Исправление Старых Ошибок: Ре-Синхронизация

«...?»

_______

[23 сентября. Суббота] [7:00] — Думаю, пришло время поговорить. Я не спешил опускать оружие. Как и не спешил спускать курок. Противоречия давили на меня, но я сдерживался изо всех сил. Я знал, что не должен. Знал, что не хочу. Но знал, что больно. — Ты не появлялся около года, из-за тебя исчезла Лефти, и теперь ты появляешься только затем, чтобы, черт возьми, поговорить?! — Мне не хотелось срываться на крик, пусть и было тяжело. Доктор хмыкнул. — Верно. Я тихо зарычал, но... ничего не мог сделать. — Ты... сукин- — Опусти оружие, — Произнёс он ровным голосом. — Один разговор. И я уйду. Пока. Поколебавшись, я осторожно убрал пистолет на место и крепко сжал руки. Нужно было успокоиться. — Что тебе нужно? — Тон был слишком далек от спокойного. — Обсудить кое-что важное, что скоро грядёт. Думаю, ты понимаешь, о чем я. Как раз время — пхах — подходящее. — Он огляделся по сторонам, явно пытаясь убедиться, что рядом никого нет. — Только не здесь. Здесь немного небезопасно. Да и другие не поймут. Идем. — Куда? — К нашему общему счастью, тут недалеко есть тихое место, где нас не потревожат.

_______

«...хмм...»

«...интересно...»

«...с этим можно работать...»

«...только нужно чуть-чуть влияния...»

_______

[7:07] Тем самым тихим местом оказалась небольшая смотровая площадка в километре от места, где мы были. Это было действительно тихое место. Слишком плохое для толп и слишком хорошее для любителей тишины, плюс расположение было недостаточно удобным для частых посещений. Но, несмотря на это, отсюда открывался замечательный вид на широкий лес и море на горизонте. Я уже бывал здесь, пусть и предпочитаю другие места для отдыха и мыслительных процессов. Хорошо, когда знаешь родной город вдоль и поперёк. Док первым облокотился на край ограды, жестом приглашая меня встать рядом. Как бы мне не хотелось быть в стороне, я всё же принял предложение, но встал к виду спиной. Не хотел терять мысль. Пару минут мы просто стояли в тишине, готовясь к этому тяжёлому разговору. У нас обоих были слова, которые нужно было сказать, однако мы оба просто не знали, с чего начать. Но именно мне удалось собрать в себе силы и начать диалог. — А теперь скажи мне, без притворства и шарад... Где она? Потому что если ты не скажешь — я клянусь, я сделаю всё возможное и невозможное, чтобы закопать тебя голыми руками и найти еë хоть на краю света. — Мой голос был ровным, усталым, но я не мог сдержать нот злости и беспокойства, что вызвало у моего собеседника лёгкую, беззлобную усмешку. — Она в безопасности, в целости и сохранности. Я бы не посмел ничего с ней сделать. — Произнес Док, глядя на горизонт. — Ты скоро увидишь еë, живой и невредимой. Теперь нужды в еë удержании нет. — Ты говорил, что... — Я закончил с приготовлениями. Однако... всё идёт не очень хорошо. И боюсь, что теперь не могу еë держать в стороне. Как и надеяться, что она будет в безопасности... без тебя. Я фыркнул. Ну конечно же. — Я не удивлён. Твой план слишком полагается на удачу. — Танцевать между ордой бесконечно злобных существ, армией из самовлюбленных сволочей и защитой этой земли... Это нелегко. Особенно когда твоё лицо находится на вершине списка на устранение в почти всех государствах. Выбор невелик. — Верю. — Я взглянул на коммуникатор. — Тебе стоит попытаться связаться с Сал- с Королевой Акорн. Если всё пойдёт не так, то хотя бы она будет готова принимать решения. — Уже неделю как сделал это. Она не глупая — однако она может не поверила мне или подумала, что я еë запугиваю. — Значит она уже подготовилась. Уж я-то знаю. Даже если этого может быть недостаточно. — Хах. Буду надеяться. Остальное всё равно лежит на мне. — ...Что с делом? На этот раз хмыкнул он. — Клонов всё ещё предостаточно, несмотря на приложенные мной усилия, однако всё не настолько ужасно, как было год назад, во время нашей встречи... Контроль теряется. Полномасштабное «освобождение» слишком близко. Твои... перфомансы больше практически не сдерживают их. План работает лишь частично. — Что ж, я не жалею. — Нарушать выставленные правила... — Лучше, чем смерть. Я знал, что он слишком сомнительный, но сначала играл по правилам. Пока они не начали перешагивать их сами. Он вздохнул. — Я боюсь, что дело не только в том, что случилось. Они сами перестают вестись на это. — Он повернулся ко мне. — Времени остаётся всë меньше и меньше. Если все пойдет крахом, то надеюсь, что ты справишься. Как обычно. Как... было. — Хах... Эггман говорит мне, что я справлюсь. Неожиданно. — Не паясничай, ëж. — Однако он не смог удержать смешка, который быстро потонул в серьёзности следующих слов. — У нас два пути — либо завтра будет нормальная ночь, либо начнётся конец. И в любом случае я собираюсь стоять в первых рядах. Последний камень станет намёком, что всё пошло не так. Вещи действительно идут не очень хорошо. — Я пойму. — Отлично. — А если ты по итогу... останешься? Если не умрешь, как планируешь? — Что ж... Тогда я сделаю всë для того, чтобы конец был таким, каким должен быть. Либо как мы решили раньше. — Как я решил. — Верно... Надеюсь, что всё это не закончится очередным сражением с тобой. — Сомневаюсь, но... Может быть. Слишком много сомнительных перспектив. — Однако морду набить тебе я бы не отказался. И это меньшее, что ты заслуживаешь. — ...Справедливо. Я всё равно готов понести ответственность за то, что совершил. На пару минут воцарилась тишина. А затем Док оторвался от края. — Что ж... Думаю, мне уже пора. — Он поправил свой плащ и взглянул на меня. — Надеюсь, что весь этот балаган скоро закончится. — Знал бы ты, как я на это надеюсь... Он направился прочь, но через несколько секунд остановился. — Соник. — Что? — Напоследок... Я прошу прощения за то, что случилось за эти годы. — Его голос был низким, тихим... и искренним. — Я знаю, что это не изменит того, что случилось, но... Я никогда не говорил этого. И не хочу умереть, не сказав этих слов. — ...Я не виню тебя во всем. — ...А? — Я проясню — может ты всё ещë и несёшь ответственность за тот кошмар, за события прошлых лет, за... сам понимаешь что, однако ты не тот человек... ëж... которого я могу винить во всём. Может года два-три назад я бы так не сказал, но сейчас... Моей вины в этом не меньше. — Не надо... — Не стоит. Боли больше не осталось. — Я горько усмехнулся. — Практически. Может это было бы проще, жить в ненависти до конца дней, однако когда ты... показал те документы... я обнаружил, что от меня будто оторвали часть души. — Соник... — Нет, не в том плане, что я перестал быть собой... Оторвали ту часть, которая заставляла меня гнить изнутри. Тогда, много лет назад, я жил чисто на воле, ненависти и желании защитить тех, кто остался. Но я хотел умереть. Потому что тогда я испытывал настоящую агонию и пустоту. Док обернулся и попытался посмотреть мне в глаза, но я отвёл взгляд. — Со временем я чувствовал, будто теряюсь. Мне было страшно, кем я стану из-за всего этого. Но друзья были рядом. И мне было легче. — И... — А затем появилась она. И я вздохнул с лёгкостью, впервые за все эти годы, потому что увидел в ней то, что потерял сам. И после, когда ты вскрыл всё это дело... Всё, что осталось — это шрам. Напоминание, которое навсегда будет напоминать о себе тихой болью. — Я... понимаю... — Если бы тебе было совсем наплевать, то ты бы не рассказал правду. Ты бы... убил еë, когда была возможность. Ты бы бросил на меня все силы после своего возрождения. Но каждый раз ты шёл другим путём... Ты прав, слова не изменят прошлого и не затушат мои чувства, но... Я тронут, честно. Немного, но тронут. И всё это я говорю только потому что я действительно верю в это. Док дёрнулся и сам направил свой взгляд в сторону. — ...Все равно всё кончится смертью. Ты сам знаешь. Моей или... И тут уже я не сдержался. Лёгкое, практически насмешливое шипение и... — Ну, вот и повод. — Чт- В следующий момент Док отшатнулся в сторону, держа себя за челюсть. Я же тряхнул рукой. Неплохой удар вышел. Он посмотрел на меня таким взглядом, что я даже не понял, что он испытывает — боль, злобу или непонимание. — Не веди себя как идиот. Особенно сейчас. — Произнёс я ровно. — Как бы то ни казалось парадоксально, я не желаю тебе смерти. Так что возьми себя в руки и борись. — Лёгкая усмешка. — Если эта сука-Судьба решит кого-то из нас забрать, то так тому и быть. Как и если в конце мы оба выживем вопреки всему. Мы достаточно задержались здесь. И у нас есть право на дополнительное время. И ради других... Ради... тех, кто нам дорог, нам обоим, я хочу, чтобы ты не вёл себя как придурок и продолжал идти вперёд. Он издал короткий нечленораздельный звук и встал ровно, убрав руку с лица, после чего сделал шумный вдох с последовавшим выдохом. Небольшой синяк уже проявился, однако я знал, что он быстро сойдёт. — Кхм... Ты... Ты прав. П-прошу прощения. Я просто... Просто надеюсь, что всё это наконец-то подойдёт к концу. —Я знаю. И знаю, почему эти мысли появляются. Тишина. Ответ не был нужен. — Что ж... — Произнёс я. — Думаю, тебе пора. — Да. Верно. — Он вновь развернулся. — Мы еще увидимся... И... Позаботься о ней. Я ухмыльнулся. — Сделаю всё, что в моих силах. А пока до встречи.

_______

[Внимание: Обнаружен неопознанный пользователь] [Запущена процедура идентификации...] [...] [...] [...] [Ошибка: обнаружен несовместимый код] [Процедура не завершена] [Идентификатор: Не найден] [Попытка восстановления...] [...]

«Так, а вот этого нам не надо... Сейчас мы кое-что подправим...»

«Вот так, так и...»

«Опа.»

[Отмена операции восстановления] [Консоль администратора: Запрошен доступ...] [...] [...] [...] [Доступ разрешён] [Идентификатор: И__ К___м_н]

«Шикарно. Доступ есть.»

«Хмм... Давно не видел этого имени...»

«Ладно.»

«Теперь загрузить это... Выгрузить это... И... запустить вот это...»

[Поиск...] [Загрузка: "mc-LS.T5.CMC.bat"] [Обнаружен опасный скрипт. Вы уверены, что хотите запустить его?]

«Да. Это будет очень интересно...»

«Возможно, это поможет им, ему, ей и мне.»

«По крайней мере, аргумент про веселье всё ещё останется, хах.»

[Запуск файла...] [...] [...] [...] [Инициализация...]

_______

[Поле из фиолетовых цветов.

Небо из багровых лент.

Воздух, наполненный болью и ядом.

Ты ведь знаешь об этом, верно?]

_______

[Я — не твоё наказание. Лишь тот, кто не поможет тебе сойти с ума.]

_______

[Парадокс существования.

Может ли клон стать оригиналом?]

[У меня нет ответа на этот вопрос.]

[Зато у него есть. Иронично, не находишь?]

_______

[???] [??:??] Холод.

Темнота.

Тишина.

Сознание... не плавает во снах. Слишком явное ощущение сжимающего всё тело холода. Вода. Ледяная. Уши улавливают лёгкий стук, звучащий сквозь плотную завесу — где-то рядом работает какой-то небольшой механизм. Может это часы. Иронично, если так, ведь я даже не знаю, сколько времени сейчас и сколько прошло. Пронзительный писк... Голова не успевает понять, что происходит — опора передо мной исчезает, но что-то заставляет меня выставить руки перед собой. Мокрый ледяной пол немного отрезвляет, хотя я и чувствую себя очень и очень некомфортно, осознавая, что на мне нет даже привычной «защиты». Разум блуждает из стороны в сторону, но я всё же поднимаюсь на ноги. Пошатывает, но терпимо. Зубы легко стучат от холода, пока я пытаюсь растереть себе руки. Глаза медленно привыкают к реальности, хоть всё и продолжает немного двоиться. Комната небольшая, но это не чулан и не маленький склад. Скорее, техническое помещение с голыми стенами. Справа — сломанный стеллаж. Слева — стол с каким-то ящиком и кусками ткани. Позади же меня стоит крупная капсула, в которой, похоже, шёл мой сон. Воспоминания немного открываются и сразу предстают картины. Вечер. Вспышка. Рубин. Доктор. Время. Да... Точно... На стене действительно оказались часы, чей мерный стук продолжал отражаться в моей голове. Почти 11 вечера. Жаль, что я не знаю дня. Не могу вспомнить. Во сне время шло совершенно иначе — казалось, что день мог длиться целую вечность, но осознание своего положения в реальности сделало реализацию легче. Ткань, на удивление, оказывается вовсе не просто тканью, а целым полотенцем. Удивительно. Может он оставил? Сразу принимаюсь сушить своё тело, иначе рискую замёрзнуть, пусть мне это почти не грозит. Иглы поддаются плохо, как обычно, но вскоре остаётся лишь лёгкая влага. Хуже выходит с спиной и гребнем — шипы побаливают, заставляя меня вновь проклинать этот дефект, когда прикосновение к ним вновь отдает болью в позвоночник, но я лишь стискиваю зубы. А после того, как я заканчиваю с этим процессом, оставляю полотенце в стороне и осторожно открываю коробку... Внутри лежали вещи. Судя по всему, для меня. Явно от него. Первым делом извлекаю шляпу-цилиндр, которую тут же выбрасываю — нет, спасибо, я не собираюсь еë вновь носить. Никогда их не любила. Затем, на моё счастье, вижу практически родной комплект в виде белых длинных шёлковых перчаток и пары похожих чулков. Немного непривычно вновь видеть две тонкие фиолетовые полосы сверху, а не одну толстую, но... так ведь было на старом наборе. Затем пара розовых босоножек... с колёсиками. Пхах. Как хорошо, что я умею на них двигаться. Сразу же надеваю всё это — становится легче. Становится уютно. Прям как тогда. Последние вещи ставят меня в растерянность. Мой нож. Мой собственный нож с намотанной на рукоять фиолетовой лентой, на лезвии которого был повязан... медальон. Половинка сердца. Синяя, словно бескрайнее море. Нож отправился на старое место, зажатый между чулком и бедром («знакомый холод...»), а медальон оказался на шее. Вдох. Выдох. — Ну что ж, Лефти... Путь вновь зовёт.

_______

[Помнишь 2028-й? Помнишь кровь, стекающую с твоих рук? Помнишь слезы и крики?]

[Помню. Как и его слова. «Это не твоя вина.»]

[Потому что он прав. И ты знаешь это.]

_______

[23:26] Перед моим лицом был плакат... со мной. Сначала я думала, что сошла с ума, когда, открыв дверь и выйдя из своей «клетки», увидела своё собственное изображение с лозунгом — «Лефти Соник — звезда «Sonic Pizza Palace»!» — но затем я увидела до боли знакомые коридоры. Ты никогда не знаешь, когда придётся вернуться туда, откуда начинал. Но, рано или поздно, этот момент всё равно настаёт. Это определённо был мой «дом». Или что-то, что было слишком на него похожим. Здание, разделенное на две части, что ломало меня долгое время. Забавно... Не думала, что окажусь здесь вновь, почти два года спустя. Как минимум по той причине, что это место давно сгинуло в огне. Попытавшись пройтись, я поняла, что мне нужно немного прийти в форму — в голове всё ещё стоял туман, зрение демонстрировало бледные размытые пятна, а сама реальность словно... сдвинулась, за неимением более правильного слова. Пришлось первые пару минут медленно бродить кругами, чтобы хотя бы мысли собрались в кучу. Постепенно становилось легче, однако времени... Я не знала, есть ли у меня время. В итоге я, собравшись с силами, направилась вперёд, по «внутренней» части здания. За столько лет скитаний по этим коридорам я выучила всю карту здания, пускай я и не была в некоторых помещениях. В основном, здание делилось на «внешнюю» часть, где располагалась пиццерия, парочка отдельных комнат для вечеринок, несколько помещений для персонала, кухня и кабинет менеджера, а также на «внутреннюю», в основном располагающую в себе склады, техпомещения, ещё несколько комнат для персонала, а также комнату охраны, где можно было следить за обеими частями здания. Я не знала, что мне делать, так что... я просто решила заглядывать в каждое возможное место. ...Ни одна из дверей на пути не поддалась. Первое время. Техпомещения были закрыты, склады — тоже, а также комната отдыха, куда я заходила лишь пару раз. Даже вентиляционная система была перекрыта, хотя это было нормально, поскольку она на день всегда закрывалась. Так называемая мера предосторожности — на деле сдерживание некоторых клонов от нанесения ущерба оборудованию. Наконец, некоторые двери оказались открытыми. Сначала это был один склад, затем ещё один, но там толком ничего, на первый взгляд, интересного не было. А затем я нашла верное помещение. Кухню. Практически пустую, — лишь железный стол, потрёпанная плита и несколько шкафчиков — но всё ещё наполненную запахами ингредиентов для пиццы... Пусть, конечно, здесь не готовили, как в ресторанах, но пицца всегда была вкусной и... нормальной, по сравнению с тем, что готовили в округе. Хах, помню, как именно здесь я и утащила свой нож, спрятав его в иглах, а затем рванула... Точно. Укрытие. Пришлось возвращаться обратно, к начальной точке. Был в этом здании мой личный секрет, моё место спокойствия, сокрытое буквально на виду. Учитывая, что ремонт здесь был перманентным, — или же, проще говоря, это место почти не ремонтировалось — что-либо спрятать было весьма и весьма просто. «Кладовая 3». Дверь была заперта. Но мне была нужна не дверь, а стена напротив. Знакомый кусок фанеры (с чьим-то глупым рисунком в виде наглой рожицы) тут же был отсоединен от стены, демонстрируя... решётку внешней вентиляции. Бинго. Сама решётка держалась на одном болте, который было легко выкрутить. Затем нужно было лишь аккуратно отодвинуть еë и залезть внутрь. Даже не стала скрывать вход за собой, ведь больше не было нужды. По крайней мере, я надеялась на это. Вентиляционный лаз был не самым длинным. Всего несколько метров ползком — и я оказалась там, где часто пряталась днем, после выступлений. — Вот я и... дома... — Прошептала я, глядя на металлический короб вокруг. Никогда не могла понять, зачем здесь такое место, которое могло сойти за ещё одну каморку, но оно оказалось моим «островком безопасности». Просто большой железный «ящик» с двумя выходами — в здание, через который я пролезла, и вверх, на крышу, который был перекрыт железным винтом и который я так и не смогла выбить за всë то время, что тусовалась здесь. Это был мой прежний дом, моё пристанище. Моя тихая гавань, где я могла прятаться столько, сколько нужно, пусть я и никогда не рисковала раскрытием этого места. И было приятно видеть это место вновь, несмотря на прошедшее время. Здесь даже были оставленные мной вещи! Потрёпанный фиолетовый пуфик, украденный со склада. Набор из нескольких блокнотов и ручек, которые я «одолжила» у персонала (и, к сожалению, блокноты теперь были пусты). Несколько коробок из-под пиццы, которые я так и не выбросила. Плюшевая версия меня, покрытая чёрными пятнами, которую я честно выиграла в автомате-хватайке и которую пытался отнять Золотой Соник, за что получил пальцами в глаза... и за что потом я пострадала, но я не жалею. Один из редких случаев, когда я смогла дать ему то, что он заслужил. Но последняя вещь не принадлежала этому месту. — ...коммуникатор? — На удивление, в одном из углов лежал старый подарок Соника в виде коммуникатора. Я тут же схватила его и прикрепила к руке. Экран приветственно загорелся — заряда было немного, но достаточно, чтобы пользоваться. Он был таким же, как и в тот день, когда я оказалась схвачена — с корпусом ручной работы и небольшой трещиной на экране. Но... как он оказался здесь? Ладно, это вопрос на потом. Сейчас мне нужно было... ...мда. Связи не было. Ну конечно же. Значит смысла пытаться связаться с Соником тоже. Хотя может... Сегодня было 23 сентября 2029 года. — ...Прошло больше трёх месяцев... О Хаос... В глазах аж потемнело. Соник предупреждал, что в сентябре начнётся что-то... важное. Он никогда не говорил, что именно. Имеет ли это связь с тем, что Доктор похитил меня? Имеет ли это связь с моим пробуждением здесь, в этом проклятом месте? Может я не просто так очнулась именно сейчас? Вопросов было много. Ответов не было вовсе. Вдох. Выдох. Как он учил. Вдох. Выдох. Стало легче. Немного. В голове продолжала блуждать та встреча в июне. Разговор между мной и Доком. А затем вспышка — и сон. Сон о вечном звёздном небе. Успокаивающем. Умиротворяющем. Фальшивом. Не сказала бы, что это было плохо, но я всегда пыталась держаться за реальность с помощью воспоминаний. И... спасибо тому «проводнику», что был рядом. Мне нужно было присесть и отдохнуть, хотя бы немного. Просто подумать. С этими мыслями я присела на пуфик. Он был мягким и удобным, прям как я помнила. Нужно было всего лишь передохнуть. Поразмышлять. Тело всё ещё было ослабшим. Я лишь на мгновение прикрыла глаза и...

_______

[Холодное небо над головой. Я помню те дни. Когда мы проводили много времени под чистым небом. Когда мы были счастливы. Когда я была свободна. Как никогда. Когда ты был ярче. Как прежде.]

[Ледяная вода, заполняющая лёгкие.

Ощущение, что не покидало меня долгие дни, недели, месяцы. Я не знала, что вокруг меня, но каждый шаг во сне отдавался впивающимися в меня иглами холода. Однако это было одним из напоминаний о реальности.]

[Удушающая хватка на шее. Тихий смех звучал каждый раз, когда я чувствовала жжение от нехватки кислорода. Минус быть такой, как я — даже если воздух тебе почти не нужен, это не значит, что не будет больно.]

[Медальон, висящий перед глазами.

Обещание, что я вернусь. Обещание, что он вернётся за мной. Обещание верить до конца.]

_______

[24 сентября. Воскресенье] [0:11] ...Я слишком резко дёрнулась, отчего свалилась на пол. Блеск. — Ауч... ненавижу образы... Со стоном я поднялась на ноги и отряхнулась. Видимо, мой долгий сеанс... не знаю, гибернации?... не особо считался за нормальный сон. Да, я могу провести без хорошего отдыха несколько дней, а то и недель, но я три месяца практически не двигалась. Организм пострадал в какой-то мере. Нужно собраться. Как только я захотела вылезти, снаружи, за пределами убежища, донёсся странный шум, отчего я достала свой верный нож. Сначала я подумала, что мне показалось, но затем до меня донёсся скрежет чего-то... крупного. Будто кто-то волочил что-то острое и тяжёлое по полу. Одновременно с этим звучал тихий хруст, напоминающий что-то между треском стекла и костей. Искажённые. В голове сразу всплыли некоторые бессонные ночи, когда приходилось скрываться от безумных клонов, снующих среди пустых поселений и руин, покрытых засохшей кровью. Мёртвые взгляды, окровавленные конечности и тела, в которых больше не было тепла... Это всегда пугало. Радовало то, что часто мы успевали раньше, чем случалось непоправимое. Огорчало то, что лишь часто. Я непроизвольно затаила дыхание — не хватало, чтобы они забрались сюда, ибо слух у некоторых из них более чем хороший. В один момент мне даже показалось, что кто-то приблизился к шахте, но затем, неожиданно, вдалеке прозвучали громкие хлопки. Кто-то... стрелял. Скрежет резко стал громче и начал отдаляться, судя по всему, в сторону выстрелов. А затем... всё стихло. Эмоционально я... больше не хотела выбираться. Я не боялась, просто каждый раз... неважно. Рационально же я понимала, что, помимо угрозы, здесь есть кто-то ещё. Это напрягало. Пару минут мне пришлось потратить, чтобы просто дождаться, пока всё утихомирится окончательно. А затем я уже полезла на выход. Нужно было удостовериться в том, что происходит, но при этом не попасться — конечно, одного искажённого я могу выдержать, но я не уверена, что смогу больше. По крайней мере, в нынешнем состоянии. Около входа никого не оказалось, но здесь явно кто-то был, судя по раскиданным иначе бумагам и небольшим, пусть и заметным для моих глаз, царапинам на полу. Учитывая характерные следы, это были действительно искажённые и, как минимум, их было трое. Нужно было покинуть здание. И я надеялась, что эти ребята пришли не из ниоткуда. И вот тут меня ждало разочарование — выхода не было. Мне хотелось преувеличивать, думать, что память меня обманывает, но выход был здесь. Однако сейчас на месте красной, изрядно расцарапанной двери была... стена. Холодный бетон, выкрашенный в тот же цвет, что и прочие стены вокруг. Даже постучав по стенке, я не ощутила ничего, кроме бетона. И это был замечательный намёк на то, что здание — фальшивка. Или подобие. Или я просто начала сходить с ума. Запасной выход. Тот самый. Второе разочарование было выдержать легче — тоже стена, хотя здесь... были следы удара. И немного бетонной крошки. Еле удержавшись от того, чтобы грязно выругаться, я стала думать, что делать. Конечно, можно было бы попытаться притащить хлама и попробовать выбить вентилятор в укрытии, поскольку там было видно небо, но это было бессмысленно — даже от моих ударов он ни разу не дернулся. Запасной выход с «внешней» стороны, скорее всего, тоже исчез. Был ещё вариант с основным выходом, если туда дверь открыта (что, скорее всего, не так, и он тоже явно исчез), а если нет, то можно пролезть через общую вентиляцию... Точно. Офис! Там же можно посмотреть на всю систему вентиляций и припомнить все выходы и проходы. Там ведь есть как точная карта, так и доступ через компьютер. Входная шахта вентиляции, к счастью, оказалась рядом и действительно была открытой. Я полезла туда, думая, что буду делать дальше, и... БАМ. — АУЧ. — Произнесла я, врезавшись лбом в закрывшуюся переборку. Что ж... Это будет сложнее.

_______

[Пять ночей. Две дополнительные смены. Смешно.]

[Смешнее лишь то, что эта схема работала из раза в раз. Сколько трупов благодаря этому появилось?]

[...грубо. Но справедливо.]

_______

[1:10] Это было очень глупо. Серьёзно, я не ожидала, что вновь буду бегать по зданию ради того, чтобы попасть в офис. Дежавю в худшем виде. Хотя бы не приходилось ни с кем пересекаться. После того, как я выбралась, люк открылся, но из-за неудобного освещения я ничего не разглядела. Пришлось вспомнить, как оно всё было раньше, так что я двинулась на другую сторону. Сначала я была осторожна, стараясь не нарваться на искажённых, но... буквально пройдя круг, никого не нашлось. Ни тел, ни звуков, ничего. Даже следов, исключая царапины, которые я видела раньше. Было боязно, отчего я не убирала нож, но всё же вокруг стояла тишина. Хотя, правды ради, я не заходила во все комнаты и коридоры. Маршрут всегда был похожим. Несколько залов, две небольшие промежуточные шахты, если они не были закрыты, ещё несколько помещений и одна из офисных вентиляций, либо коридор с дверью в офис. Я знала его наизусть слишком хорошо. Как инстинкт. Второй заход оказался таким же безрезультатным. Как и третий. И четвёртый. И десятый. И даже через дверь я не смогла пройти. Не сказать, что я была зла. Нет. Скорее, немного раздражена. Но не как раньше, слепо желая... убить того, кто был внутри, а желая, чтобы всё это поскорее закончилось. Я старалась не думать, кто мог быть внутри. Может кто-то знакомый, может кто-то неизвестный... Я просто надеялась, что мне не придётся драться. И, тем более, проливать чужую кровь. В очередной заход дверь оказалась... открыта. Не нараспашку, но немного, чего не было прошлые пару раз. Это было подозрительно... но был ли у меня другой шанс? Осторожным шагом я подошла поближе и медленно открыла дверь, а затем прошла вперёд. Странно. Никого. Офис был пуст. Или... Щелчок. А затем холод у виска. Инстинкты сработали моментально. Адреналин дал достаточно сил, чтобы резко дернуться в сторону, уходя с линии огня быстрее, чем противник мог сместить оружие. Прозвучал выстрел; звон в ушах встал такой, что я еле сдержалась, чтобы крепко сжать уши. Вместо этого я выхватила нож и попыталась ударить неизвестного, но тот успел отбить руку. Ещё один выстрел, ещё один промах. Неожиданно я почувствовала хватку на шее. Одной руки хватило, чтобы короткая нота паники «укусила» меня, но очень быстро рассеялась. Слишком знакомое чувство. Удар локтем попал, судя по всему, в челюсть. Противник отпустил меня и отшатнулся, но быстро нанёс удар наотмашь, который, к сожалению, попал, заставив отшатнуться уже меня. Я сразу бросилась вперёд с ножом в руке, но... застыла на половине пути. Пистолет был направлен прямо в лоб. Но не это было важно. Важен был тот, кто его держал. Вдох. Выдох. — ...Соник?... Он усмехнулся. Он... Он был... странным. Что-то было не так. Он был таким, как я помнила, но что-то было определенно не так. Словно он был ненастоящим. — Твоя смерть, ничтожество. Слишком поздно я решилась что-то сделать. Он дёрнул курок. ...и выстрел рассеял пространство, заставив меня зажмурить глаза. ...Но... я всё ещё была жива... Ни боли, ни крови. Что за?... Открыв глаза, я увидела... двух Соников? Один лежал с дырой в голове. Пистолет, который он держал, сейчас лежал в стороне, но недостаточно удачно, чтобы выхватить его достаточно быстро. Второй же стоял рядом с трупом, напротив еë самой. Дуло его пистолета всё ещё дымилось от выстрела, а сам ëж выглядел более... знакомо. И я почувствовала, как сердце сбилось с ритма, когда увидела на его шее знакомый медальон. Я нервно выдохнула, после чего он направил пистолет на меня и замер. Его зрачки уменьшились, лицо побледнело, хотя и я чувствовала себя также. Но это был он. Я просто знала. — ...Лефти?... — Его голос... Его дрогнувший голос. Секунда. Две. Три. Пистолет в его руках дрожал. А затем... Затем я почувствовала крепкие руки, сжимающие моё тело. Настоящий Соник. — Ох... Я так рад тебя видеть...

_______

[Была бы ты рада, если бы он убил тебя?]

[Да. Потому что это было бы проще. Меньше эмоций. Меньше боли.]

[Если бы. Он бы себя никогда не простил, когда бы осознал.]

_______

[1:57] — О Хаос... Я... Я тебя чуть не у-убил. Прости. Он сидел около стены, пытаясь не смотреть на меня. Растерянный, уставший, неуверенный, но с нотой облегчения... Тот самый ëж, которого я помнила. С которым проводила дни и ночи. (Счастливое время.) Я сидела рядом. Забавно, мы оба делали почти то же самое — играли со своими медальонами, крутя их меж пальцев. Глупая привычка, но ставшая родной. Его руки и вовсе тряслись, отчего я слышала гулкий звук, когда половинка сердца билась о костяшки пальцев. — Успокойся. Всё нормально. — Я аккуратно положила руку на его плечо. — Я не могу тебя винить в этом. И том. — Я ведь действительно... — Ты не мог знать, что я попадусь в ловушку. Да и не мог знать, буду ли здесь я настоящая сейчас. — Но я всё равно был готов убить тебя. Прозвучал мой вздох. Я действительно не винила его в этом, потому что происходящее было очень странным. Да и уверенности в том, что сама бы поступила иначе, во мне не было. Но была в другом. В своём желании. Я чувствовала, как меня разрывали эмоции, когда я всё же вжалась в ежа и чуть не расплакалась. Судорожно вжимаясь в него, в моей голове была лишь одна мысль: «я счастлива, что ты жив». И я чувствовала то же с его стороны. — Прошу, не вини себя. — Прошептала я. — Ты нашёл меня. И это главное. — Но... — Пожалуйста. Он немного поколебался, но затем слабо кивнул и обнял меня в ответ ещё сильнее. (Как же я скучала по этому.) Мы не могли сидеть так всю ночь, как бы мне не хотелось. Так что в один момент мы отпустили друг друга. — А теперь расскажи, что происходит. Я... Я не знаю, что делать и почему я здесь, но, возможно, что-то есть у тебя. — ...К сожалению, ты права. К счастью, тоже. Но... Тебе может кое-что не понравиться... Разговор, прошедший между нами, был долгим. Он не хотел оставлять меня без знаний о том, что произошло за эти три месяца, да и я сама чувствовала себя неуютно без полной картины. И... это было очень тяжело воспринимать. Он рассказал о многом. Не только об этом времени. Он раскрыл правду о «сделке» с Доктором в прошлом году, о встрече, которую он скрыл о меня. Это было... неприятно, но я приняла это, с учетом того, почему он молчал и зачем. Теперь я знала, почему мы здесь. Он рассказал о живых. Я рада была узнать, что никто не погиб и (почти) не пострадал за время моего отсутствия. Хотя новости о пополнении в команде меня очень удивили. Хотя больше не именно о пополнении, а скорее о том, кто именно. Пересобранная Тейнгл имела смысл, а Эми Роуз... Ладно. Зато я наконец-то познакомлюсь с ней. Он рассказал о правде. О том, что Доктор... не убивал его друзей своими руками. И не планировал, на самом деле. Ни трио в 2015-ом. Ни Эми в 2017-ом. На Соника было больно смотреть, когда он говорил об этом. Потому что, несмотря на то, что случилось за последние годы, огромный пласт ненависти в сторону старого врага был... ложным. Я догадывалась об этом какое-то время. И хорошо знаю, что настоящий убийца уже был мёртв. От этого было ещё больнее. И теперь... — Это... странно, но я понимаю. Всё понимаю. — Произнесла я, протягивая ему руку. — Главное, что теперь ты рядом. И теперь я знаю то, что нужно. Он взглянул на меня до боли знакомым взглядом. И взялся за меня, поднимаясь на ноги. — Я... — Он замялся. — Ещё раз, прости, что... скрывал от тебя часть вещей и что... — Как я уже сказала, я всё понимаю. А теперь... В чем условности твоей «сделки»? Что нам сейчас нужно делать? — Нужно пережить ночь. Точнее семь, но пять я уже пережил, а последняя... В ней есть сомнения даже у него. Всё идёт плохо. — Его пистолет, который лежал на полу рядом с вторым, с извлеченной обоймой, был поднят и убран в кобуру. — Также нужно найти Изумруд Хаоса. Сразу говорю — фальшивый. Док создал их... для чего-то, чего даже я не знаю. Однако в них есть определённая доля энергии Хаоса. — ...Как?... Он ведь... — Знаю. Может... Может он использовал твоё Ядро? — А это... Это звучит логично. — Я тут же прикоснулась к своему животу, но никаких шрамов или иных признаков вскрытия не было. Конечно, шрамы заживали, когда... Впрочем, неважно. — Хотя он говорил, что хотел не дать мне сделать то, о чем бы я сама пожалела. — Он сказал мне почти так же, одновременно желая тебя обезопасить по своим причинам, но я до сих пор не знаю, что он имел ввиду. — Может... — Стой. Лучше подумать об этом позже. Сначала нужно найти камень. — ...Ты прав. А... ещё кто-нибудь здесь есть? — Я больше никого не видел с начала ночи. Только четверых, которых я застрелил, включая это тело. Я взглянула на офисный монитор, стоящий на столе. Можно было воспользоваться им, но... Может, потом. — Ладно, идём. — Махнул головой Соник. — Только сначала, думаю, нужно вынести это тело. Не хочу, чтобы он неожиданно очнулся, если нам придётся вернуться. Сомневаюсь, конечно, что он встанет, но... — Паранойя? — ...Возможно. Ты же меня знаешь.

_______

[Сон не похож на реальность. Особенно в ощущениях.]

_______

[2:12] — Вот здесь открыто. Сначала была мысль отправиться в «внешнюю» часть здания, но она была отброшена, поскольку там практически нечего осматривать. Большинство местных залов было закрыто, а пытаться выбивать двери мы не стали. Поэтому было решено осмотреть незапертые комнаты. Первым из таких стало одно из складских помещений — как раз хорошее место, чтобы спрятать что-либо. — Ого. Не знал, что тут есть подобное место. — Сказал Соник, глядя на кучу вещей, которые лично я была готова назвать минимум приевшимися. — Иначе бы я не стал тратить столько денег на украшения, а просто взял бы их отсюда. — Неудивительно, что ты не знал. Ты же сам говорил, что внутренние помещения не осматривал. И каждый раз, когда я хотела показать тебе что-нибудь, ты отмазывался. Хотя я не обижаюсь. — Хах. Справедливо. Я подошла к ближайшей полке и достала одну из картонных коробок. — Будем осматривать так? Вручную? — Спросила я, одновременно вскрывая ящик ножом. Внутри оказалось немного запчастей от игровых автоматов, так что он быстро вернулся обратно. — Придётся пока осмотреть помещения, раз ни ты, ни я сейчас не чувствуем энергию Хаоса. — Соник достал ещё одну коробку. — Может, повезёт. Может нет. Других идей просто нет. Эти места сводят моё нутро с ума, поэтому я хочу занять себя хоть чем то. — В смысле? — Иногда я чувствую камни. Иногда вовсе нет, даже впритык. Но всегда от этих мест неприятное стороннее ощущение. — Оу. — К счастью, таких комнат здесь всего четыре и слишком долго мы не провозимся. В случае чего может хотя бы найдём что-то полезное. Моя вторая коробка оказалась довольно лёгкой и открытой. А внутри... — Ох ты ж ëжик! — Сказала я, доставая содержимое. — Мои плюшевые версии! Я думала, что их всех сожгли, кроме моей личной, после... Вообщем удивительно, что они тут! Соник взглянул на меня неуверенно, но, к счастью, не стал давить, подошёл ближе и взял одну из плюшевых игрушек. — Они довольно хорошо похожи на тебя. — Она тут же отправилась в его сумку. — Эй! — Хех. Возьму на память, если она не исчезнет по окончании ночи... Ладно, продолжим. — Может мне вытащить... ну... своё «Ядро»? Может напрямую я смогу почувствовать изумруд? — ...Не стоит. Ты всё ещё в не лучшем состоянии и... я не люблю видеть, как ты режешь себя. Тем более в прошлый раз это закончилось не очень хорошо. — Соник, с тихим вздохом, достал очередную коробку. — Если все будет совсем плохо, то попробуем, хоть мне очень не хочется этого. А пока давай хотя бы этим займёмся. Минут десять минут ушло, чтобы разгрести все коробки. В большинстве оказывался либо хлам, либо мерч, либо запчасти. Кроме плюшевых игрушек и, к моему счастью, одежды для клонов, откуда я стащила небольшой пояс с крепежами, — явно шедший как часть униформы рабочих и который спокойно подходил для более удобного ношения ножа — больше ничего интересного не нашлось. Ещё примерно десяток ушёл на следующее помещение с таким же результатом. Уже стоя в третьем складе, который был удивительно практически пуст, Соник вздохнул. — Хмм... Я надеялся на что-то более существенное. — Он хмыкнул. — Но, в принципе, как обычно. Ладно, давай... Неожиданно, я почувствовала тонкую вибрацию. Судя по замершему Сонику, он тоже. А затем... Затем по всему зданию прошёлся ужасающий крик. — [Блять.] — Выругалась я на другом языке. — Прячься, быстро. — Произнёс Соник. Я шустро засела за несколькими коробками в углу, а Соник за дверью. Он приложил палец к губам, глядя на меня, хотя я итак понимала, что нужно затихнуть. Сначала показалось, что ничего не происходит, однако через несколько секунд прямо за стеной, где сидела я, стали отчётливо слышны тяжёлые шаги. Быстрые, но тяжёлые. Неестественный, практически могильный холод заставил меня сжаться, как образно, так и фактически. Он был слишком знаком. Слишком. А когда комнату частично озарило двумя холодными блеклыми огоньками, я чуть не потеряла самообладание. Нет... Я практически ощущала, как давно залечившиеся раны вскрывались вновь. Будто вновь перед глазами были тёмные коридоры и стены, покрытые чёрными пятнами. Паника накатывала медленно, но верно. Он был жив. Бессонные ночи перед глазами. Боль. Коридоры. Чёрные конечности. Звуки рвущейся плоти и ломающихся костей. Вновь боль. И сияющая улыбка во мраке. Он был жив и его чертовы когти торчали из-за угла. Плевать, очередная манифестация или он каким-то образом его вернул — это всё ещё был он. Я пыталась сжаться как можно сильнее. Время лечит. Но некоторые травмы... глубже, чем кажется. Когда его лицо показалось полностью, стало понятно, что всё пойдёт не так. Он был жив и его чертовы когти тянулись ко мне, когда я закричала. Надежда умирает последней. И мир погрузился во тьму вновь.

_______

[Цветочное поле, наполненное ирисами. Я люблю цветы. Розы, тюльпаны, подсолнухи... Но больше всего я люблю ирисы. Они напоминают о цветах ночного неба, которые я видела с ним. О самом прекрасном виде в своей жизни. О желании тянуться к свету.]

[Алые глаза в зеркале.

Я не доверяю себе. Я знаю, что он верит в меня. Знаю, что он никогда не перестанет, но... Я не могу. Не сейчас. Я всë же клон. Моя судьба уже решена.

Однако это не значит, что я не готова бросить ей вызов.]

[Следы на собственных руках. Светлые полосы. Часть принадлежит мне. Часть принадлежит им. Я не любила жизнь. Но полюбила позже. Эти шрамы будут в напоминание об этом.]

[Страх остаться в одиночестве.

...его страх.]

_______

[2:40] Я не чувствовала мир вокруг. Точнее... что-то было. Я не была мертва, нет. Мне приходилось испытывать ощущение... смерти несколько раз, будто то клиническая смерть или... пересборка в самом начале... но сейчас моё состояние было описать как сон, который смешался с реальностью. (Так близко. Так далеко.) — Ле...т... Я сжимала в руке медальон. Он ощущался как солнце, обжигая мои пальцы. Он согревал. Успокаивал. Напоминал. Мир медленно пытался собраться обратно. — Л...фт... Шум. Крик. Голос. Я попыталась сосредоточиться. Наконец-то, начало появляться что-то цельное... — ...ефти, ты меня слышишь? Очнись, прошу! Лёгкая тряска ускорила осознание реальности. Рядом со мной сидел Соник. Его обеспокоенный взгляд буквально въедался в мою память, напоминая о прошлом, но не в самом плохом смысле. Именно его руки трясли меня за плечи. Что было странным, так это то, что он был покрыт чёрными пятнами — немного на его лице и очень много на руках. — Так, так, хорошо, ты уже осмысленно на меня смотришь... Слава Хаосу... Ты как? В сознании? — Д-да... Думаю, да... Гд-где... — Я судорожно начала оглядываться. Жёлтый ëж оказался позади. Мёртвый. И выглядящий очень-очень неважно. Будто в него врезался забетонированный грузовик. (Простая смерть. Словно нечестная.) — Ты рухнула почти сразу после того, как закричала. Он кинулся на тебя, но не успел ничего сделать. Я... Пришлось действовать быстро. И грязно. — Мой друг протянул мне руку. Я приняла еë, сразу обратив внимание на лёгкое шипение с его стороны. — ...Думаю, придётся вновь терпеть. Честно говоря, иногда я... не расчитываю сил с такими противниками. — Ты его... забил голыми руками?! — Спросила я, поднимаясь. — Я запаниковал. У меня не так много патронов осталось после стычки в самом начале ночи, а его спина была закрыта. Так что, как я и сказал, пришлось действовать быстро. Я налетел сверху и... вот. Сама знаешь, как иногда у меня бывает. — Ох... Это... — Ты так сильно закричала, когда он вылез, я и не выдержал... Это ведь тот самый клон, который тебя- — Да. — ...Ох... Тогда понятно, что с тобой случилось Жаль, что понял поздно. Приложил бы больше сил. — Он посмотрел на тело сам. — Думаю, нужно уходить. У нас не так много времени, да и непонятно, сколько тут может быть таких вот... сюрпризов. — П-подожди, сейчас, пару мгновений... — Я мотнула головой. — Ухх... Я н-не ожидала, что вн-новь столкнусь с этим... — Всё нормально. Успокоиться. Подумать. Вдохнуть. Выдохнуть. Не удержавшись, я пнула мёртвое тело. — Самая малость, чего ты заслуживаешь, [ублюдок]. — Практически выплюнула я. — ...Хах. Всё ещё удивляюсь тому, что ты периодически используешь северный. — В основном ругательства, ты же помнишь. Не могу иначе. А теперь давай сматываться отсюда.

_______

[Мы были там, далеко, где никто не знал о нас. Где мы были просто двумя ежами. Это было приятное время. Мечтаю однажды к этому вернуться.]

_______

[3:25] На какое-то время мы вновь потерялись в осмотре. Помимо складов, мы заглянули в оставшиеся открытые комнаты, включая ту, где я очнулась. Ничего интересного — большая часть вещей была абсолютно бесполезна и не представляла никакой ценности. Самое необычное, что мы нашли — это тела четырех искажённых, о которых Соник знал («Они напали на меня, когда я зашёл в комнату персонала. Сначала один, а затем, скорее всего на звук, прибежали ещё трое.»). В одном из них я узнала Клоши — ещё одного клона, который был здесь на постоянной основе. Два спасены, два мертвы. (Надеюсь, что ты мёртв, «братец».) В итоге, спустя какое-то время, мы вернулись в офис, поскольку мы уже задумались над тем, чтобы заглянуть в оставшуюся нетронутой часть здания. Но, для начала, стоило позаботиться о безопасности. Тело фальшивого Соника частично преобразилось, — в основном появились дыры и искажения черт лица, что было частым явлением у мёртвых клонов — но всё ещё было мертво и лежало на своём месте. В офисе же, куда первым настоял войти (точнее, влететь с пистолетом наперевес) Соник, было весьма тихо. Ну, за исключением работы ПК и кондиционера. Я сразу же заняла место за ПК. Конечно, мой друг мог был сам сделать это, но я всегда чувствовала себя приятнее, когда могла работать с компьютером, что было редкостью. В основном, я копалась в игровых автоматах и как раз в офисном ПК, когда здесь никого не было. — Так-с... Давай глянем что покажет сканер. — Мои руки ловко застучали по клавишам. — Почему ты раньше не подумала об этом? — ...Не было нужды? Соник лишь хмыкнул. — Да, глупый вопрос, пожалуй. Система была мне более знакома. Одно меню сменяло другое — небольшая привычка следить за всем. «Задачи» отвечали за выполнение автоматизированных задач, которые менеджер мог возложить либо на «пустых» роботов, либо на внутренних работников. Сейчас тут было пусто. «Восстановление» отвечало за диагностику и восстановление систем — в основном, двух нижних, поскольку они важны на ночной смене. «Аудио» отвечало за систему вещания. Сигнализация и объявления. Ночью оно превращалось в приманку, поскольку в большинстве из местных была «запрограммирована» установка реагировать на издаваемый звук. «Радар» отвечал за сканирование здания на предмет присутствия посетителей и персонала. Сначала я думала, что он отмечает всех по теплу, но нет, роботы тоже отмечались. Удивительно. И сейчас именно эта система была мне нужна. Тихий, но заметный пищащий звук слился вместе с звуками работающего компьютера и шумом, издаваемым кондиционером. — Хмм... — Соник смотрел на монитор с полным пониманием происходящего. — Ничего нет. Это... странно. — Нас тоже нет. — Именно. — Офисный «квадрат» был пуст, хотя обычно там всегда мерцала точка. — Может, сканер сломан? — ...Не думаю. Ремонтная система бы выдала ошибку. У меня есть одна мысль... Небольшое «колдовство» с клавиатурой — и мягкий синий цвет превратился в чёрный, с белым текстом на фоне. Уж что-что, а я знала всю местную технику как свои пять пальцев и полуслепой правый глаз. — Системный режим. — Ответила я на незаданный вопрос. — Подключается к всем системам разом в обход прав администратора. — Ого. То есть... — Он затрагивает даже то, что заблокировано. Возможно, протоколы повреждены или основные системы дали дубу. Здесь всё висит на проводах. — Ты не говорила о такой возможности... — Не было необходимости. Плюс, я узнала код безопасности уже после того, как выбралась из здания. Кнопка «Сканирование» — и на экране возникло... шесть точек. Две из них было в офисе, естественно. Ещё три были в «внешней» части, но там радар улавливал не особо хорошо, так что точки мелькали и полагаться на такую информацию было опасно. Последняя располагалась у... входа прямо туда, с «внутренней» части. — Так... Теперь что-то, да есть. — Произнесла я. — Точнее, кто-то. — Скорее всего, очередной искажённый. — Соник глядел также на ту же точку. — Предположу, что он защищает единственный вход. Как-никак, а там короткий коридор, в который мы не заходили. — ...Извне не попасть, поскольку дверей наружу нет. Только два пути. — Либо эта дверь, либо вентиляция. Предпочту первый вариант. — Не хочешь ползти? — Не хочу оказаться зажат или... — Он прикрыл глаза. — ...ты знаешь. Сначала я не поняла, а затем... (Пламя.) — Ох. — Лучше по-старому. — Он достал из своей сумки... монетку? — Придётся отвлекать то, что охраняет путь. Как хорошо, что я уже через такое проходил. — ...Это не сработает.

_______

[3:37] Это было невероятно глупо. Но это сработало. Хотя, может, дело в нашей общей удаче. Этот искажённый был явно далеко не из «новых» — множество непроизвольных мутаций, вроде третьей руки и непропорционально удлинённых конечностей, а также специфические наслоения клон-материала на теле ясно давали понять, что этому клону лет 5 минимум. Если быть точнее, это был клон Йоши. Когда-то. И именно благодаря тому, что клон был частично ограничен в чувствах и не имел дополнительных глаз, Соник смог вывести еë из коридора и дал мне достаточно времени, чтобы вскрыть замок. Как только дверь открылась, Соник вернулся в одиночестве. — Запер еë на одном из складов. Надолго не хватит, но я подпер дверь стулом. — Очень «эффективная» мера защиты. — Пошутила я. — Да ладно, я просто поступаю, как ты в прошлый раз. — Его ухмылка заставила меня улыбнуться тоже. Я помню прошлый раз. — Однако поспешить всё же стоит. («Хей, стул крепкий! Пара лишних секунд могут оказаться не лишними». И ведь не ошибся же тогда.) — Ладно-ладно, ты прав, сейчас нам нужно... А что именно? — Предлагаю сходить в офис менеджера. Я обычно там держал важные вещи. Может, камень там. И там определённо есть ключи от большинства помещений. Можно будет осмотреться получше. Если же не там, то... Неожиданно мои инстинкты встали на дыбы. Мои собственные руки практически непроизвольно резко потянули Соника на себя. И вовремя, к тому же — на то место, где он стоял секунду назад, резко налетело что-то весьма крупное. (Как «вовремя»...) — [Блять]/Чëрт! — Произнесли мы одновременно. Искажённый врезался в стену, однако это почти не оглушило его. Напротив, он легко отошёл, взглянул на нас и пронзительно зарычал. Вместе с этим, из других помещений и двери, откуда мы пришли, вышло ещё четыре таких же существа. В итоге, два ежа, один лис и один динозавр. Хорошие шансы. Я выхватила нож. Соник достал пистолет. Я не могла драться в полную силу, но это не значило, что я не стану или не могу драться вовсе. Да и в дуэте наши навыки были гораздо сильнее. Начинать всегда легко. Влиться в бой сложнее. Выйти из схватки победителем довольно тяжело. И практически невозможно остаться без единой царапины. Они могут казаться дикими животными, чудовищами, которые не умеют сражаться, однако именно такое мнение приводило других к гибели. У них есть воспоминания, чаще всего очень смутные и отдалённые, о том, как оригиналы сражались. У них предостаточно интеллекта, чтобы учиться использовать свои новообретенные возможности. У них есть ужасная мотивация, чтобы никогда не останавливаться, пока перед ними не будет очередной мертвец. Ритм. Этим словом я могу описать каждую прямую стычку с искажёнными. Рывок в сторону, рывок вперёд, осторожный выпад с ножом — и проливается первая «кровь». Искажённый взревел, повернувшись в мою сторону и демонстрируя красочную открытую рану на лице, однако не смог осознать, что удар был для отвлечения. Его союзник был поумнее, но ничего, кроме попытки попасть по мне, не успел сделать. Я отскочила от удара, а пуля, выпущенная Соником, точно попала в место разреза, мгновенно убив первого клона. Я никогда не испытывала радости, отнимая жизнь. Даже такую пустую. Но всегда чувствовала трепет в бою. Знание, зачем я это делаю и ради кого. Уворот от одного удара, уворот от другого, прыжок и отскок от стены с выпадом и почти точный удар в чужую глазницу. Раздался громкий рык, однако урон уже был нанесён. Ещё один клон отвлёк своё внимание с Соника, который тоже «танцевал» в стороне, на меня. Когтистая рука поднялась вверх, однако я просто дёрнула нож в сторону со всей силы, закрыв себя чужим телом. Удар буквально располовинил клона и позволил мне удачно выдернуть нож обратно, отступая назад. Я чувствовала себя физически отвратительно, но адреналин бушевал настолько сильно, что я продолжала уворачиваться, игнорируя боль. И всё же... Я чувствовала лёгкое воодушевление. Словно скучала по этому. Ещё один искажённый упал, когда Соник выпустил несколько пуль в чужую голову. Правда, успех был слабым, поскольку из соседнего помещения выбежало ещё два искажённых, а из верхней вентиляции выбрался дополнительный. Два выстрела попали в последнего, но он не погиб, а лишь отскочил. Мимо пролетел... стул, который разбился о одного из прибывших. Это заставило того повернуться и не развернуться — ещё одно удачное попадание в голову. Однако раздавшийся щелчок оповестил нас обоих, что патроны закончились. Стиль боя Соника не сильно отличался от моего, знаю, ведь чужой опыт во мне остался, однако он всё равно был другим. И за ним было невероятно интересно наблюдать. Может он не был таким сильным, как его друг Наклз, но его кулаки были достаточно тяжёлыми, чтобы сминать сталь и дробить кости, когда это действительно требуется. Я даже не успела до конца понять, что именно произошло, как прозвучал громкий хруст, после которого Соник вбил клона в пол. Причём это заставило дернуться не только меня, но и остальных, включая того, кто атаковал меня в нынешний момент, что дало мне возможность пробить ему череп ножом напрямую. Мой друг же не остановился. От отпустил тело и резко ударил следующего клона, хотя уже этот удар был слабее из-за клон-материала на чужом теле. А затем произошло то, что меня дёрнуло сильнее. Оставшийся клон попал. Но не по мне. Не сильно, да, всего лишь когти в его плече, однако я почувствовала нарастающую панику. Мир замер. Но я не замерла с ним. Я... ощутила его. Ощутила зов. Но он был моим. Под моим контролем. Я чувствовала вкус крови. Хах. Но всё залило не багровым Мир стал пурпурным.

_______

[Чувствовать сталь в себе неприятно.]

[Очень. Но к своему ножу я как-то привыкла. Особенно когда нужно вернуться.]

_______

Когда мне приходится убивать, я думаю.

Нет конкретной мысли.

Нет конкретного желания.

Нет конкретных ощущений.

Я просто думаю.

Иногда вспоминаю.

И затем я вновь я.

_______

[4:37] Включилась я уже в кабинете менеджера. Признаться честно — в последний раз я чувствовала себя настолько отвратно после побега из огня. Тело ломило полностью, холод блуждал «пятнами» по моему телу, а на торсе я чувствовала неприятное чувство и ощущение медленно затягивающейся раны. (Зов всегда приносил болезненные ощущения после.) Я лежала на, как оказалось, диване. Не особо удобный кожанный диван казался чем-то между столом для пыток и мягким облаком, поскольку я давно не лежала на чём-то, что напоминало бы кровать. Даже пуфик не подошёл бы, несмотря на то, что я часто сжимаюсь во сне. Соник сидел рядом, в офисном кресле. Его голова лежала на спинке, а сам взгляд был направлен в потолок. Его ноги медленно отталкивались от пола, заставляя кресло мерно крутиться по кругу. Моя попытка подняться была немного шумной. Я не смогла сдержать короткого стона боли из-за жжения на животе. Но во мне не было беспокойства — рана была перебинтована. Соник же дёрнулся и быстро подскочил по мне. — Ох, Лефти, ты наконец-то очнулась. — Он слабо улыбнулся. — Я испугался, когда ты вырубилась. Опять. — Я... Что случилось? — Дестабилизация. Или как ты называешь это... Ты неожиданно закричала, но не как в прошлый раз, а агрессивно, после чего случились изменения и ты убила оставшихся, а затем ещё двоих прибывших. Я прикрывал, как мог. Затем тебя начало несколько трясти и, по итогу, ты почти рухнула на пол, но я поймал тебя. После я тебя оттащил сюда, ты медленно вернулась в норму, и я перевязал твой живот. Один из клонов немного зацепил тебя. Прости. — О-оу... — Всё нормально, Лефти. Главное, что ты в порядке. Ну, почти. Я взглянула на его плечо. Оно не кровоточило, но было открыто. — Почему ты не перевязал себя? — Пустяк. Заживёт. — И он всё равно зашипел от боли, когда я прикоснулась к ране. Травмы, наносимые искажёнными, всегда были неприятными по ощущениям. Это заставило меня подняться. — Эй, вернись на место. — Произнёс он. — Ты всё ещё... — Сначала я обработаю твою рану. И не спорь. Сначала он открыл рот для ответа, но затем просто усмехнулся. Я была слишком упрямой, хех. Что уж говорить — мы оба были такими. — Так, стой, не шевелись. — Произнесла я, нырнув рукой в его сумку, стоящую рядом. Не в первый раз, так что его стандартный набор для выживания я уже знала. Поэтому вскоре я вытащила полупустую флягу с водой и моток бинтов. — Сейчас я всё сделаю. Это не пустяк. — Хах... Прям как в старые-добрые, да? — Произнёс он с лёгкой усмешкой. — Правда в этот раз я не потерял так много крови, как тогда. — Ой, замолчи. Тогда рана была весьма страшнее, а тут довольно небольшая. — Вода коснулась травмы и Соник зашипел громче. — Алкоголь подошёл бы лучше. — Я не Шедоу. Хотя иногда хочется надраться в сопли. — Так, нет, давай без этого, как и раньше. — Один круг. Второй. Третий. — Однажды всё это доведёт тебя до того, что ты будешь выглядеть как мумия. — Хаха. Очень смешно. Я ношу бинты только на руках. В основном. Он взглянул на дверь, а затем на вентиляцию. — Надеюсь, что больше никого не осталось. Сколько их было сегодня? Одиннадцать? — Я не знаю, но тоже на это надеюсь. — Мой тихий выдох обошёл эхом всё помещение. А затем... Затем я кое-что поняла. Гул. — ...Соник? — А? — Резонанс. Он аж подскочил. — Где? — Где-то рядом. Я... тихо чувствую его. Он совсем рядом, раз уж такое произошло. Комната менеджера... ну, на самом деле, она была больше похожа на комнату допросов. Здесь был минимум вещей — стол, стул, шкафчик с бумагами, часы, кресло у стены и... — Сейф. — Мы произнесли оба. — Либо кто-то запихнул его в вентиляцию. — Пошутила я. К моему небольшому счастью, Соник усмехнулся.

_______

[5:05] — Влево трижды. — Трижды. — Вправо двенадцать. — Вправо двенадцать. — Влево восемь. — Кручу восемь. — Щелчок есть на этом обороте, верно? — Верно. Но он не открывается. Сейф оказался... с подвохом. Не знаю, поврежден ли механизм или что, но он просто не открылся, когда Соник назвал комбинацию. Мы перепробовали еë по разному, пробовали подбирать другие числа, пробовали даже, как сейчас, на слух взламывать. Разве что до физического насилия не дошло, да и нечем было. — Ладно, у меня кончились идеи. — Произнёс Соник. — Можно, конечно, вернуться в внутреннюю часть здания, поискать инструменты, но я не помню, где их можно найти и есть ли они там вообще. — Большинство инструментов работники таскали с собой, разве нет? — Это было так. Ремонтники и грузчики обычно носили наборы. — Максимум, что я могу предложить — отвёртки и, может быть, молоток. Их я видела. Неожиданно Соник со злости ударил по сейфу кулаком, о чем сразу пожалел, когда боль отдала в предплечье. Но... дверца открылась. Секунда. Две. Три. — ДА БЛ- — Тихо. Я взглянула внутрь, хотя этого было и не нужно. Я чувствовала, как слабые ноты превратились в уверенный гул. Не чета настоящим камням, но всё ещё оно. ФИОЛЕТОВЫЙ изумруд сиял в моих руках, когда я его достала. Я чувствовала, как внутри меня всё моё естество трясется от резонанса, но я медленно выдохнула и откинула это ощущение. (Она не поглотит меня.) — И теперь... что? — Спросила я. — Теперь ждём конца ночи. Можно попробовать передохнуть. Надеюсь, выйдет.

_______

[6:58] Пожалуй, было удивительно, что остаток ночи действительно прошёл спокойно. Мы вернулись во внутреннюю часть здания, а конкретнее в офис. Ещё одно сканирование показало, что никого не осталось, так что мы законно заперли дверь, поставили сканирование в активный режим (правда, сначала мне пришлось сделать так, чтобы в случае падения какой-либо системы запускалось автоматическое восстановление) и стали отдыхать, ожидая конца ночи. Мы вернулись к разговору, что случился в начале ночи. Соник рассказал ещё немного о произошедших вещах, о друзьях, о переживаниях, пока в итоге мы просто не начали обсуждать всё подряд. Как в старые-добрые. Это... Это было приятно. На какое-то время мир вокруг стал неважным. Не было никаких смертельных угроз. Не было странных событий. Не было клетчатых стен и чувства постоянной опасности. Были только он и я. В итоге Соник задремал прямо в кресле. Я бы присоединилась к нему, но сон как-то не особо уже шёл после всего того, что сегодня произошло. Да и он... выглядел очень уставшим. Неудивительно, с учётом того, что он мне рассказал. Я же, помимо того, что защищала его, задумалась. Как отреагируют остальные на меня? В Луиджи я не сомневаюсь — мы пересекались с ним, пусть и коротко. В оставшихся я уверена, но не полностью. Всё же я... другая. Хотя это могло подождать. Да и, на самом деле, мне просто нужно было немного веры. Они — его друзья. Они поймут. Главное — мы оба сейчас вместе. И я больше не скована. Примерно за десять минут до официального конца смены, я была вынуждена разбудить его. Он дёрнулся, но быстро понял, что он в безопасности — я не испугалась, он почти всегда так реагировал, если находился не дома. Несколько раз перепроверив оставшиеся вещи (включая плюшевую версию меня, хехе), мы отправились к выходу. На этот раз дверь была на месте, однако она не открылась, пока часы не пробили 7 утра.

_______

[Что ты будешь делать, когда выберешься отсюда?]

[Не знаю, Луни. Наверное, буду действовать по ситуации. Не люблю загадывать на будущее.]

[Ты явно пойдёшь искать Соника.]

[Хах. Ну без этого никак. Я... скучаю по нему. Ты ведь видишь мой медальон?]

[Обещание. Красивое обещание.]

[Я уверена, что он не забыл. Я... чувствовала его недавно. Странное ощущение, будто что-то было не так, но... Я чувствовала его.]

[Чтож... Я верю, что ты увидишь его достаточно скоро. Только не забывай про своего «друга из снов», хорошо?]

[Хей, Луни, конечно я не забуду. И... спасибо, что ты рядом. Надеюсь, что однажды мы встретимся в реальности.]

_______

[7:01] Это... определённо было не то, что я ожидала увидеть, когда думала о том, что меня ждёт во внешнем мире вновь. Дым. Огромные клубы дыма, поднимающиеся из города. Отдалённые звуки сирен. Огонь. Крики. Проезжающие на огромной скорости машины. И знакомый оранжевый робоëж, искореженный в хлам, с протянутой рукой, в которой торчал ГОЛУБОЙ Изумруд. (Хей, я была права. Позорно умирать так, не так ли, «братец»?) Соник нахмурился и взял его, осторожно, несмотря на заметную тряску в руках. — Блять... Этого я и боялся... У нас больше нет времени. — Произнёс он. — Кажется... всё действительно пошло не так. — [О великий Хаос...] — Прошептала я. — Ч-что... Что нам делать? — Сейчас. Соник начал что-то быстро печатать на коммуникаторе. Я видела, как сообщения улетали всем подряд, как он запускал странные вещи и как получал быстрые ответы. — Нам нужна машина. Большая. — Его коммуникатор потух. Он полез в сумку и достал... ключ-карту? — Надеюсь, что ты помнишь, как использовать огнестрельное оружие. Это будет очень длинный день...