не знал. - Я не удивлен, – буркнул Узумаки, переводя взгляд в полоток. Последнее время общение с Шикамару не приносило ему прежнего удовольствия. Скорее, наоборот – он был бы даже рад на некоторое время прекратить связи с этим человеком. - Ну и попал же ты. - Все путем. Я же живой. - Мне сказали, ты от Учихи возвращался… Наруто сжал одеяло в кулак. Бесит. Жутко бесит. - Ты пришел сюда для того, чтобы поговорить об этом? - Ну, – Шикамару начал лениво развязывать узелок на пакете, – вообще-то, я знал, что с тобой все в порядке, и не очень за тебя беспокоился. А когда мне сказали, что перед этим ты был у Учихи, да еще и ночевал у него… – брюнет достал апельсин и ногтем проткнул кожуру, так же медленно снимая ее с фрукта. – Чем занимались? - Ничем. Я приходил к его брату. - Мм. И как он? - Что? – не понял Наруто. - Такой же? – Шикамару отправил первую дольку в рот. - Что?.. - Гей? От одного только этого слова у Наруто мгновенно закипела кровь. - Иди нахер, Шикамару. Просто иди нахер, – сквозь плотно сжатые зубы процедил Узумаки. – Они самые обычные люди, как ты, как я, как все. А ты, блять, только и умеешь, что поддерживать мерзкие слухи. Нара удивленно уставился на блондина, который, несмотря на ужасно взбесившую его тему, почти успешно сохранял внешнее спокойствие. - Спокойно, мачо, – прожевав апельсин, произнес Нара. – Мне просто интересно. Да и тебе, небось, тоже, я прав? Наруто отвернулся к окну. Там, на улице, где сейчас стояла солнечная погода, медики гуляли со своими пациентами. Кто-то ходил по узким дорожкам, что были выстланы красивым камнем и окружены уже почти голыми деревьями, а кто-то сидел на лавочках, читая газету или книгу. Были и те, кто стояли у высокого ограждения и печально наблюдали за жизнью вне надоевших белых стен. Кто-то, наоборот, быстрым, спешным шагом стремился попасть на территорию больницы, расталкивая столпившихся у ворот людей. Вои сейчас какой-то чудак чуть ли не за волосы тащил другого к входу, а тот упирался. Через открытое окно были отчетливо слышны все его оскорбления и маты, которые он выплевывал, совершенно не обращая внимания на возмущенные возгласы находившихся в тот момент рядом медиков и пациентов. Какая-то бабулька в коляске буквально приказала своей сиделке везти ее за «страшно невоспитанным юношей, чьи манеры приводят в ужас!» Наруто уже забыл о заданном ему вопросе, да и Шикамару не спешил его повторять. Он так же медленно поедал апельсин, которым пропахла уже вся палата. А Наруто без интереса наблюдал за тем, что происходило за окном. Две фигуры продолжали приближаться к зданию, а Узумаки смотрел словно сквозь них. Пока случайно не увидел знакомое лицо. - Твою мать, – выдохнул блондин, резко садясь на кровати. – Шикамару, ты не хочешь зайти позже? – протараторил Узумаки, схватывая с тумбочки пакет с оставшимся апельсином и бросая его в руки растерявшегося Нары. – Я хочу отдохнуть. - А… ну, да, конечно, я как раз сам собирался уходить, – будто так оно и было, ответил Шикамару, вставая. – Тебе что-нибудь принести потом? - Нет. – Наруто посмотрел в окно. Виновников всеобщего кратковременного переполоха уже не было. Значит, уже зашли. – Не нужно. Пока, Нара. Наруто вновь быстро забрался под одеяло и отвернул голову от двери. Он не видел, но точно знал, что Шикамару счел нужным уйти тихо. И правильно сделал. Лишние вопросы были совсем ни к чему. Узумаки лежал, боясь шевельнуться, вздохнуть, моргнуть. Он лежал, чувствуя только, как сильно бьется о ребра испуганное сердце. Но в то же время глубоко в душе опаляла жаром все вокруг себя радость, и новая доза надежды на то, что эта сволочь все-таки не такая уж и сволочь, приютилась где-то в районе солнечного сплетения, то сжимая, то разжимая что-то внутри. Тихий стук – шаг в палату. Наруто зажмурился. Такой же тихий скрип – стул чуть отъехал от кровати. Наруто лежал, совершенно не двигаясь, с закрытыми глазами. - Хорош придуриваться, идиот. Наруто распахнул глаза и спустя пару секунд осторожно повернулся на пришедшего гостя. - Ну надо же, – усмехнулся блондин, глядя в такие привычно безразличные глаза. Все-таки стоило признать, что холодный взгляд – единственное, что действительно сильно смотрелось в этих черных безднах. – Не ожидал, не ожидал, Учиха. И задираться уже стало неотъемлемой частью их «дружбы». Саске фыркнул с каким-то отвращением. - Сильно не обольщайся. Меня заставили сюда придти. - Ага, это я понял по тем красивым словам, которыми ты описал своего брата и всех вокруг разом. – Наруто аккуратно сел, облокотившись на подушку. – Меня выпишут через пару дней. - Какая жалость. – Саске смерил наручные часы долгим взглядом, считая минуты. – Ну, давай, ты еще успеешь пожаловаться мне на свое самочувствие. - Это не смешно, к твоему сведению. Спасибо хоть, что скорую вызвал. – Наруто болезненно поморщился, потирая голову. Может, ему и показалось, но во взгляде Учихи промелькнуло беспокойство. Прозрачное, почти незаметное. - Отблагодаришь еще, – кивнул Саске. – Смотри, на выходе отсюда не попади под инвалидную коляску. Будет как-то совсем обидно. – Учиха встал и, пошарив в кармане, вытащил маленькую шоколадку и бросил ее на кровать. – Гостинец от Итачи. Узумаки потупил взгляд, посмотрев на брошенную сладость, и его губы расплылись в хитрой улыбке. - Са-а-аске, да ты же только строишь из себя гордую дамочку, а на деле… - Заткнись. Наруто рассмеялся. Дотянувшись до шоколадки, он покрутил ее в руке и протянул Саске. - Спасибо, жрите сами, – отмахнулся брюнет и развернулся, чтобы уйти, когда та самая шоколадка полетела в его спину. Сжав зубы, Саске, шумно вдохнув, развернулся к больному и ненадолго растерялся, когда увидел глупую улыбку и поднятую вверх загипсованную руку. - Открой, пожалуйста. - Иди ты знаешь куда? - Ладно, – Наруто пожал плечом и чуть сполз, чтобы голова снова оказалась на подушке. – Увидимся в школе. Узумаки закрыл глаза. В палате стало тихо, и Наруто был готов простонать от тяжелой усталости, когда прямо под ухом что-то зашуршало, а затем легким грузом упало на грудь. Приоткрыв сначала один глаз и убедившись, что в палате действительно никого нет, Наруто открыл второй и взглянул туда, где лежала любезно открытая шоколадка. - Вот же кретин, – беззлобно процедил Узумаки, улыбнувшись. Скотина, да еще какая. Но, не будь Учиха таким, разве было бы так интересно?

***

- Очень любопытно, – словно змея, прошипел мужчина, отбрасывая длинную прядь черных волос за плечо. Его губы были изломаны в хищной ухмылке, глаза – хитро прищурены. – У него все данные. Прекрасный. Идеальный. Острый палец скользнул по изображению на фотографии. Улыбка стала шире, безумней, и мужчина с довольным видом прохрипел: - Хочу. Из-за недостатка времени пришлось перенести главу на неделю. И следующую главу постараюсь сделать длиннее, вот.