Пощечины от дьявола // 快穿之打脸狂魔

Когда на Чжоу Юнь Шэна охотилось множество культиваторов, секта не пришла его спасти. Теперь, когда он, наконец, сбежал, лидер секты и старейшины заблокировали входные ворота, с уверенностью заявляя, что он шел по темному пути. Так они говорили, но их настоящей целью было зеркало Куньлунь в его руках. Чжоу Юнь Шэн не испытывал сентиментальных чувств к секте Завета Бессмертия, и теперь, когда они разозлили его, его возмездие, естественно, будет очень безжалостным. Когда он много лет назад посетил Туманную Границу для получения опыта, он хранил весь ядовитый туман Ядовитой Земли в своей черной дыре. Боясь, что его примут за дьявольского культиватора, он никогда не использовал его. Но теперь ему не о чем беспокоиться. Поскольку они решили, что он был культиватором демонического пути, то он просто признается в преступлении, и все его ранее скрытые методы теперь будут раскрыты. Он быстро огляделся и обнаружил, что все те, кто пришли, чтобы поймать его, были мастерами секты высокого уровня или выше, только несколько учеников среднего уровня стояли позади, и Сун Юфэй среди них. Даже окруженные густым туманом, эти люди все еще искренне и терпеливо убеждали его: — Младший брат, ты должен передать зеркало Куньлунь секте, а затем уничтожить этот метод совершенствования. Лидер секты и старейшины, естественно, оставят тебе твою жизнь. Не стоит драться. Чжоу Юнь Шэн мог только горько посмеяться, чтобы ответить им. Он вызвал черную дыру в своем даньтяне, поглощая их духовную силу через туман и делая силу ядовитых миазмов еще сильнее. Чи Сяо, старейшины и мастера пиков оказались на чистой черной земле, источающей прогорклый запах ядовитого тумана. Выражения их лиц неожиданно изменились. — Это ядовитые миазмы Царства Дьявола. Фан Синхай действительно демонический культиватор! — Цзун И здесь нет, сегодня мы должны очистить секту от его имени. Когда он вернется, он точно ничего об этом не скажет. — Фан Синхай, отдай зеркало Куньлунь, и мы все еще сможем обеспечить тебе счастливый исход, иначе у нас не будет другого выбора, кроме как заставить тебя стать марионеткой на Горе Пустоты! Чжоу Юнь Шэн достал Пилюлю Расплавления Души из своего кольца, развеял её в тумане и холодно улыбнулся: — Просто скажите прямо, что хотите забрать зеркало Куньлунь, и не нужно прибегать к таким праведно звучащим мотивам. Изначально я правда не прибегал к демоническим методам, но поскольку однажды разбитую вазу уже не склеишь, сегодня я превращу это место в бойню! В оригинале ядовитые миазмы Демонического Царства могли разъедать тело культиватора и пожирать его душу, но только в довольно медленном темпе. Эффект от отравления Пилюли Расплавления Души и ядовитых миазм был одинаковым — они оба действовали медленно, но если их применить вместе, никто не сможет вынести этого. Невероятно ядовитые миазмы Чжоу Юнь Шэна и галлюциногенный туман соединились, порождая множество демонов и монстров, сразу за которыми последовало высвобождение его девяноста девяти небесных молний, которые распространились через черный туман, в результате чего секта превратилась в полностью черное поле. Он использовал все виды магических атак, чтобы сокрушить этих людей и иметь возможность быстро сбежать, пока они сбиты с толку. Однако, теперь он больше не мог вызывать небесные молнии, так что битву нельзя было затягивать. Чи Сяо и старейшины, застигнутые врасплох его атакой, оказались в очень сложной ситуации. Чтобы воспользоваться их замешательством и сбежать, Чжоу Юнь Шэню пришлось оставить ядовитые миазмы. Он воспользовался покровом из черного тумана, чтобы бежать к внешним воротам секты, но в какой-то неизвестный момент он наступил на печать и был безжалостно отброшен назад. Зеркало Куньлунь в его кольце выбрало этот момент, чтобы издать вопиюще резкий жужжащий звук, пытаясь изменить пространство и вылететь. Чжоу Юнь Шэн предположил, что оно отвечало на призыв Сун Юфэя, желая вернуться на сторону своего владельца. Небо сейчас было окутано черным туманом, и никто не смог бы увидеть, куда полетело зеркало Куньлунь. И поскольку его местонахождение было бы неизвестно, культиваторы этого мира, естественно, продолжили бы безжалостно преследовать его, пока не убили, а затем тщательно обыскали бы все его вещи, прежде чем согласиться сдаться. Даже в случае если эта штука — бесполезный мусор, я уже решил оставить её себе, так как я могу позволить тебе так просто использовать меня? Чжоу Юнь Шэн, усмехнувшись, достал несколько бумажных Талисманов Запрета Цзун И и положил их на кольцо. Если бы зеркало Куньлунь не было повреждено небесными молниями, оно могло бы легко преодолеть барьер кольца, но в настоящее время его магические силы были значительно уменьшены, поэтому после нескольких безуспешных попаданий в барьер оно могло только оставаться на месте, непрерывно издавая жужжащий звук, как если бы выражало протест. Чжоу Юнь Шэн проигнорировал это и сменил направление на другой выход, но снова был отброшен назад. Он повторил это несколько раз, прежде чем понял, что массивы были выставлены очень давно. Они просто ждали, когда он вернется в секту и попадет в ловушку. Очевидно, они решили убить его заранее, еще до того, как он поглотил этого бессмертного. Все это было преднамеренно. Бессмертная секта номер один такая бахвальноправедная! Чжоу Юнь Шэн стиснул зубы и усмехнулся. Он достал очень ядовитую лекарственную таблетку, подаренную ему Цзун И, и развеял её в тумане. Как раз, когда он закончил это, он услышал громкий звук порыва ветра. Чи Сяо, старейшины и мастера пиков, стоя в соответствующей позиции, начали изливать духовную силу в глаз массива. Чтобы убить ученика, им не нужно было использовать секретную технику секты, которой было достаточно, чтобы убить мастера пика. Но весть о том, что Фан Синхай обладает силой убить одну треть мастеров этого мира, распространилась, поэтому они заранее спланировали это великое заклинание, и теперь радовались своей дальновидности. Другая сторона была действительно учеником Цзун И, его методы были очень ужасными. Темно-красное пламя мгновенно разошлось по узору заклинания. Температура поднялась до такой степени, что обычным людям трудно представить. Даже алхимическая печь главного алхимика секты была менее горячей, чем это. Черный туман полностью испарился, и проблемы со светом также постепенно рассеялись, обнажив Чжоу Юнь Шэна, пойманного в ловушку в центре заклинания. Поскольку температура была слишком высокой, воздух медленно искажался, что также искажало его чарующее лицо. Несмотря на то, что его одеяние было необычным, он все равно не выдерживал высокой температуры, способной испепелить бессмертного. Края его одежды были обуглены. Чи Сяо шагнул вперед и холодно произнес: — Фан Синхай, если не хочешь страдать, то разрушь свой метод совершенствования и передай зеркало Куньлунь, тогда мы пощадим тебя. — Ты не имеешь права наказывать меня. Подожди, когда вернется мой учитель, а потом снова выдвини свое требование, — Чжоу Юнь Шэн достал одежду более высокого качества и переоделся в нее, сразу почувствовав себя освеженным. Цзун И сделал её, поэтому как и ожидалось, одежда была необычной. — Даже если твой учитель вернется, он тоже не пощадит тебя. Ты знаешь, как умер учитель твоего учителя? Он умер от рук потомков учеников того Дьявола, его тоже поглотили, и его совершенствование обратилось в прах. Затем твой учитель поднял свой меч, чтобы уничтожить секту дьявола, уничтожив его наследие в этом мире. Ты говоришь мне, если бы он знал, что его ученик на самом деле отвернулся от него, чтобы развить такого рода дьявольский метод, что бы он сделал? — сказал легко старейшина. Это также было причиной, по которой они осмелились очистить секту от имени Цзун И. Чжоу Юнь Шэн молча ухмыльнулся, затем сел и начал медитировать. Не говоря уже о том, что он на самом деле не культивировал никаких демонических методов, даже если бы он это сделал, Цзун И не навредил бы ему. Другие не могли понять глубины их чувств. Старейшины увидели его упрямство и сразу же ввели больше духовной энергии, чтобы разжечь огонь заклинания. Когда Фан Синхай будет сожжен дотла, все в его кольце естественно станет принадлежать секте. Из-за этого Сун Юфэй, скрытый в толпе, почувствовал себя более обеспокоенным. Он несколько раз вызывал зеркало Куньлунь, но оно не возвращалось. Теперь, когда барьер тумана вокруг секты был очищен, было невозможно вернуть его обратно. Как только Фан Синхай умрёт, старейшины секты заберут зеркало Куньлунь и будут тщательно охранять его, и вернуть его будет гораздо труднее. Более того, если кто-либо из старейшин, движимый жадностью, попытается усовершенствовать зеркало Куньлунь, и их развитие будет намного выше его, они могут легко стереть его жизненную кровь и сущность души. Это было куда хуже, чем оставить его Фан Синхаю, который не мог улучшить зеркало Куньлунь, так как его база совершенствования была ниже, чем у него. Сун Юфэй волновался все больше и больше, он внутренне ругал себя за глупость. — Что хорошего в самообвинении? Если бы ты тогда не отдал зеркало Куньлунь Фан Синхаю, то жертвой этого заклинания был бы ты. У тебя есть несколько дополнительных жизней, которые помогут тебе сбежать? — холодно изрекла потрясающая женщина в нефритовом кулоне. — Но в конце концов, это жизненно важный магический артефакт. Если старейшины улучшат его, я получу серьезный удар, — тон Сун Юфэя был горьким. Он чувствовал, что Фан Синхай был создан только для того, чтобы быть его естественным врагом. С тех пор, как он встретил Фан Синхая, ничто не заканчивалось хорошо. — Расслабься, я помогу тебе вернуть зеркало Куньлунь. Хотя у меня осталась только душа, я достаточно сильна, чтобы сокрушить людей в этом мире, — у женщины было надменное выражение лица, но потом что-то, казалось, пришло ей в голову, и она, поджав губы, больше не говорила. Сун Юфэй почувствовал полное облегчение и мысленно насмехался над одетым в черное мужчиной в море огня. Сегодня такой исход был именно тем, чего он хотел, используя план «атаковать, используя силу других». Если бы он не бросился обратно в секту и не пожаловался лидеру секты, что Фан Синхай культивирует демонический метод, где бы эти люди нашли такое праведное оправдание для убийства и кражи сокровищ? Но этот туман, вероятно, был не так прост, и ему стоит быть осторожным. С одной стороны, он задумался, а с другой рассматривал свой даньтян. Увидев, что его душа была окружена ледяным духовным кристаллом, исцеляющим сотни ядов, и что все с его телом было нормально, он наконец проявил облегчение на лице. Сорок лет назад Фан Синхай отравил его, чтобы уничтожить его ядро, заставив его вынести горькую боль разрушения и восстановления ядра. Он никак не мог забыть об этом. Однако, как только он успокоился, нескольких мастеров и старейшин, поддерживающих заклинание, начало рвать кровью. — Пилюля Расплавления Души? Как этот ребенок посмел?! — старейшина взревел, глаза его загорелись. Поскольку лекарственная пилюля была прикреплена к туману, а туман был связан с духовной энергией, то каждый, вдыхавший её, до появления симптомов не мог обнаружить, что был отравлен. Остальные мастера и старейшины пиков быстро заглянули внутрь своих даньтяней и душ и обнаружили, что их внутренность была заполнена пепельно-черным ядовитым туманом, и немедленно отозвали часть духовной энергии из заклинания, надеясь сдержать действие пилюли, расплавляющей душу. — Этот метод настолько коварен, но ты все еще утверждаешь, что не идёшь по демоническому пути? Сегодня я очищу секту от имени Великого Старейшины! — Чи Сяо уже давно затаил обиду на мастера и ученика Цзун И. Не обращая внимания на ядовитый туман во внутренних органах, он решительно направил всю духовную энергию своего тела в глаз заклинания, желая сжечь Фан Синхая дотла. Чжоу Юнь Шэн без страха скривил губы в ухмылке. Бессмертный, которого он перед этим убил, коснулся нити души Цзун И, вложенной в его тело. Не более чем через полчаса Цзун И должен вернуться. При нем же было много защитных магических инструментов, достаточных, чтобы помочь ему выжить в течение этого получаса. Немного поразмыслив, он достал нефритовую печь, и окружающий его огонь втянулся в печь. Он сразу почувствовал себя более комфортно. — Печь Короля Медицины! — в унисон закричали потрясающая женщина и мастер пика алхимии, заставляя жестокость зажечься в глазах других. Это был бесценный древний магический артефакт. Неудивительно, что Цзун И смог развить путь алхимика к высочайшему уровню, и неудивительно, что он смог создать таблетку Удачи Украденной у Небес. У него ведь в руках была печь Короля Медицины. В этот момент у всех этих людей из так называемой праведной секты было написано «убить» на левой щеке и «украсть сокровище» на правой. — Смените заклинание, — старейшина с самой высокой базой совершенствования выполнил несколько ручных печатей, и заклинание превратилось в еще более убийственное заклинание, пообещав уничтожить Фан Синхая как можно быстрее. Пламя с трудом поднялось в небо, превращаясь из темно-красного в черное. Ощущение жжения сменилось пронизывающим кости холодом, и жалкие вопли демонов и монстров взорвались в его сознании, мгновенно лишив Чжоу Юнь Шэна здравомыслия. Он протянул руку, собираясь вырвать свой собственный даньтян, когда услышал очень знакомый голос, эхом разносящийся в пустоте: — Кто осмелится напасть на моего ученика? Голос едва успел затихнуть, как бесчисленные черные световые мечи прорвались сквозь барьер, атаковав старейшин и мастеров пиков, охраняющих заклинание, а также разбив заклинание на разрозненные кусочки. Черный огонь рассеялся. Чжоу Юнь Шэн посмотрел на свою когтистую руку, уже прижатую к даньтяню, и выражение его лица исказилось. Он как раз собирался убить себя, когда перед ним внезапно появился высокий мужчина и втянул в свои объятия, исследуя каждую обнаженную часть его тела. — Ты в порядке? — голос Цзун И дрожал. — Я в порядке. К счастью, ты пришел вовремя, — Чжоу Юнь Шэн немедленно обнял его в ответ. — Хорошо, что ты не ранен. Отойди пока в сторону, — Цзун И заградил своего ученика собой и, подняв руку, выпустил гигантский черный меч, поднявшийся высоко в небо, а затем опустил его. Острый, неудержимый черный световой меч пронзил четырех старейшин высшей ступени и разрубил величественную секту пополам. Земля не выдержала его огромной силы и содрогнулась. Большая трещина протянулась прямо до ворот дворца Чи Сяо. После громких грохочущих звуков, насколько хватало глаз, была пыль и дым. Старейшины и мастера пиков, окружавшие Чжоу Юнь Шэна, были разделены пополам, даже их душам не удалось сбежать. Остальные люди все были напуганы. Что там говорить о контратаке, они не могли даже устойчиво стоять на ногах. Эти люди уже перенесли невзгоды молниями, и, естественно, могли ощутить грозную мощь Великого Старейшины. Он уже развил Путь Раскалывающего Небеса Меча до совершенства. Все его тело могло превратиться в меч и уничтожить законы Вселенной, став непобедимым на небесах и на земле. — Великий Старейшина, пожалуйста, выслушайте нас! — Чи Сяо схватился за свою отрубленную правую руку и с трудом сказал, — Фан Синхай практикует демонический путь, мы помогали вам очистить секту. Сун Юфэй был лично свидетелем этого, спросите его. Выдвинутый на передний план Сун Юфэй не мог дождаться, чтобы задушить Чи Сяо. Не можешь справиться с Великим Старейшиной, поэтому немедленно выталкиваешь своего младшего, чтобы он взял на себя вину, тебе не стыдно? Его сердце было наполнено ненавистью, но выражение его лица не было ни властным, ни раболепным. Он рассказал о том, как Фан Синхай полностью проглотил нескольких могущественных культиваторов, а также добровольно вызвался передать свои воспоминания. Глаза Цзун И слегка прищурились, но не ответил. Чжоу Юнь Шэн подошел к нему сзади и обвил руками его тонкую талию, прижавшись щекой к широкой спине, надеясь выразить свои искренние чувства без слов. Сердце Цзун И сжалось и загорелось. Он накрыл нефритово-белую руку своего ученика большой ладонью и нежно сжал её. Увидев эту сцену, Сун Юфэй очень встревожился и закричал: — Великий Старейшина, Фан Синхай уже встал на путь дьявола. Вы, как столп праведного пути, должны поставить праведность выше отношений. В противном случае, если этот вопрос распространится, останется ли у нашей секты Завета Бессмертия хоть какая-то репутация? — Юфэй говорит правду. Великий Старейшина, не забывай, как твой учитель умер несколько лет назад. Культиваторы демонического пути — зло. Рано или поздно этот мальчик приведет нас к новой катастрофе. Все мы, праведники секты, должны его наказать. Чи Сяо убеждал, используя свою духовную энергию в попытках остановить кровь, льющуюся из его оторванной руки, но обнаружил, что использование духовной силы на ране от Пути Раскалывающего Небеса Меча было бесполезным. Он сразу вспомнил, что все те, кого ранил Великий Старейшина, все пали один за другим: Сюэ Мо, Ян Мин и Сюань Хуэй* — и его сердце сильно забилось. Путь Раскалывающего Небеса Меча мог стереть с лица земли небесные законы. Незначительные культиваторы были всего лишь муравьями под его мечом. Чи Сяо не осмеливался глубоко думать об этом. Он увеличил свои усилия, чтобы убедить Великого Старейшину. Только перетянув Великого Старейшину на свою сторону, он мог попросить его помочь рассеять энергию меча в его ране. Другие выжившие старейшины и высшие мастера также заметили ужасность ран от Пути Раскалывающего Небеса Меча и присоединились к увещеванию, прямо описывая Чжоу Юнь Шэна как неконтролируемого демона, рождающегося раз в жизни, как будто в следующий момент он собирался уничтожить весь мир совершенствования. — Не нужно так много говорить. Я его учитель, и его метод совершенствования был передан мною. Поскольку вы все считаете его практикующим демонический путь, мы, учитель и ученик, уходим из секты Завета Бессмертия. Мы встанем на дьявольский путь и станем соответствовать слухам. Если хотите уничтожить культиваторов демонического пути, просто приходите в Царство Демонов, чтобы найти меня, я буду ждать, — Цзун И протянул руки, чтобы обнять своего ученика, а затем, слегка щелкнув рукавом, перенес величественный Пик Безмолвного Огня в свое кольцо. После чего они отбыли на его черном мече. Перед тем как уйти, он бросил на Сун Юфэя серьезный взгляд. Маленький черный световой меч сгустился в его глазах, который он незаметно вложил в нефритовый кулон. Теперь он достиг уровня, когда все его тело могло стать мечом, включая его голос и глаза, и убить незаметно. Разумеется, Сун Юфэй этого не почувствовал, стоя позади нескольких старших братьев с серьезным лицом. Цзун И произнес свои последние слова, используя свою душу, поэтому все секты в радиусе 10 000 миль слышали его кристально ясно. Как только меч исчез, слова, которые он вырезал на вершине стены своим мечом много лет назад, «Секта Завета Бессмертия», взорвались с грохотом, в один момент превратившись в груду гравия. Исчезла недостижимая земля, по которой когда-то тосковали бесчисленные мастера меча. Не было никаких сомнений в том, что с потерей своего Великого Старейшего секта Завета Бессмертия также потеряет свой статус первой бессмертной секты в мире. Она также столкнется с подавлением со стороны других великих бессмертных сект. Чи Сяо больше не сдерживался, он выплюнул полный рот крови. Великий Старейшина ушел, но почему было необходимо почти убить остальных старейшин и мастеров пиков? Они также были основой секты. К сожалению, чтобы забрать зеркало Куньлунь, он выбрал вход в секту как место, где можно загнать Фан Синхая в угол, так что события, которые только что произошли, уже давно были переданы шпионами другим сектам. Секта Бессмертного Завета была в опасности! — Вернитесь и закрой ворота. Активируйте защитный массив секты! — Чи Сяо крикнул сквозь зубы. Ученики среднего уровня не присоединились к полю битвы, поэтому все они выжили и быстро пришли на помощь. Один из них затолкал ему в рот лекарство высшего качества, но Чи Сяо увидел, что его рана не только не зажила, но даже кровь продолжала литься, и его выражение лица сразу изменилось: эта рана странная! Он внимательно осмотрел её, но любая рана, оставленная Раскалывающим Небеса Мечом, всегда пронзает душу и не позволяет крови остановиться. Увидев это, отчаяние в сердце Чи Сяо стало гуще. Если бы он раньше знал, что потворство Фан Синхаю Великим Старейшиной было настолько бессмысленным, зачем бы он стал усложнять жизнь Фан Синхаю? Если бы Сун Юфэй не спровоцировал его, как могла секта Завета Бессмертия пострадать от такого бедствия? Тщательно размышляя, Чи Сяо не мог понять, как он позволил Сун Юфэю заставить себя делать грязную работу. Он огляделся, но не обнаружил присутствия Сун Юфэя и понял, что тот сбежал. Быть по сему! Сорок лет назад мою дочь использовали твои руки, сорок лет спустя меня также использовали твои руки — Сун Юфэй, не позволяй секте Завета Бессмертия найти тебя! Что касается Великого Старейшины, Чи Сяо не мог отомстить. Только люди, лично испытавшие на себе энергию меча Великого Старейшины, могли понять степень его силы. Секта Завета Бессмертия была колоссом, но он в одиночку уничтожил её. Другими словами, если остальные великие бессмертные секты этого мира рассердят его, они столкнутся с концом своего наследия и уничтожением своей секты, если только все бессмертные секты не объединятся, чтобы иметь дело с ним. Чи Сяо быстро запомнил эту идею, а затем быстро отправил письма во все крупные секты. С зеркалом Куньлунь в качестве приманки ни одна секта не сможет устоять. Чжоу Юнь Шэн летел на юго-запад, в Царство Дьявола в руках Цзун И. Цзун И распахнул свою одежду и, завернув его в нее, мягко спросил: — Мой ученик, раз мы уже вступили на демонический путь, как насчет того, чтобы изменить наш статус? — Измените наш статус на что? Демонические старейшины? Демонические короли? Демонические боги? — с усмешкой спросил Чжоу Юнь Шэн. — Я имею в виду, изменить оба наших статуса, — Цзун И наклонился, чтобы поцеловать щеку своего ученика. В его тоне сквозила нервозность. — На какой статус ты хочешь изменить? — улыбка Чжоу Юнь Шэна смягчилась, в его глазах появилась нежность. — Что ты думаешь о даосской паре? — Я думаю, это звучит хорошо. — Тогда решено. — Да, решено. Они обнимались и целовались, пока не прибыли в Царство Дьявола, и только тогда неохотно отстранились. Цзун И взял Пик Безмолвного Огня и поместил его в центр Ядовитых Миазмов, затем, слегка щелкнув рукавом, сотворил множество красных шелковых украшений и фонарей, повесив их внутри и снаружи дворца Расколотых Небес. Все в Царстве Дьявола увидели издалека на стенах пика, выгравированные слова «Пик Безмолвного Огня», и почти усомнились в своих глазах. Как так называемая знаменитая могучая резиденция Дин Гуаня, могла оказаться здесь, в Царстве Дьявола? Вскоре шпионы, скрывающиеся в секте Завета Бессмертия, принесли невероятные новости — Дин Гуан ушел из секты Завета Бессмертия из-за своего ученика, добровольно вступив на демонический путь! Избаловать ученика до такого уровня было не только неслыханно! Никто так не делал! Конечно, Дин Гуан был выдающимся человеком, его ученику действительно повезло! Все основные силы Царства Дьявола были полны решимости подружиться с Дин Гуаном, но они боялись, что это временно, поэтому решили немного подождать, чтобы посмотреть, что он будет делать. Они также слышали новости о том, что у Фан Синхая есть зеркало Куньлунь. Но когда Дин Гуан защищал его, дьявольские культиваторы, не желавшие умирать, не осмелились выступить вперед, чтобы спровоцировать их. После ванны Чжоу Юнь Шэн сидел, скрестив ноги, на кровати, застеленной покрывалом из малинового дракона и парчи феникса, и подбрасывал бронзовое зеркало вверх. Бронзовое зеркало несколько раз пыталось вылететь в окно, но налетало на массив, установленный Цзун И, поэтому могло издавать только резкий жужжащий звук. Цзун И в черном халате подошел к кровати, а затем притянул своего спутника к себе в объятия для поцелуя. После поцелуя он указал на бронзовое зеркало и спросил: — Это зеркало Куньлунь? Почему оно сломано? — Оно помогло мне предотвратить несколько молний, — небрежно усмехнулся Чжоу Юнь Шэн. — Оно уже признало кого-то другого своим хозяином. Если хочешь, я могу помочь тебе стереть кровь этого человека и его кусочек души, чтобы очистить его. Хотя оно немного повреждено, оно все еще может заблокировать несколько ударов молнии. — Нет, я не хочу подбирать чужой мусор. Кого волнует зеркало Куньлунь? Я что, без него не смогу подняться? — усмехнулся Чжоу Юнь Шэн и безжалостно постучал бронзовым зеркалом о стойку кровати. — Если так, то давайте просто уничтожим его, — Цзун И поднял бронзовое зеркало и подбросил в воздух. Луч черного света вылетел из кончиков его пальцев, легко проникая сквозь зеркало. Вырвался столб золотого света, и уникальная сила древних времен внутри зеркала испарилась, полностью исчезнув с земли и неба. Цзун И щелкнул рукавом и повесил зеркало Куньлунь, которое все культиваторы жаждали днем и ночью, на внешней стене Пика Безмолвного Огня. Если кто-то его хотел, они могли взобраться на поверхность утеса и взять его. В течение следующих нескольких дней бесчисленные демонические культиваторы поспешно карабкались вверх, но вяло уходили, стиснув зубы из-за расточительного и жестокого поведения Цзун И. Однако, он смог уничтожить древний волшебный инструмент с помощью меча, разве убийство их самих не будет похоже на резку овощей? Таким образом, их страх и почтение к нему продолжали расти. Сун Юфэй, который прятался в Бессмертной Пещере на дне озера, внезапно закашлял кровью, его душа получила беспрецедентные повреждения. Он думал, что Цзун И поможет Фан Синхаю усовершенствовать зеркало Куньлунь, сотрет его душу и кровь в зеркале. Ожидая ответного удара, он заранее приготовил лечебную пилюлю. Но он не ожидал, что учитель и ученик будут действовать так непредсказуемо, и даже зайдут так далеко, чтобы напрямую уничтожить магический артефакт. Из-за этого он получил травмы, во много раз серьезнее, чем была его первоначальная оценка. Без таблеток высшего качества, он опасался, что его продвижение вперед в следующие сто лет будет очень трудным. Почему столкновение с этим учителем и учеником всегда приносит беду? Сердце Сун Юфэя было наполнено черной ненавистью.