В конце
19 ноября 2020 г., 10:10
You said, «Keep our business on
the low-low»
(The Weeknd— The Hills)
Равнодушный
И он — холодный, успокаивающий, отрезвляющий. И в какой-то степени даже заботливый
Как бы Кас не был привязан к Дину, он понимал, что это надо прекращать. Срочно.
Дину Богу. Кас никогда не был так разочарован в ком-либо, как в своем Отце. Никакой он не справедливый мудрец! Просто жалкий, мелочный и хитрый разгильдяй, убивший существо, которое было ему дорого. Его сына, Джека.
Пусть Джек и воскрес, но у Каса после этой встречи остался неприятный осадок.
Из ужасных ощущений его выдернуло тихое, слышимое лишь где-то на периферии сознания, в тех самых уголках, куда почти никогда не заходил Кас. От туда, где он хранил свою безмерную любовь к охотнику:
«Кас»
Сначала Кастиэль подумал, что просто ослышался (хотя это физически не возможно, ведь он ангел). Но зов повторился еще более настойчиво.
Кас усмехается. Вот оно. Сейчас Кас выскажет Дину все, что думает о их «отношениях».
Кас на сто процентов уверен, что сможет. «Прости, Дин, но ты тот еще мудак, прощай» Да, именно так он и скажет. Точно.
Ангел приготовился ко взлету. Для людей он длится всего мгновение. А для ангелов это целый ворох ощущений: ветер в лицо сосуда, замерзшие пальцы на руках (Дин все время на это жалуется) и не забываемое ощущение свободы. Ее Кас не чувствует давно.
Слишком давно.
И Кас определенно решил: он ее получит.
Было далеко за полночь, когда странный ангел в плаще приземлился в одной из комнат бункера просвещенных. В комнате Дина Винчестера. Хозяин комнаты сидел полусогнутый на крае кровати и смотрел на пол. Он был без рубашки, в одних только штанах. Свет от лампы красиво ложился на изгибы мышц, создавая тени и полутени на теле мужчины, что делало его подобным статуям в музеях: прекрасным, но слишком уж далеким.
От взгляда на него у Кастиэля странно закружилась голова и быстро застучало сердце.
— Здравствуй, Дин, — Кас был горд собой и своим голосом, за то что они вместе не сорвались. Правда не надолго. — Мне показалось, ты меня звал.
Дин не ответил, только подошел к Касу вплотную. Кастиэля обожгло горячее дыхание (бывшего)любовника. В горле сперло от резкого запаха дешевого виски.
Дин подтянул Каса ближе и рывком бросился на его губы, кусая их и раздирая в кровь. Язык у Дина как всегда горячий и шершавый, отдающий горечью из-за выпитого алкоголя. Кас не сдержался и тихо застонал в рот охотнику. Он давно уже понял, что возбуждает Винчестера больше всего — покорность. И за чем он только об этом думает?
Давай же Кас не будь тряпкой! Все очень просто: «Прости, Дин, но ты тот еще мудак, прощай», «Прости, Дин, но ты тот еще мудак, прощай»,
«ПРОСТИ, ДИН, НО ТЫ ТОТ ЕЩЕ МУДАК, ПРОЩАЙ!»!
Ну же! Все, просто действуй.
Пока Кас собирался с мыслями, старший из рода Винчестеров уже успел рывками стянуть с ангела плащ и рубашку, попутно сорвав несколько пуговиц.
Кас недовольно цокнул языком — хоть он и Ангел Господень, но вещи, подобные пришиванию пуговиц, Кас совершает вручную. Так ему кажется, что он почти-человек.
Дин расстегнул свой ремень, матерясь сквозь стиснутые зубы.
Ладно, с признанием можно повременить. А сейчас Кас, копируя слова сказанные Дином (как он понял, по его смеху, не самых приличных), стягивает с себя брюки и ложится под горячее и такое прекрасное тело Дина Винчестера.
Завтра Джек пойдет на встречу к Адаму и скорее всего завтра же и умрет.
Кас знает точно, это их последняя с Дином ночь.
и сдержать слезы:
— Всё, что ты когда-либо делал, хорошее или плохое, ты делал ради любви, — начинать очень трудно.— Ты растил своего младшего брата по любви. Ты боролся за весь этот мир ради любви. Вот кто ты есть. Ты самый заботливый человек на земле. Ты самый самоотверженный, любящий человек, которого я когда-либо знал. — пауза.
Ангел уже ели сдерживает слезы. Но всё равно продолжает:
— Знаешь, с тех пор как мы встретились, с тех пор как я вытащил тебя из ада, знание тебя изменило меня. Потому что ты заботился. Я заботился. Я заботился о тебе. Я заботился о Сэме. Я заботился о Джеке. Но я заботился обо всём мире из-за тебя. Ты изменил меня, Дин.
Вот оно. Скоро все закончится. Осталось сказать главное. Начинать хоть и трудно, но гораздо труднее заканчивать. Так ведь говорил Чак?
— Я люблю тебя. Прощай, Дин.
Ангел Четверга наконец осмелился взглянуть в лицо его человека.
Но в глазах он увидел лишь отголоски боли, усталости и ЁЁ: отстранённость. Дин не мог любить кого-то кроме брата.
Кас усмехается этому вроде как очевиднейшему факту: Ангел Господень испытал впервые за всю свою невероятно долгую жизнь невзаимную любовь. Грустно.
Кастиэль нашел еще одну
закономерность, он ее понял только сейчас, перед самой смертью: Ангел Четверга умрет в четверг.
Право, презабавно. Кас, если бы мог, рассмеялся. Но потом, в Пустоте, когда уже перед ним не будет маячить виноватое лицо охотника.
Дин вроде даже хочет что-то промямлить, но не успевает.
Когда Кастиэль отталкивает шокированного Винчестера от себя, его окутывает чёрная субстанция. Как будто сквозь толщу воды он слышит, как распахивается дверь и в помещение входит Смерть.
Дин будет в безопасности. О нем позаботится Сэм. И Джек. А Кастиэль уже наспасался. С него хватит.
Кас позволяет легкой улыбке проскользнуть на его лицо.
Он поворачивает голову в сторону Дина. Его лицо ничего не выражает. Что же, Кас получил желаемое.
Последней мыслью ангела стало заветное признание, которое ему так и не удалось добиться от Дина Винчестера: «я тебя любил люблю».
Кас закрывает глаза и расслабляется. Все кончено.
Его ждет вечная Пустота. Это даже к лучшему.
***
Кас правда считает, что до этого не должно было доходить. Он должен был дать кулаком в наглое лицо Дина и сбежать. Улететь, и не возвращаться. А что вместо этого сделал он? Поддался на провокацию. Поддался на слащавые реплики Дина и не оттолкнул, когда сухие и холодные губы коснулись его. Вообще Каса удивлял контраст, который они составляли: (составляли ведь?) Дин — это огонь. Опасный, неуправляемый, возбуждающий.***
Дин снова плохо спал. Кошмары, преследующие его на каждом шагу. Все те пытки, которые ему пришлось пережить в аду, никогда его не оставляли. Скрежет металла, который через какую-то секунду вонзится в плоть Винчестера. Крики других грешников заглушают собственные мысли. Мысли, которых не может здесь быть. В первые несколько десятков недель Дин успокаивал себя мыслями о Сэмми: вот они лепят снеговика, когда Сэму только исполнилось девять. А вот они случайно поцарапали машину отца, а Дин взял вину на себя. Это и правда работало. Но не долго. Вскоре Дин начал вообще забывать все. Кто Сэм? Друг? Враг? Брат? Это не важно, важно лишь то, что в плечо Винчестера — старшего вонзился, сопроваждаемый невероятной болью, раскалённый крюк. Дин проснулся в холодном поту. Такие кошмары были для него не редкостью. Дину не помогали даже снотворные. В каких количествах он бы их не заглатывал — все как об стену горох. Но это ничего. Пустяки, разве что… Сэм. Дин не хотел, чтобы его брат хоть о чем-что подозревал. Он был уверен в том, что ведет себя как всегда и не чем не выдает свое состояние. Но конечно, Сэм все заметил. Это было очивиднее всего, что скрывал его брат. Начиная со слишком часто появляющимся в бункере Касом заканчивая презервативами, найденными в мусорном ведре одной из комнат. Но ведь упрямец Дин никогда не расскажет, что он чувствует. Ведь «я не сопливая дама из девятнадцатого века, Сэмми». Но иногда Сэму кажется, что он намного хуже этих дам.***
Поздно вечером все кажется не таким как днем. Например, в лучах солнца эта коряга за окном не кажется чем-то таким чего стоит бояться. Но ночью этот же кусок древесины становится злобной тварью, которая только и ждет, чтобы ворваться в его квартирку и вырвать кишки. Еще полгода назад Кастиэль не нашел бы в это сравнении ничего смешного. Но кажется, что Дин стал слишко сильно на него влиять. Да Боже! Он уже повлиял на всех кого когда-либо знал Кас! И опять все мысли ангела возвращаются к нему. К***
Теперь когда им с Дином приходилось удирать от злой, умирающей Билли, Кас начал понимать, что никогда бы не бросил этого человека. Каким бы он не был: демоном, одержимым желанием убить Чака или умирающим, как сейчас. Винчестер схватил его за руку и потащил в какуютотам дверь (Касу и правда было не до этого). Ангел догадался нарисовать на двери знак, против Смерти. Но долго он не продержится. Нужно действовать. На самом деле Кастиэль давно понял, как можно остановить Билли, и дать Винчестерам хоть крошечный шанс убить Бога. Просто Касу хотелось хоть раз увидеть этот взгляд Дина. В последний раз. Кас никогда не видел его таким: испуганным, виноватым, обреченным. На Ангела Господня навалились воспоминания: Вот Дин дает ему, пусть и нехотя, поводить Импалой. Когда Кастиэль был человеком у него была своя машина. Так что у Ангела был опыт обращения с автомобилями. Правда охотник этот аргумент пропустил мимо ушей и до сих пор тихо ворчал что-то про «неугомонных ангелов». Только после долгой поездки по штатам, кучи новых для Каса ругательных слов, они вернулись домой, где Сэм с немалым удивлением сказал, что это невероятная щедрость для Дина, дать хотя бы подержать руль его Детки. Это самое приятное воспоминание за несколько тысяч лет. Кастиэль с теплотой вспоминал эту сцену и теперь, перед самым страшным разговором в его жизни, ему нужно было успокоиться. Кас был почти удивлен, когда Дин начал убиваться из-за того, что снова всех подвел. Он не выдерживает и говорит все, останавливаясь лишь для того, чтобы перевести дух***
Кас наконец-то свободен The end?
