Я и сам, своего рода, дворянин...

Только я пересёк порог комнаты, моему взору предстал длинный коридор. На стенах висело множество портретов, и, что характерно, все люди на них в военной форме. Абсолютно. Видимо у Рикколетти фетиш на армию. Теперь понятно, зачем Териал учится в академии, раз так любит свои танцульки. Да, вот миры разные, а проблемы везде одинаковые. Готов поспорить, что отец заставил Териала поступить в Высшее Военное заведение, а теперь мается, что его сын–неуч. Я-то с детства сирота. Маму не помню, а отец умер, когда мне пятнадцать было, в подворотне пырнули. Я, конечно, не долго в детдоме пробыл, сразу в армию ушел, но признаю, что порой бывает одиноко. Когда лежишь очередной раз в госпитале, думаешь, что этот раз мог быть последним, а что потом? Обо мне ведь никто и не вспомнит. Да, сослуживцы и друзья возможно, но это всё равно не то. А потом бац – новое задание! И горевать об ушедшей юности некогда. Знаком я был с одним лейтенантом, молодой ещё. Всё при штабе бегал. Думаю, как он терпит весь день в корпусе и с бумажками? Ну выпили однажды, так он мне и рассказал, что его родители в армию отправили. Дядя там важная шишка. А он с детства мечтал рисовать. Вот прям страсть как любил живопись. Я у того давно в кабинете приметил, что картины на стенах. Обычно- то плакаты там всякие: против терроризма, пожарная безопасность, объявления, а у него леса и пейзажи. Он и признался, что сам их рисовал. Талант у человека, это вам не малевать непотребства на заборе. Скажу вам, недолго он бегал так. Отец уж старенький стал, смягчился, видимо, и не стал упрямиться, когда сын уволился. Я не особо спрашивал, конечно, но вроде тот сейчас в рекламной фирме работает– брошюры какие-то оформляет. Сердцу, как говорится, не прикажешь. От изучения портретов меня отвлёкло шуршание обуви по паркету. Какой ужасный звук! Если б командир услышал, весь день нас на строевой бы гонял, чтобы ноги выше ушей поднимали! Женщина лет шестидесяти с жиденькими мышиными волосами, небрежно собранными под повязку, поднялась по ступеням. Несмотря на легкость и тщедушность её тела под форменным платьем, ступала она так, будто тащила железные сапоги. Только её подслеповатый взгляд нашёл меня, губы растянулись в улыбке, так что морщинки явственно проступили вокруг них. – О, господин Териал! Вы уже вышли! Как вовремя! Я вам завтрак накрыла. Пойдёмте скорее! – Спасибо, госпожа...? – я приподнял брови, раздумывая, чем тут кормят аристократов. – Всевышний с вами! – испуганно взмахнула руками. – Какая я госпожа? Неужто правда всё забыли? Ирма я, здешняя служанка. Да уж. Это я опростоволосился. Мог бы и догадаться по фартуку. Строго говоря, я думал, что обращение применимо и к старшим. – Простите, Ирма, просто немного запамятовал после... травмы. –Да вы и раньше меня по имени не называли, – легко и улыбчиво отмахнулась старушка.– Может и правда не знали. – Вы недавно здесь работаете? – Помилуйте, господин! Десятое лето уж минуло. Смешной вы стали. – Обхохочешься... Ирма только странно взглянула и молча повела в столовую. Дом поразил меня своими размерами. Такой особняк, наверное, дорого содержать. Конечно, здесь не было лепнины (видимо Териал не добрался), но на каждой плоской поверхности стояла какая-нибудь антикварная вазочка или статуэтка. По мне так это лишнее. Вроде в доме военного, а такое ощущение что в музее. Но о вкусах не спорят. В столовую свет проникал почти беспрепятственно, окна во всю стену открывали славный вид на терассу, но я был занят любованием другой картины. Стол буквально валился от еды, так что желудок, смекнув о предстоящем, начал петь арии китов. Отца нигде не было, но это к лучшему, на разговор тет-а-тет, я пока не готов. Меня усадили во главе стола, что несколько огорчало. Ирма будто специально поставила поближе какие-то йогурты, кашки, творожки, а мясо (родное моё) стояло дальше всех. Я не гордый, могу и сам взять. Моему растущему организму требуется мясо! Мышечная масса из воздуха не явится. Видимо, все эти творожки любил Териал, что неудивительно, судя по его фигуре, но голодать я не намерен. Как только умял пару кусков сладкого рассыпчатого стейка поверх белого хлеба с маслом, то поднял глаза. Ирма со священным шоком взирала то на меня, то на супер-бутерброд. – Ирма, что-то случилось? – для конспирации я воспользовался салфеткой и чинно ножом отрезал кусок по-меньше. Штирлиц, мать вашу. – Териал... В-вы всё съели? – старушонка в миг стала похожей на маленькую девочку, которой только что показали кролика из шляпы. – Да вроде нет, – я окинул многозначительным взглядом стол. – Что-то осталось. – Но... Я же... Вы...– беспокойное заламывание рук и подкрадывающиеся слезы я прервал четким ответом: – Я просто очень голодный. После этих лекарств так хочется есть. Ирму такой ответ вроде устроил, но она не переставала коситься на меня, утирать умильные слезы и чему-то своему кивать. Я решил, что нужно использовать это общество по максимуму. Прислуга– находка для шпиона, особенно если эта прислуга– женщина. – Ирма, вы не могли бы мне рассказать о чем-нибудь? Я ведь правда ничего не помню... И выдавил самый жалостливый взгляд, на который был способен. Чуть слезу не пустил, благо с лицом Териала, на которое без слез не взглянешь, даже стараться не пришлось. А с моей серьезной мордой такое бы не прокатило, а жаль. Полезное ведь умение, вон и Ирма уже растаяла. Она- то наверняка заботилась о Териале, а тот даже имя не запомнил. – Ох, ну ваш отец сейчас отбыл по делам, – бодро вступила женщина, дирижируя себе правой рукой. – Всё таки это очень ответственно– свадьбу подготавливать! Документы там всякие, но я и не лезу. Вот подруга моя из соседней деревни рассказывала мне... Ну началось! Зачем спросил? Впрочем, ради чего-то важного можно потерпеть. Ирма рассказывала долго, пока я ел. Что-то было полезно, что-то не очень, но я понял, что мой новоизбранный папаша человек ответственный, волевой. Патриот своей семьи. Когда-то наш род был известен, но вскоре король умер и Рикколетти подвинули, потом ещё и ещё, так к нашему поколению от былого величия и влиятельности не осталось практически ничего. Все Рикколетти были людьми военными (считали, что это добавляет солидности), вот отец и отдал всех сыновей в Академию. Правда младший, Териал, пошел в мать. Все в облаках летал, да романы любовные читал. Отношения у них с отцом были натянутые. Слишком разные взгляды на жизнь, но это не помешало Рикколетти-старшему сделать ход конем "во имя чести семьи и памяти предков" – женить Териала. То есть пока это не официально, но как только Териал окончит академию, как говорится: « Надел кольцо на палец, поменял постельное, прощай, воля молодая, здравствуй, жизнь семейная!». Вот сколько слышал о своей женитьбе, но увидеть невесту-то хочется! Я, в общем-то, не против брака, может в этом мире получится найти ту самую, но свадьба неизвестно с кем меня настораживает. Я всегда считал, что партнёры должны узнать друг друга, пообтереться, так сказать. – Ирма, а кто невеста- то? – Ась? Простите? – она обтерла руки о фартук и прекратила убирать посуду со стола. – Я спрашиваю, на ком женюсь хоть? – Так на Лорде Мирее. Очень, очень солидный мужчина, – она глубоко склонила голову. – В возрасте правда, но фору даст любому пареньку. – Что?! Я так вскрикнул, что Ирма отшатнулась, держась за сердце. Как это на мужчине?! Отец, ты сбрендил?! Засуньте свои титулы куда подальше! Честь семьи? А мою честь они не пожалели?! Да как вообще можно на мужике?.. Я-то думал ты, Ирма, нормальная! Да вы все тут чокнутые! – Что же вы так кричите? – растерянно хлопала глазами служанка. – Ничего страшного, что он в возрасте. Зато Лорд! Ему такое звание не за красивые глаза дали! ОН МУЖИК! И Я МУЖИК! ВСЁ! ЭТО САМЫЙ ГЛАВНЫЙ И НЕОСПОРИМЫМ АРГУМЕНТ!!! – Я не собираюсь жениться на мужике, будь он хоть трижды королем! И сейчас же поговорю с отцом! Ирма вдруг разрыдалась и натурально кинулась мне в ноги, хватаясь за тонкие девичьи руки: – Господин, прошу вас! Господин, у вашего отца слабое сердце! Он вас не простит! Прошу, одумайтесь! Простите, старую дуру! Господин Териал.... Я вообще не выношу женских слез, а тут вполне себе дама в возрасте на коленях умоляет сосунка младше нее в трое. Какой-то театр абсурда! Я принялся поднимать её, всеми силами пресекая подступающие рыдания. – Когда придет отец? – Его не будет несколько дней, – всхлипнула и завыла,– господин Териал... – Ну хватит, Ирма, не плачьте, это не ваша забота. – Господин Териал, вы мне как сын, я не хочу, чтобы гнев вашего отца навредил вам. Да и он старый человек, ему нельзя нервничать. Вы всё равно рано или поздно станете младшим мужем. Прошу оставьте это... – Почему это рано или поздно? – я пристально заглянул в её влажные серые глаза. – Ну как же...– Ирма растерялась. – Вы младший сын, к тому же... Она запнулась, осознав, что наговорила лишнего. Прежний Териал наверняка бы закатил истерику. Или нет? Хрен его знает, может того всё устраивало. Но я не позволю обращаться со мной как с разменной монетой! А для этого мне нужны данные! –К тому же, что?.. Ирма вдруг испуганно дернулась и пристально уставилась на меня, будто увидела впервые. А пусть посмотрит! Нам скрывать нечего! Она вдруг опустила глаза и залепетала: – Извините, господин, но с вашей внешностью я бы не стала рассчитывать на пост главнокомандующего... – и тут же смягчила, как умела. – Видно, сама судьба желает видеть вас в роли младшего мужа. Я на эти размышления о судьбе не повелся. Судьба пусть делает что хочет, а заставить меня ложиться под мужика, ей придётся постараться. – Откуда все эти «младшие» в отношениях? Где сказано, что я непременно должен лечь под мужчину? – Простите меня! Я нечаянно стала свидетелем вашего с отцом разговора... – Подслушивала?– усмехнулся я. Да уж, прислуга, она в любом мире прислуга. – Нет, что вы! Как можно... Просто в тот день вы спорили с отцом. Точнее он кричал. – Ирма нахмурилась. – Я случайно услышала, что по договору именно вы являетесь младшим, так что всё решено. – Так значит, это прям формально прописано?! – Да, господин... – проблеяла в ответ женщина и сжалась. – То есть у вас тут гейские браки официальны? – от раздражения зашипел я. – Что, простите?.. – пискнула напуганная служанка. – Ничего, – отрезал.– Ирма, проводи меня в библиотеку и доложи, когда отец прибудет. – Как пожелаете...– покорно присела. Встал из-за стола и направился вслед за Ирмой, которая ещё чуть всхлипывала, но быстро подтирала нос вышитым платком. До библиотеки мы шли каждый подгруженный в свои мысли. Лично я понимал, что юридически к такому браку вряд ли можно подкопаться, если уж у них такой срам в порядке вещей, но не мешало бы изучить свод законов и общее устройство государства. К тому же, не хочу я быть мужем, тем более младшим! Это же унизительно! Мало ли что там этот лорд с отцом напридумывали! Я свою жопу на осквернение не отдам! Я конечно не гомофоб, в своем мире относился к этому нейтрально. Хотите? Пожалуйста! Только не при мне! А тут на те! Свадебку уже наметили! Щас фату и туфли побегу покупать! Фиг вам! Я обязательно избавлюсь от этого брака! Ирма толкнула массивную дубовую дверь и я вошёл в царство книг и знаний. – Спасибо, Ирма, – и чуть подумав, добавил, – извини за ту сцену в столовой. Ты к этому отношения не имела. – Господин Териал, зачем вы передо мной оправдываетесь? – с печальной и понимающей улыбкой отвечала она. – Я всего лишь служанка, мне не стоило проявлять лишние эмоции, и вам не за что меня благодарить. – Это не так, и к своему стыду, я, похоже, делал это слишком редко. Она растерянно улыбнулась, не до конца понимая к добру ли это. А я как-то сразу повеселел. Ничего, Териал, прорвёмся! Мы не позволим какому-то старому хрычу загубить нам жизнь. Это я тебе гарантирую. Ну-с, что там за срамота такая?..