Глава 2.
5 декабря 2020 г., 13:00
Прошло два месяца с тех пор, как Лэй Чу Ань следил за Бай Мо Ханом. Его тревожная ярость разорвать другого человека к настоящему времени утихла. Он хотел увидеть, удастся ли другому великое дело спасения всего человечества от апокалипсиса. Он твердо верил, что Бай Мо был психопатом. Его так называемые медицинские исследования были направлены только на удовлетворение своих собственных ужасных фантазий.
Апокалипсис произошел потому, что существовали такие люди, как он. Они были грязнее зомби и должны быть полностью уничтожены. Если он сможет вернуться в свое тело и сбежать из института, он должен позволить каждому здесь заплатить цену.
Из ненависти он обращал особое внимание на Бай Мо Хана, каждый день следил за каждым его движением и обнаружил, что социальных навыков у того не существует. Он даже не мог приготовить себе лапшу быстрого приготовления. Доктор спал всего два или три часа в день, и, чтобы сэкономить время, он не хотел даже снимать одежду. Если эксперимент немного прогрессировал, он проводил несколько дней и ночей без сна. Он был похож на железного человека. Обычным людям трудно было представить его интенсивность работы.
Прямо сейчас он наблюдал за чашкой Петри через микроскоп. Через несколько минут он поместил чашку в инкубатор и пошел в ванную. Он закрыл дверь-купе, открыл крышку унитаза, наклонился и, преклонив колени, выплюнул большой глоток крови, брызнувшей в унитаз. Кровь придала туалетной воде красный цвет. Бай Мо Хан набрал немного воды из стоящего рядом ведра, смыл по трубе красную жидкость и вытер разбрызганные на резервуаре для воды капли крови тряпкой, а затем вышел, как обычно, вымыть руки. Выражение его лица было таким равнодушным, как будто он плевался не кровью, а просто слюной. Лэй Чу Ань стоял рядом с ним, глядя на его бледное лицо сложными глазами.
Лей Чу Ань знал, что этот человек заплатил невообразимую цену, чтобы предотвратить его самоподрыв. Его тело было почти разорвано на части, и ему самому, конечно, было не лучше, но, по крайней мере, у него была способность к исцелению. В то время как доктор Бай отказался даже пойти к врачу, иначе он бы не стал так сильно это скрывать. Он вспомнил, как доктор сказал: «Я считаю, что иду по правильному пути, и я не колеблясь заплачу за это любую цену». Включает ли эта так называемая цена его жизнь?
Думая об этом, Лэй Чу Ань насмешливо улыбнулся. Он предупредил себя, чтобы дьявол не сбил его с толку и не забывал о боли, причинённой ему этим человеком со скальпелем.
Чжоу Юнь Шэн почувствовал боль от двойной травмы, своего тела и души, и вернулся в лабораторию. Он не мог позволить никому узнать о реальном физическом состоянии Бай Мо, у него не было времени оставаться в клинике. Если он не разработает вакцину как можно скорее, его оставшейся энергии не хватит, чтобы вернуть его в космическое пространство.
Если серьезный удар по его душе лишит его возможности вернуться в космическое пространство, последствия будут очень серьезными. Сознание этого мира, вероятно, бросит его в турбулентность времени и пространства. Зато он не будет уничтожен Господом Богом, потому что его превратят в неисправную цепочку данных. Так что это задание все равно будет успешно.
Когда он подошел к двери лаборатории, женщина-исследователь в панике крикнула:
— Доктор Бай, эффект снотворного в экспериментальном теле №1 должен был уже иссякнуть, но он не проснулся. С ним что-то не так?
Из-за силы Лэй Чу Аня, чтобы убедиться, что он будет оставаться на испытательном столе, Бай Мо Хан регулярно вводил ему обездвиживающий агент. Каждая инъекция позволяла ему спать не менее полутора месяцев. С момента последней инъекции прошло два месяца, но он так и не открыл глаза.
Сердце Чжоу Юнь Шэна слегка остановилось. Он быстро подошел к Лэй Чу Аню, чтобы посмотреть на его зрачки — никакой реакции не было. Но его сердцебиение и дыхание были нормальными. Его мозг мертв? Или он был в коме? Какая польза от создания вакцины сейчас? Лэй Чу Ань никогда не узнает, что это было успешным! Теперь он не мог позволить себе уйти, потому что после возрождения Лэй Чу Аня, если он не будет знать, что вакцина работает, он все равно жестоко убьет оригинал, и его судьба не измениться.
Чжоу Юнь Шэн закрыл лицо, чувствуя сочувственные слезы.
Нет, исцеляющая способность Лэй Чу Аня была настолько мощной, что его невозможно было убить. Он просто не хотел просыпаться. У такого сильного человека, как он, даже если он спал, имелся бы след постороннего восприятия. Эта бдительность укоренилась в его костях, и никогда легко не изменится. Он бы поставил на это, его азартные ставки всегда приносили хорошие результаты! Так он успокоился, успокаивая себя.
Лэй Чу Ань посмотрел в его покрасневшие глаза, наблюдая за ним с намеком на печаль. Его сердце слегка дрожало, настолько легко, что он даже не заметил.
Экспериментальному телу № 1 не удалось проснуться, но пока он был жив, его кровь будет оставаться свежей, поэтому исследователей это не слишком беспокоило. Чжоу Юнь Шэн каждый день тщательно вытирал его тело, надеясь вызвать у него легкую доброжелательность. Это можно было рассматривать как вклад в будущее. У него было предчувствие, что когда Лэй Чу Ань переродится, мировое сознание отвергнет его, и вернется настоящий Бай Мо Хан.
В этот момент он использовал белое полотенце, чтобы вытереть руку Лэй Чу Аня, набожный и преданный своему делу, словно обращался с бесценным сокровищем.
Лэй Чу Ань стоял напротив него, его глаза становились все более сложными. Физическое состояние этого человека ухудшалось день ото дня, и сегодня, когда его вырвало кровью, Лэй Чу Ань даже увидел твердую плоть в ярко-красной крови, казалось, он кашлял внутренними органами. Его тело было полностью истощено. Должно быть, это было похоже на ужасную боль, которую обычные люди не могли вынести, но его спокойное выражение лица не изменилось, даже лоб не сморщился, но когда он вышел из ванной, он упал на землю.
Когда он собрался с силами и изо всех сил пытался встать, Лэй Чу Ань бессознательно протянул руку, чтобы помочь ему, и был шокирован своими действиями. Он был раздражительным и злым, его эмоции сильно колебались. Он долго сидел в углу, пытаясь медитировать, прежде чем вернуться к доктору Баю.
Он наблюдал, как тот чистит свое тело, наблюдал, как он внимательно рассматривает чашку Петри, наблюдал, как он обсуждает эксперимент с исследователями, и наблюдал, как он спит в своей одежде на холодном полу.
Итак, по прошествии многих дней Лэй Чу Ань все больше и больше успокаивался.
Три компьютера в лаборатории вели вычисления днем и ночью, и индикатор прогресса достиг 80% от первоначальных 50%. Каждый исследователь, проходивший мимо компьютера, не мог не остановиться и не посмотреть на индикатор прогресса с надеждой в глазах. Как будто при достижении 100% будет произнесено магическое заклинание, и адский мир вернется в свою первоначальную форму.
У Лэй Чу Аня тоже была такая привычка. В это время он стоял перед компьютером, не мигая глядя на движущиеся данные. Услышав шаги доктора Бая, он немедленно отошел в сторону, опасаясь перекрыть ему поле зрения, после чего улыбнулся своей нелепой реакции.
Чжоу Юнь Шэн наклонился, чтобы посмотреть, на каком этапе прогресс вычислений. Буквально вчера 007 перестал работать из-за истощения энергии. Для перезапуска ему нужно было вложить в него силу своей души. Но отторжение мирового сознания становилось все более и более интенсивным. Он с трудом мог поддерживать это тело, не было лишней энергии, которую можно было бы передать 007.
Таким образом, чтобы вычислить нужные результаты, он мог полагаться только на эти три компьютера.
К счастью, высокоскоростная 007 уже очень помогла. Еще два месяца, и он сможет получить результаты.
Чжоу Юнь Шэн выпрямился и вздохнул. В этот момент огни над его головой внезапно дважды вспыхнули, а затем полностью погасли. Три компьютера издали жужжащий звук, затем цвета экранов изменились с синего на черный.
— Произошло отключение электроэнергии! Почему? Разве мы не говорили, что в лаборатории не должно быть отключений электроэнергии? Что происходит? — сердито крикнул исследователь.
Хотя эти компьютеры были самыми продвинутыми компьютерами, которые можно было найти в нынешние дни, многие функции были проблематичными в использовании из-за их длительного срока службы, и одна из самых больших проблем заключалась в том, что они не могли сохранять данные после сбоя питания. Бай Мо Хан неоднократно просил базу обеспечить лабораторию постоянным электроснабжением, как они обещали, но они, очевидно, не приняли это близко к сердцу.
После возобновления подачи электроэнергии расчеты сбрасывались, а это означало, что годы расчетов растворятся в воздухе, и их придется начинать заново.
Этот мир уже был опустошен, он был на грани смерти, и никто не мог сказать, подождет ли он еще несколько лет.
Крайняя печаль охватила весь институт. Женщина-исследователь всхлипнула, за ней последовал другой человек, не сумевший удержаться от слез. Вскоре отчаянные крики раздавались повсюду. Они трудились на протяжении более тысячи дней и ночей, они принесли в жертву так много соотечественников, только чтобы прийти к темноте перед ними.
В этот момент Лэй Чу Ань забыл о своей ненависти, потому что отчаянье и печаль переполняли его. Он больше не был экспериментальным телом, лежащим на столе, а наблюдателем, парящим в воздухе, поэтому он казался более чувствительным ко всему, что его окружало.
Капитан подбежал и объяснил:
— Зомби одиннадцатого уровня внезапно ворвался на базу и разрушил комнату с питанием. После устранения зомби техники приступят к ремонту, поэтому мы не знаем, когда вернется энергия.
Наивысший уровень был 12, затем был уровень короля, уровень святого и затем уровень Бога — три легендарных мира. Зомби уровня 11 и 12 можно считать одними из самых сильных существ в мире. Убийство одного стоит множества жизней и ресурсов. Время ожидания казалось отдаленным, поэтому крики исследователей становились все более отчаянными.
Чжоу Юнь Шэн был единственным человеком, который сохранял спокойствие. Он быстро спросил:
— Есть ли на базе кто-то с силой молнии? Можем ли мы получить одного или двух из них?
Капитан покачал головой с кривой улыбкой:
— Есть с силой молнии. Но на нашей базе был только Лэй Чу Ань, и сейчас он лежит на испытательном столе.
Чжоу Юнь Шэн молчал, даже темнота не могла скрыть его бледное лицо. Лэй Чу Ань подумал, что он должен злорадствовать, но когда его глаза коснулись тонкого, как бумажный человечек, мужчины, он почувствовал, как его грудь необъяснимо сжалась. Он отвернулся, не желая снова видеть его печальное лицо.
— Найди мне ручку, бумагу и свечи. Я посчитаю, — Чжоу Юнь Шэн нащупал стул.
Кем ты себя возомнил? Формула гена может быть вычислена за несколько минут с помощью компьютера, но человеческому мозгу потребуется несколько дней и ночей, чтобы это сделать. Три компьютера вычисляли десятки миллионов молекулярных формул. Человеческий мозг просто не может иметь такую мощную вычислительную мощность.
Все думали, что доктор Бай сошел с ума. Женщина-исследователь забыла о своем плаче и заговорила:
— Доктор, вы знаете, на каком этапе были вычисления до отключения электроэнергии? Если не знаете, то как это можно посчитать? Ваш цвет лица ухудшается. Воспользуйтесь этим временем, чтобы отдохнуть, хорошо?
— Я знаю. Я смотрел на компьютер перед отключением электроэнергии. Возвращайтесь и отдыхайте, а я должен подсчитать. Будьте уверены, я знаю пределы своего тела, — Чжоу Юнь Шэн помахал рукой и взял свечу, а также ручку и бумагу, которые передал капитан.
Тусклый свет свечи осветил его решительное выражение лица. Они не смогли переубедить его, и им пришлось уйти.
Лэй Чу Ань выпрямился, глядя на темную голову мужчины, и усмехнулся:
— Ты знаешь пределы своего тела? Какая чушь!
— Доктор Бай, вы два дня не спали. Вам лучше вернуться и лечь. Вы можете завести будильник для пробуждения и дождаться восстановления энергии, — капитан почти ушел, но затем повернулся и прошептал это утешение.
— Этот мир не может позволить себе ждать. Выжившие люди не могут позволить себе ждать, — Чжоу Юнь Шэн написал на бумаге ряд формул и ответил, не поднимая головы.
Капитан был беспомощен. Он мог только стоять в стороне и смотреть на него. Через три часа он, пошатываясь, поплелся прочь.
Лэй Чу Ань скрестил руки и посмотрел на человека, который писал и чертил на бумаге. Он был призраком, ему не нужно было спать. Этому человеку, казалось, тоже не нужен был сон, и этот счет длился три дня и три ночи. Когда включился свет, доктор посмотрел вверх, потянулся несколько минут, а затем медленно встал, чтобы включить компьютер. Он был безжизненным, как робот.
Исследователи услышали новости и вошли, затаив дыхание и глядя на постепенно перезагружающиеся экраны.
Чжоу Юнь Шэн открыл программу вычислений и обнаружил, что индикатор выполнения действительно на нуле. Эта пустая полоса так обескураживала, что у всех покраснели глаза. Некоторые начали кричать, как раненые звери.
Чжоу Юнь Шэн даже не нахмурился. Он ввел в программу свои расчеты. Компьютер сразу же обработал введенную формулу. После проверки правильности вычисления продолжились.
Все были удивлены, увидев, что пустая полоса прогресса заметно заполняется. Через несколько минут она, наконец, остановилась на 83%, затем три компьютера продолжили вычислять с нормальной скоростью. На экране постоянно мигали всевозможные молекулярные формулы.
Они четко помнили, что до отключения электроэнергии индикатор выполнения был на 80%. Другими словами, доктор Бай использовал только свой мозг, чтобы вычислить еще 3% молекулярной формулы, и это было полностью верно. Как у человека могут быть такие ужасающие вычислительные способности? Он точно человек?
Внезапно все вспомнили, что доктор Бай был экстрасенсом уровня короля, и его вычислительная мощь была сравнима с компьютерной, так что было не так уж трудно это принять.
Исследователи посмотрели на доктора Бай Мо Хана с фанатичным восхищением, их чувство депрессии и отчаяния исчезло. Их лидер был настолько силен, что он непременно воплотит свое видение будущего в реальность. Им просто нужно было внимательно следовать по его стопам.
Капитан оправился от удивления и тихо сказал:
— Доктор Бай, вы много работали. Оставьте их здесь, вам нужно скорее вернуться и отдохнуть.
Чжоу Юнь Шэн кивнул и, как обычно, направился в свою гостиную. Он запер дверь, снял белый халат и очки, а затем наклонился над раковиной, тяжело дыша и кашляя кровью. Раковина и зеркало были окрашены в красный цвет.
Стоя рядом с ним, Лэй Чу Ань был потрясен. Он не мог не рычать:
— Что с тобой? У тебя повреждение мозга? Тебе нужно в гребаный лазарет! Если так будет продолжаться, ты умрешь!
Этот человек был таким жестоким. Жестоким по отношению к другим и еще более жестоким по отношению к себе. Его так называемое «любой ценой» включает в себя и его собственную жизнь, верно?
Лэй Чу Ань пытался обнять его, затащить, дернуть за воротник, но он коснулся только массы воздуха. В конце концов, он мог только дергать себя за волосы, беспомощно наблюдая, как мужчина смывает брызги крови со стоическим выражением лица, а затем теряет сознание.
— Кто-нибудь, Бай Мо Хан упал в обморок! — он выскочил во внешний коридор и крикнул, но его никто не услышал. Они просто работали, тихо передвигаясь, боясь нарушить покой доктора Бая.
— Ваш босс умирает. Идите и спасите его! Вы слышите? Он вот-вот умрет! — Лэй Чу Ань обошел все уголки института, крича до хрипы, надеясь, что кто-нибудь его увидит или услышит.
Он был призраком, он не чувствовал усталости или голода, но когда он безуспешно вернулся к доктору Баю и увидел человека, все еще лежащего на полу, неспособный определить, жив ли доктор вообще, то внезапно почувствовал себя чрезвычайно измотанным.
Он протянул руку, чтобы почувствовать дыхание мужчины, но у него не было осязания. Лэй Чу Ань смотрел на грудь человека немигающим взглядом и налитыми кровью глазами, надеясь увидеть движение грудной клетки. Но этот человек был слишком слаб. Было трудно сказать, дышит ли он вообще, поэтому Лэй Чу Ань почувствовал, как его сердце болезненно сжалось. Он почувствовал, как его сила иссякает. Он попятился к стене и сел на землю, уткнувшись головой между коленями.
Один человек и одна душа спокойно оставались на своих местах до рассвета. Чжоу Юнь Шэн дважды кашлянул и проснулся от сильной головной боли. Накануне он чрезмерно использовал свой мозг. Если бы он был в максимальной форме, формулу можно было бы вычислить всего за один день.
Чертов мир B-класса! Он мысленно проклял мир и мировое сознание за то, что то отвергало его. Затем он, пошатываясь, использовал оставшуюся в ведре воду для очистки.
Чжоу Юнь Шэн обнаружил, что его одежда тоже была в пятнах крови. Скатав её в ком, он засунул её под кровать, а затем переоделся в чистую одежду. Он взглянул в зеркало, чтобы убедиться, что не выглядит слишком больным, после чего направился в лабораторию.
— Было ли что-нибудь необычное, пока меня не было? — спросил он исследователя, сидевшего перед компьютером.
Исследователь немедленно встал и почтительно поклонился, а затем сказал восхищенным тоном:
— Нет, ничего такого не произошло. Текущая полоса прогресса поднялась до 83,5.
— Хорошо, продолжай наблюдать, — Чжоу Юнь Шэн похлопал его по плечу, а потом пошел в инкубатор, чтобы проверить состояние экспериментального тела № 1.
Он взял 10 миллилитров крови из его сонной артерии, затем смешал её с вирусом зомби и поместил под микроскоп. Чжоу Юнь Шэн погрузился в работу и забыл обо всем вокруг.
Лэй Чу Ань крикнул ему на ухо:
— Ты всего лишь проклятый человек, а не Бог! Тебе нужно есть и спать! Ты не ел и не спал три дня и три ночи, ты вообще помнишь? Думаешь, пол — хорошее место для отдыха? Рано или поздно ты умрешь!
Но мужчина ничего не слышал. Он неподвижно сидел и смотрел в микроскоп, слегка согнув спину, его позвонки четко очерчивались сквозь одежду. Он был настолько худ, что сильный ветер мог сломать его пополам.
Лей Чу Ань готов был поспорить, что, если он снимет с человека одежду, то в его теле плоти будет меньше, чем у зомби. Он вспомнил последнее принятие ванны Баем месяц назад — длинные промежутки между ваннами были обычным явлением во время апокалипсиса, так как воды было мало — когда мужчина снял одежду, Лей Чу Ань был потрясен его острыми ребрами. Теперь, месяц спустя, он все еще безудержно тратил свою жизнь, поэтому эти ребра, вероятно, были куда более пугающими.
Лэй Чу Ань парил вокруг человека, как пойманный зверь, время от времени нанося удары мужчине в затылок. Его удары не содержали негодования, только беспомощность и беспокойство.
Пробыв вместе так долго, он постепенно понял, почему мужчина готов был заплатить своей жизнью за светлое будущее. В его ящике была фотография: в цветущем поле лаванды маленькая девочка в сиреневом платье принцессы улыбалась солнечной улыбкой. Голубое небо было над её головой и густой лес позади нее.
Он вынимал фото каждый день и смотрел на него с беспрецедентно яркой улыбкой. В те тихие и нежные моменты Лэй Чу Ань тоже не мог не улыбнуться ему.
Лэй Чу Ань устал парить. Он медленно подошел к мужчине, ошеломленно глядя на его темную голову.
В это время вошел исследователь, чтобы напомнить доктору Баю о необходимости присутствовать на семинаре.
Чжоу Юнь Шэн проявил нетерпеливое выражение на лице, но все же последовал за капитаном в конференц-зал. Каждый месяц начальство проводило семинар, либо проверяло, как продвигается работа, либо увеличивало или уменьшало бюджет проекта, а если нет, то, возможно, другая проектная группа пыталась их оттолкнуть. И Чжоу Юнь Шэн все больше чувствовал, что начальство, похоже, сомневается в его исследованиях.
Конечно же, бюджет этого месяца был сокращен на 20 процентов по сравнению с прошлым месяцем, поскольку эксперимент находился на критической стадии. Это стало смертельным ударом для Чжоу Юнь Шэна.
— Мои исследования — самый важный проект. Вы не можете сократить мои расходы. Через два месяца я смогу разработать вакцину, это самый ответственный момент. Вы не можете меня сдерживать, — он закрыл бюджетную книгу и холодно сказал.
— Еще через два месяца, затем еще через два месяца. Доктор Бай, вы говорите это каждый раз, когда мы встречаемся. Где результаты? — другой ученый-медик с таким же статусом, что и Бай Мо Хан, Ву Хань Юань, задал вопрос. Он бросил стопку данных перед Чжоу Юнь Шэном и гордо улыбнулся, — Доктор Бай, взгляните на это. Это настоящий спаситель человечества, пожиратель зомби.
Ву Хань Юань был настоящим ученым с антигуманными наклонностями. До апокалипсиса он тайно проводил эксперименты с человеческими гибридами и создал множество монстров. И, к его радости, после апокалипсиса его эксперименты стали легальными, позволяя ему действовать все более недобросовестно.
Чжоу Юнь Шэн быстро прочитал информацию, после чего его глаза покрылись толстым слоем инея.
— Земля находится в безвыходном положении из-за этих бушующих зомби, но вы не хотите уничтожать зомби, чтобы спасти выживших, вы хотите создать более ужасных монстров. Ваше поведение равносильно использованию яда для утоления жажды. Рано или поздно вы убьете всех нас! — сказал он торжественно.
— Доктор Бай, вы ослеплены бесполезными тревогами. Разработанные мной чипы были имплантированы в мозг зомби, они будут полностью подчиняться моей команде. Когда я говорю на восток, они идут на восток, когда я говорю на запад, они идут на запад. Они никогда не поставят под угрозу человечество. Я провел несколько успешных экспериментов под наблюдением высшего руководства. Если у доктора Бая есть опасения, вы можете прийти и посмотреть.
Чжоу Юнь Шэн едва подавил гнев и кивнул. Сказать что-нибудь сейчас было бы бесполезно. Единственным выходом было позволить этим идиотам выучить болезненный урок. Они поймут, что собственные грехи тяжелее всего переносить.
Чтобы исполнить желание Бай Мо Хана и получить энергию этого мира для восстановления своей души, он должен провалить этот эксперимент.
