Падение паладина

Больше недели войско Проклятых продиралось сквозь дремучие леса Тирисфаля, пока оно не подошло к маленькой деревушке Вандермар, почти опустевшей. Почти, но не совсем. На ее окраине Плеть поджидал небольшой отряд из ее защитников. - Разве не забавно, они же понимают, что уже мертвы, так что их заставляет выступать против целой армады? Или они просекли, что мне нужны новые воины? – С усмешкой обратился Артас к подъехавшей на своем новом мертвом скакуне Йорму. - Просто, люди забавные существа. Они наивно думают, что схрон, где спрятались женщины и дети, не обнаружить. – Эльфийка с удовольствием достала меч и теперь представляла как он вгрызается в плоть живых. А что? Насилие это тоже удовольствие. - И его и правда не обнаружить? – с издёвкой спросил падший принц. - Ну да. Больше там НИКОГО не обнаружить. Артас удовлетворенно хмыкнул. После своей смерти Йорму изменилась в лучшую для него сторону. Она полюбила убивать и больше не скорбела о мертвых. Она стала истинно понимать значение смерти. Артас осмотрел свое войско и отдал приказ об атаке. Первой сорвалась с места Йорму, и уже через минуту копыта ее коня опрокинули первого защитника, не успевшего даже пустить стрелу в воздух. Принц с удовольствием смотрел на бойню. Можно было и пройти мимо, но что-то подсказывало ему, что остановиться здесь он просто обязан. Он поднялся на небольшой холмик, с которого открывался вид на еще нетронутую деревню. Увиденное им привело его и его рыцарей смерти в состояние шока. - Малганис! Глазам своим не верю! Не знаю как тебе удалось спастись, но… - Артас обнажил меч и начал угрожающе двигаться в сторону появившегося натрезима. - Успокойтесь, принц Артас. Меня зовут Тикондриус. Я – повелитель ужаса как и Малганис, но я не враг вам. Напротив, я пришел поздравить вас. – Тикондриус взмахом руки предостерег Артаса, а стоявшие рядом младшие Натрезимы с угрозой стали посматривать на Рыцарей Смерти. Йорму покрепче сжала меч, и у нее в голове проносились мысли о том, что может хотя бы ослабить демона. - Поздравить? – бровь Артаса издевательски взмыла вверх. - Ты прекрасно справился с испытанием. Убил отца… Далее Йорму уже не слушала. Что ж, они не враги им. Пока. А слушать вновь про совершенные Артасом, а позже и ею самой, злодеяния, не очень хотелось. В душе пробуждалось нечто, что еще осталось от живой эльфийки. Совесть. Она спрыгнула с коня и решила пройтись. Зачумленные деревья некогда великого леса теперь лишь нагнетали тоску. Спастись от этого ужасного чувства вины помогал лишь бой. Но не с этими людьми, которые и оружие-то держали впервые, ей был нужен настоящий бой. Поэтому она часто сражалась с Тассарианом или Фалриком. Помнится, в первую такую стычку Тасс шепотом спросил, куда подевался Уилльям. Тогда сердце эльфийки трепетало, этот человек еще не был порабощен Артасом, но предательский разум заставил приказать Тассу вспомнить, кто он такой. Йорму раздраженно пнула дерево и села под него. Через некоторое время она увидела спускавшегося с холмика принца. - Я беру с собой небольшой отряд, в Вандермаре остался Культ Проклятых, его надо вновь собрать. Оставшуюся нежить забирай ты, и двигайтесь на восток. Что-то мне подсказывает, что именно туда этот черт рогатый нас потом и отправит. – с раздражением сказал принц. На мертвом лице Йорму отразилась нешуточная обида. – Ну что еще? - Да так, ничего. Просто я до безумия обожаю, когда мужики идут на веселье, а бабам говорят топать подальше, - со злостью ответила эльфийка, чем поставила в тупик принца. – Но что же поделать? Ведь только так и можно избавиться от ненужных ушей, я права? – Она села на своего коня и, по пути отдавая приказы, начала собирать умертвий. Принц озадаченно посмотрел ей вслед. И тут до него дошло, ведь подобный приказ он отдал в Нортренде. Специально же не стал подавлять ее волю, чтобы друг был рядом, и забыл, что с дружбой нужно считаться. В голове у него прозвучал издевательский ледяной хохот. «Ну что еще?!» - с раздражением подумал принц, голос Нер’Зула его порой сильно бесил. «Не ищешь легких путей, почему же тогда не собрал корабли и не рванул за девчонкой-волшебницей на запад? Нежитью она смотрелась бы куда лучше» - с усмешкой ответил голос. Действительно, почему? Да потому, что Джайна предала его еще тогда, у Стратхольма. А предателей не прощают.