Дерево у моря

      Совсем молодая зеленная листва под стопой Шена легко склонялась, давая пройти к песчаному берегу.       Синие волны пузырились белой пеной, пока Шенн лёгкой походкой остановился у кромки моря, в ожидании другого. Совсем простая бордовая ткань развевалась от ветра морского берега, а ветки тонкого, цветущего розовыми цветами дерева качались. Когда розовые и красные блики начали играть на волнах, его окликнули:       — Шен.       В мелководье, как на приёме у знати, сидел мужчина. Длинные белые волосы каскадом тянулись вниз, а кончики, словно нити паутины, плавали в воде. Бело-серебряные одежды со синими вставками выглядели намного роскошнее одежд Шена, множество сверкающих нитей сияли на ярком солнце. Шен невольно хихикнул; за плывущие подолы одежд цеплялись зелёные водоросли, прорастая из-под золотых камней.       — Ты наконец-то пришёл, Братец Гай.       Муан послушно сложивший кулаки на коленях, склонил голову, щуря синие, как само море, глаза.       — Я сам думал, что ты до последнего будешь тянуть с приходом, — Защищаясь, сказал он, на что Шен обиженно фыркнул. Ветер опять растрепал его чёрные волосы, шурша в цветах.       Шен сел напротив Муана, подперев щеку кулаком, опираясь локтем на поднятое колено. Муан залился краской, ерзая на каменистом грунте.       — А ты что-нибудь принёс? — Игриво поинтересовался Шен, сам нащупывая в своем рукаве подарок.       — Все утро этим и занимался, — Ответил он, доставая из кармана жемчужину.       Он протянул руку с зажатым подарком Шену, привставая с колен. Ткань, которая побывала в морской воде, не впитала ее, и все также была легка. Шен тоже поддался вперёд, перехватывая жемчужину. Руки дотянулись друг до друга на полпути, ровно над белой пеной, что разделяла берег и море.       Шен осторожно огладил жемчуг подушечками пальцев, поражаясь гладкости и не чувствуя ни единой впадины, и ни одного пореза на ней. Подняв её к глазам, он наблюдал, как перламутрово переливается цвет на жемчужине, сменяясь синим на розовый. Казалось, что ни одно создание не могло достать такую ровную и красивую жемчужину, такую, что люди бы нашли её идеальной.       Шен что-то благодарно промычал, все ещё глядя вверх, на свои руки, а после вовсе откинулся на спину, полностью увлеченный ее видом.       Муан не выдержал первым, — Я не просто так её подарил, — Торжественно выдал он, — Каждый день я могу дарить тегие такие жемчуга, ты сплетешь из них украшение и...       — Хм-м? Для тебя что ли?       Муан цокнул языком, и пытаясь привлечь внимание, слегка рассек ладонью водную гладь, отчего полетели брызги. Вся вода попала в драпирующийся подол красных одеяний Шена, но сам он все так же отвлеченно разглядывал жемчуг напротив солнца.       — Нет! Для тебя.       — А сделать что?       Муан с поражением выдохнул, предпочитая наблюдать за занятым Шеном, чем говорить с ним. Пара чаек высоко пролетела над их головами, отбросив на них свою крылатую тень, когда Муан наконец оживился:       — А где мой подарок?       Шен гордо хмыкнул, поднимаясь с камушков. Он быстро спрятал драгоценный подарок в рукав, — Подойди поближе, Братец Гай~       Муан фыркнул, пододвигаясь к самой кромке морской пены. Шен легко навис над ним, — Закрой глаза.       И Муан так и сделал.       В прядках сложной причёски появились розовые цветы, опадая лепестками на плечи и воду. Когда на голове зацвела корона, Шен остановился. Он засмотрелся на дрожание белоснежных ресниц, еле заметные веснушки на переносице, и на обрамляющие лицо пряди волос.       — Всё? — Тихо спросил Муан, и Шен так же внимательно смотрел на движение губ напротив.       — ...Да, — Наконец сказал он, не отстраняясь. Когда синие глаза распахнулись, он тут же стушевался. Лицо Муана было прямо перед его, с каждым мгновение все более красное. Шен и сам смутился, скрещивая ноги на земле, невинно и довольно разглядывая, что он сделал с итак прекрасными волосами Муана.       — Чьи цветы? — Смущённо спросил он, кончиками пальцев касаясь бутона у виска.       — Мои.       Это заставило смущение повиснуть в воздухе, и казалось, что протяни кто-нибудь руку, она упрется в него.       — М-м-м... — Отозвался Муан, наблюдая, как осыпавшиеся лепестки уносит течением в пучину или выносит обратно к Шену.       Они неловко сидели в молчании, смотря, как на горизонте разгорается закат. После того как в небе разлилась синева, сравнимая с самым тяжёлым взглядом Муана, волны коснулись колен Шена. Муан задумчиво оглядел его, поднимаясь на ноги.       — Я полагаю, уже пора? — Огорченно сказал Шен. Муан кивнул, аккуратно поднимая его за протянутую руку, стараясь не рассыпать цветы. С приливом морская пена коснулась лодыжек Шена, тут же возвращаясь обратно. Муан, шагнув к нему навстречу, осторожно взял его за край рукава. Шен грустно улыбнулся ему, поддаваясь на встречу и утыкаясь носом в расшитый воротник. Чужие руки легли ему на лопатки.       — Встретимся завтра.       — Встретимся завтра, — повторил Шен, отходя от Муана.       Он снова зашел в воду по лодыжки, колено, бедра, грудь, и когда Шен бросил последний взгляд на него, сам Муан словно стал морской водой, исчезая в пучине. На воде остались лишь рябь и пара лепестков. Шен нежно вздыхает и улыбается лишь немного глупо и влюблённо.       Возвращаясь в чащу леса, он нащупывает жемчуг в рукаве, чувствуя головокружительную лёгкость. Тонкие чёрные ветки склоняются над ним, когда он садится в корнях дерева, поднимая жемчуг к луне, сравнивая их полную форму.       — Встретимся завтра... — Шепчет Шен, прижимая к груди сложенные руки, держащие сокровище. Цветы оплетают его и укрывают в ночи.