Хогвартс читает "Дары смерти"

Все счастливо переговаривались. Тонкс отошла с Малфоями в угол и что то обсуждала, Гриффиндорцы воодушевленно делились впечатлениями которые остались после главы, Римус и Сириус о чем то перешептывались время от времени смотря на Снегга. Минерва же осматривала книгу и заметила упущенную главу. Прошу минуту внимания! Мы с вами пропустили последнюю главу. Кто будет читать? -спросила она. Тут Гарри встал и взяв книгу протянул ее Снеггу. Тот смотрел на Поттера как на сумасшедшего, но взял книгу. Девятнадцать лет спустя Глаза подростков расширились от шока. Осень в этом году настала как-то внезапно. Утро первого сентября было золотым и похрустывающим, как яблоко. Когда маленькая семья пробиралась по шумной дороге к огромному дымному вокзалу, выхлопы машин и дыхание прохожих блестели в холодном воздухе, как нити паутины. Родители толкали перед собой по нагруженной тележке с громыхающей поверх остальных вещей большой клеткой. Совы в клетках возмущенно ухали. Рыжеволосая девочка, чуть не плача, плелась позади братьев, крепко вцепившись в отцовскую руку. — Погоди, осталось недолго, скоро и ты поедешь, — сказал ей Гарри. Глаза Гарри полезли на лоб. У него, дочь?! Близнецы тут же засмеялись. — Два года, — всхлипнула Лили. — А я хочу сейчас! Пассажиры с любопытством глазели на сов, пока семейство двигалось к разделительному барьеру между девятой и десятой платформой. Сквозь окружающий шум до Гарри донесся голос Альбуса — его сыновья продолжали спор, начатый в машине. — Не буду! Не буду я в Слизерине! — Джеймс, прекрати! — сказала Джинни. Близнецы еще сильнее засмеялись, и в итоге упали со стульев и смеялись на полу. Гарри красный как помидор посмотрел на не менее красную Джинни. Она спрятала лицо в волосах шепча:мама роди меня обратно. Тили тили тесто-жених и невеста.-кричали близнецы икая от смеха. Злая Джинни кинула в них подушку, но те увернулись. — Да я только сказал, что он может попасть в Слизерин. — Джеймс улыбнулся младшему брату. — Что тут такого? Он правда может попасть в Сли… Но мать бросила на него такой взгляд, что Джеймс замолчал. Пятеро Поттеров подошли к барьеру. Самодовольно покосившись через плечо на младшего брата, Джеймс взял у матери тележку и побежал вперед. Спустя мгновение он исчез из виду. — Вы мне будете писать? — тут же спросил Альбус родителей, пользуясь отсутствием старшего брата. — Каждый день — хочешь? — спросила Джинни. — Нет, каждый день не надо, — поспешно сказал Альбус. — Джеймс говорит, что большинство ребят получают письма из дома примерно раз в месяц. — В прошлом году мы писали Джеймсу три раза в неделю, — сказала Джинни. — Ты, пожалуйста, не верь всему, что он наговорит тебе о Хогвартсе, — добавил Гарри. — Твой братец любит шутить. Снегг всем своим видом показывал отвращение ко всему что происходит, но ему было приятно смотреть на красных подростков. Все вместе они толкали вперед вторую тележку, набирая скорость. У самого барьера Альбус вздрогнул, но столкновения не произошло. Семья просто вдруг оказалась на платформе девять и три четверти, окутанной густыми клубами белого пара от ярко-алого «Хогвартсэкспресса». Повсюду в тумане виднелись неясные фигуры, и Джеймс уже исчез среди них. — Где они? — с тревогой спросил Альбус, глядя на туманные очертания, мимо которых они проходили. — Мы их найдем, — успокоила его Джинни. Но разобрать лица в густом дыму было трудно. Голоса, чьих обладателей было не видно, звучали неестественно громко. Гарри показалось, что он слышит голос Перси, во всю глотку рассуждающего о правилах полета на метлах, и он был рад, что в тумане не обязательно останавливаться и здороваться… — Ал, вот они, помоему, — вдруг сказала Джинни. Из тумана возникла группа людей, стоящих у последнего вагона. Лишь подойдя совсем близко, Гарри, Джинни, Лили и Альбус смогли ясно увидеть их лица. — Привет! — сказал Альбус с огромным облегчением в голосе. Роза, уже переодетая в новехонькую с иголочки форму Хогвартса, встретила его сияющей улыбкой. — Ну что, припарковался нормально? — спросил Рон Гарри. — Я — да. Гермиона не могла поверить, что я сдам на магловские права. Она думала, что мне придется применить Конфундус к инструктору. Тут настала очередь Рона и Гермионы краснеть как раки. Близнецы еще сильнее завели песню тили тили тесто-жених и невеста. Молли и Артур счастливо переглянулись. Как быстро дети растут.-прошептала Молли. — Неправда, — сказала Гермиона. — Я в тебе нисколько не сомневалась. — Вообщето я действительно применил к нему Конфундус, — шепотом сказал Рон Гарри, когда они вместе поднимали в вагон чемодан и сову Альбуса. — Я просто забыл, что надо смотреть в боковое зеркало — по правде говоря, я могу с тем же успехом применить заклятие Сверхчувствительности. Вернувшись на платформу, они застали Лили и Хьюго, младшего брата Розы, за оживленным спором о том, в какой факультет их распределят, когда они наконец поедут в Хогвартс. — Если ты попадешь не в Гриффиндор, мы лишим тебя наследства, — сказал Рон. — Так что делай свой свободный выбор. Рон Уизли! -крикнула Молли, но поняв как это прозвучало в данной ситуации покраснела. — Рон! Лили и Хьюго засмеялись, а Альбус и Роза сохраняли торжественную серьезность. — Он просто шутит, — хором сказали Гермиона и Джинни, но Рон уже не слушал. Поймав взгляд Гарри, он кивком указал на три фигуры ярдах в пятидесяти от них. Пар в эту минуту рассеялся, и маленькую группу было отчетливо видно. — Смотри, кто там стоит! Это был Драко Малфой с женой и сыном, Тут настала очередь Драко краснеть. А Люциус и Нарцисса поддались вперед что бы узнать на ком женится их сын. в наглухо застегнутом черном пальто. Надо лбом у него уже появились залысины, и от этого вытянутый подбородок казался еще длиннее. Сын был похож на отца не меньше, чем Альбус на Гарри. Драко заметил смотрящих на него Гарри, Рона, Гермиону и Джинни, коротко кивнул им и отвернулся. — А это, стало быть, маленький Скорпиус, — полушепотом сказал Рон. — Ты должна одерживать над ним верх на каждом экзамене, Роза. Слава богу, умом ты пошла в маму! Рон.-зло буркнула Молли, а Рон поднял руки в успокаивающем жесте. Мама, этого еще не было, да и к тому же я так не скажу. У нас с Малфоем нейтралитет.-сказал Рон, а Драко утвердительно кивнул. — Рон, прошу тебя, — сказала Гермиона полушутливо-полусерьезно. — Дети еще и в школу то не пошли, а ты уже натравливаешь их друг на друга! — Ты права, дорогая, — ответил Рон, однако удержаться не мог. — Но ты все-таки не дружи с ним очень то, Роза. Дедушка Уизли не простит тебе, если ты выйдешь замуж за чистокровку! Тут Артур и Люциус в отвращении переглянулись, но их отдернули их жены. — Привет! Это вернулся Джеймс. Он уже отделался от чемодана, совы и тележки и явно горел желанием сообщить новость. — Там Тедди, — запыхавшийся Джеймс показывал через плечо назад, в густые клубы дыма. — Я его только что видел! Знаете, что он делает? Целуется с Мари-Виктуар! — Мальчик был явно разочарован сдержанной реакцией взрослых. — Наш Тедди! Тедди Люпин! Целуется с нашей Мари-Виктуар! Нашей двоюродной сестрой! Я спросил Тедди, что он тут делает… О Римус, Тонкс, вот и ваш сынок появился. И у него похоже есть девушка.-смеясь сказал Сириус. — Ты им помешал? — сказала Джинни. — Ох, Джеймс, до чего же ты похож на Рона! — …а он сказал, что пришел ее проводить! А потом сказал, чтобы я катился отсюда! Он с ней целовался! — добавил Джеймс, словно опасаясь, что его не поняли. — Вот будет здорово, если они поженятся, — восторженно прошептала Лили. — Тогда Тедди правда будет членом нашей семьи. — Он и так обедает у нас четыре раза в неделю, — заметил Гарри. — Почему бы нам просто не пригласить его жить у нас, и дело с концом? — Да! — с энтузиазмом откликнулся Джеймс. — Я не против жить с Алом в одной комнате, а мою можно отдать Тедди. — Нет, — твердо сказал Гарри. — Вы с Алом не будете жить в одной комнате, пока я не решу, что дом пора сносить. Услышав это Сириус и близнецы засмеялись пуще прежнего. — Он взглянул на помятые старые часы, принадлежавшие когдато Фабиану Пруэтту. — Почти одиннадцать. Вам пора заходить в вагон. — Не забудь поцеловать от нас Невилла, — сказала Джинни Джеймсу, обнимая его. — Мама! Я не могу поцеловать профессора! — Но ты ведь знаком с Невиллом… — Джеймс закатил глаза. — Так то дома, а в школе он профессор Долгопупс! Представляешь, я приду на зельеварение и скажу… ЧТО?! -крикнул Снегг подавившись воздухом. Все в шоке смотрели на шокированного Невилла. Мир сошел сума, Долгопупс который не может не взорвать зелье стал профессорам зельеварения?! Теперь точно уволюсь.-сказал Северус. — Покачивая головой над материнской глупостью, он дал выход своим чувствам, пихнув Альбуса. — Ал, пока! Берегись, не просмотри фестралов! — Но они же невидимые? Ты говорил, что они невидимые! Джеймс в ответ только рассмеялся, подставил щеку под поцелуй матери, на бегу обнял отца и вскочил в быстро заполняющийся вагон. Они увидели, как он помахал им из окна и побежал по коридору отыскивать друзей. — Фестралов нечего бояться, — сказал Гарри Альбусу. — Они очень добрые и совсем не страшные. И потом, вас повезут до школы не в каретах, а на лодках. Джинни поцеловала Альбуса на прощание: — Пока, до Рождества! — Пока, Ал, — сказал Гарри, обнимая сына. — Не забудь, что Хагрид пригласил тебя на чай в пятницу. Не ругайся с Пивзом. Не затевай поединков, пока не научишься сражаться. И не давай Джеймсу тебя морочить. — А если меня распределят в Слизерин? Нет, нет и нет! Поттер на Слизерине нонсенс! Быть такого не может! У мира же есть мозги! -сказал Снегг. Это было сказано тихим шепотом, чтобы не слышал никто, кроме отца. Гарри знал, что только миг разлуки мог вырвать у Альбуса этот вопрос, выдававший неподдельный и глубокий страх. Гарри присел на корточки, и лицо Альбуса оказалось чуть выше его головы. Из трех детей только Альбус унаследовал глаза Лили. — Альбус Северус, — сказал Гарри тихо Услышав это Альбус подавился чаем с лимонной долькой, а Снегг в шоке посмотрел на Гарри. Нет, я ошибся, мозга у мира нет.-сказал Снегг. Все в шоке смотрели на Гарри. так что слышать их могла только Джинни, а у нее хватило такта увлеченно махать в этот момент глядевшей из поезда Розе, — тебя назвали в честь двух директоров Хогвартса. Один из них был выпускником Слизерина, и он был, пожалуй, самым храбрым человеком, которого я знал. Тут Снегг с ужасом заметил что у Нарциссы появились слезы умиления. Сева, иди сюда.-сказала она протянув руки к зельевару. Ну что вы, миссис Малфой, не стоит! -сказал Снегг и стал отползать от Нарциссы, как ни как, больная нога давала о себе знать. Все засмеялись. — Но если… — Значит, факультет Слизерин приобретет отличного ученика, правда? Для нас это не важно, Ал. Но если это важно для тебя, ты сможешь выбирать между Гриффиндором и Слизерином. Распределяющая шляпа учтет твое желание. — Правда? — Мое она учла, — сказал Гарри. Он никогда раньше не рассказывал об этом своим детям, и увидел изумление на лице Альбуса. Но в этот момент по всему алому поезду уже захлопали двери, смутные фигуры родителей толпой устремились вперед с прощальными поцелуями и последними наставлениями. Альбус вскочил в вагон, и Джинни закрыла за ним дверь. Из ближайших к ним окон высовывались школьники. Множество лиц, как в поезде, так и на платформе, было обращено на Гарри. — Чего они все смотрят? — спросил Альбус, протискивая голову в окно рядом с Розой и оглядывая соседей. — Не беспокойся, — сказал Рон. — Это все изза меня. Я страшно знаменит. Альбус, Роза, Хьюго и Лили рассмеялись. Поезд тронулся, и Гарри пошел рядом с ним по платформе, глядя на худенькое, горящее от возбуждения лицо сына. Гарри махал вслед и улыбался, хотя вид поезда, уносящего вдаль его дитя, наполнял сердце грустью… — С ним все будет в порядке, — тихо сказала Джинни. Взглянув на нее, Гарри рассеянно опустил руку и прикоснулся к шраму на лбу. — Конечно. Шрам не болел уже девятнадцать лет. Все было хорошо. Конец книги.-сказал Снегг захлопнув книгу.