Help Inside the Stormcage

– За это нас точно арестуют, – судя по голосу Грэма, он не на шутку встревожен. – Тогда хорошо, что мы уже в тюрьме, – шепотом отвечает Яз и осторожно выглядывает из-за угла, бегло осматривая тюремный блок. – ТАРДИС привела нас сюда не без причины, верно? Мы должны помочь Доктору, и если для этого нам придется пробраться в тщательно охраняемую космическую тюрьму, то именно так мы и поступим. Когда ты офицер полиции, то время от времени сталкиваешься с необходимостью арестовывать людей. Это становится обычным делом. Но вытаскивать кого-то из тюрьмы ей до этого не приходилось. По земным меркам организация побега – серьезное преступление, и Яз, как служитель правопорядка, по этому поводу испытывает весьма противоречивые чувства. С одной стороны она понимает, что это может обернуться для них серьезными последствиями, но чего только не сделаешь ради друга, осужденного за спасение планеты, верно? Отчаянные времена и все такое. – Мы даже не знаем точно, кого ищем, – небезосновательно замечает Райан. Они оказались здесь чисто случайно, пытаясь заставить ТАРДИС привести их прямо к Доктору. Умный корабль с характерным звуком переместился, но вопреки ожиданиям, первое, что банда замечает при выходе из ТАРДИС, это вовсе не ряды тюремных камер, а металлическая табличка, которая гласит, что они находятся на четырнадцатом уровне Стормкейджа. Это место на первый взгляд даже не похоже на тюрьму. Здесь тихо, как в склепе, и это довольно жутко. Ни следа охраны. Клеток и заключенных тоже пока не видно. Просто лабиринт коридоров. Но страннее всего то, что они до сих пор не слышат тревожных сирен. Это обстоятельство, как ни странно, пугает Яз больше всего. Не может быть, чтобы своим присутствием они до сих пор не задели какой-нибудь датчик безопасности и не активировали сигнализацию. Однако, за исключением звуков их собственных шагов, вокруг по-прежнему тихо. Яз кажется, что она слышит какой-то шум и она испугано замирает, прислушиваясь, но это просто эхо статического электричества отражается от металлического покрытия стен в пустом коридоре. Она ждет, но ничего не происходит, и девушка немного успокаивается. Ускоряя шаг, она начинает сомневаться, не почудилось ли ей. – Мы разберемся с этим, – твердит Яз. – Да, если вообще когда-нибудь найдем здесь кого-то, – тихо говорит Райан, пока его взгляд блуждает по стенам, словно он тоже что-то услышал. – Ну, меня вы уже нашли, – где-то позади раздается женский голос, и Яз разворачивается настолько быстро, что едва не запутывается в собственных ногах, чувствуя, как сердце уходит в пятки. Где-то рядом Грэм роняет грязное ругательство. – Ты кто? – Райан оказывается первым, кто приходит в себя. – Ривер Сонг, – отвечает незнакомка. Она стоит, прислонившись к стене и пристально следит за испуганной троицей; ее взгляд проницательный и заинтересованный, а на губах – ухмылка. Одета она в темно-бордовый жакет и бриджи с высокой талией. На бедре Яз замечает кобуру, в которой, как ей кажется, спрятан футуристического вида пистолет. В целом она производит впечатление эдакого «стильного космического пирата». – Я не ждала сегодня посетителей. Как вы вообще здесь оказались? – А…ну…в общем, мы…, – Райан неуверенно мнется слева от нее, и не находя, что сказать, слегка толкает Яз локтем в бок, как бы говоря: «давай лучше ты». Яз ловит его взгляд. – ТАРДИС привела нас сюда? – немного поразмыслив, слегка неуверенно отвечает Яз. Если эта Ривер Сонг может помочь им то, этого объяснения будет достаточно. А если нет, то эта женщина все равно ничего не поймет, а значит, они не выдали себя. – А где Доктор? – при упоминании ТАРДИС Ривер резко меняется. Она вдруг становится серьезной, атмосфера непринуждённости вокруг нее в миг рассеивается, освобождая место для кого-то гораздо более опасного. Она больше не выглядит такой безобидной и веселой, какой казалась на первый взгляд, и Яз ловит себя на мысли, что ей было бы спокойней, будь у нее при себе полицейская дубинка. Не то, чтобы она ожидала нападения, но внезапно возникает ощущение присутствия более крупного хищника, и ей это не нравится. Ясмин безжалостно подавляет это чувство. Сейчас она не на работе, и они здесь преследуют определенную цель. Ну, наверное. Инструкции ТАРДИС не всегда точны. Яз обменивается взглядом с Райаном и Грэмом, в воздухе витает немой вопрос: а стоит ли им вообще доверять женщине, о которой они практически ничего не знают. За исключением того, что она предположительно либо заключенная, либо работает в тюремной охране. На момент их встречи она находилась по эту сторону решетчатых дверей, но в то же время она не особо похожа на стража. Плюс это может объяснить, почему они до сих пор не столкнулись с воем сирен. Никакой тревоги не было бы, отключи Ривер ее. – Ей нужна помощь, – наконец, признается Грэм. – Какая именно помощь? – спрашивает Ривер. Ее взгляд – внимательный, оценивающий – скользит по ним, и Яз вспоминает, что такой взгляд она видела у дедушки. Ее дедушка был ветераном войны. – Мы спасли планету, но в процессе ей пришлось взорвать одну опасную статую, которая потом оказалась чем-то вроде священного монумента, которому поклонялись местные; ну и в общем они отправили Доктора под суд, и если ее признают виновной, то ее ждет смерть, – выпаливает на одном дыхании Райан. – И еще, нам не позволят свидетельствовать в её пользу, потому что мы вроде как не члены семьи, – поясняет Яз. Она все еще в ярости из-за этого, ну, в общем, она в ярости от всего происходящего, но в особенности из-за этого глупого правила. Она понимает, что законы и правила у инопланетян могут сильно отличаться от тех, к которым она привыкла. Но не допускать свидетелей, которые юридически не связаны с обвиняемым, кажется Яз полнейшей ерундой. – Все ясно! – сощурив глаза, говорит Ривер; в ее голосе слышатся металлические нотки. – Ты поможешь ей? – Яз спрашивает не потому, что она все еще сомневается в ответе, а скорее потому, что чувствует, что должна. Доктор явно очень важна для Ривер. – О, если хоть один волос упадет с головы моей жены, они пожалеют, что родились на свет, – отвечает Ривер и разворачивается на каблуках, направляясь туда, откуда пришли Яз, Райан и Грэм. Ривер только что вернулась с охоты за сокровищами в поясе астероидов Силла, и последнее, чего она ждет – это неожиданное появление новых друзей Доктора в мрачных и опасных коридорах Стормкейджа без сопровождения, когда ее жены поблизости нет. Вот так сюрприз. Она просматривает недавнюю историю перемещений на консоли ТАРДИС, наблюдая за ними вполглаза. – Когда ты сказала, что ты жена Доктора… – начинает Яз, не в силах больше сдерживать любопытство. – Неужели она ни разу не упомянула меня? О, это неудивительно, Она держит все очень глубоко в душе, – Ривер отвечает, бросая нежную улыбку через плечо, и снова возвращается к поиску подходящего места для приземления. – Нет, то есть она говорила. Но... она сказала… – Яз спешит оправдаться, но внезапно замолкает с приоткрытым ртом; она знает, что собирается сказать, но не осмеливается. Ривер грустнеет и отворачивается. – Она сказала, что потеряла семью, – Грэм поясняет. – Ну, так как ты..? – Спойлеры, – уклончиво отвечает Ривер, понимая, что они все еще слишком мало времени пробыли с Доктором, чтобы выучить все правила. – Что? – Райан в недоумении. – Путешествия во времени обычно все усложняют, – Ривер слегка закатывает глаза, отжимает тормоза ТАРДИС и вводит координаты, которые должны привести их прямо к Доктору. – Мы постоянно встречаемся в неправильном порядке. – Значит, ТАРДИС не должна была привести нас к тебе? – обеспокоенно спрашивает Яз. – О нет, – заверяет Ривер, потянув за рычаг, который отправляет их в Вортекс, – если она привела вас ко мне, то вы именно там, где должны быть Она бросает взгляд на информацию, которую ТАРДИС транслирует на квантовый экран консоли, и, убедившись, что все в порядке, делает шаг назад, оказываясь лицом к лицу с Яз, Райаном и Грэмом. – Теперь, – Ривер улыбается, пытаясь скрыть волнение, – рассказывайте, в какую неприятность моя жена попала на этот раз?

***

Доктор мерит шагами крошечную камеру, борясь с инстинктивным желанием потянуться за звуковой отверткой во внутренний карман плаща, и каждый раз ей приходится одергивать себя: отвертки там нет, она конфискована вместе с остальным содержимым карманов. Доктор ненавидит пустые карманы даже больше, чем тюремные камеры. Она не замечает, как открывается дверь, и первое что она слышит – это голос. Голос, который заставляет оба сердца выпрыгнуть из груди. – Говорят, ты взорвала статую Святого? Это больше похоже на меня, сладенькая, – говорит Ривер, в то время как Доктор застывает посреди комнаты, не в силах заставить себя пошевелиться, ее глаза закрыты, а ногти впиваются в кожу ладоней, оставляя покрасневшие следы-полумесяцы. – То был Плачущий ангел, – Доктор едва может говорить, ей кажется, что в горле застрял огромный клубок колючей проволоки. – Твои друзья все рассказали. Знаешь, пытаться объяснить Баттори, что их Святой – монстр, не самая удачная стратегия защиты в суде, – весело говорит Ривер. – Уверена, это было просто блестяще. – Мои друзья… – начинает Доктор, разворачиваясь лицом к Ривер. – В полном порядке, – заверяет ее Ривер. – Посадили ТАРДИС прямо у меня на лужайке…. так сказать. Она прекрасна. Но ее глаза моложе, чем в их последнюю встречу, и если до этого момента в сердцах Доктора все еще теплилась небольшая надежда, то теперь она окончательно умирает. Она все еще ненавидит Библиотеку, и вряд ли когда-нибудь перестанет. – Напомни, где ты сейчас, – просит Доктор. – О, Византия была не так давно, – отвечает Ривер. – Мать была так молода. А вот ты… – …старше, – заканчивает за нее Доктор. – Вижу. Это лицо… – Да, все верно. Нравится? – интересуется Доктор, ее веселье напускное, но любопытство неподдельное. – О, я видела это лицо раньше, любовь моя, – сообщает Ривер, а затем наклоняется и добавляет шепотом. – И не только лицо. – Неужели? – удивляется Доктор; ее сердца начинают биться быстрее, и надежда другого рода расцветает в свете этих слов. – Уж поверь мне, – лицо Ривер оказывается в близи ее собственного, на губах играет озорная улыбка. – Разве это не спойлер? – спрашивает Доктор, ее кожа покрывается мурашками в предвкушении прикосновений любимой. – Думаю, мы это переживем, – отвечает Ривер, и Доктор тянется, чтобы поцеловать ее. Где-то на задворках сознания формируется легкая волна раздражения; ей еще ни разу не приходилось вставать на носочки, чтобы поцеловать жену. Однако большую часть ее разума окутывает тепло, когда их губы соприкасаются.