возможно, бежать к тебе, было моим лучшим решением.

Тэхёну не так уж и сложно привязаться. Как бы закрытые люди не говорили, что им нужно большое количество времени, множество факторов и целый вагон доверия, - всё это наступает ведь не по их желанию. Человек просто начинает всплывать в твоём сознании неожиданно даже для тебя. Начиная от момента, когда ты просыпаешься и сразу думаешь об этих людях, и заканчивая вспышкой воспоминаний на заправке. Вы тут никогда не были, но ты вспоминаешь шутку из его уст о бензине, машинах, а дальше происходит самая обычная вещь – ты понимаешь, что эта личность стала немного и частью твоей, ведь ты перенимаешь какие-то привычки и мысли от них, от этих людей, к которым ты не привязываешься. На самом деле, сомнительное утверждение. Такое же, как и: «Я быстро привязываюсь к людям». Этим человек не управляет, он просто живёт, общается, запоминает, впитывает, а потом, совершенно внезапно, какие-то брызги из этой впитывающейся губки начинают капать в подкорке твоего сознания при прочтении книги, которую он тебе посоветовал. Это всё происходит неосознанно, потому что люди не так командуют своими эмоциями и жизнями, как некоторые наивные личности могут считать. Ты просто видишь, слышишь, хочешь ответить, но некоторые воздерживаются от любого слова. Чтобы не показать, что слушал, чтобы не показать свою внимательность, чтобы не показать заинтересованность, которая несёт за собой и маленькие нити привязанности. Такой человек скорее всего будет таким, как Тэхён. Иногда люди боятся жить, вот и вся разгадка таких людей. Поход в кино не сулит ничего хорошо, но после раздумий, сопровождающимися перепиской с Чонгуком поздно ночью он понимает, что и ничего плохого. Простая логика мышления. Не приносит добра, но и зла. Когда он вспоминает про Хосока, Хираи и остальных ребят к нему приходят мысли о их возможной обиде, будто он их подвёл, задел, отказал. А вот это уже несёт плохие последствия и никаких хороших. А все люди, как мы знаем, выбирают меньшее из зол. Потому, приходя на первое занятие на следующий день, у него немного болит голова от вечных мыслей, где он тактично отказывается, правда решение было принято уже вчера. - Тэхён, заводила наша, что там с кино? – этот вопрос старшего Чона встречает на пороге аудитории, за десять минут до начала лекции. Профессор Кан мог бы и пораньше прийти, какая неорганизованность. - Вы уверены, что хотите идти с таким, как я? – на недоумённые взгляды Тэхён указывает пальцем на себя, мол «правда не догоняете?». – Я просто совсем чу-у-точку могу мешать вам при просмотре драмы или ужастика. - Это чем таким ты будешь нас отвлекать? Рыдать собрался? Не бойся, с нами же и Хираи идёт. – Рядом стоящая девушка вмиг ударяет по руке Хосока, которая похлопывала по плечу в утешающем жесте. – Или мы будем плакать тоже. - Не в том русле ты, Хосоки-хён, - глаза сами начинают искать какой-нибудь другой предмет для обзора, отводя его от глаз. – Ржу я, не в самые лучшие моменты, короче. Тишина является знаком того, что разговор либо окончен, либо началась ужасная пауза. Тэхёну вряд ли надо объяснять, какая сейчас ситуация. Хотя это становится под сомнением, когда на затылке ощущается секундная боль. Поворачиваясь, он видит первом делом то, что не любит. У парня напротив поджаты губы, руки сложены на груди, а глаза пусть и скрыты длинными волосами, прикрывающими капюшоном, но прищур в них заметен. Чонгук выглядит недовольным. После того, как влепил щелбан. Стоп. - Ты поднимаешь на хёна руку? Невоспитанное дитя. – Выходит не так обиженно и с укором, как хотелось бы, но отвечают куда лучше. - А чего ты бред несёшь, хён? – голос у Чонгука звучит убедительно, несмотря на такое невинное лицо с длинной чёлкой слегка завивающих волос. Ну правда, какой из него диктатор? - Полностью согласен с мелким! С чего ты взял, что из-за этого мы не захотим пойти вместе ещё больше? Да вон Чонгуку хотя бы будет не так непривычно смеяться на четвёртой минуте ужасти.. – его бестактно прерывают. - Вот и я говорю, ничего ты не будешь нам мешать. Тэхён должен радоваться? Нет, правда. Что ему ответить? - Хорошо..? - Отлично, я бы даже сказал! – Хосок закидывает руку на его плечо и начинает над чем-то раздумывать. – Думаю, в часа два можно собраться. - А теперь уйдите с дороги, иначе придётся воспользоваться силой, ребят. – За спиной слышится хриплый голос. – Да-да, однокурсничники, сегодня у меня окно, можете встречать короля. -Мин Юнги, я всё ещё поражаюсь тому, что тебе не хотят отчислить. – Женский укоризненный голос доносится с задних мест, куда бы очень хотел попасть и Тэхён, и сам гость. - Вот и поражайся дальше. Звонок прерывают начинающуюся перепалку, заставляя девушку упрямо доставать тетрадь и не обращать внимание на двух парней, из-за которых приходится всё равно встать, чтобы пропустить. Так себе получилось игнорировать. Юнги это, судя по его мгновенному убытию в горизонтальное положение, мало волнует. Зато теперь что-то волнует Тэхёна, думающего отнюдь не о болтающей о чём-то уже через три минуты Хираи; не о спорящих между собой однокурсников уже через пять минут, и уж точно не о том, что Чонгук мог на него обидится действительно. Это вообще его не волнует, вы чего. А то, что он смотрит на него несколько раз, практически не отрываясь и не натыкаясь на ответный, уже привычный взгляд, или просто поворот головы, это вообще ни о чём не говорит. Тэхён просто задумался и уткнулся в одну точку, прямо напротив, и очень случайно, находящейся в поле зрения младшего. То, что этот парень с бесконечными чёрными худи, с сияющими глазами при упоминание тем, которые он любит (Тэхён так, между делом, о них говорит, совпадает часто просто), с.. допустим, ладно, допустим и признаем как факт, с самыми очаровательными улыбками и мимическими морщинками у глаз и практически незаметной ямочкой на щеке, при растягивании улыбки.. этот Чонгук зачем-то и почему-то впитался. Как губка. Не просили, не хотел, просто получилось. Отговаривать себя, уходить, у Тэхёна уже не получается. Не получается игнорировать, не думать, не хотеть. Всё – пройденный этап, который закончился уже тогда, когда Тэхён слишком долго смотрел на него. А случилось это, пожалуй, всегда. Когда к концу дня все расходятся, и он видит в последний миг чёрную бини на, Тэхён уверен, мягких и немного вьющихся волосах, становится немного холодно. Скорее всего из-за открывающейся двери перед уходом, но кажется, что это не точно. Вечером, по пути домой, после прихода домой, после выполнения всех заданий, младший ему пишет. Как он успевает, почему отвечает так быстро и так..(он устал от этого слова) очаровательно, зачем тратит время на переписки с ним, а не на сон, чтобы не было мешков под глазами, к которым Тэхён тоже привык, остаётся выбором и странностью Чонгука. Почему-то, когда младший не первый здоровается с ним по утрам, то хочется немного пообижаться и он даже не отвечает целую пару на его смс. Сдаётся уже после звонка, потому что: «Мелкий, если ты не подойдёшь к нему, я сам Тэхёна притащу и заставлю объясняться и не трепать мне нервы все полтора часа» от Хосока действует отрезвляюще. Чонгук в такие моменты прячется и бьёт рукой по руке старшего, прося замолчать, а потом одним из первых убегает из аудитории. Потом, конечно, его находят, отдают батончик и просят сходить в библиотеку за книгой для сестры. Книгу, конечно, не находят (потому что какие к чёрту книги для восьмилетней девочки в студентской библиотеке), но проводить там полчаса перерыва умудряются. Тэхён вряд ли признает себе, но такие перерывы он обожает даже больше, чем автомат по зачёту. В те моменты, они либо ходят по всему этажу и тихо говорят о своём. Возможно, не будь правила быть тихими в библиотеке, они бы также и разговаривали. - Тэхён, ты голодать собрался? – перед ним стоит Юнги и уже закидывает рюкзак на левое плечо, ждёт. – Слушай, если ты решил косплеить своего друга, то пожалуйста. Две палочки твикс будут ходить по нашему зданию. - Что? – Ким несколько раз моргает, хмурит брови две секунды и наконец-то встаёт, собирая свои тетрадки. – Аа, ты про Чимина. - Надеюсь, у тебя не так много друзей, потому что имя того, - прогульщик оборачивается, вздёргивая плечами, - я так и не запомнил нормально. – Юнги кратко хмыкает и идёт вперёд, а парень за ним чему-то улыбается, прекрасно зная, что всё запомнили, просто.. Юнги, ты скоро пройдёшь этот этап, только подожди.

***

Понимает о неизбежности Тэхён тогда, когда за день до кино Хираи заговаривает о выборе жанра в столовой. То, что он всё ещё не осознаёт, как оказался во всём этом, и до сих пор не может поверить в завтрашний день, когда они решили собраться всё-таки у остановки и доехать вместе в торговый центр, напрочь сметает все мысли о выборе жанра. Вы издеваетесь, дайте смириться. Правда не все настолько удивлены этим фактом и во всю обсуждают те жанры и фильмы, которые более-менее нравятся всем. Вот только Тэхён не помнит такого, который бы ему нравился больше всех. Выб-о-оры, а Тэхён с ними не ладит. -.. согласен? – после воспросительного вскрика от напротив сидящего Хосока, все пары глаз направляются на него. - Соглашаться не в моей прерогативе, Хосоки-хён, - отвечает Тэхён и чешет затылок от комичности ситуации. Не в его, ага. А кто идёт завтра с ними? – Но всё же, давай ты повторишь вопрос, и я подумаю над ним. - Хён опять вредничает и говорит, что «на ужастик не получится пойти из-за Хираи, а все за, даже ты», конец цитаты. – С умным видом пересказывает ему Чонгук, сидящий рядом и поднявший указательный палец, тем самым заканчивая речь. – Ты любишь ужастики? - Если я вам скажу, что я не такой киноман и мне всё равно куда пойти, это будет считаться как неуважение к вам? Нет? Великолепно. – Тэхён показательно растягивает улыбку в тонкую полосу, поднимая щёки и надеется, что такой шуточный ответ всех устроил. - Тогда договорились! Идём на ужастик. Хираи, - понизив голос, Хосок пытается запугать девушку за день до сеанса, - выбор за тобой. В ту же секунду в него летит пустая пачка из-под сока, которую девушка хотела закинуть в мусорку, но промахнулась. Тэхён прикидывает, где в столовой она находится и замечает мусорное ведро около выхода. Буквально пару метриков. А до завтрашнего дня буквально пару часов.

***

Из окна, которое Тэхён открыл минут десять назад, уже начинает подниматься ветер. Он сидит, сгорбившись над тетрадями и пытается хоть чем-то себя занять, чтобы не терять время впустую. Но переворачивая страницы лекций, написанные Тэхёном сегодня, он приходит к выводу, что мало чего запомнил. На часах уже начало девятого, а после прихода домой он так ничего и не сделал. За всё это время он успел только переодеться, сделать уроки с Минной и испытать по десятому кругу одно сплошное, простое, обычное с-к-у-ч-н-о. Мать сейчас у своих подруг, так что свобода длится ещё более непривычно. Дома тихо, брата также нет, а о его местонахождении сложнее догадаться. То ли у друга, то ли на тренировке, а может и вовсе гуляет. В зиму, вечером, бр-р. Тэхён вмиг стало холоднее от ветра, который дошёл до его неприкрытых рук. Он встаёт, решая, что уже точно ничего не запомнит и закрывает тетрадь, потягиваясь и слыша хруст в спине. Сидел он так около часа. Когда он уже собирается пойти в ванную и умыться, чтобы взбодриться, потому что засыпать в такое время бесполезно, в темноте комнате загорается экран телефона. То, что он быстрее обычного схватил его вообще ни о чём не говорит. Чонгук: 21:19 Хён, ты точно хочешь пойти в кино? И если бы не тот факт, что сейчас не так поздно, у него бы получилось проигнорировать сообщение и отложить до завтра. Вы: 21:19 с чего сомнения? OJO Чонгук: 21:19 Моё шестое чувство доставшееся мне от предков железного человека об этом говорит На минутку приходится подавить улыбку и прикрыть глаза от накатывающего спокойствия и умиротворения. Вы: 21:20 Чонгук я не хочу тебя расстраивать но ты не из его семейного древа Чонгук: 21:20 Я ЗНАЮ ЧТО ТЫ НАПИШЕШЬ НЕ СМЕЙ ТЫ ПОСМЕЛ Всё теперь ты точно пойдёшь А вот теперь подавить не получилось. И не получилось через день, когда они стояли на остановке, а у Чонгука не было шапки, которую пришлось одолжить. Хосок пытался что-то сказать про «он же не торопился», но его тактично заткнул младший, говоря о прибывшем автобусе. Они ехали, разговаривали о чём-то, шутили. Правда, вряд ли все смотрели, не отрываясь на Чонгука и на то, как прекрасно шла ему тэхёнова шапка. А тот как будто и не замечал, продолжая говорить и просить Хираи перестать бить его брата каждые пять минут. Улыбался, когда она всё равно била при выходе из автобуса, из-за: «а ты сама за себя платишь», смотрел на Тэхёна, выискивая его среди друзей в толпе на остановке, смеялся, когда слышал умирающие звуки от Сону, которого зажали между дверцами. И вот Тэхён почему-то уверен, что вряд ли все. Они стоят уже у стойки, выбирая фильм и слышат возмущённые, но уже более тихие комментарии от Хираи, что никто не поддерживают её здесь и если они всё же пойдут на ужастик, то она решительно станет феминисткой и будет бороться за право женщин. На этом моменте танцор, стоя сзади, медленно опускает на уровне её лица кислых червячков, которые они купили по дороге, и она вскрикивает, гоняя его по всему этажу. - Может, ну его, этот ужастик? Одни проблемы и минус брат. – Бурчит около него Чонгук и снимает шарф из-за духоты в помещении. Шапка почему-то всё ещё на нём. - А ты не хочешь на Marvel какой-нибудь? Я вообще удивлён, что ты не вцепился в него и не отказывался идти на что-то, где нет супергероев. – Со смешком отвечает Ким, не отрываясь от просматривания будущих сеансов на экране. Когда ответа не поступает, он поворачивается к нему и немного тушуется от того, как младший на него смотрит. Но через несколько секунд он понимает, что его словили за поглядыванием и возмущённо начинает щебетать, расплёскивая руками. - Да за кого ты меня принимаешь?! Я много фильмов смотрю! Всё, решено, идём на этот ужастик через десять минут. - Ребят, я всё понимаю, но все сеансы скоро закончатся. – Дахён кричит ребятам, которые всё ещё бегают, и они останавливаются как раз перед тем, как Хираи пытается выбросить чужую шапку вниз по эскалатору. - Не ври, сейчас только пол третьего максимум! В итоге все бойни приходится отложить на потом, потому что время, честно говоря, уже подходит к трём. - Мы решили, что пойдём на него. – Им обоим вручают по буклету с каким-то тёмным фоном, где стоит мужчина, а позади него то ли мужик с топором, то ли чудовище с топором. Что-то с топором. Отличный ужастик, без вариантов. - Да вы издеваетесь. – Последнее, что слышат все от старосты. Когда они ищут свои места, на фоне уже играет реклама мелодрамы, какая-то песня о любви и обрывки фраз. Тэхён садится на своё четырнадцатое и ждёт, пока все рассядутся. Сквозь шум зала и спецэффекты от другого трейлера он слышит что-то вроде «Ты сидишь около меня? Вот не надо! А ну отсядь быстро!» и тихо посмеивается. Около него кто-то садится и он распознаёт в темноте свою шапку и, конечно же, большие глаза Чонгука. - Сегодня, видимо, ржём вместе, хён. – Он устраивается поудобнее, снимая наконец шапку, под которой взмокшая чёлка. Чонгук встряхивает их, проводит по ним руками, пытается осушить и убрать, чтобы не лезли в глаза. Несколько волос прилипают к виску и это буквально было бы оружие массового поражения для перфекционистов. И Тэхён пусть и не перфекционист, но всё равно проводит пальцами, убирая прядь за ухо и чувствует, какие волосы мокрые. Он ненавидит потеть, потому что всё его лицо становится красное, тело неприятно покрывается каплями, и одежда к нему липнет, весь он в такие моменты становится похож на бегуна со стометровки. Но он бы не сказал, что младший так выглядит. Тот только на секунду оборачивается, когда чувствует прикосновения и сразу переводит внимание на фильм, который наконец-то начинается. За секунду до того, как Тэхён тоже смотрит на экран он видит, как лицо Гука тоже начинает краснеть. Всё равно красивый. Начало фильма, по всем законам жанра, начинается спокойно и без намёка на чудовищ и убийц. Всё спокойно до того момента, пока на минуте десятой, в радиусе нескольких мест слышится.. смех. На обоих парней смотрят те, кто пришёл сюда вообще-то пугаться, а не слышать от двух студентов смешки через каждый фразы или моменты, которые им кажутся настолько очевидными и предсказуемыми, что им остаётся только прыскать со смеху. И вроде надо бы постыдиться, прекратить и в конце концов вникнуть в сюжет, но та девушка так неожиданно упала с пятнадцатого этажа, которую столкнул убийца, когда она наклонилась посмотреть вниз, что удержаться от «ну вот ты бы догадался, что тебя сбросят с пятнадцатого этажа после того, как там умерло два человека? Я бы точно нет» настолько сложно, что Тэхён не может не прекратить хихикать на пару секунд, чтобы посмотреть удивлённым и ужасающим лицом на младшего. Они снова тихо смеются. Когда фильм заканчивается, парни уверены, что их прокляли пару-тройку человек с ближайших мест и Чонгук почти уверен, что теми же проклятиями, что были в фильме. Они все вместе собираются у выхода и думают зайти куда-нибудь перекусить. Садясь за места в кафе напротив кино Сону решает спросить, не слышали ли они весь фильм чей-то смех. - Кто же такой невоспитанный, ты не думаешь, хён? – Чонгук накидывает свою куртку на спинку стула, садится за своё место и смотрит на него с вопросом. Тэхён лишь делает то же самое выражение лица, какое было при просмотре и вертит головой. - Полностью согласен, было слишком громко. Я не мог расслышать ничего и не понял половины сюжета. - А мне что-то подсказывает, что вы оба.. – Дахён мечется своим пальцем от одного к другому, прекрасно понимая, что все уже догадались. - Давайте поедим! Все сытые, довольные, уставшие. Ким вспоминает последнюю свою вылазку и в голову приходит тот концерт с Чимином, грустно улыбаясь. Он так давно не отдыхал, когда, по сути, отдыхает каждый день. - Ребята, нам однозначно нужна фотка! – Хираи вытягивает руку с телефоном, а второй подзывает остальных к себе. Селфи на память, замечательно. - Там поместятся и наши лица? – лицо танцора выражает удивление, за что его выгоняют из кадра при первых трёх щелчках. В нос ударяет знакомый запах и перед Тэхён уже видит макушку, упирающуюся ему в нос. Дышать же ему надо, правда? Так что то, почему он втягивает совсем тихо и неподвижно аромат чонгуковых духов, пока девушка делает последние фотографии, вполне логично. Сону и Хираи уходят первые, потому что им в другую сторону, а остальные идут на остановку. Зимние вечера холодные, но отсутствие шапки почему-то не настолько критично. Может, дело в том, что она в сохранности. Они едут домой, уставшие и немного замёрзшие, сразу же садясь на свободные места. Чонгук, который привычно сидит рядом, оживлённо смотрит в окно после того, как они немного обсудили обрывки фильма. Что запомнили, над чем смеялись и что не поняли до сих пор. Тэхён удивлён, откуда в младшем столько энергии, потому что после пяти минут молчания он прикрывает глаза и клюёт носом вперёд. Усталость на него налегла так же, как аккуратное и мягкое прикосновение к голове Чонгуком, который укладывает его на своё плечо. На фоне слышно пыхтение автобуса на каждой остановке, а Тэхёну более отчётливо впитываются в уши тихое дыхание младшего, прерывающееся каждые несколько секунд. То ли из-за такого вялого состояния, то ли из-за просто привычек прижиматься к мягкому, Тэхён утыкается носом в плечо куртки. Возможно, дыхание прервалось больше, чем на пару секунд. Его остановка уже скоро, он слышит это, но сейчас он слышит только как тихий шёпот говорит кому-то, что скоро их остановка. Спустя две остановки всё же приходится проснуться, но мозг отказывается это делать, поэтому всё ещё тормозит. Глаза моргают очень медленно, и, если бы не лёгкие тычки по своему плечу, он бы проспал ещё немного. Первое, что видит Тэхён это Чонгук, кто снова так смотрит и мягко улыбается, просит вставать и не пропускать свою остановку, отдаёт в последний момент свою шапку и машет рукой уже из отъезжающего автобуса. Не ответить кажется преступлением и напоследок он улыбается ему, просит закрыть окно и не выкладывать ужасные фотки с ним. И Тэхён вновь чувствует, что отдохнул, хотя, по сути, отдыхает каждый день.

***

Все его дни проходят от пар до пар. Дома же, он знает, что ничего продуктивного не будет происходить, чувствует, как время уходит так медленно, но и так быстро. Он бы мог сказать, что каждый день под домашним арестом, но потом понимает, что есть люди, которые действительно в таком положении и язык не поворачивается даже такое сказать, а думать и вовсе прекращает. А может и не прекращает. Это уже как часть его повседневности, в особенности, когда он находится наедине, не говоря уже о тех моментах, когда поблизости никого нет долгое время. Все его бытовые моменты заканчиваются на разговорах с сестрой, периодических бесед с матерью о её прошлом (они просто самые долгие), и самые короткие обрывки фраз с братом, которого Тэхён видел в последний раз неделю назад. В их доме на самом деле не такая угнетающая атмосфера. В особенные дни точно. А в остальные.. они просто есть. Есть моменты, дни, недели, когда задержаться в университете не кажется таким удручающим (Тэхён ещё ни разу не отказывался от дополнительных часов по своей воле). Такое происходит само по себе, но зачастую, стало понятно примерно года три назад, этому способствует его брат. Он приходит – это плохо. Он уходит – это плохо. Во всех ситуациях его брат остаётся не в лучшем раскладе, а Тэхён снова чувствует обиду и иногда злость за Тэёна, потому что.. они не чужие. Как бы они часто-нечасто не общались, всё равно факт остаётся тем же, что был и десять лет назад, и четыре, и даже на прошлой неделе, когда его снова выгнали за то, что он опять не смог сдержаться и тоже рявкнул что-то в ответ матери. Пришлось успокаивать, просить брата уходить быстрее, а самому уткнуться в телефон и посмотреть третью серию какого-то сериала. Он не помнит сериал, но точно помнит день. Когда захлопнулась дверь за ним, он отлично помнит, как женщина потом крикнула либо ему, либо брату, чтобы уходил подальше и больше никогда не приходил. В тот день Тэхён задумался о дверях, как ни странно. Снова сравнения, снова мысли, снова тихий вечер с открытым окном. Вся их суть заключается в том, что в каждую комнату должна быть своя дверь. Одна закрывается, ты заходишь в помещение и видишь ещё одну. Совсем не неожиданно будет, если в один момент будет тупик. Тэхён думает, что в любом случае можно будет вернутся оттуда, откуда пришёл, и это уже не тупик, а просто освоение окрестностей. Он понял, что больше всего к ним подходит сравнение с душами, людьми, жизнями. Встретил человека, узнал какой он, узнал то, из чего сделана его дверь: деревянная, металлическая, совсем ветхая или крепкая, как сталь. А кто-то и вовсе нараспашку. С такими опасно, потому что они и заметят, как ты вошёл, а как вышел навряд ли. Будут думать, что ты всё ещё там, оглядываешься, смотришь, а тебя и ух простыл. Когда к ним придёт осознание, вопрос времени и ощущений. И всё же, он почему-то уверен, что если она есть, она открылась, то стоит закрыть её напоследок, ведь за ней откроется другая. Правда, это спорное мнение. Удивительно, у Тэхёна в своей же голове споры. В пример можно взять то, как ты знакомишься с человеком. Ты открываешь одну дверь – один человек. Ты забываешь о другом человеке – закрывается его дверь. Сложно найти равновесие, ведь открывать их у всех и бегать от одной двери к той, что за несколько кварталов, опрометчиво. А спором является теория о квартире. Когда несколько людей, с которыми ты близок, знакомятся, и они также должны быть открыты друг другу и создать свой круг общение, свой мир, свою квартиру из дверей, в которую каждый из жильцов может зайти. Такой квартирный опыт был у Тэхёна в средней школе, когда их было трое. Но, судя по итогу, где их осталось двое, спор остаётся в его голове. Возможно ли жить нескольким, либо это так и останется лишь вторым вариантом выводов. Он ему даёт семь. Исход тот же, какой ожидался, но, честно говоря, всё равно расстраивает, потому что были надежды. Но надежды всё ещё далёкая вещь от Тэхёна.

***

Они все разбиваются в тот момент, когда он видит кроссовки в прихожей. Не его, конечно же, чёрт возьми. Не стоило думать о брате накануне, мысли материальны. Так же, как и стакан, треск которого слышен на кухне, а после него и женский крик. Он ставит этой ссоре высокий балл, потому что просто так посуду или предметы она не кидает. - Как ты меня назвал? Что ты сказал, сука, повтори! – крик, конечно же, принадлежит матери, которая с каждым словом только повышает децибелы. – Нет, пошёл отсюда быстро! Собирай вещи, я больше могу с тобой, не могу-у…уходи.. Тэхён хмурится, слыша в конце отчаянный крик и открывает дверь. На полу сидит, уже в домашней одежде свою мать, около неё валяется пульт с батарейками и разбитая чашка в другом конце кухни. Промахнулась снова. Сразу же ищет глазами его и натыкается на злой и осуждающий взгляд, направленный на женщину, состояние которой подступает к истерике. Это становится далеко не забавно и не обыденно. - Что произошло?.. – госпожа Ким сидит, уткнувшись лицом в пол и, если Тэхён не ошибается, то она начинает всхлипывать и не видит точно, как он сам уже вошёл в комнату и подошёл к брату, который стоит у двери в ванную. - Она опять истерит. - Я же вижу, что не опять, Тэён. Что.. – он быстро встряхивает головой, переводя дыхание, - произошло? - Я просто пришёл, сказал, что ничего нет дома поесть, она начала истерить и кричать, что я пришёл сюда опять, а я ей сказал.. – парень осекается и думает, как бы правильно сказать. - Шлюха я, да? Сопляк, как ты смеешь, съёбывай быстро отсюда! – они не успевают заметить, как она поднимает на них глаза и Тэхён точно видит стоящие слёзы и красные лопнувшие капилляры. – Тэхён, собери его вещи быстро! Это последний раз, когда я терплю его, пусть уходит сейчас же. И Тэхён знает, что в этот раз вещи действительно должны быть собраны. Но точно не его мысли после услышанного. «Шлюха»? - Мам, он сейчас соберёт вещи и уйдёт. Успокойся пока что. - Успокойся?! Да ты знаешь, что он сказал? Я переписываюсь со всеми мужиками, со всеми хожу, оказывается! Да чтоб я терпела такое отношение! От сопляка такого! Никогда! – последние слова она кричит. Не говорит на повышенных тонах, а именно кричит. - Да, давай, поплачь. Станет легче. – Это говорит уже брат, после первой слезы, стекающей по её лицу. - Что ты.. – она вмиг звереет после такого замечания, а Тэхён прикрывает глаза на секунду понимая, что брат только всё портит, - что ты сказал, ублюдок, уходи сейчас же!! - Иди наверх. – Он говорит это Тэёну и поднимается вслед за ним, находит Мин Ну в гостиной и просит её последить за матерью. С каждой ступенькой он чувствует, как ком застревает в горле и нарастающую панику при воспоминаниях о слезах и красных глазах с истерическим воем. - Ты же понимаешь, что она опять преувеличивает и я не это имел вви.. - Ты правда так сказал? – всё, что ему интересно. Он, конечно же, отнекивается, но без того запала, которые у него бывает, когда его действительно нечестно обвиняют. Тэхён всё понимает и начинает вытаскивать вещи из шкафа, перекладывая на диван. - Ты всё будешь брать? - Я сам соберу. Принеси мне сумку, она внизу. – Он говорит это с немногим беспокойством, но точно твёрдо уверенный в своём уходе. Когда он спускается, то пытается как можно незаметнее пройти в прихожую и достать оттуда две сумки для тренировок и слышит, как плач немного усиливается. Тэён принимается раскладывать вещи, но делает это медленно и становится понятно, что идти ему некуда. - Куда ты пойдёшь? - Я не знаю. – Отвечает он с такой усталостью от всего происходящего, но ничуть не передумывает о своём решении. Ну, как о своём. Тэхён молчит, а потом брат начинает кому-то писать и процесс собирания вещей становится ещё медленнее. Решив оставив это на него, он спускается. И теперь, открывая дверь, всё , что он видит, это лежащая мать, около которой вмиг оказывается Мин На и уже хочет встать, чтобы позвать кого-то, но видит Тэхёна и собирается плакать так же, как и скулящая мать. Она в самом деле скулит. - Мам, ма..мама! Мин На, не плачь и массируй ей руку. – Девочка мотает и быстро начинает неумело жать руку, отчего женщина только отдёргивает её, но всё остальное тело неподвижно. Тэхён бежит в ванную, берёт полотенце и мочит его. Просит сестру протереть матери лицо и шею. Сам бежит в гостиную и ищет корвалол, сразу же направляясь на кухню. С каждой пролитой каплей мать начинает тяжелее дышать и Тэхён в спешке сильнее трясёт по бутылёчку, наливая воду и опускается перед ней, просит выпить. Она брыкается, отказывается, но всё равно пьёт. Приходится действовать по тому, что он более-менее знает и отчего ей точно не станет хуже. Он учиться не на медицинском, поэтому всё, что приходит ему на ум, он делает без промедлений, так как больше вариантов нет. Убирает руки Мин Ны, начинает сам массировать всю верхнюю левую часть: руки, пальцы, предплечья. Пара секунд проходит в тишине, а потом тело тяжёлое дыхание становится более спокойным и мать убирает его руки от себя, просит прекратить. - Уходите все..уходите… я так устала… Тэхён только молчит, смотрит, протирает в последний раз лоб и начинает поднимать её, чтобы проводить до дивана. Со всеми проклятиями и уже тихой злостью они всё же доходят, и мать берёт телефон, начиная кому-то записывать голосовое сообщение, рассказывая ему и ещё нескольким людям о случившимся. Пару сообщений она говорит спокойным голосом и Тэхён понимает, что это клиенты. Через минуты две он поднимается наверх. Сумка почти собрана, а брат также стоит у шкафа и быстро что-то печатает. Видимо, нашёл. - Уходи быстрее, пока она ещё раз не начала. Брат открывается от телефона не сразу, а потом просит помочь ему застегнуть сумку. Правда собрал все вещи. Даже куртку. - Спускайся вниз, она сейчас в другой комнате. - У тебя есть деньги? – спрашивает он, когда они стоят уже на лестнице и спускаются. - Нет. – Даже если были, он бы навряд ли их дал. – Учись жить сам с этого момента. Брат скорее всего обижается, но не в его положении сейчас это делать. И всё же, не мог ведь он так сказать.. или мог? - Тэён. – Он удивлённо поднимает брови, ведь не так часто его называют по имени. – Скажи честно, ты правда говорил это? - Конечно нет, ты ёбнулся что-ли? – парень бурчит, пока завязывает шнурки и пытаясь впихнуть ещё одну пару кроссовок в сумку. – «Шлюхой» я ни за что бы в жизни не назвал. Ты правда так думаешь? - Тот факт, что ты говоришь о её личной жизни в таком ключе уже не предвещает ничего хорошего. Ты ведь точно сказал про то, что она со всеми общается, я прав? – в ответ он уклончиво кивает головой,― значит, всё остальное просто отмазки. - Какие отмазки.. - Ты сам прекрасно знал, что будет такая реакция. Зачем? Тебе самому нормально? – кричать Тэхён точно не собирается, наоборот, он всё это выносит с таким нравоучительным тоном, что повышать голос не придётся. - Я.. просто услышал от знакомого, чья мама общается с нашей и разозлился. Он сказал, что они говорят про её мужа, ―Тэён делает в воздухе скобочки, брезгливо вспоминая, ― что он далеко, а тут он её видит каждый раз с кем-то. - А то, что это её клиенты и знакомые, ты конечно же не подумал? ― ему хотят что-то ответить, но времени и желания это слушать нет. ― Неважно теперь. Зарабатывать не собираешься? - Вот увидишь! Я приду в феврале с зарплатой и работой. Я возвращаться не собираюсь и после. Хочу уехать. - Уезжай. Только делай так, как действительно нужно и научись думать. А ещё, ― бросает Тэхён между делом, пока помогает ему вынести сумки на улицу, ― будь добр, контролировать характер. За дверью мать снова начинает кричать, чтобы он побыстрее сваливал и положил вещи на место, потому что всё это на её деньги. Оба парня, естественно, это игнорируют и Тэхён закрывает за ним дверь. Он вздыхает, протирая лицо руками и думает о том, какая дверь откроется после этого.

***

Когда он заходит в гостиную, то мать уже спит и часы показывают десять часов. Завтра новая неделя, поэтому надо бы лечь пораньше. Об этом Ким раздумывает, выбрасывая осколки и пылесосит, чтобы никто не порезался. Закидывает мокрое полотенце в стирку и уже собирается подниматься, но перед уходом накрывает мать одеялом и выключает свет, сбавляя громкость на телевизоре. Мин На тоже спит. Нервотрёпка у неё похуже будет, ведь не так что она видела подобные сцена в более сознательном возрасте. Как бы ни хотел Тэхён ей говорить это, но тогда, когда она чуть не заплакала, он сказал ей ужасные слова. - Привыкай. Не говорит о том, что станет лучше, не говорит, чтобы она забыла, лишь только «привыкай». Он знает, что прозвучало холодно и грубо, в отличие от того, как он обычно с ней разговаривает, но ситуация вынуждала не терять контроль и уж тем более не наводить панику на сестру. А ей ещё завтра на учёбу рано. Парень поднимается в свою комнату, открывает окно и достаёт тетради на завтра. Голова, честно говоря, не болит, поэтому он просто решает начать стелить себе и берёт телефон, чтобы скоротать время. Уведомление приходит через минут десять и в нём он узнаёт отметку на фотографии. Хосок выложил ту, на которой они все (даже Хираи) и подписал «сходили на ужастик но ужасы на фото». Тэхён издаёт смешок и заходит на отметки других людей. Он понимает, что был подписан только на Хираи и Хосока, но и на них то только из-за проекта в самом начале. Думал, подпишется на месяцок, ничего такого. Забавно вышло. Если себя не обманывать, то самым интересующим аккаунтом всё же являлся не их. У Чонгука выставлены около двадцати фотографий, но половина из них пейзаж, ещё немного фоток с братом, и только две, где он один. То, на сколько долго он просматривал эти две фотографии он понимает только тогда, когда приходит сообщение и он видит часы, что показывают почти одиннадцать. ПАК ПАК: 22:54 Предложение От которого Ты не сможешь Вы: 22:55 отказаться откажусь ПАК ПАК: 22:55 Предатель Я серьёзно Хотел предложить куда-нибудь сходить на выходных Вы: 22:57 Чимин сейчас ночь воскресенья Не поздновато… ПАК ПАК: 22:57 Ну знаешь Вы: 22:59 ? что знаю что за облом ПАК ПАК: 22:59 Это не помешало тебе сходить в кино Если у Тэхёна спросить, что он ненавидит и боится больше всего, так это такие переписки. Даже не разговоры, в чём и проблема, а переписки. Потому что они ни разу не ссорились и не заводили такие темы, пока общались вживую. Это и вымораживает. Вы: 23:01 Я сходил днём Что случилось? Избегать неизбежное порой очень трудно. ПАК ПАК: 23:01 В том то и дело что ничего Удивительно получается Ты говорил буквально несколько дней назад что никуда не собираешься ходить и я тебя понял Не стал спрашивать Но наверное с однокурсниками прикольно Всё внутри начинает скручиваться, а сердце быстрее биться. Мозг снова не знает, что написать, потому что за все эти годы Тэхён если что и понял, так это то, насколько бесполезно сейчас что-то писать и выяснять. Чимин ему один раз доходчиво объяснил. Вы: 23:06 Мы собрались в кино потому что они хотели отметить? наш проект который мы все вместе делали Ты же сам знаешь Потом приходит стикер и Тэхён понимает, что это точка. Надо ждать. Он привык к этому, но привыкать – не значит понимать и относительно спокойнее воспринимать. Теперь, когда он об этом думает, то слова, сказанные сестре, кажутся ещё более отвратительными. Она вряд ли об этом вспомнит, потому что не всегда придаёт значение его словам, а в тот момент и вовсе потерялась, но он нет. Не забыл и чувствует вину. Тоже бывает. Тэхён отправляет тоже самый безобидный стикер и выходит из диалога раньше, чем Чимин успеет прочитать или ответить. Следом раздаётся ещё одно уведомление, н он даже не смотрит. Зачем ему ещё один стикер? Отключает интернет и идёт к шкафу, чтобы выбрать на завтра одежду. Честно говоря, не так уж и заботит его одежда. В итоге он всё равно бросает эту затею и решает надеть обычные джинсы и кофту поверх рубашки, но даже не выкладывает из шкафа, а делает заметку в голове. Стоя у окна он снова думает о тех прошлогодних мыслях и чувствует холод. Окно он правда уже закрыл.

***

Утром следующего дня он слышит внизу как включается и выключается свет, как мать делает себе чай и как хлопает входная дверь. Значит, всё в порядке. Смотрит на время и прикидывает, когда начать собираться. Уже через полчаса он идёт по улице, думает о теме для стиха, который он собирался написать по пути, но подходит к зданию быстрее и уже открывает дверь. Заметно, что стало теплее на улице, пусть и ненадолго, но некоторые студенты пришли сегодня без шапок или шарфов. Ни одной знакомой шапки или шарфа он, по крайней мере, не находит. На лестнице сейчас все торопятся не опоздать на занятие, а Тэхён только перед аудиторией вспоминает о телефоне и смотрит на время. Рядом с отметкой восемь пятьдесят стоят уведомления о непрочитанных сообщениях. Их, почему-то, очень много. И когда он заходит, только переступая порог, слышит: - Ты не умеешь пользоваться телефоном, хён? – сзади него стоит отчего-то насупившийся Чонгук, который сжимает лямки своего рюкзака не так сильно, как если бы злился, но так, если бы...волновался? - Ты о чём? – быстро моргает глазами и наконец приходит в себя, затем смотря на телефон ещё раз. – Ты о сообщениях? Прости, я не мог вчера. - Что-то случилось? – младший в этот момент не звучит обиженно или недовольно, а с беспокойством. Вся складка между бровей смягчается, а глаза осматривают всего Тэхёна, ища какие-то изменения. Он думает, что его избили?! - Нет, конечно. – Слишком громко звучит, а голова качает в стороны в быстром темпе. Врать - не лучшее его достоинство, но вроде раньше получалось. Правда от руки, которая нервно начинает чесать затылок, всё же не уберечься. – Я просто уснул раньше времени, потому что устал после кино, прости. - Ты..хён. – Чонгук вздыхает удрученно и опускает руки с лямок. – Хорошо, что с тобой всё хорошо. И вот если бы не все вчерашние ситуации, то он бы просто кивнул, и они пошли в аудиторию. Тот факт, что ему никогда не говорили такие слова, даже его лучший друг, потому что не было причин и поводов, но слышит их от Чонгука, не может не заставить взгляд потеплеть и жадно рассматривать смущающего парня, который совсем немного переволновался. И сейчас, когда он и забыл про такие слова, но они были нужны всё время, говорит то, что было единственной мыслью: - Спасибо. – И улыбается. - Не стоит благодарности. Тебе сейчас отмазываться перед Хосоком. Там, ― головой младший указывает на телефон в руках Тэхёна, ― сообщения не только от меня, между прочим. - Понял. Можешь дать мне снотворное для усыпления до конца семестра? Чонгук пытается не засмеяться, потому что всё ещё обижен, но от улыбки и сморщенного носика Тэхён не остаётся. Хорошо, что у него всё хорошо.

***

На него не то чтобы налегли претензиями и обвинения, но немного напомнили о том, что стоит проверять телефон изредка. То, что Тэхён и сам об этом помнит, но успешно делает вид, что нет, не стоит никому знать. После второй пары они с набитыми головами идут набить желудки чем-то более полезным, чем юридические термины, - конец цитаты Хосока перед выходом. Тот подозрительно шмыгает, не переставая и пугает всех своим поведением. Не сказать, чтобы это очень волновало Тэхёна, но… хорошо, он волнуется. И берёт в столовой для него чай, который Чон принимает с такими благодарством, будто ему принести виски, а не чай с бергамотом двести пятьдесят вон. - Ты походу совсем простудился, раз пьёшь что-то горячее и что-то не со льдом. – Язвительно подмечает Хираи, усевшаяся за стул и с безразличием двигает по столу булочку в его сторону. Чонгук с Тэхёном многозначительно переглядываются. - Да я не виноват, что вчера пришлось до дороги отдать свою шапку мелкому, потому что я – лучший брат, а лучшие братья должны держать планку и выручать таких неразумных детей, – с гордостью заявляет шмыгающий парень и откусывает неизвестно откуда взявшуюся булку. – Это чьё? - Кто-то оставил видимо, так что спокойно ешь. - Девушка начинает есть и Тэхён готов поставить свой любимый свитер на то, что увидел красные щёки. Дети, думает Тэхён, пока смотрит на этих двоих. Либо никто из этих двоих ничего не замечает, либо замечает ничего. Он точно помнит, как в кино один из них определенно отдал добрую часть поп-корна другой, хотя сам собирался наестся, ибо шёл на пустой желудок, за исключением тех червячков, которые девушка успешно выкинула. А сейчас так вообще смотрит украдкой, проверяя, ест он или решил выкинуть после вранья с забытым лакомством. Её улыбка остаётся только между ней, Тэхёном и Чонгуком, которые выгибают брови, смотря друг на друга. Младший чувствовал себя виноватым до того момента, пока через минут пять за их столом не отодвигается с противным криком стул и за него садится их общий знакомый. Вина быстро испаряется, а на смену приходит напущенное безразличие и неприязнь к этому человеку. Честно говоря, этот Юнги не плохой, это стало понятно ещё на второй-третьей встрече. Просто Чонгуку нравится его подкалывать и вести эту несуществующую войну. То, что причина сидит у него по правую руку, он может и догадывается. - Всем доброго дня, хотя у него походу не очень. – Кивает в сторону больного и прищуривается. – ты что, заболел, когда потеплело? Чувак, твоё везение походу украли двадцать лет назад. - Двадцать один с половиной, я попрошу. - За полтора года всё равно не прибавилось, я попрошу. Хосок приободряется из-за таких подколов и наконец-то допивает уже немного остывший чай. А вот Мин и не собирался есть, потому что в такую-то погоду ни в жизнь не пойдёт на бег. - Чтобы быть потом, как он? Извините, - протягивает гласные он, оправдываясь, - я хочу ещё походить на своих двух и не чувствовать себя таким же усталым. - Эй, я бодр и полон энергии! – восклицает несправедливо оскорблённый. - Да я вижу. Прям как тот друг Тэхёна. Кстати, какие там дела у твоего друга-недобаскетболиста? А Тэхён осознаёт, что его спрашивает о Чимине, Мин Юнги, и делает заметку у себя в голове напомнить об этом. А отвечать сейчас нечего, потому что он и сам не знает, как там у него дела. Обижается, вот какие у него дела. И его лицо, которое потихоньку становится немного безразличным, замечает не только Юнги. - Да так, потихоньку живёт и радуется новой придуманной шутке про рост. Однокурсник шипит и закатывает глаза, а Ким решает, что всё улажено и вопросов больше не будет. Только вот у одного человека, всё видящего, пара вопросиков есть, но задавать он их сейчас, при всех, не хочет. Но массировать шею почему-то решается. Тэхён поворачивается и чувствует, как почти незаметная складка меж бровей исчезает и появляется в уголках губ, при виде улыбающегося парня. На третьей паре, которая будет последней и, видимо, самой сложной, на мысли о Чимине у него нет ни сил, не времени и он успешно забывает о нём на весь оставшийся день. Не вспоминает и когда идёт домой, думая о том, что бы поесть вечером, потому что опять ничего не съел в столовой. Не думает и уже дома, потому что мать решает сходить за покупками в магазин, окрылённо рассказывая о новых ботинках для Тэхёна, которые ему и не нужны. Но он не вредничает, а просто идёт и в итоге они покупают просто почти такие же, только потемнее и поновее, будем честны. Приходит он несколько уставшим, потому что все походы в магазин с матерью длятся очень долго. Кроме одного, но это была случайность. О том, что он испытывает некую разочарованность и, возможно, самую чуточку грусть, потому что не увидел одного конкретного человека в магазине, думает до того, пока ему не пишет этот же человек. Чонгук: 19:49 Тэхёни-хён, ты вообще ешь? И перед сном, ни о чём, кроме Чонгука и разговора о его рационе и рассказе о своей диете, которую младший осуждает и просит больше никогда не худеть (Тэхён совершенно точно не улыбался и не завис на несколько секунд), он не думает. Может, ещё о том, что Чонгук продолжает называть его Тэхёни-хёном, после одной дразнящей шутки на прошлой неделе. Вспоминать пришлось через два дня, на паре, когда ему приходит сообщение от него. ПАК ПАК: 13:06 я не мог не отправить этот мем а теперь снова в затишье Облегчение чувствуется всегда, вне зависимости от того чья была вина или сколько это длилось. Камень, который вроде должен считаться комом в горле, немного проваливается вглубь и вырывается смешок от картинки, звук которого замечает Хираи и одна макушка снизу. Вы: 13:10 Отправляйся Как раз скажу наконец Юнги о том где ты пропадаешь И когда ему отвечают совсем незаинтересованно о том, правда ли интересовался, и вообще, что надо этому хаму от него, он так погружается в диалог под столом, что не замечает, как эта самая макушка уткнулась в тетрадь и сейчас улыбается сама себе. Хосок спрашивает, что такого интересного он упустил и что за локальные шуточки у них тут. Чонгук качает головой и чувствует то же самое, но немного послабее, что и хихикающий парень на рядах выше. Они помирились.

***

Время летит и он замечает, как становится спокойнее. Пока он бывает на учёбе, пока он идёт домой, пока он переписывается и даже дома. Последнее становится одним из самых интересных замечаний. Он догадывается, что именно это повлекло, но надеяться на что-то большее не хочет и уж тем более портить всё это одним упоминанием. Под этим, он подразумевает самое настоящее спокойствие. А теорию, впрочем, получается понять потом. Через неделю, вечером, когда Тэхён рассказывает Чимину о том, что он может отпроситься и было бы хорошо сходить всем вместе прогуляться, на что друг немного отказывается из-за ряда умных причин. Ну как умных. ПАК ПАК: 22:29 А если там будет Юнги? Вы: 22:29 Там будет Юнги Это заурядная логика ПАК ПАК: 22:30 Ха ха да ты шутник Ты же понимаешь о чём я Вы: 22:30 ты о том что боишься быть незамеченным я же говорил что вы одного роста хватит быть выше головы ПАК ПАК: 22:31 ДА КАК ТЫ СМЕЕШЬ МЕТР ВОСЕМЬДЕСЯТ Я ОТСТОЮ СВОИ ПРАВА ЕЩЁ УВИДИМ Не успевает Тэхён отправить «хватит ломаться», как слышит шаги на втором этаже. Только не говорите, что… - Пс, пойдём, поможешь. – Дверь в его комнату немного приоткрывается и он видит в этой щёлочке своего брата. Одет в той же куртке, в которой уходил и та же сумка, но сейчас пустая. - Что ты здесь делаешь? – звучит сухо, на что никто не обращает внимание. - Я ж не мог в тот день забрать всё, времени не было. Там в шкафу осталась одежда. И он правда забирает оставшуюся одежду, просит принести какой-нибудь шампунь. А Тэхён не плохой брат, и уж тем более, не плохой человек. Отдаёт, делает всё тихо, потому что мать может прийти в любую минуту. Но точно не из-за громкости, а чисто из скуки или любопытства. Тем временем брат просит принести какую-нибудь еду на кухне. А вот тут приходится отказать, из-за чего Тэён начинает злиться и называть его трусом. - Это ты меня называешь трусом? – усмехается, а в голове только одна просьба, - просто уходи быстрее, я ничего нести не собираюсь. Я тебе ещё тогда объяснил: взрослей и будь самостоятельным. В ответ только фыркают, источают недовольство и наконец-то собираются уходить. - Как она? – они стоят в прихожей, он уже обулся и кивает в сторону других комнат. – Не спрашивает, как я? А Тэхён задумывается. Всё это время его мать если что и делала, то точно не из злости, раздражительности или беспокойства. Она просто… была спокойной? Именно так. Она могла в один момент начать разговор, который продлился бы до ночи, и Тэхён правда знает, что надо быть благодарным за такие откровения и что становится с ней ближе, но на самом же деле у них не та семья, в которой это бы произошло так просто. Она вряд ли об этом догадывается и продолжает рассказывать историю, которую он слышал уже два раза, но перебивать не собирается. Его семья никогда не отличалась лаской, заботой, вниманием к каким-то личным победам или же наоборот бедам. Кроме её. Все её счастья и несчастья они должны были разделять вместе. Каждую ситуацию она рассказывала, но они всегда были незначительными и рассказывались по несколько раз, прося одной и той же искренней поддержки, которую приходилось повторять, но с каждым повтором они становились, для него – менее искренними, для неё – более мотивирующими, потому что не буде же он повторять одну и ту же ложь, что я справлюсь, когда сам так не думает, правда? А Тэхён, несмотря на свою непричастность в таких делах, всегда искренне пытался приободрить, потому что отлично понимал, что он единственный честный со своей матерью в таких разговорах. О подругах он пытается лишний раз не говорить, потому что она и сама знает. Всю свою сознательную жизнь он не помнит, чтобы рассказывал ей о своих увлечениях или чём-то подобной не потому, что не хотел делиться. Он считал это бесполезной тратой времени. «Она не поймёт» и был в этом чертовски прав, потому что она сама ни разу не интересовалась этим. За двадцать один год ни разу не было и намёка на её заинтересованность его личных тем. И он просто пришёл к выводу, что в семье он и не особо кажется тем, кому нужны эти разговоры, ибо и поводов не было. К нему приходит воспоминание того дня, когда он поступал на юриспруденцию и знает, потрясающе знает, что не заинтересован в этом. Ему мало что было интересно в том возрасте. Но также он честно может признаться в том, что ему всегда нравилось рисовать, подпевать что-то, пока никого не было дома, даже пытался разучить хореографию на досуге, но было так смешно на себя смотреть, что бросил на третьем движении. Как итог: ему нравилась более творческая область, нежели юристы и бумаги. В тот день было много народу на поступление, и они с матерью пришли в университет с несколькими факультетами. Как ирония, там оказался факультет искусств. Чтобы было понятно, Тэхён не настолько скрытный, как может показаться и всё же о его хобби рисовать было известно практически всем в семье. Поэтому стало неудивительно, что на тогда проследила за его взглядом, вопросительно посмотрела на него и спросила с интересующей интонацией: - Хочешь туда? И то, как быстро пришёл его ответ, давно уже не вызывает удивления. - Нет конечно. Брат забирает сумку у него из рук и смотрит выжидающе. Отвечать ему стоит или он расстроится? Врать он перестал ещё четыре года назад, так что лучше ответить. - Она стала спокойнее. – Он смотрит на реакцию, как Тэён кивает и открывает дверь, - тебе лучше пока не приходить.– И закрывает за ним дверь. После этого Тэхён ещё несколько секунд смотрит на неё. Пытается собрать воедино те теории о квартире, когда люди либо живут в одном мире, в одном доме с дверьми, или же те, которыми лучше будут только наедине. Он заходит на кухню и видит, как сестра с матерью смеются на какими-то смешными картинками в интернете и понимает, что в данном случае у них, судя по всему, второй вариант. А когда он ложится в кровать и берёт телефон, заходя в сообщения и видит два непрочитанных, то догадывается, что одна дверь всё же закрылась. Ветер дует из новой, а значит, закономерность существует. Хотя может, он просто опять долго не закрывал окно в комнате. А ещё, что тут возможна первая теория. ПАК ПАК: 23:03 Хорошо Но только из-за Хосока и его брата Чонгук вроде хороший парень? Чонгук: 23:00 Хён, я нашёл Чимина у тебя в друзьях! И он даже меня не заблочил Допустим, я поржал над постом про чувства низких людей и его просьбу не подписываться на людей выше метра восемьдесят